19 сентября 2007
842

Сергей Соколов: Брюссель давит на газ

Торжище

Уже несколько месяцев мировые и российские СМИ тиражируют сообщения о том, что Европейская комиссия готовит ряд директив, направленных на защиту энергетического рынка Евросоюза от иностранного капитала. Выход этих нормативных документов намечен на 19 сентября, а их утверждение, как ожидается, должно состояться на заседании Совета ЕС по транспорту, телекоммуникациям и энергетике 1 октября или на саммите ЕС в Лиссабоне 18-19 октября.

КЕС намерена ужесточить механизм получения разрешений ее антимонопольных органов, препятствующий компаниям приобретать энергетические активы в ЕС из "соображений безопасности". Этот механизм будет применяться, если возникнет подозрение, что покупка преследует "некоммерческие мотивы".

Питаясь информационными утечками из Брюсселя, западная пресса злорадно раскручивает главный, по ее мнению, посыл предложений Еврокомиссии - ограничить экспансию "Газпрома" на энергетический рынок ЕС и в целом ослабить зависимость Европейского союза от энергопоставок из России. Эти тезисы подхватили и отечественные СМИ, которые все чаще стали публиковать материалы под лозунгом "наших бьют", призывают дать отпор коварным и неблагодарным европейцам, а если не получится - советуют переориентировать российский газовый и вообще энергетический экспорт на Азию.

Хороший знакомый: "враг" в Брюсселе

Спору нет: Комиссия ЕС как нельзя лучше подходит на роль основного "врага" во взаимоотношениях между Россией и Европой 27-ми. Именно евробюрократы чаще всего и, главное, наиболее последовательно чинят препятствия развитию равноправного и взаимовыгодного сотрудничества между Россией и Евросоюзом, причем не только в торгово-экономической сфере (вспомним переговоры по ВТО), но и в политической и других областях. Негативная роль, которую играет КЕС в диалоге между Российской Федерацией и Европейским союзом, стала наконец-то очевидной для большинства отечественных аналитиков, а главное - для участников этого самого диалога, включая заядлых "еврофилов". Исключение составляют те, кто еще кормится у нас в стране за счет грантов и иных подачек из Брюсселя, но они не в счет. Тем не менее, прежде чем подвергнуть КЕС тотальному бойкоту и остракизму или, того пуще, разбомбить, как предлагал один запальчивый отечественный "эксперт", давайте разберемся с данным конкретным случаем.

На первый взгляд условия, выдвигаемые Брюсселем, направлены прежде всего против "Газпрома", против усиления влияния этой вертикально интегрированной структуры на европейском рынке. Достаточно, однако, посмотреть чуть глубже, и становится понятно: дело не в новых "правилах игры", разрабатываемых Еврокомиссией, а в том, что из всех поставщиков энергоресурсов в ЕС и всех потенциальных внешних инвесторов только российский газовый монополист не соответствует этим правилам. Главные цели самой КЕС лежат в иной плоскости, "Газпром" же просто попадает "под раздачу", становится своеобразным collateral damage, какими были жертвы среди гражданского населения во время американских бомбардировок Сербии, Ирака, Афганистана, Ливии.

Энергетика: фундамент европейской интеграции

Начать следует с того, что энергетическая тема для Евросоюза не нова, и ни о каких "неожиданно появившихся недружественных приоритетах ЕС" в данной области не может быть и речи. На самом деле задача формирования единой политики в сфере энергетики с самого начала являлась одним из краеугольных камней европейской интеграции: Договор о создании Европейского объединения угля и стали (ЕОУС) был заключен еще в 1951 году, а Договор о создании Европейского сообщества по атомной энергии (Евратом) - в 1957-м.

Нынешний же этап - разработка новых директив в области энергетики - разворачивается уже почти год, и главной целью, которую при этом преследует Брюссель, является не дискриминация "Газпрома", а повышение эффективности энергетического рынка Евросоюза, поощрение конкуренции на нем, усиление надежности снабжения "единой Европы" энергоресурсами и сокращение выбросов СО2. В январе 2007 года КЕС представила Европейскому Совету и Европарламенту доклад "Энергетическая политика для Европы", который сама же и окрестила "энергетическим пакетом". Следуя этим рекомендациям, главы государств и правительств на саммите Евросоюза, состоявшемся 9 марта, утвердили всеобъемлющий план действий в области энергетики на 2007-2009 годы.

В интересах европейского потребителя

Стержнем пакетных предложений Еврокомиссии была и остается либерализация внутреннего газо- и электроэнергетического рынка ЕС в интересах потребителей и экономики в целом. Преследуя эту цель, Брюссель настаивал на разделении добычи/производства газа/электроэнергии, их транспортировки и продажи. Логика Еврокомиссии проста и понятна: если та или иная компания полностью контролирует не только добычу/производство, но и транспортировку и продажу, возникает реальная угроза злоупотребления ею своим безальтернативным положением на рынке.

Более того, подобная компания объективно не заинтересована в расширении пропускной способности инфраструктуры поставок газа и электроэнергии (соответственно, трубопроводов и ЛЭП) для удовлетворения возможностей других поставщиков, поскольку это обернулось бы для нее ростом конкуренции и падением цен. И наоборот, выделение, скажем, транспортировки в отдельную независимую компанию привело бы к увеличению инвестиций в наращивание пропускной способности трубопроводов/ЛЭП, приходу на рынок новых поставщиков, появлению гарантий того, что энергопредложение всегда будет удовлетворять спрос.

Здесь мы имеем яркий пример действий КЕС в интересах европейского интеграционного проекта и экономики "единой Европы" в целом, которые вступают в противоречие с узконациональными интересами отдельных стран - членов Евросоюза. Совершенно естественно, что государства ЕС, в которых имеются вертикально интегрированные энергетические монополисты (прежде всего Франция), встретили подобное предложение "в штыки" и, видимо, сумеют его похоронить. Как видите, борьба Брюсселя именно с "Газпромом" тут ни при чем.

Другой элемент предложений КЕС касается устранения препятствий на пути трансграничной торговли энергоресурсами, опять-таки внутри ЕС. В настоящий момент такими препятствиями являются различия в национальных правилах и технических стандартах, нестыковка или несоответствие пропускной способности энерготранспортной инфраструктуры отдельных стран-членов.

Лишь следом за этим в списке предложений Еврокомиссии следует тезис, на котором сейчас делается особый акцент применительно к "Газпрому". КЕС указывает на необходимость минимизации зависимости ЕС от импорта энергоресурсов, возможных срывов поставок, энергетических кризисов и т.п. и предлагает двуединое решение - диверсификацию источников, из которых газ и электричество поступают на рынок ЕС, и объединение усилий ("солидарность") стран-членов в диалоге с поставщиками.
Попробуем объяснить этот тезис на пальцах, разложив его на отдельные элементы. Первое: энергетика вполне обоснованно возводится в ранг стратегического сектора экономики Евросоюза - так же, как это делается в России, США и в большинстве других стран мира. Второе: преобладающая (а в некоторых странах ЕС - полная) зависимость от импорта энергоресурсов из одного источника представляет реальную угрозу, поскольку любой сбой или прекращение поставок, будь то по техническим или по политическим причинам, автоматически приведет к энергетическому кризису в масштабах одной страны или даже группы стран ЕС.

К этому следует добавить еще один аргумент: любому потребителю на любом рынке не может быть выгоден монополизм поставщика, поскольку последний получает неограниченную возможность повышать цены по своему усмотрению и вообще диктовать свои условия. Если кому-то данный тезис кажется спорным, предлагаю представить эту ситуацию в зеркальном отражении: Россия полностью зависит от поставок энергоресурсов из одного внешнего источника - вертикально интегрированной компании, которая контролирует добычу, транспортировку, а теперь нацелилась захватить и рынок сбыта. Как повела бы себя Москва на месте Брюсселя? Думаю, ответ настолько очевиден, что даже не нуждается в изложении. Речь, напомню, идет не молдавском вине или грузинской минералке, которым всегда найдется замена на рынке (а нет, так и обойдемся), а об импорте архиважного ресурса для жизнеобеспечения экономики, населения и национальной безопасности страны.
Третье: предлагаемые ограничения не будут избирательными, адресными, а будут действовать в отношении всех компаний третьих стран, а в определенных случаях - и против компаний самих государств ЕС.

И наконец, четвертое, о "солидарности". Желание говорить с энергопоставщиками (и транзитерами) одним сильным голосом, дабы не позволять им навязывать невыгодные условия, тоже понятно. Помимо прочего, "единый фронт" даст больше шансов на продвижение проектов прокладки альтернативных маршрутов транспортировки энергоресурсов, т.е. на диверсификацию. Поставщику, конечно же, это не может нравиться, но поставьте себя на место потребителя и проведите бытовую аналогию: многие ли сочтут разумным идти на встречу с продавцом, скажем, подержанного автомобиля в одиночку? И дело даже не в том, что продавец может оказаться бандитом и "кинуть", а в том, что вторая "голова" всегда поможет оценить качество товара, сбить цену и проверить корректность оформления сделки.

Следующий ключевой элемент "пакета" КЕС касается сокращения выбросов парниковых газов, и это вполне естественно, поскольку на энергетику приходится 80% выбросов СО2 Евросоюза. ЕС взял на себя одностороннее (!) обязательство сократить объем таких выбросов на 20% к 2020 году, а если к этому присоединятся и другие страны и регионы в рамках многостороннего соглашения - то и на все 30 процентов. Для достижения указанной цели Еврокомиссия, в частности, предлагает повысить эффективность использования энергии, сократить ее потребление на 20% к 2020 году и сделать больший упор на "чистую" энергетику, увеличив к тому же сроку удельный вес производства энергии из возобновляемых источников на 20%.

Эта часть предложений КЕС была должным образом одобрена главами государств и правительств Евросоюза и оформлена в виде "Плана действий по энергоэффективности (2007-2012)", что, впрочем, не мешает тем же национальным правительствам теперь саботировать поставленные задачи. В результате на данный момент в Брюсселе уже в открытую поговаривают о необходимости пересмотра амбициозных целей.

Целый раздел "энергетического пакета" Еврокомиссии посвящен внедрению существующих технологий энергоэффективности и разработке новых, а также повышению удельной доли производства энергии из возобновляемых источников и развитию атомной энергетики. Делая дипломатичную оговорку о том, что решение об использовании "мирного атома" остается в компетенции национальных правительств, КЕС тем не менее недвусмысленно высказывается в докладе "за".

Вот так в общих чертах на самом деле выглядят новые предложения Комиссии ЕС в области энергетики. Как видите, речь совсем не идет об объявлении войны "Газпрому", и упрекать Брюссель в адресной дискриминации российского экспортера в данном конкретном случае не следует. Нашему газовому монополисту от этого, конечно же, не легче, но сочувствовать его тяжелой участи мы будем чуть ниже.

Европейский покупатель на азиатском рынке

А пока вернемся чуть назад, к диалогу между Евросоюзом и внешним миром в сфере энергетики. Руководствуясь, повторюсь, интересами европейской интеграции в целом, КЕС настойчиво ведет линию на то, чтобы ЕС вел этот диалог единым и сильным голосом. Ситуация, при которой отдельные страны-члены имеют привилегированные отношения с тем или иным государством-поставщиком (будь то Россия, ОАЭ или страны Северной Африки), а остальные довольствуются "огрызками" по завышенной цене, объективно не отвечает цели повышения стабильности и эффективности европейского энергетического рынка. Более того, даже наличие долгосрочных контрактов (как у России с Германией, Францией, Италией, странами ЦВЕ), как выяснилось, не является гарантией от потрясений и кризисов по типу "украинского" или "белорусского".
Выработка и продвижение единой позиции ЕС-27 в мировых энергетических делах (являющееся, кстати, частью курса Еврокомиссии на формирование общей внешней политики и политики в области безопасности Евросоюза) не направлено конкретно против "Газпрома" или даже конкретно против России. В январском "пакете" КЕС такую "солидарность" предлагается применить в отношениях как с поставщиками (Россия, Норвегия, страны ОПЕК, Алжир), так и с потребителями энергоресурсов (США, Индия, Бразилия, Китай) и транзитерами (Украина).

С каждой из этих групп государств Евросоюзу есть что обсудить, и чем более весомым будет его коллективный голос, тем объективно больше будет у него шансов на защиту своих интересов. С конкурентами-потребителями необходимо договариваться о текущих и перспективных объемах импорта газа, влияющих на мировую конъюнктуру и цены, а также о порядке действий на случай возникновения кризисов. С экспортерами предстоит торговаться о количественных, ценовых и временных условиях поставок. С транзитерами же следует вести речь о гарантиях бесперебойной транспортировки энергоресурсов через их территорию.

Еврокомиссия предлагает добиваться указанных целей путем формирования "энергетических партнерств" с каждой из трех групп государств, а также за счет их присоединения к международно-правовым инструментам, таким как Европейская энергетическая хартия, гарантирующим прозрачность и открытость энергетического рынка и свободную конкуренцию на нем. Россия, как известно, подписала ЕЭХ и Транзитный протокол к ней, но отказалась их ратифицировать именно потому, что решила сохранить контроль над стратегическим сектором своей экономики и регулировать присутствие в нем иностранного капитала.
С кем же борется Брюссель?

Таким образом, рекомендации КЕС не направлены именно против России и ее газового монополиста, однако их ожидаемое принятие и придание им (несмотря на оппозицию внутри Евросоюза) юридической силы серьезно осложнят деятельность "Газпрома" на европейском рынке. Компания, а с ее подачи и многие отечественные политики, аналитики и СМИ бьют в набат, жалуясь на то, что ее собираются лишить возможности поставлять на рынок ЕС все больше газа по все более привлекательным ценам. В любой другой ситуации подобные декларации альтруизма со стороны монопольного поставщика вызвали бы, наверное, только скептическую улыбку. "Газпром", однако, настолько велик и ужасен, что тут уже становится не до шуток, поэтому попробуем рассмотреть проблему повнимательнее.

Первое. Никто в Брюсселе не выступает против того, чтобы российская компания (не важно какая) поставляла газ на рынок ЕС, и чем больше и дешевле, тем лучше. Таким образом, никакого противоречия с декларируемыми целями "Газпрома" нет и в помине. Более того, если раньше КЕС весьма прохладно относилась к практике заключения долгосрочных газовых контрактов, нарушающих принцип свободной конкуренции и рыночного формирования цен, то теперь она об этом уже громко не говорит - гарантия стабильности поставок газа важнее.

Второе. Еврокомиссия не имеет ничего против использования существующих трубопроводов, связывающих Россию и ЕС, и строительства новых. Да, параллельно она активно продвигает проекты строительства альтернативных маршрутов транспортировки газа в Европу с тем, чтобы страны Евросоюза получили возможность выбирать наиболее выгодного поставщика, а заодно и застраховаться на случай перебоев с поставками из одного источника. Да, она тайно и явно противодействует проекту строительства СЕГ/"Голубого потока" напрямую из России в Европу, но только потому, что его контролирует вертикально интегрированная российская структура. Возьмись за дело любая другая отечественная компания (лучше, конечно, частная, чтобы снизить риск принятия хозяйственных решений по политическим мотивам) - и большинства проблем бы не стало.

Третье. КЕС решительно выступает против захвата европейского рынка вертикально интегрированными компаниями, сосредоточившими под своим контролем добычу и транспортировку энергоресурсов, и в особенности - против приобретения ими активов в сегменте конечных продаж энергии потребителям. О логике этой позиции говорилось выше, здесь же необходимо подчеркнуть, что подобные ограничения направлены против любой вертикально интегрированной компании, независимо от ее национальной принадлежности.

Четвертое. Еврокомиссия объявляет энергетику "стратегическим сектором" и на этом основании намеревается ограничить доступ в нее иностранного капитала. Ограничения касаются всех инвесторов за пределами Евросоюза, а не только российских, и об адресной дискриминации по национальному признаку здесь говорить неправомерно. Что же касается обоснованности такого ограничения, то достаточно вспомнить об аналогичных (но менее прозрачных) действиях российских властей, чтобы признать право Брюсселя занимать такую позицию.

О бедном "Газпроме" замолвите слово

Прежде чем подставлять свою жилетку плачущим топ-менеджерам "Газпрома" и собирать добровольные дружины защитников "народного достояния", давайте разберемся, чьи именно и какие именно интересы пострадают в результате ожидаемого принятия энергетических предложений КЕС.

"Газпром" поставлял, поставляет и будет поставлять газ на европейский рынок, и объемы этих поставок будут только увеличиваться, по крайней мере, в ближайшие десять-двадцать лет. Несмотря на все усилия Брюсселя по диверсификации импорта, доминирующим позициям российской монополии в энергопотреблении Евросоюза пока ничто и никто реально не угрожает. Более того, в случае успеха предпринимаемых Москвой действий по "координации" экспорта энергоресурсов с Алжиром и странами Персидского залива и по противодействию планам строительства газопроводов из Средней Азии в Европу в обход территории России, будущее вообще станет безоблачным.

Таким образом, можно говорить о том, что российское присутствие на энергетическом рынке ЕС гарантировано на годы и даже десятилетия вперед, а следовательно, гарантированы и столь важные поступления в бюджет страны и в копилку ее газового монополиста. Москва делает все для защиты той части интересов "Газпрома", которая совпадает с интересами государства, - лоббирует выгодные долгосрочные контракты со странами Евросоюза, добивается увеличения объемов поставок газа, привлекает передовые европейские технологии (и выборочные инвестиции) и предпринимает активные внешнеполитические усилия с тем, чтобы не допустить строительства газопроводов в ЕС в обход территории России.

Контрастом на этом фоне выглядит курс руководства "Газпрома". В условиях, когда 70% трубопроводов компании ведут в Европу, множатся планы строительства новых все в том же направлении, в то время как в Азии платежеспособных покупателей уже ничуть не меньше, а рынок несравненно больше. Миллионы россиян по всей стране - от деревень и дачных поселков в Московской области до самых до окраин - ждут газификации как манны небесной, а менеджмент компании предпочитает заниматься скупкой непрофильных активов.

Еще полбеды, когда речь идет о смежных отраслях (приобретение у РАО "ЕЭС России" контрольных пакетов трех генерирующих компаний, включая "Мосэнерго" или создание "Газпромнефти" на базе купленной у Р.Абрамовича "Сибнефти"). Куда больше вопросов вызывает покупка "Газпромом" (и это на фоне его внешней задолженности в размере 40 миллиардов долларов!) канала "НТВ", газеты "Известия". Теперь газовый монополист нацелился приобрести, ни много ни мало, еще и "The Wall Street Journal", стоимость которого оценивается в 5 миллиардов долларов.

Так что давайте сдержим скупую мужскую слезу по поводу дискриминации "Газпрома" на рынке ЕС. И не будем забывать о необходимости четко разделять интересы отечественного бизнеса и национальной экономики в целом, которые государство обязано защищать самым решительным образом, в том числе в диалоге с супостатами из Брюсселя, и интересы топ-менеджмента, который упорно пытается превратить компанию-монополию из "народного достояния" в государство в государстве.


19.09.2007

Русский Журнал
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован