28 июня 2007
448

Сергей Годунин: `Все хотят жить в Суздале!`

Без малого неделю специалисты из нескольких десятков стран мира в рамках прошедшего в Казани IX конгресса Организации городов всемирного наследия делились опытом, где и как найти средства на сохранение и восстановление памятников истории и культуры. О проблемах развития туризма и наполнения бюджета исторических городов России "Росбалту" рассказал глава города Суздаля Сергей Годунин.

- Насколько опыт Суздаля, несколько десятилетий развивающегося как город-музей, применим, к примеру, в Казани и других российских исторических городах?

- Однотипного с Суздалем опыта, думаю, быть не может. Суздаль - очень маленький город, в котором сосредоточено, наверное, максимальное в России количество памятников на душу населения - 272 памятника на 11 тысяч жителей. В Казани этого нет. Казань - промышленный город, у него другой потенциал, который он довольно успешно использует. Что из нашего опыта может быть применено в таких крупных городах? Во время экскурсии по городу я обратил внимание, что на одной из центральных улиц среди застройки XIX века стоят два новых здания архитектурного стиля XXI-го века...

- Вот также изуродована и Старо-Татарская слобода...

- Но зачем это делать, когда можно возвести пусть даже новодел, но в архитектурном стиле, сохраняющем облик города девятнадцатого века? Что касается Старо-Татарской слободы, которую я видел проездом, то, если там еще не все окончательно испорчено, ее можно сделать именно татарской слободой, реализовав туристический аспект. Тогда Казань в какой-то части будет напоминать Суздаль.

Туристический объект как таковой подразумевает не только архитектурный стиль и исторические памятники - это масштабный, комплексный турпродукт, который, собственно, надо создавать. Тогда это будет экономика, тогда он будет приносить прибыль. Вот это в комплексе мы и пытаемся делать в Суздале - по сравнению с другими городами, полагаю, довольно успешно. Хотя многие сейчас к этому приходят, понимая, что, если нет экономики, города чем-то должны жить.

Хороший пример - Великий Устюг, который, раскручивая один-единственный бренд "Родины Деда Мороза", использует в том числе свои исторические памятники, которых, кстати, тоже немало. На это выделяются огромные деньги, в данном случае региональные. Они идут по тому же пути, что и Суздаль. В свое время на то, чтобы сделать этот маленький город туристическим центром, а он является именно таковым, были потрачены существенные государственные средства.

- Очевидно, что без федеральных вливаний и политической воли возрождение исторических памятников невозможно, однако не все ставят перед собой такую задачу. Частные инвесторы нередко пытаются попросту уничтожить, допустим, сжечь старую застройку, чтобы построить современные здания. Что можно противопоставить вандалам?

- Случаи поджога бывают и в Суздале. Правда, злоумышленники не идут по пути уничтожения памятников, но есть жилая застройка, очень привлекательная для московских частных инвесторов. Все хотят жить в Суздале! Я даже здесь, на Конгрессе, встретил гражданку Франции, которая тоже хотела бы жить в нашем городе, приехала, попыталась купить недвижимость, но не удалось - очень дорого.

Практике вандализма нужно противопоставить жесткую позицию муниципалитетов: даже если что-то будет уничтожено, на этом месте будет восстановлено точно такое же здание в точно таком же архитектурном стиле, и его функциональность будет именно такой, какая предусмотрена Генеральным планом и другими градостроительными нормами. Вот тогда придется прекратить попытки силовыми методами решить свои проблемы.

- Как по-вашему, новоделы - это метод восстановления исторического облика городов?

- Я вовсе не за то, чтобы вместо всех памятников сделать новоделы. Но есть отдельные, частные случаи, когда от памятника, сооруженного нерадивыми строителями, мало что осталось - рухнула крыша, полностью развалилась кирпичная кладка. Восстанавливать его нет никакой возможности. Альтернатива: или иметь разрушенный памятник в центре города, или все-таки отстроить его заново, особенно если этот дом не уникален и подобных строений в Суздале более сотни.

Нельзя, даже если это памятник, стоять на том, что мы, мол, лоб расшибем, но не двинемся никуда дальше. Но это - частные случаи, которые совершенно не означают, что памятники нужно массово заменять новоделами. Недавно я был в Муроме. Там говорят, что у них, дескать, самый древний монастырь на Владимирской земле. Пардон, а что вы можете предъявить от этого древнего монастыря? Храм XVIII века, надворные постройки XXI века... Абсурд! Я отвечаю на это, что Дмитровский монастырь в Суздале, ныне полностью уничтоженный, был древнее Муромского. К теме новодела нужно подходить очень взвешенно.

- Какое экономическое применение можно найти обычным городским домам-памятникам, в которых нередко все еще живут люди?

- У нас есть многочисленные и поразительные примеры использования таких зданий. В Суздале многие дома, которых достаточно и в Казани - низ каменный, верх деревянный - используются как гостевые. Это не просто жилые дома, сдающиеся под наем туристам - это настоящие маленькие гостиницы, иногда имеющие 3-4 звезды, со всем необходимым оборудованием и инфраструктурой. Фасады домов полностью сохраняют стиль века, в котором они были построены. У нас есть гостевые дома, расположенные в деревянных избах, сделанных по типу тех, что издавна строились на Руси.

- Насколько я знаю, все это достаточно дорого - сутки проживания стоят порядка $80-100.

- Есть и гораздо дороже, в районе 300 долларов. Туризм и экономическое развитие исторического наследия подразумевают определенную инфраструктуру. Ведь музеи, расположенные в таких памятниках, не приносят прибыли. Ее приносят места проживания, питания, услуги. Да, все это у нас очень дорого. Почему? Потому что пока есть поток туристов. Есть, правда, и муниципальное учреждение, которое имеет турбазу с вполне доступными ценами, поскольку частный инвестор, к сожалению, не хочет принимать школьников - вдруг те что-то нацарапают на стене в номере с евроремонтом. Проблема такая есть, но есть и разные виды номерного фонда.

- Делается ли что-то для развития дешевого туризма? Все-таки $100 за ночь - чересчур дорогое удовольствие для большинства российских путешественников.

- Я считаю, что искусственно стимулировать ничего нельзя. Рынок есть рынок. У нас есть, например, дорогой частный отель "Кремлевский", выдерживающий жесткую ценовую политику. Но когда приезжают какие-либо чиновники, они останавливаются только там. Есть и другие предприниматели, делающие бизнес с оборота. Полагаю, это и правильнее, и перспективнее. При заполняемости 30% в год вы практически ничего не получаете, при заполняемости в 60% - имеете неплохой доход.

- Наверное, в "раскрученном" Суздале проблема заполняемости не стоит?

- Нет, заполняемость далеко не 100%. У нас очень высокий номерной фонд, составляющий 1800 мест. Буквально через год будет 2100, а еще через год - 2400. У нас много гостиничных комплексов, находящихся как в стадии завершения проектирования, так и в стадии строительства. В мае мы проводили всероссийскую конференцию по познавательному туризму, в рамках которой прошла презентация Нижегородской области. Так вот, они поставили себе задачу довести номерной фонд по области до 750 мест. Нам нужна заполняемость, и мы - в том числе и муниципалитет, потому что туризм - наша единственная экономическая составляющая - поставили задачу ежегодно наращивать турпоток на 100 тысяч человек. По итогам 2006 года заполняемость суздальских гостиниц увеличилась на 5% - была 42%, стала 47%. В этом году мы планируем достичь показателя в 52-55%, максимально - 60-65%. Выше тоже получается нерентабельно - происходит очень сильный износ номерного фонда.

- К сожалению, в Суздале тоже немало храмов и исторических зданий, находящихся далеко не в лучшем состоянии. Получается, даже столь значительное число туристов не решает проблемы средств на реставрацию и восстановление наследия?

- Это самый больной для меня вопрос - вопрос бюджетного строительства. Федеральный закон N131 мало того, что опустил нас в статусе - он еще и очень жестко развел финансовые потоки. И сейчас муниципалитетам, где решаются практически все проблемы жителей, оставляют самый минимум. Скажу в цифрах: у нас 7% налоговых поступлений остается в городе, 13% уходит в район, 35% - в область, остальное - в Российскую Федерацию. Назад мы получаем минимум. У нас, в отличие от других муниципалитетов, все виды дотаций составляют всего 20% - это и субсидии, и субвенции, и чистые дотации как таковые. Если бы такие города, как Суздаль, получили статус туристического центра, что сейчас пытается делать Ростуризм, или города-музея, о чем давным-давно говорят, и налоговые поступления оставлялись на развитие хотя бы в объеме 50% - было бы совсем другое дело. Иначе тематика, которая звучит на этом Конгрессе - экономика в целях сохранения историческогого наследия (я называю это развитием через сохранение и сохранением через развитие) - теряет свою актуальность.

Беседовала Яна Амелина
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован