20 декабря 2001
102

РУБИКОН, ИЛИ МИР В ЛАТАХ



ПОЛНЫЙ ТЕКСТ И ZIР НАХОДИТСЯ В ПРИЛОЖЕНИИ

Николай РОМАНЕЦКИЙ

РУБИКОН, или МИР В ЛАТАХ



Снаут сжался как от удара. Я увидел его безумные глаза.
- Ты! - выкрикнул он. - Кто ТЫ такой?
Станислав Лем, `Солярис`

Он ошибался, если думал, что худшее уже позади. Впрочем,
он этого не думал. У него просто была такая надежда, но,
как оказалось, ложная.
Станислав Лем, `Непобедимый`




ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ФИНАЛЬНАЯ ВАХТА ПЕРЕД ОТПУСКОМ


- Ну вот и все.
В голосе бортинженера слышалась явная грусть. И то, что он,
откинувшийся в кресле и лениво потягивающийся, был невесел, показалось
командиру странным. Имелась в этом несоответствии между голосом и позой
некая опереточная нарочитость. Как древний римлянин в кабине `джампера`...
- Ты чего это? - спросил командир. - Завтра в отпуск, а ты, похоже, и
не рад вовсе?
- Да рад я, рад, - ответил, поморщившись, бортинженер. - Только на
душе что-то... - Он сделал правой рукой неопределенный жест.
- Ну, это перед отпуском обычное состояние, - сказал командир. -
Усталость накапливается... И за бортом хоть и Ближний космос, а все ж таки
пустота. Освобождай рабочее место!
Бортинженер отстегнулся. Командир подплыл к креслу, окинул хватким
взглядом пульт. На обзорном экране была привычная картина: ночная
поверхность Земли, расцвеченная кое-где огнями городов.
- Вахту сдал!
- Вахту принял! - Командир неторопливо утопил в гнездах застежки
креплений. И сказал, подмигнув бортинженеру: - А сдавать буду уже не тебе!
- Не мне, - согласился бортинженер. В голосе его прозвучала
откровенная тоска.
- Слушай, - недовольно произнес командир. - Женился бы ты, что ли!
Тогда перед отпуском будет совсем другое настроение... Вот как у меня!
Бортинженер через силу улыбнулся.
- Есть, шеф! Задание понял, шеф! Завтра же приступаю к выполнению,
шеф!
- Вот-вот, - сказал командир. - Приступай! Да поэнергичнее! Учти, что
отпуск всегда оказывается неожиданно короток. - И повернувшись к пульту,
спросил: - Что-нибудь засек?
- Ничего особенного. Загрязнение атмосферы и тепловой фон - в
пределах. Наблюдался небольшой выброс на `Аляске-3`, но за допуск не
вышли. Однако в Центр я доложил.
- Эт-то хорошо! - сказал командир. Пробежал пальцами по клавишам,
оглянулся. - Чего ждешь? Иди отдыхать!.. Перед первым отпуском не мешает
набраться сил.
Бортинженер продолжал висеть рядом с креслом.
- Не понимаю, - сказал он. - Чего энергетики так держатся за атомные?
Давно бы демонтировали... И народу спокойнее, и властям гора с плеч!
- Все не так просто, мой милый. Киловаттики-то они дают исправно!.. А
для приполярных районов и вообще ничего лучшего пока не придумано.
Бортинженер помотал головой.
- А я слышал, что дело не только и не столько в энергии. Кому-то
очень надо, чтобы они существовали. Ведь какое движение за их ликвидацию
поднялось после аварии на `Мэджик стар`, однако Совет Безопасности все
спускает на тормозах. Взамен же, чтобы успокоить людей, создали нашу
Службу...
- Он слышал!.. - сказал командир насмешливо. - Информационная сеть
под названием `Одна Баба Сказала...` Делай уши локатором почаще - и не
такое услышишь! Например, что от кригеров только уроды рождаются.
Моральные!.. У тебя отец, часом, не кригер?
На лице бортинженера расцвела, наконец, нормальная - без тоски и
грусти - улыбка.
- Нет, не кригер. Мы мирные люди... Хоть наш бронепоезд и стоит на
запасном пути.
- Иди, наконец, спать, бронепоезд! - Командир выругался. - Ведь
проспишь начало отпуска!
Повеселевший бортинженер смачно, с хрустом потянулся.
- Да. - Он оттолкнулся от кресла. - Пойду. Спокойного дежурства!
Отрывисто звякнул сигнал.
- Во! - сказал бортинженер, задержавшись у люка. - Сейчас Роберт
поздравит тебя с началом финальной вахты.
Бледно засветился экран связи, по нему стремительно пробежала цепочка
многозначных чисел.
- Что за черт? - сказал бортинженер. - Это не Роберт!.. Запроси-ка
пеленг, командор.
Пеленгатор уже выдавал координаты.
- Кажется, это не Центр!..
- Вижу, - сказал командир. - Какой может быть Центр на подобных
частотах?.. Похоже, перехват.
Он пробежался пальцами по клавишам, на экране появилось лицо
дежурного.
- Привет, Роберт!
- Салют, отпускники! - Дежурный осклабился. - Завидую некоторым...
- Подожди, Роберт! - оборвал его командир. - У нас случайный
перехват. Проверь запись.
Лицо дежурного исчезло с экрана. Бортинженер подплыл к кассете со
справочниками, достал атлас, полистал.
- Судя по координатам, передача велась с восточного побережья
Тайгерленда, - проговорил он. - По-моему, там у нас ничего излучающего не
значится.
- Информация зафиксирована, - послышался голос Роберта. - Думаю, вам
стоит на следующем витке проверить... - Голос умолк.
- Зачем ты его выключил? - спросил бортинженер.
Командир молча отстегнулся и переплыл к пульту управления
ориентацией.
- Что ты задумал?
- Будут они дожидаться следующего витка, - пробормотал командир. -
Хочу посмотреть на адресата.
Изображение земной поверхности на обзорном экране дрогнуло. Командир
манипулировал двигателями. Бортинженер молчал. В рубке стояла привычная
жужжащая тишина. Наконец, станция развернулась на сто восемьдесят
градусов. Командир погасил качания и вернулся к основному пульту.
С экрана смотрели немигающие звезды. Командир включил фильтры, и свет
постоянных источников погас. Экран залило черное бездонье.
- Ничего, - прошептал бортинженер, все еще держа в правой руке атлас.
- Пощупай локатором. Для начала широким конусом.
Он оттолкнулся ногами от стены, подплыл и повис за спиной у
командира. Оба уставились на индикатор. Зеленая полоска пересекала шкалу
по идеальной прямой, никакого намека хоть на малюсенький горбик.
- И тут ничего, - сказал командир. - Ерунда какая-то!
- Попробуй частотно-фазовую вариацию.
- Пожалуй, - сказал командир и задал программу изменения частоты
генератора.
Жужжащая тишина изменила тональность. И тут зеленая полоска на
индикаторе переломилась углом, вершина угла метнулась в сторону от нулевой
отметки. Пискнул и тут же замолк звуковой сигнализатор. Зеленая полоска
снова превратилась в прямую линию.
- Проскочили частоту! - сказал командир. - Сейчас верну.
- Что это? - воскликнул бортинженер. - Смотри! На экране...
Командир поднял глаза. Среди черного бездонья висело блеклое
пятнышко. Оно быстро меняло форму: круг, эллипс, снова круг, опять
эллипс...
Командир, не мигая, смотрел на экран. Светлое пятнышко в объятиях
мрака что-то ему напоминало. Бортинженер за спиной с шумом проглотил
слюну. Круглое пятнышко начало уменьшаться в диаметре и разгораться.
Лазерная пушка, понял вдруг командир. В режиме наведения...
Сделать он ничего не успел. Среди черного бездонья хищно вспыхнула
ослепительная звезда, и экран лопнул от мгновенно переполнившего его
синего пламени.
А на Земле, в помещениях Центра Связи натужно заревела сирена, говоря
дежурившему в этот час персоналу о том, что на орбите случилось нечто
серьезное. Серьезное настолько, что станция `Спейс хантер - 12`,
принадлежащая Контрольной Службе Экологического Совета и имеющая двух
дежурных наблюдателей на борту, прекратила свое существование.




ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ГЕРОЙ КОСМОСА НА РЕАБИЛИТАЦИИ


1

Все получилось именно так, как и предсказывал вчера в Париже Алкиной.
Между Лонгвиллем и поселком ходили скоростные экспрессы, так что
дорога до места заняла менее получаса. Чиновник в мэрии, назвавшийся
Стивеном Пауэром, был мил и разговорчив, и через несколько минут Жюль знал
о поселке все, что представляло хоть какой-то интерес. Более того, Стивен
Пауэр оказался настолько любезен, что предложил ему единственный свободный
коттедж на берегу, а потом еще и обеспечил Жюля списком врачей,
практикующих в поселке. Шестым в списке значился доктор Арчибальд Спенсер.
Прекрасный радиолог, известный специалист, не пожалеете, сударь!..
Коттедж оказался обычным, двухэтажным, выстроенным по типовому
проекту. Внизу кухня, прихожая, гостиная (или, если хотите, кабинет), а на
втором этаже спальня и ванная. Как только Жюль вошел внутрь, загорелся
неяркий свет. Жюль снял куртку и открыл дверь в гостиную.
В углу гостиной имел место прекрасный инком фирмы `Тейлор Электроникс
лимитед`. Средний гражданин владеет от силы тридцатью процентами его
возможностей. Под компьютером лежали инструкция по пользованию жилищем и
план поселка. Инструкцию Жюль бросил на стол, а план развернул. Поселок
был под завязку набит бассейнами, кегельбанами, теннисными кортами,
площадками для кроссбола и тому подобными сооружениями. Жюль отправился на
кухню. Кухня оказалась автоматическая, последней модели,
разрекламированной по всему миру полгода назад, с рисивером сети `Сэплай`.
Шикарная оказалась кухня. Впрочем, желающие (вернее, не желающие с ней
возиться) могут пользоваться услугами баров и ресторанов, которых в таких
местах великое множество. Это вам не леса и болота, где сырость, грязь и
еда всухомятку. Такое было лет пять назад, когда ликвидировали группу
Короля Лира.
Жюль поднялся на второй этаж. Ванная была обычная, спальня тоже.
Самоэкранирующиеся стекла в окнах, широкая кровать, рассчитанная на двоих,
стена в изголовье украшена ковром. Рисунок ковра примечателен: голова
тигра с разинутой пастью. Тигр серебристый - символ этой страны.
Жюль спустился вниз, открыл справочник `Сэплай`, отыскал нужные коды
и набрал их на пульте перед нишей. Через минуту звякнул звонок. Жюль
распахнул дверцу рисивера и нашел в нише упакованные в пакеты плавки,
полотенце, халат и пляжную сумку. Вскрыл разукрашенные рекламой упаковки,
побросал принадлежности в сумку и отправился купаться.
На пляже было весьма малолюдно. Несколько человек одетыми лежали на
топчанах и читали книги. В беседке сидела в обнимку какая-то парочка. На
Жюля никто внимания не обратил. Он зашел в кабинку и переоделся. А когда
вышел из кабинки и отправился к ближайшему топчану, читающие отложили свои
книги и повернулись в его сторону. Он немедленно задрал нос, небрежно
бросил на топчан штаны и сумку, скинул туфли и побежал к воде. На бегу он
обнаружил, что солнце светит не так уж и ярко, что океан совсем не
голубой, а скорее серый, и, делая последний шаг, он понял, что это не
самый умный поступок в его жизни. Но отступать было уже поздно, и он,
глубоко вздохнув, бросился в воду.
По-видимому, он не заорал лишь потому, что вопль еще в горле
превратился в ледышку. Вода была не просто холодная, она обожгла, как
кипяток, она впилась в тело миллионами острых иголочек и стянула череп
стальным тяжелым обручем. Жюль хотел было сплавать к буйку и обратно, но
понял, что судороги наступят раньше, чем он доберется до буйка, и придется
орать банальное: `Спасите!` Впрочем, сразу выйти из воды - значило
потерять авторитет в глазах смотревшей на него общественности, и потому
Жюль окунулся по шею и повернулся лицом к берегу. Люди разглядывали его с
восторгом и изумлением, в беседке парень рвал с себя рубашку, а девушка
обреченно хватала его за руки. Жюлю стало ее жаль, и он выбрался на берег.
- Бр-р-р! - крикнул он парню, после чего тот сразу же успокоился.
Жюль, с трудом сдерживая себя, чтобы не побежать, неторопливо отправился к
своему топчану и принялся что есть мочи растираться полотенцем.
- Неосторожно! - прогудел сзади чей-то голос.
Жюль обернулся. На соседнем топчане сидел широкоплечий брюнет лет
тридцати пяти в желтом спортивном костюме.
- Почему? - спросил Жюль.
- Можно схватить воспаление легких! - насмешливо сказал брюнет. - Не
хотите ли согреться?
Он достал из своей сумки фляжку и открутил крышку.
- Здесь у меня коньяк, - пояснил он. - А неосторожно потому, что вода
сейчас не блокируется, не сезон. Вот летом, когда на пляже ступить негде,
и все готовы выложить денежки...
Коньяк был как нельзя кстати, и Жюль отказываться не стал. По телу
тут же разлилось тепло.
- Армейская, - сказал Жюль с уважением, возвращая фляжку.
- Да, - сказал брюнет. - Я бывший военный.
- А я космонавт, - сказал Жюль. - Возможно, тоже бывший. Во всяком
случае, в настоящее время лечащийся.
- Авария?
- Да... Облучение. Здесь на реабилитации после госпиталя.
- Понятно, - сказал брюнет, и усмешка пропала с его лица. - Анхель
Санчес, эколог.
Жюль тоже представился и пожал протянутую руку. Рука оказалась
крепкой.
- Здесь совсем неподалеку бассейн с подогревом, - сказал Санчес,
наблюдая, как Жюль одевается. - И не слишком дорого.
- Деньги меня пока не интересуют, - высокомерно сказал Жюль. - Деньги
интересуют страховую компанию.
Санчес кивнул, пряча фляжку в сумку.
- Вы в Гринкоусте недавно?.. Что-то я вас раньше не видел.
- Да, - сказал Жюль. - Только сегодня прилетел. Вон мой коттедж.
Милости прошу!
- Да нет, спасибо, - отказался Санчес. - Вы еще не обедали?
- Увы!..
- Если не любите кушать дома, то могу посоветовать вам `Сиреневую
веточку`. Приличная европейская кухня... Сколько нужно времени, чтобы вы
приготовились?
- Час-полтора, - сказал Жюль, натягивая туфли. - Душ там, то, се...
- Хорошо. Душ - это вы правильно решили, душ после такого купания -
обязательно... Тогда в три часа. Встретимся прямо в `Веточке`. Найдете
дорогу?
- Думаю, найду.
Санчес, кивнув, ушел, а Жюль отправился в свою новую обитель и
занялся неизбежными хлопотами вселения. Для начала ввел в тейлор свой
личный код, чтобы ребята могли организовать с ним пару сеансов.
Береженого, как говорится, Бог бережет... Потом заказал себе постельное
белье и разные мелочи, необходимые человеку для нормальной жизни на новом
месте. Подумав, заказал еще вечерний костюм и отправился принимать душ.
После душа он посидел и поизучал план поселка, а потом достал из ниши
рисивера заказанный костюм.



2

Ресторан действительно оказался недалеко. Двухэтажное здание,
выполненное, как и коттеджи, по типовому проекту: полупрозрачные колонны с
подсветкой изнутри, между которыми летом обычно располагаются столики с
плетеными креслами, стены из мимикроида, экранированные стекла, на крыше
обязательная модель ракеты, рвущейся в холодное небо. А когда он поднялся
наверх, в собственно ресторан, ему захотелось смеяться. Внутри царил
пресловутый стиль `космическая опера`. Не хватало только псевдокосмонавтов
в оранжевых скафандрах, плавающих перед носом клиентов в ожидании чаевых.
Увы, как оказалось, радовался он рано. Скафандры все-таки были. Если,
конечно, можно было назвать скафандрами ту униформу, в которую одевались
здешние официантки. В отличие от космических защитных одежд она больше
открывала, чем скрывала. Впрочем, он тут же признался себе, что зря
раздражается: девочки выглядели весьма эффектно.
- Жюль!
Он оглянулся. Санчес был уже здесь. И не один. Рядом с ним сидели две
дамы. И какие дамы!.. Жюль тут же изобразил на своей физиономии самую
светскую улыбку, на которую был способен, и подошел к столу.
- Вот, девочки! - сказал Санчес. - Это тот самый Жюль, покоритель
здешних вод.
- Лина. - Невысокая молоденькая брюнетка протянула руку, которую Жюль
тут же с готовностью пожал.
Имя второй женщины - обладательницы огромной шапки голубых волос и
таких же голубых глаз - оказалось Белла.
- Вообще-то я Арабелла, - сказала она, беззастенчиво разглядывая
Жюля. - Но друзья зовут меня Беллой.
Подошла официантка. Пока Санчес делал заказ, Жюль исподтишка
разглядывал женщин. С курортными проститутками ему встречаться еще не
приходилось. Наверное, потому что он до сих пор не бывал на курортах.
Арабелле, на его взгляд, было не больше двадцати трех - двадцати пяти, а
Лина и того моложе. Обе одеты в короткие серебристые, едва скрывающие
ягодицы, юбки и сильно открытые спереди блузки-безрукавки. Как дань
погоде, на спинках кресел висели пестрые переливающиеся не то халаты, не
то плащи.
Интересно, которая из двоих предназначена мне, подумал Жюль.
Санчес, наконец, разобрался с официанткой.
- Жюль - космонавт, - сказал он. - А девочки - студентки, учатся в
Лонгвильском университете.
Улыбки, подаренные Жюлю, были столь очаровательными, что ему и
взаправду захотелось стать космонавтом.
- Вы эколог? - спросила Лина.
- Нет, - сказал Жюль. - Я не из КСЭС. Я - орбитальная
гелиоэнергетика.
- А мы с медицинского. Здесь на практике.
- Угу, - сказал Жюль. Ему вдруг показалось, что вечер станет
элементарной потерей времени.
- А вы не кригер? - спросила Белла.
- Нет, - сказал Жюль.
- Я обожаю военных.
- Это нынче модно, - сказал Жюль.
- Причем здесь мода? - Белла возмущенно фыркнула. - Это же настоящие
мужчины. А их сейчас давят. Вся мировая общественность протестует. Разве
вы не знаете?
Да, подумал Жюль, мировая общественность крепко защищает Ассоциацию.
Только мировая общественность ничего не знает об Ультиматуме. Хотел бы я
посмотреть на мировую общественность в тот момент, когда она о нем
узнает!..
- Какие кригеры? - сказала вдруг Лина. - Разве ОН может быть
кригером?
Жюль удивленно взглянул на нее. Лина сидела, откинувшись на спинку
кресла и уронив руки на колени. От улыбки не осталось и следа, взгляд
девушки был строг и печален.
- Не удивляйтесь, - шепнул Санчес. - На нее иногда находит. Ее мать,
будучи беременной, попала под удар цунами на побережье. Лишь чудом
спаслась.
Он легонько шлепнул Лину по обнаженному плечу. Та вздрогнула, лицо ее
оттаяло.
- Сестра, ты как? - спросил Санчес.
Лина улыбнулась ему и кивнула головой.
Сестра, подумал Жюль с удивлением. Похоже, я ошибся. Проклятые
стереотипы!.. Ведь может же быть и простой интерес к космонавту.
Космонавты, как известно, на каждом углу не валяются.
- Мне кажется, в вас говорит зависть! - Белла продолжала прерванный
разговор. - Всегда в центре всеобщего внимания были вы, а теперь ваше
место заняли кригеры.
- Космонавты здесь не причем, - сказал Жюль.
- Кригеры тоже! - сказала Белла.
- Не буду с вами спорить. Честно говоря, я далек от этих проблем. Мы
наверху занимаемся наукой, а не политикой.
Белла осуждающе покачала головой.
- Сейчас такое время, - сказала она, - что каждый должен быть
политиком. Разве нарушение прав человека касается не каждого гражданина
Земли? Даже если этот человек кригер?..
Жюль возвел очи горе. Санчес хохотнул.
- Ну как, тяжело? - проговорил он сквозь смех. - Напор нашей Беллы не
всякий выдержит! - Он сделал паузу, ровно такую, чтобы фраза зазвучала
двусмысленно, и продолжал: - Ладно, девочки. Не нападайте на гостя! Не
всем же интересны эти проблемы!
Подали обед.
- Я голоден как волк, - предупредил Жюль. - Так что извините,
друзья!..
Они переглянулись, и разговор прекратился. Блюда перед Жюлем были
незнакомые, но чертовски аппетитные на вид. А потом оказались и чертовски
вкусными. Когда Жюль покончил с супом, Санчес сказал:
- Вы как из тюрьмы вырвались!
Жюль усмехнулся.
- Знаете ли, Анхель, клиника немногим отличается от тюрьмы! Кашки,
кисельки, диета... Черт бы ее подрал!
Они весело рассмеялись. Особенно заразительно хохотала Арабелла.
- Вы опасная женщина, Арабелла! - прошептал Жюль, склонившись к ее
уху.
- А вы, мне кажется, опасный мужчина, - проговорила она сквозь смех.
- Даже после клиники.
Разговор возобновился. Их крепко интересовал космос, и Жюль едва
успевал отвечать на сыплющиеся с трех сторон вопросы. Проверка подготовки
получилась основательная. Впрочем, знакомые ребята из космонавтов говорили
ему, что это почти везде так. Видно, тяга к космическому у людей в крови.
Кто-то даже сказал, что это безусловный рефлекс. Как чувство голода или
либидо.
Потом они пили коньяк, опять ели, снова пили. Разговор потек совсем
пустой, о популярных музыкальных группах и современной моде, о яхтах и
лыжах, о любви и дружбе. Потом кресла женщин оказались рядом с креслом
Жюля, и он начисто перестал фиксировать всю эту болтовню, потому что
справа ежеминутно упиралась ему в плечо упругая грудь Арабеллы, а когда он
от нее отодвигался, то слева натыкался на такие же прелести черненькой
Лины. Он медленно, но верно доходил, а бандит Санчес даже не собирался
прекращать это безобразие. Потом, наконец, все выдохлись, и женщины пошли
привести себя в порядок. Жюль с Санчесом вышли на открытую площадку
проветриться.
Оказалось, уже наступил вечер, и на улице изрядно потемнело.
- Ну как? - спросил Санчес.
- Они меня совращают, - пожаловался Жюль.
- Вот как? - Санчес хохотнул. - Было бы странно, если бы они этого не
делали. Они же женщины! Разве ты этого не заметил?
- Заметил! - веско сказал Жюль. - Лина очаровательна!
- А Арабелла?
- О-о-о! - Жюль закатил глаза.
- Прекрасно! Дарю!
- Которую?
- А хоть обеих! - Санчес снова хохотнул.
- Благодарю, - сказал Жюль проникновенно. - Королевский подарок!..
Вот только что я буду делать сразу с двумя? Я, одинокий больной
космонавт?..
- Ну хорошо, хорошо, - проговорил Санчес. - Одну провожу я. Только
предпочел бы, чтобы на мою долю досталась сестра.
- Почему?
- Потому что пораньше хочу сегодня лечь баиньки. - Он потянулся. - Уж
лев в ночи разинул пасть...
Жюль замер. Это был пароль, но пароль с сегодняшнего дня
аннулированный и замененный новым. А этим пользовался еще Генрих до своего
исчезновения. Поэтому Жюль и ухом не повел.
- Ты пишешь стихи? - спросил он.
- Нет, - сказал Санчес равнодушно. - Это строчка из стихотворения
одного поэта. Его звали Генрихом...
- Гейне, что ли?.. А как дальше?
Санчес зевнул и снова потянулся.
- Пошли к девчонкам.
Они вернулись за стол. Вечер был продолжен. Жюль лез из кожи вон,
чтобы поддержать веселое настроение, но Санчес, похоже, потерял интерес к
беседе. Сначала он коротко взглянул на Лину, и девушка тут же отодвинулась
от Жюля, затаилась в своем кресле, поблескивая черными глазенками, как
маленький пугливый зверек, и только слушала, как синеокая Арабелла
хмельным голосом вкручивает Жюлю что-то насчет того, какими должны быть
подруги у космонавтов, по-прежнему старательно прижимаясь к нему
великолепным телом. Потом Санчес принялся зевать, чуть прикрываясь рукой и
тут же обтирая ею лицо, как после купания. Жюль понял, что пора
расходиться. Он полез в карман за кредитной карточкой, но Санчес
запротестовал.
- Нет-нет! - сказал он. - Ты гость, Жюль! Так что плачу сегодня я.
Жюль пожал плечами. Санчес подозвал официантку и расплатился.
- Ничего, - сказал он. - Будет еще и твоя очередь. Не в последний раз
встречаемся... Пошли, сестра!
И тут Жюль увидел, что маленький зверек смотрит на него с сожалением
и надеждой. Черт, подумал Жюль, неужели я произвел на нее такое сильное
впечатление своими дифирамбами космосу и космонавтам?
- Пошли, Лина! - повторил Санчес.
- Вы проводите меня, герой космоса? - пропела Арабелла.
- Да-да, конечно! - спохватился Жюль, переводя взгляд на нее. -
Разумеется.
В дверях Лина снова оглянулась.
- Да перестаньте вы пялиться на нее, Жюль! - повысила голос Арабелла.
- Анхель ее с первым встречным не отпустит, не тот он парень!
- А вы, Арабелла?
- Во-первых, Жюль, Белла... Ведь мы же друзья?
Жюль кивнул.
- А во-вторых, я женщина свободная. - Она поджала губы. - С кем хочу,
с тем и иду!
Жюль поспешно сыграл отступление. Он учтиво помог ей облачиться в
этот самый не то халат, не то плащ. Он предложил ей руку и свел по
лестнице, придерживая за локоток, когда ее особенно сильно заносило. Внизу
он изобразил покорную готовность идти за ней хоть на край света.
- Давно бы так! - удовлетворенно проворковала Арабелла. - Только
знаете, Жюль, давайте лучше я вас провожу.
- Удобно ли это будет? - усомнился Жюль.
- Удобно, удобно!.. Разве у нас не эмансипация?.. И потом я живу
далеко. Вы и дорогу-то обратно не найдете!
- А как же вы? - спросил Жюль лукаво.
- О, как-нибудь доберусь! Я ведь здешняя, меня тут каждая собака
знает.
Тем более, что возвращаться ты будешь утром, подумал Жюль.
Он обнял ее за плечи. Она тут же с готовностью прижалась к нему, и
они потащились. Окружающая обстановка вполне располагала к любви. Было
довольно тепло, одуряюще пахли незнакомые деревья, отовсюду заливались на
разные голоса какие-то птицы. Словно на дворе была весна. Фонари горели
редко и слабо, и Жюль с Беллой целовались в тени каждого дерева. Из-под
расстегнутого плаща-халата пыхало таким жаром, что Жюлю становилось не по
себе. А когда они перебирались от дерева к дереву, она щебетала о какой-то
ерунде, а он пересыпал ее щебетание междометиями и обдумывал сложившуюся
ситуацию.
Могло, конечно, что-то и получиться, хотя ее интерес к нему носил,
кажется, только сексуальный характер... Может быть, все-таки попробовать?
Или подождать до следующего раза?.. И не давало ему покоя то, что за
прошедшую половину дня он так и не связался с Артуром и потому вынужден
плутать в темноте.
Так он и колебался до самого своего коттеджа, не зная, как поступить.
С одной стороны, Санчес был весьма любопытной зацепкой, а с другой -
провалы чаще всего и происходят от излишней торопливости.
- А вы знаете, Белла, - сказал Жюль, когда они дотащились до места, -
ведь у меня нет презервативов.
Белла коротко хохотнула.
- Ну и беда! - сказала она утробным голосом. - А `Сэплай` на что?
- Вы знаете, Арабелла, - повторил он с сомнением, - все-таки я
сегодня очень устал. Дорога, сами понимаете...
Беллу словно ударили. Глаза ее сузились, лицо вспыхнуло, пальцы
судорожно тронули застежки на плаще. Она вполголоса выругалась и побрела
прочь, опустив голову. Видимо, в ее жизни это был первый случай с подобным
исходом.
- Может быть, вас все-таки проводить? - крикнул Жюль ей вслед.
Она только дернула плечами и, не оборачиваясь, прибавила шагу.
Вот-вот бросится бежать.
Потерпи, девочка, подумал Жюль. Я еще утолю твое любопытство. Дай мне
только срок, чтобы приготовиться. Видит Бог, сегодня мне играть в эти игры
еще рано.
Он набрал код на замке и, открыв дверь, вошел в прихожую. Вспыхнул
свет. Жюль внимательно осмотрелся. Потом прошел в гостиную и снова
внимательно осмотрелся. Все вещи лежали на своих местах, да и чутье
подсказывало ему, что никто в его отсутствие сюда не заходил.
- Дорогу осилит идущий, - сказал он вслух, достал из кармана
`карандаш` и включил его.
`Карандаш` тревожно замигал красным.



3

Утром Жюль облазил весь коттедж. `Жучков` напичкали предостаточно, но
телекамер он не обнаружил, и это его успокоило. Работать под
видеоконтролем было бы уж совсем паршиво.
Хотя с какой стати сразу ставить меня на видеоконтроль, подумал Жюль.
Я ведь пока только на подозрении, а если на каждого подозреваемого
заводить видеоконтроль... Этак ни аппаратуры, ни кадров не хватит!..
Однако, когда же это я получил `жучка` на куртку? Ай да Арабелла!
Профессиональная работа!
Он снял куртку с вешалки и отправил ее в утилизатор. Потом заказал
себе новую, темно-зеленую, водонепроницаемую и без всех этих разноцветных
клапанов и сверкающих молний. Когда куртку прислали, он проверил ее
`карандашом` и, сняв таким образом подозрение с местного отделения
`Сэплай`, обследовал весь свой гардероб. `Жучков` в одежде не было.
Аппаратура же в стенах коттеджа его пока не очень волновала.
Завтракать он решил дома. Заказал продукты, загрузил ими кухонный
комбайн и, когда тот удовлетворенно заурчал, отправился в гостиную
смотреть `Всемирные новости`.
Ничего сногсшибательного за истекшие сутки на планете не произошло.
Где-то хорошими темпами строились весьма важные объекты, где-то не менее
важные объекты ломались, кто-то куда-то плыл, кто-то откуда-то летел. В
веренице сообщений не ощущалось никакой особой тревоги, а потому все это
было от Жюля далеко-далеко, как будто и не на Земле вовсе.
Внимание его привлекло сообщение из Северной Франции. Блокированная
там банда Лаваля, воспользовавшись ротозейством стоявших в оцеплении,
вырвалась из мешка, разгромила в процессе прорыва одно из подразделений
ЮНДО и рассыпалась. Как всегда юндовцам не досталось ни одного трупа,
который можно было бы опознать. И опять осталось неразгаданным, как они
осуществляют самосожжение... В Торонто убит уполномоченный ЮНДО.
Фотография. Лицо Жюлю незнакомо... После этого пролили бальзам на раны: в
Италии удалось накрыть еще один подпольный склад оружия. Десятки тысяч
единиц вооружения, сотни тонн боеприпасов. И никакой зацепки. Одни
обгоревшие трупы... Ассоциация открещивается от всех дел, объявив, что за
индивидуалов она ответственности не несет.
Крепко сидят, сволочи, подумал Жюль. Мы же чаще всего работаем
по-школярски. А как работать иначе, если у них сплошные профессионалы? И
отец военный, и дед военный, и прадед военный, и седьмая вода на киселе
три века назад порох нюхала! И каждый работает там, где живет, где
местность знает до последнего кустика, где его каждая кочка спрячет! А
наши вынуждены сидеть по дырам, потому что идет настоящая охота. А из дыры
много не накомандуешь!.. И ведь куда бьют, сволочи, в самое сердце!
Понимают, что ЮНДО без профессионалов - плакат на стене!.. И попробуй,
зацепись: везде доведенные до отчаяния травлей террористы-одиночки. Хоть и
торчат за ними уши FМА, но уши - это еще не доказательства.
Он сплюнул и пошел завтракать. Позавтракав, связался со штурманом
Дальнего Космического Флота Сергеевым. Того на месте не оказалось. Как и
следовало ожидать. Тогда Жюль связался с бортмехаником `Крыма` Гиборьяном.
Анри оказался на месте, и они мило побеседовали минут десять. Анри
объявил, что `Крым` в ближайший месяц будет на профилактике, так что
разговаривать с ним позволительно хоть каждый день. А найти его Жюль может
либо дома, либо на борту корабля - как повезет. Жюль порадовал Гиборьяна
известием, что хорошо устроился, и поплакался о скуке, которая его здесь
ждет. Анри посоветовал ему почаще обращать внимание на женщин, тогда
скучать будет некогда. На том и распрощались. Анри у себя на Куру
отправился трудиться, а Жюль решил, что пора нанести визит к доктору.



4

Жюль стоял перед воротами и смотрел на окна особняка. Особняк
оказался современным, двухэтажным, с крышей, покрытой энергетическими
панелями. Решетка вокруг особняка оказалась старинной, по-видимому,
вывезенной из Европы, с вензелями и чьим-то давно забытым гербом. Ворота в
решетке оказались широкими, высокими и закрытыми на модерновый кодовый
замок. На воротах висела массивная бронзовая доска с надписью `Арчибальд
Спенсер, доктор медицины`.
Красивая была доска. И решетка красивая. Как и весь особняк. А доктор
Спенсер хоть и не был красив, но был чрезвычайно нужен Жюлю. И потому Жюль
был несказанно удивлен, когда понял, что сейчас уйдет отсюда. Вот только
сделает вид, будто ему очень понравилась доска. Исключительно как любителю
старины!.. Откуда же ему, обыкновенному туристу, знать, что доктор Спенсер
никакого отношения к старине не имеет. Это известно лишь тем, кто знает,
что доктор Спенсер не столько доктор медицины Арчибальд Спенсер, сколько
резидент Восточного сектора Секретного отдела ЮНДО (псевдоним Артур), но
ему, Жюлю Карне, космонавту на реабилитации, ничего подобного известно
быть не может.
Жюль послюнявил палец, потер им доску, потом резко повернулся на
каблуках и пошел прочь.
Странно, думал он. Словно паралич воли... Словно кто-то запрещает мне
войти туда!.. А вот сейчас развернусь и двину обратно! Должен же я
встретиться с Артуром! Это же все планы рушатся! Вот сейчас...
Ничего не произошло. Ноги по-прежнему несли его все дальше и дальше
от явки, словно ими управлял кто-то со стороны.
И Жюль вдруг успокоился, ибо понял, что так и должно быть; что все
происходящее, вроде бы и противоречащее здравому смыслу, на самом деле
ничему не противоречит; что все это происходит исключительно и только в
его интересах. Понимание шло изнутри, из самых глубин души. Если бы Жюля
спросили, откуда он это взял, если бы у него поинтересовались, на
основании каких фактов он это решил, он бы не смог ответить. Он просто
знал, ПРОСТО ЗНАЛ. Как знают, что есть солнце и ветер, что за ночью всегда
приходит день, что не рождаются дети без матери. Он знал это не сам, а
словно со стороны, и словно со стороны он видел себя, лжекосмонавта и
лжебольного, лжерубаху-парня и лжелюбимца женщин, а фактически одного из
лучших диггеров ЮНДО, обладающего не только огромным опытом конспиративной
работы, но и с некоторых пор умением включиться в партнера. Он смотрел на
себя со стороны и думал о том, что все идет прахом, что весь план,
разработанный Алкиноем и Грэмом, летит к дьяволу.
Направленное инфразвуковое воздействие, понял он вдруг и с
облегчением вздохнул. Потому что это была уже не какая-то чертовщина, это
был нормальный материализм, без мистики и фантазии. С этим вполне можно
было двинуть в город, по платному экранированному каналу связаться со
своими и поставить их в известность об угрозе срыва операции.
Эта мысль его успокоила окончательно. Он быстренько сориентировался,
вспомнил вызубренное расписание экспрессов `Гринкоуст - Лонгвилль` и
направился на вокзал. Не пройдя и ста метров, он обнаружил за собой хвост.
Хвост был настолько примитивен, что Жюль даже засомневался: не случайное
ли совпадение? Слишком уж этот молодой человек походил на сыщиков из
детективных фильмов - серая шляпа, серый плащ, пустые глаза и неослабный
интерес к витринам магазинов. Для вящей убедительности не хватало только
вчерашней газеты с круглой дырой посреди полосы... Жюль сыграл с молодцом
в `лабиринт` и после четвертого поворота убедился, что это действительно
соглядатай.
Потрясающее нахальство, обиделся Жюль. За кого меня принимают?..
Сбросить этого лопуха не составит труда даже школьнику!
Однако интуиция подсказывала ему, что действовать надо осторожно.
Жюль решил качнуть маятник, повернулся и пошел соглядатаю навстречу.
Встретившись с подчеркнуто-равнодушным взглядом шпика, он не удержался и
подмигнул. Никакой реакции на выходку не последовало: шпик не спеша
проследовал мимо.
Жюль раскачивал маятник минут десять, автоматически засекая всех
окружающих, и вскоре обнаружил, что хвост двойной. Прикрытием серого
молодчика была парочка влюбленных. Эти работали вполне профессионально. Во
всяком случае, страсть, с которой они целовались, когда Жюль проходил
мимо, выглядела очень натурально. Для полного правдоподобия в этих
поцелуях не хватало только некоторой доли сексуальности. Можно было,
конечно, поискать и еще прикрытия, но Жюль посчитал, что это было бы уже
слишком, да и времени до экспресса оставалось немного. Поэтому он
быстренько сбросил всех троих и помчался на вокзал, представляя себе, как
они там сейчас сзади испуганно мечутся, пытаясь понять, куда он исчез, и
как им теперь не до поцелуев.
На перроне, перед тем, как сесть в вагон, Жюль окинул взглядом
толпящихся вокруг попутчиков. Подозрительных вроде бы не было. Он
облегченно вздохнул и отправился на свое место.



5

В Лонгвилле, выйдя из вагона, он еще раз огляделся и только после
этого двинулся к стоянке такси перед Северным вокзалом. Ехать решил на
ретро: меньше шансов оставить след.
На стоянке было полно свободных машин, и Жюль подивился доступности
этого вида транспорта в Лонгвилле. Как правило, такси с живым шофером шли
нарасхват.
Подойдя к ближней машине, Жюль обнаружил, что она пуста. Не было
водителей и в других машинах. Жюль принялся растерянно озираться и,
наконец, обнаружил хозяев ретро. Водители стояли кружком около фонарного
столба и о чем-то судачили.
- Эй! - крикнул Жюль.
Таксисты разом обернулись и с удивлением посмотрели на него, однако с
места не сдвинулись. Тогда Жюль подошел к ним сам: не кричать же `Эй!` еще
раз.
- Господа! Кто подвезет одинокого усталого мужчину?
Господа особого желания не выразили, только один, пожилой таксист в
старомодной униформе, сказал ему:
- Мистер, вы, по-видимому, нездешний?
- Точно, - сказал Жюль. - Я космонавт, с севера... А как вы,
простите, догадались?
- Все здешние знают, что мы сегодня бастуем. Вон там, за углом
стоянка автоматов... Впрочем, космонавта я бы мог подвезти. Просто так, в
качестве подарка.
- Это за что же такая милость? - спросил Жюль.
- А у меня младший сын на Луне!.. Одну минуточку.
Таксист вернулся к товарищам, о чем-то с ними пошептался. Те с
интересом посмотрели на Жюля, один из них хлопнул приятеля по плечу.
Пожилой пригласил Жюля в машину.
- Куда едем? - спросил он, прогревая мотор.
Жюль назвал адрес ближайшего к Станции Экранированной Связи кафе.
- Далековато. - Таксист покачал головой. - Но космонавта отвезу.
Слово старого Хесуса - кремень!
Он плавно сдвинул машину с места, разогнал ее и аккуратно вписал в
поток транспорта, движущийся по улице. Автомат-такси тут бы постоял со
своим локатором.
- Вы у нас отдыхаете или как? - спросил таксист.
- Отдыхаю, - сказал Жюль. - После трудов праведных.
- Мой Уго тоже скоро прилетит в отпуск, - сказал таксист. - Через два
месяца. В самую-то непогоду.
- А по какому поводу у вас забастовка? - спросил Жюль.
- О-о! - воскликнул таксист. - Это мы в поддержку кригеров.
- С каких это пор кригеры стали нуждаться в поддержке таксистов? -
удивился Жюль.
Шофер усмехнулся.
- Вы там в космосе как за каменной стеной, - сказал он. - Ничего не
знаете... Прошли те времена, когда кригеры жили в свое удовольствие.
Взялись за них и, надо сказать, взялись основательно! Вот мы и бастуем.
- А какое вам дело до кригеров?
- А дело нам до них самое прямое!.. У меня старший сын - кригер, у
большинства моих приятелей сыновья тоже кригеры.
- И где же теперь эти кригеры?
- Да уж не в космосе, конечно! - Таксист рассмеялся. - Где им надо
быть, там они и есть!
Все ясно, дядя, подумал Жюль. Партизанит твой старший сын, ждет, пока
ему дырку во лбу прокрутят.
- Вот вы мне скажите, мистер, - проговорил таксист. - Как же это
получается?.. Всегда кригеры нужны были, самыми уважаемыми людьми у нас
считались!.. А теперь что же? Ни к чему?

ПОЛНЫЙ ТЕКСТ И ZIР НАХОДИТСЯ В ПРИЛОЖЕНИИ
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован