24 января 2007
102

Тереза Дурова: `Придурком быть комфортно`

Гены - великая вещь. Правнучка Анатолия Дурова, как и ее великий предок, до сих пор любит крутые виражи и неординарные поступки. Несколько лет назад она совершенно добровольно оставила манеж со знаменитым аттракционом своей матери - тоже Терезы Дуровой и проложенной родителями цирковой дороге предпочла полную театральную неопределенность. А чего ждать от женщины с редким именем Тереза и еще более редким отчеством Ганнибаловна, в которой странным образом уживаются три существа - клоунесса, дрессировщица и ребенок.

- Тереза, такое ощущение, что Дуровы всегда были руководителями и дрессировщиками. А скромные-то труженики среди вас были?
- Были. Пример - моя бабушка Мария - дочка Анатолия Леонидовича. Абсолютно без лидерских способностей, спокойная, стабильная, домашняя. Она была истинной женщиной при папе, при маме, а ее дети получились неуемными. Но не каждый справился с тем, что ему дали. Яркий пример - мой дядя Толя. А мама всю жизнь проработала в цирке.
- Итак, сначала о прошлом - цирковом.
- Цирк - это... во-первых, мама - в роскошном платье и вся в блесках, как принцесса. Еще это атмосфера: музыка играет, люди в красивых костюмах, весело. И звери, очень много маленьких зверей - утята, кутята, лисицы, куницы, голуби, верблюды и обезьянки. Всего в нашем аттракционе было 360 голов животных - ну все, кроме хищников. Меня учат дрессуре, я выхожу в аттракционе с мамой и тоже в платье с блестками. У меня даже своя слониха - Монри.
- Животные тебя рвали?
- Рвали, но меньше, чем маму. Ну и что? Есть точные правила, которые в меня вбили мои родители. Мой отец, например, считал, что, если звери бросаются, в этом виноват только дрессировщик. Хотя звери... Помню, как вела медвежонка на манеж. Он безобидно ковылял рядом и из банки сосал сгущенку. А потом в одно мгновение переключился на мою ногу - давай рвать в кровь когтями. Почему? Медведь - самое непредсказуемое животное. И я отбивалась другой ногой в сапоге, с острым каблуком. И куда попадала ему - в глаз, в висок, голову, - не знаю: спасалась.
- Вот именно поэтому я ненавижу дрессуру. Мало того что это нецивилизованно, негуманно, но и опасно - артисты гибнут, гибнут животные.
- Слушай, человек делает выбор сам: он хочет адреналина. Животное никто не спрашивает. А дрессировщики рассказывают легенды, как животные любят клетку, как стремятся в нее... Клетку невозможно любить, как невозможно любить тюрьму или дом престарелых.
- Но ведь ты же сама, извини, входила в клетку с кнутом...
- Когда я работала, я свято верила в то, что делала. Но, когда прошло много лет, на расстоянии я увидела все по-другому. Ты знаешь, сколько гибло медведей во время дрессировки? В Красноярске их покупали по 50-60 рублей за штуку, привозили в цирк, а во время репетиций убивали. Не специально, просто они непредсказуемые, набрасывались на дрессировщиков. А я рассказывала тебе, как меня чуть не изнасиловала шимпанзе?
- Самец?
- Нет, самка. Короче, мама моя пожалела старую списанную шимпанзе, оставшуюся от аттракциона одной артистки. Эта шимпанзе - старая, живот, сиськи висят - жила с нами, шаталась по дому. И вот на гастролях в Астрахани днем мы с артистами лежим на пляже, загораем. Вдруг бегут рабочие: "Тереза, шимпанзе забрала себе щенков и не отдает". Я, как есть, в купальнике, бегу в цирк, подхожу к клетке.
- Детка, ну зачем тебе щенки? - расслабленно говорю я. - Отдай их, детка.
А она их сгребла, разложила между ног и щиплет их, за голову дергает, того и гляди удушит будущих артистов. И я, идиотка, вхожу в клетку. Забираю у нее щенков, поворачиваюсь, хочу уйти, а она своим огромным пальцем цепляет меня за трусы и не отпускает. Сопротивляться нельзя. Сажает меня рядом с собой на лавку, и начинается... Этим грязным пальцем она залезает мне в лифчик, в трусы, водит по груди, крутит мне соски... А как только я пытаюсь уйти, щерится, злится. Прибежал отец, пытался уговорить ее - пустое. Сказал: "Пока не наиграется тобой, не отпустит. Сиди спокойно", - и ушел.
- А нельзя было вырваться?
- Ты что! Порвет или шею свернет: лапища-то какие плюс возрастная агрессия. В общем, это продолжалось два часа с лишним. И только когда я поняла, что больше ей неинтересна, выползла из клетки. Потом папа уже в гримуборной... он только что не бил меня, но все, что думал, сказал.
Отец умер внезапно на гастролях в Германии, мама попала в больницу. А через день ко мне пришла вся обслуга, человек двадцать, и сообщила, что уходит. "А шо, - сказала дородная хохлушка Наташа, она ухаживала за обезьянами. - Ганнибал умер, Тереза (то есть мама моя) того и гляди откинется, шо мы с тобой будем делать? За границу уже не поедешь".
- И ты?
- И тогда я встала перед ними на колени. Без расчета и ни на что не надеясь. Но они остались со мной. Я одна работала аттракцион, пока мама не вышла из больницы. Как ни странно, после этого случая рабочие стали со мной считаться.
- Как случилось, что дрессировщица Дурова бросила манеж, ушла в театр и стала начальником клоунов? Чуть не сказала "дрессировщицей", извини.
- Начальником клоунов я стала после фестиваля клоунады. Помню разговор на лестнице в Союзгосцирке, когда один очень уважаемый цирковой человек сказал мне: "Я уезжаю, потому что здесь дети - дебилы, родители - дауны, хоть задницу порви - никто не смеется. Здесь клоунов больше нет". Действительно, Полунин уже уехал во Францию, Попов - в Германию. Начало 90-х.
Я все это выслушала и завелась: прадедушка ли во мне взыграл, педагог ли (я к тому времени преподавала в цирковом училище), любовь к родине - не знаю. Но именно в этот момент я решила сделать первый фестиваль клоунов. Когда же их собралось на одной территории 300 душ, когда я окунулась в среду театральной клоунады, мне там очень понравилось: очень интересные люди, мощные, и до сих пор не могу понять, как все это вытащила.
Конечно, помог Никулин - дал свое имя. А его имя дорогого стоило. Однажды на фестивале не пришли автобусы за актерами, заранее заказанные. Когда Никулин узнал об этом, он тут же позвонил Лужкову - и через полчаса автобусы были. Добрый был и легкий человек. Старым цирковым артистам помогал. А когда фестиваль закончился, клоуны не разбежались, а собрались в театр.
- А ты сама могла бы быть клоунессой?
- Конечно. Однажды, когда надо было заполнить паузу до спектакля, я напялила на себя огромные штаны в горох, ботинки, бегала по залу, приставала к зрителю: "Почему так смотрим? У нас плохое настроение?". Шел поток сознания, и мне это было по кайфу. Оказывается, придурком быть комфортно.
- Вот насчет придурков хотелось бы кое-что уточнить - кажется, что у клоунов нет пола - ни "м", ни "ж", а нелепые существа.
- О-о-о!!! Это очень половые существа. Во всяком случае, я могу тебе сказать, что в клоунской среде я не знаю гомосексуалистов. Их просто нет. Клоуны - это супермужчины!
- О-о-о, скажу, куда девчонкам бежать.
- Что касается мужского и женского начала у клоунов и клоунесс, то тут все очень жестко определено. Клоунессы, работающие мальчиками, в жизни всегда очень женственны, мягки и просто великолепны. В свое время была пара музыкальных эксцентриков - Амросьева и Шахнин: она выходила на манеж старым евреем-скрипачом, а он, в женском платье и прическе, играл на тромбоне "Чардаш" Монти, который, кстати, до него никто не раскладывал на партию для духовых. Так вот, Амросьева, фантастически нагло и с драйвом делавшая скрипача, за кулисами была с длинными красивыми волосами, шепотом разговаривающая интеллигентная женщина. Нет, поверь: клоуны по-своему любить умеют, как любил, например, Енгибаров. А ему, что касается женщин, палец в рот не клади.
- Но как полюбить такого типа - сутулый длиннорукий идиот в огромных ботинках - как Никулин на манеже? Этот не защитит, этого хочется к груди приложить.
- А ты знаешь, очень у многих женщин они вызывают материнскую реакцию. Когда у меня работали клоуны Микосы и один из ребят выходил в образе старика-бомжа - лысый, противный, - то у меня за кулисами стояла толпа девочек. И у Славы Полунина с его ребятами всегда толпа после спектакля.
- В общем, понятно - женщин тянет к придуркам, а не к печальным белым клоунам.
- А может, к чему-то подлинному? Туда, где хочется нереализованное материнство реализовать? А как любят нашего артиста Сергея Бороду в спектакле "Ниоткуда с любовью"! Ведь он там бессловесный придурок, которого штормит по сцене то ли от перепоя, то ли еще от чего...
- Вот интересно, после дрессуры зверей с артистами проще работать?
- Можно говорить о схожести: и там, и там нужно терпение. А главное, определить для себя цель - куда ты ведешь животное и артиста. Ведь из животного можно вырастить и послушного артиста, и убийцу. С артистом - такая же история.
У меня в цирке были три слонихи. Катрин, например, была нежнейшим существом - 3,20 от холки, - с которой можно было разговаривать или взять за хобот и пойти с ней по городу. Эта махина спокойно относилась к тому, что у нее между ног кто-то валялся, никого не обижала. Но вот когда для аттракциона купили двух других маленьких слоних и радостно подвели к ней, она нам дала дрозда. Она их толкала, доставала хоботом, била по ушам крошек. А однажды, уходя с манежа, дала такого пинка моей Монри, что та летела кубарем через голову, чего слоны в принципе не могут делать. А другая, из молодых слоних, - та вообще была женщина-вамп и законченная интриганка.
- Ну-ка, ну-ка, интересно, как слонихи плетут интриги? Как артистки?
- Она, например, могла взять сломанную кормушку и подсунуть Монри: мол, это не я сделала. Или ловила рабочего, и когда тот начинал ее чесать, она незаметно прижимала его к стенке так, что тот пугался и начинал орать. Она же отходила, как бабочка, - ля-ля-ля, ля-ля-ля, мол, я ни при чем. Пойми, я слонов с артистами не сравниваю, мне есть с кем сравнивать: в аттракционе были и верблюды, и лисицы, триста голубей - у каждого голубя свой характер. Один легко дается, другой в панике, третий сразу в кураже, а кто-то просто тупой. Так и люди.
- А безболезненная дрессура?
- Абсолютный миф. Для актеров нужен кнут - общая дисциплина для самого театра. За кулисами нельзя курить, в гримерных нельзя курить и на сцене. Только в курилке.
- Какой же это театр без свободы?
- Я точно знаю, что моим артистам в гримерках пить и курить не комфортно. Они могут это сделать и у меня в кабинете, в нашем ресторане, но не в гримерной. Потому что там висят костюмы разных людей, и не всем табак по вкусу. А представь себе артиста, который подходит к ребенку, - а от костюма и от артиста несет табаком. Но мы не навязываем свои правила жизни другим театрам.
Я вот читаю воспоминания известных режиссеров - Эфроса, Любимова, других - о пьющих артистах, как режиссеры их терпели, прощали. Я точно знаю - делать этого ни за что не стала бы. Чем талантливее человек, чем больше дано ему Богом, тем в более жестких условиях он должен существовать.
- В таком случае, ты никогда не имела бы такого артиста, как Даль, Высоцкий.
- Нет. Сто процентов. Я никогда бы не сказала им и не дала бы понять, что если он не выйдет на сцену - я потеряю театр, что из-за них вынуждена снимать спектакли с репертуара. Наоборот - я доказала бы, что могу без них работать. И терпеть бы не стала.
- Для Терезы Дуровой кнут нужен?
- Конечно. Я сама себе ставлю задачи, сама назначаю срок выпуска спектакля - и тогда мне деваться некуда. За всю историю театра не было случая, чтобы мы отменили премьеру. Моя мама в детстве говорила: "Если ты продала хоть один билет, у тебя назад дороги нет".
- Объясни, клоунада в театре - это стеб, капустник или что-то еще? Как ты объясняешь свой театр?
- Мы мало чем отличаемся от драматического театра - Станиславского еще никто не отменял, живем по тем же законам. Но при этом мои артисты находятся в постоянном тренинге: жонглируют, все владеют акробатикой, могут взять кого угодно в плечи, делают каскады. В клоунаду нельзя играть, ею надо владеть на психологическом, ментальном уровне. Кстати, эти же вопросы мне задавал Виктор Авилов, который у нас играл Дон Кихота. "Тереза, я не понимаю!" Я объясняю ему - представь, что ты, плохой актер, играешь Деда Мороза. Ты так пил, что проснулся летом! Ну тебя ударило по башке фонарем, ну попал ты непонятно в какое время... И в итоге так заигрался, что поверил, будто ты - Дон Кихот. Все очень просто - ну сыграй игру в эту игру. Но чтобы до конца понять этот жанр, уходит пять лет. Пять лет!!!
- А вот "Три сестры" силами клоунов - слабо? Представляю, что вы сделаете с бедными барышнями?
- Мы обязательно с ними должны что-то сделать. Наш ракурс зрения иной, более ироничный. Думаю, что главной героиней будет жена брата, которой очень сложно жить в этой абсолютно неприспособленной к жизни среде, когда все зачем-то хотят в Москву. Вообще, надо кормить детей, заниматься домом, а они все про Москву. Они такие, какие есть, - ну забавные тетки.
- А если замахнуться на Вильяма нашего Шекспира - на "Гамлета"?
- ...Скорее не он был бы главным, а тень его отца. Шлялась бы по сцене и прикидывала - запустить ситуацию с убийством или нет? И повесила бы вопрос - мальчик с папой в сговоре или сам по себе? Я бы поменяла финал. Нормальный клоунский прием, когда все на полном серьезе - пожар, трагедия и так далее, а потом выходит медсестра, хлопает в ладоши: "В нашем сумасшедшем доме отбой! По кроваткам, по кроваткам!"
- Хорошо, в твоем театре взрослым ничего нельзя, а детям?
- Им можно всё: разговаривать с родителями во время представления - надо же поделиться впечатлениями. Можно выходить на сцену: для нас это знак, что спектакль идет хорошо. Мои актеры нормально реагируют. У нас была ситуация на одном спектакле, когда мальчик лет четырех с разбегу прыгнул актеру Бороде на руки с криком: "Держи меня, никому не отдавай". И до конца первого акта Борода играл с ним на руках.
- Какие спектакли нужно ставить для детей, чтобы они не лепили жвачку на кресла?
- Они будут замазывать кресла жвачкой. И пепси-колой поливаться будут. Чтобы этого не было, не надо продавать жвачку в буфете и не пускать с колой в зал. За детьми надо следить, вот и все. Для детской аудитории нужны сегодня правильно подготовленные актеры, знание детской психологии, обучающий момент (нет случайной музыки, костюмов, декораций). Спектакли для детей должны быть визуально красивы, не агрессивны, с позитивным финалом, и картинка на сцене должна развлекать, если даже они не понимают, о чем идет речь. Ведь известно, что у детей до 4-5 лет другое чувство юмора. Для них мы делаем - герой упал и штанишки потерял. Вопрос в том, чтобы это не было пошло.
- Почему ты делаешь спектакли с детьми из группы риска - из приемников-распределителей, сиротами, наркоманами? И что это за эксперимент?
- Я на эксперименты с детьми не иду. По отношению к этим детям у меня нет жалости. Потому что жалость непродуктивна. Особенно относительно детей, так же, как и относительно зверей. Если животное больное, ему надо помогать. Я не могу спасти всех детей или уволить всех педагогов, которые не имеют права работать с детьми. Но я могу ассоциировать их с совершенно адекватными нормальными людьми и дать некий праздник, который мы можем сотворить для себя самих.
Их всерьез гримируют, никто не шпыняет, но запрет жвачки - стопроцентный. Я предупреждаю - с жвачкой на сцене я остановлю всех, вся группа уйдет. Дисциплину надо держать все время - мы будем валяться на матах или работать? Разговариваем так, а не "сю-сю, ребятишки, песенку споем". Нет - встали, работаем, пошел свет, полное внимание! И всем нравится идти на результат. А когда заканчивается представление, закрывается занавес, я никогда их не отпускаю. Мы остаемся внутри, я благодарю их (какие вы классные!), и начинается сэйшн из вещей, которые не вошли в спектакль. И где-то час мы сами для себя устраиваем праздник. Только после этого мы расходимся. Это кайф на уровне наркоты. Я умею ее добывать для себя. Это кайф, но при условии, что сначала ты должен все отдать.
- Тереза, извини - а мужа ты тоже дрессируешь?
- Я не смогла бы жить с дрессированным мужем. Если в семье нет никакого конфликта на почве любви, то это болото. Я понимаю счастье как спор, а не тишь, гладь и божья благодать.
- Это правда, что ты сама моешь сцену?
- Мыла. Сейчас уже не мою, потому что есть кому это делать. А тогда, десять лет назад, когда мы начинали, денег хватало на то, чтобы сделать представление. Деньги от проданных билетов делили поровну на всех. Честно делили. И если вдруг деньги оставались, мы собирались и думали - что лучше: купить реквизит для театра или ботинки кому-нибудь из актеров? А поскольку зал тогда принадлежал не нам, а заводу Владимира Ильича, то нас пускали на грязную сцену. И я, пока артисты гримировались, мыла ее.
- Руками или шваброй? И тебя это не ломало?
- Я руками мыла, шваброй плохо - долго. И меня это нисколько не ломало, ломало артистов. Сейчас есть штат уборщиц, но два раза в году мы делаем большие субботники. Вычищаем гримерки, а я - сцену или подвал. Если нужно дом привести в порядок и убрать - почему нет? Я не ощущаю потери собственной репутации, если мою сцену. Возможно, это цирковая закваска.

ИЗ ДОСЬЕ "МК"
Тереза Дурова - с 10 лет в цирке, затем преподавала в цирковом училище, в начале 90-х организовала 1-й Международный фестиваль клоунов. С 1992-го - худрук и режиссер Московского театра клоунады.

Московский Комсомолец
от 24.01.2007
Марина РАЙКИНА
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован