13 апреля 2009
1761

Совпадает ли их план с нашим?

Судя по некоторым штрихам и заявлениям из состоявшегося отчета правительства перед Думой, с первым же идеологическим вопросом, выходящим ныне на передний план, в прошлой статье я попал в точку (см. "Кризис: новые перспективы или старые иллюзии?").

Действительно, мало ли у нас тех, кто нуждается сейчас в особой защите? Это касается как различных категорий граждан и целых социальных групп, так и секторов экономики. Но особой защиты и даже покровительства оказался достоин из всех секторов экономики лишь один - банковский. Депутатов, и через них весь народ, специально попросили на банки не нападать, так как это "важный сектор национальной экономики".

При этом, я далек от утверждения, что банки - не важный сектор. Роль они играют, безусловно, огромную, если не определяющую. Но только являются ли они в нынешнем виде (при нынешнем законодательстве, при нынешних механизмах регулирования их деятельности, при нынешнем Центробанке) действительно сектором именно национальной экономики, или, точнее, сектором именно нашей национальной экономики?

И что означает "нападать" и, соответственно "не нападать"? В Лондоне во время саммита "двадцатки", среди протестовавших, как известно, распространение получил лозунг "Сожги банкира!", но у нас, что также известно, ни до чего подобного не доходило, тем более, в стенах Государственной Думы. Что же в этом случае означает "не нападать" - не доходить до лондонского уровня уличных экстремистских идей и лозунгов? Или же не пытаться публично докопаться до подлинных причин происходящего в стране и всерьез не искать виновных - как среди руководителей государства, так и среди "бизнес-элиты"?

Если первое, то, в смысле активного действия, я согласен (хотя в переносном, идеологическом смысле - это вовсе и не экстремизм, а нечто вполне аналогичное лозунгу "Уничтожь наркоторговлю!"). Если же второе, на что, к сожалению, больше похоже, то, стоит признать, что подобные просьбы уже сами по себе содержат признание того, что именно в этом направлении и надо дальше копать.

При этом, продолжая разговор о ростовщичестве, в связи с комментариями ряда читателей к моей прошлой статье, стоит сделать несколько замечаний или пояснений.

Первое. "Иудо-христианская экономическая модель" - это не модель, базирующаяся равно на иудейских и христианских мировоззренческих ценностях, но модель фактически реализованная в мире, где иудеи и христиане веками жили бок о бок, и где иудейская культура в формировании экономической модели, как известно, сыграла огромную роль. Если такая экономическая модель оказывается противоречащей каким-либо основам христианского мировоззрения, то невольно возникает вопрос: почему же и церковь, и сам христианский мир с этой моделью послушно соглашаются? Более того, и в социальной доктрине нашей церкви мы находим и приветствуем элементы идей социальности, но практически не находим даже эха каких-либо выраженных анти-ростовщических идей. Если же это, как выразился в комментариях один из наших читателей, признак "христианского смирения", то тот ли это случай, где идейное смирение уместно? Если бы на эту чрезвычайно ныне актуальную тему выступил кто-либо из церковных идеологов, это было бы очень и очень интересно. Причем, как для верующих, так и для атеистов: нам всем важно понимать, из какой культуры мы выросли, что несем в себе, а что и почему утеряли.

Второе. В чем поднаторели идеологи нынешнего мирового и нашего собственного экономического устройства, так это в манипулировании общественным мнением и передергивании фактов. Смотрю очередную дискуссию на животрепещащую тему о "жирных котах", и среди первых сразу же - старая спекулятивная идея о том, что если банки поприжать, то как же пенсионеры будут получать пенсии? Но напомню, что банки как финансово-проводящая (кровеносная) система - это одно, но как система отсасывания соков из экономического организма и накопления бесполезного для реального сектора экономики подбрюшного жирка - другое. А вот идея о разделении этих двух принципиально разных функций - как будто бы никому из допущенных до дискуссии оппонентов и в голову не приходит. Ну, просто нет такой идеи (кстати, не здесь ли и ответ на вопрос первого откликнувшегося на предыдущую статью читателя о том, почему некоторые - с альтернативными идеями - все больше на второстепенных и региональных каналах?)...

При этом, во-первых, напомню, что обычная почта всю жизнь работает более или менее исправно безо всякого требования отсасывания себе части содержимого наших посылок, бандеролей и писем - просто за фиксированную плату, и, понятно, безо всякого риска "естественного" банкротства (с потерей в этом случае не только посылок и бандеролей, но и ответственности за происшедшее). Более того, для финансово-проводящей системы (не только для пенсионеров, но и, в еще большей степени, для реальной производящей экономики) именно принципиальное отсутствие даже минимальных рисков в этом звене должно быть абсолютно безусловным приоритетом, но именно этого-то наша банковская система (якобы "кровеносная") как раз и не обеспечивает.

И, во-вторых, а что же сейчас такое "прогрессивное" делают наши банки (включая полугосударственный Сберегательный) и их руководители, якобы заботящиеся о бедных пенсионерках? Они "оптимизируют" свою сеть, доставшуюся им в наследство еще от времен СССР, что в переводе на общедоступный означает закрытие филиалов в "неперспективных" населенных пунктах - тех самых, где остались одни пенсионеры, заботой о которых им так удобно прикрывать необходимость и обоснованность своих, в дополнение к и без того немалым зарплатам, ежегодных многомиллионных "бонусов" ...

И третье. Ростовщик - понятие широкое и емкое. Это не только профессия, но и призвание и целое мировоззрение. И сильно ли отличаются от ростовщиков по своей психологии и мотивации наши "супер-менеджеры" в высоко монополизированных секторах экономики, прежде всего, "сырьевики", занимающиеся не созиданием нового (так называемым "производительным капитализмом"), а распродажей за рубеж достояния предков и потомков, и научившиеся за все эти годы играть лишь в две игры: увод прибылей за рубеж в оффшоры и взятие за рубежом "дешевых" кредитов под гарантии роста стоимости объемов сырья "на балансе"?

Вы скажете: "Так они - не ростовщики, а, напротив, жертвы ростовщиков?". Ни в коем случае. Посмотрите как ростовщик (в прямом смысле) и сырьевой монополист действуют у нас слаженно и согласованно, так, что кто первый - и не определишь (прямо как в истории с курицей и яйцом). Условно начнем цепочку с монополиста. Монополист, под предлогом высокой инфляции, выторговывает себе плановый рост тарифа на 15 - 30 процентов. После чего все расчеты Минэкономразвития (даже и с учетом всех занижающих истинные параметры хитростей) показывают столь же плановую инфляцию (которую они, для занижения результата, додумались считать без учета планового роста тарифов монополистов) не менее чем в десять-двенадцать процентов. После чего Центробанку как будто ничего не остается, кроме как держать процентную ставку на уровне, хотя бы чуть-чуть превышающем эти самые плановые показатели инфляции - той самой инфляции, с которой Правительство и Центробанк делают вид, что самоотверженно сражаются...

При такой игре и при таких процентных ставках где в конце концов окажутся сконцентрированы все ресурсы? Разумеется, в руках ростовщика. А что же монополист - обижен, зря старался? Нет, он получил доход дважды: и как собственник сырьевой монополии - за счет ничем не обоснованного, но гарантированного роста тарифа, и... как не последний сособственник банков и, следовательно, прямо ростовщических доходов - структура собственности-то у нас соответствующая.

Когда же наши сырьевые монополисты оказываются в луже - как безнадежные должники иностранных кредиторов, так они - такие же жертвы, как один банк жертва другого банка. То есть, пока ростовщик мог давать в рост, не залезая сам в долги - жертвой не был. Но жадность-то душит. И вот уже кажется, что всех перехитрю... Когда же ростовщик становится жертвой ростовщика - жаловаться некому и не на что.

Но из этого есть и фундаментальный вывод: что главное стремится сделать ростовщик со всеми нами? Правильно - сделать нас всех рантье, а, значит, и немножко ростовщиками. Так, чтобы если что - на судьбу (как на неудачу за столом казино) мы жаловаться могли, но против системы - не протестовали...

Тему ростовщичества как принципиального зла мы, разумеется, этим не исчерпаем. И будем к этому еще не раз возвращаться. Важно лишь понимать, что идеи пробивают себе дорогу не сразу, а медленно и постепенно. И если на этот раз наши (с теми, кто их разделяет) представления не возьмут верх в какой-либо даже заметной части общества, это еще не трагедия. Это даже не поражение, а всего лишь отсутствие победы на этом этапе. Битва же, как и всякое мировоззренческое сражение - на десятилетия, если не на столетия...

Но вернемся к исходному в этом цикле статей - к попытке, может быть, и с помощью читателей и их комментариев, сформулировать на переломном этапе некоторый комплекс идей, способных если не захватить все наше общество, то хотя бы в какой-то степени в нем распространиться и как-то повлиять на наши действия и, соответственно, на нашу судьбу.

Надо сказать, что сама возможность попробовать высказать на этих страницах такой комплекс идей, видимо, оказалась заразительной. И один из авторов прислал даже целый набор из восьми пунктов таких идей, способных, как ему представляется, стать программными положениями для кандидатов и партий. Отношусь к этим предложениям с уважением, и против ничего не имею (это все - полезно). Кроме одного: мне представляется, что эти предложения - все-таки инструментальны, а мы завели речь об идеологии, о мировоззрении общества. Инструментально, в развитие идей нашего читателя стоило бы сразу поставить вопрос и об отмене нынешних принципиально анти-конституционных и по существу варварских ограничений на возможность граждан решать что-либо непосредственно референдумом. Но вот ведь вопрос: право граждан на референдум - это вопрос инструментальный или идеологический? Всякий, изучавший что-либо хрестоматийное про демократию и права человека, конечно, ответит, что не только инструментальный, а базисный, значит - идеологический. Но, с другой стороны, согласившись с этим, тем не менее, что мы вынесем на референдум, и какое решение примем? Если по базисному (и потому идеологическому) организационному вопросу - вправе ли мы принимать решение на референдуме без нынешних абсурдных и практически всеобъемлющих ограничений - мы согласия достигнем, а идейного единства по вопросам содержательным, которые и можем вынести на референдум (или, точнее, инструментальные следствия которых хотели бы вынести на референдум) - нет и пока не ожидается...

Другая группа читателей выступает с позиций наличия у них уже четкого и однозначного собственного представления о необходимой обществу идеологии. Что ж, я это всячески приветствую и даже в чем-то немного завидую. Но единственная проблема: есть ли абсолютная уверенность в том, что прописные истины или то, что таковыми кому-то представляется, будучи выражены предельно безапелляционно, да еще и сразу в полном и цельном наборе, сразу же завоюют неисчислимые полчища сторонников? Я - не против, но в реальности, как мы видим, этого почему-то не происходит. Соответственно, если я к чему и призываю здесь сейчас своих читателей-комментаторов, то лишь к одному. Прошу рассматривать то, что в этом цикле статей пишу я, как постановку вопроса, предложение к обсуждению и развитию идей, либо, может быть, напротив, к критике этих идей как неактуальных или нежизнеспособных.

И следующая идея, которую мне хотелось бы заявить, также стара, как мир. Но особенно актуальна для нас в силу того, насколько именно мы (в отличие практически от всего более или менее цивилизованного мира) радикально от нее отказались. Причем, отказались не только применительно просто к ближнему (которого, в условиях конкуренции, предпочитаем считать "дальним"), но и применительно к старшему поколению, а, значит, и применительно к себе самим тогда, когда и мы станем пожилыми и немощными. Я имею в виду идею элементарной солидарности в обществе. Причем, специально обращаю внимание: вопросы о прогрессивной или "плоской" шкале подоходного налогообложения, о солидарной или индивидуально накопительной системе пенсионного обеспечения, даже, кто-то удивится, о социализме и капитализме - это вопросы сравнительно инструментальные, но вот вопрос о солидарности - самый базисный. И, не исключено, что именно отказ (сначала просто на обыденном бытовом уровне) от этого базисного мировоззренческого понятия как основы жизни общества и привел нас далее к практически добровольному отказу от всех прежних социальных достижений и провалу в самый дикий и варварский вариант чрезвычайно монополизированного по сути ростовщического капитализма.

Какие основания говорить об этом - о солидарности - именно сейчас? Ну, хотя бы, полный и безусловный (хотя так и непризнаваемый) провал финансово-спекулятивной "накопительной" (вместо прежней солидарной) пенсионной системы - об этом задуматься, наконец, придется? Да еще и с учетом вновь подтвержденного отчетом правительства в Думе отказом от каких-либо даже элементов этой солидарности в дальнейших планах правительства. Ведь единый социальный налог планируется снимать лишь с зарплат до 415 тысяч рублей в год, то есть примерно около тысячи долларов в месяц; а со всего, что выше, и со всех, кто получает в разы и десятки раз (а с учетом "бонусов" - и в сотни раз) больше - нынешним пенсионерам не достанется ничего...

А, задумавшись о своем личном будущем, может быть, удастся заглянуть и в корень проблемы - сначала на примере солидарности или отказа от солидарности между поколениями, а затем, может быть, и на примере социальной солидарности между разными слоями общества...
Специально для Столетия


13.04.2009
www.stoletie.ru
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован