26 февраля 2007
2740

`В Беслане спецслужбы блестяще переиграли масхадовцев`

Трагедия в Беслане продолжает оставаться источником всевозможных догадок и весьма неожиданных выводов. Политолог из Владикавказа, председатель совета действующей в Северной Осетии правозащитной организации "Закон выше власти" Руслан Макаев выдвигает свою версию сентябрьской трагедии и освещает "теневую сторону" последних событий на Кавказе.

- Какую цель, на ваш взгляд, на самом деле преследовали террористы, захватившие бесланскую школу?

- До Беслана в осуществляемой Москвой в Чечне антитеррористической кампании была патовая ситуация. Аслан Масхадов и Шамиль Басаев показали, что могут взрывать и убивать, однако это не давало им возможности стать переговорщиками. Такое поведение никак не позволяло Западу надавить на Россию, чтобы заставить начать переговоры с чеченскими сепаратистами. Нужно было предъявить мощные миротворческие акции, показать, что кто-то из них - вполне вменяемый политик, поскольку, играя в одной команде, Басаев изображает злого, а Масхадов - доброго следователя.
Для этого они и организовали бесланскую авантюру. Акция была тщательно подготовлена - не только с технической стороны, но и в плане переговоров. Масхадов поставил перед исполнителями три задачи. Задача-максимум - пять условий, перечисленных в "письме Басаева". Но, я думаю, что в реализацию этой задачи они не верили, поскольку это - катастрофа для Москвы. Задача попроще - после успешных переговоров и презентации лидеров сепаратистов в новом качестве забрать своих бандитов и скрыться с ними, отпустив детей и прикрывшись взрослыми.
План-минимум террористов заключался в том, чтобы даже не забирать бандитов, а просто сделать миротворцами Руслана Аушева и Аслана Масхадова. Наконец, рассматривался и микро-минимум, по которому детей отдавали Аушеву без всяких условий и без физического присутствия, но по личному указанию Масхадова. После освобождения ими детей Запад оказал бы на Москву страшное давление, доказывая, что Аслан Масхадов авторитетен и влиятелен среди "повстанцев" и "боевых отрядов".

Но для Москвы был невыгоден любой сценарий, при котором бандиты отпускали детей. Ведь тем самым они показывали свою силу. Выгоден (мы убираем сейчас все эмоции и сантименты) был единственный вариант - тот, который произошел.
При ведении боевых действий никто и никогда, кроме как в пропагандистских целях, не учитывает жизни детей. Никто и не думал, что их надо спасти. Каждый играл свою шахматную партию. Московская заключалась в том, чтобы всё произошло, но на Москву не легла никакая ответственность. Поэтому, например, не сделали того, что известно любому солдату-новобранцу: не поставили оцепление. Ведь тот, кто делает это, берёт ответственность на себя.
Взрывы в спортзале, послужившие сигналом к началу боя, произошли в тот момент, когда боевики вышли из помещения, и никто из них не пострадал. Это говорит о многом. Кто-то помогал им вырваться. Сбежать из такого места было невозможно, но официальные органы признают, что часть боевиков прорвалась в какие-то дома, потом отстреливалась оттуда...

Спецслужбы блестяще переиграли масхадовцев, и всю эту игру Дзасохов знал. Характерно, что все люди, непосредственно общавшиеся и оказывавшие влияние на террористов в Беслане - из ближайшего дзасоховского окружения. Первый среди них - Михаил Гуцериев. Когда Дзасохов пришел к власти, то, несмотря на протесты местной общественности, объявил Гуцериева своим личным другом, сделал его почетным гостем на своей инаугурации. Террористы благожелательно воспринимали слова Гуцериева, похоже, верили ему. Второй - бывший президент Ингушетии Аушев, про которого Дзасохов говорил, что скучает, когда долго не видит Руслана Султановича. И это только то, что лежит на поверхности.
Из известных сейчас фамилий террористов по крайней мере трое - Кулаев, Шейбатханов (эта фамилия звучит сейчас в нескольких вариантах - прим.) и Ходов - побывали в руках российских спецслужб. До сих пор неизвестны имена всех бандитов, хотя очень трудно поверить, что спецслужбы действительно их не знают. Ведь случившееся в Беслане - пример этнической войны, в которой достаточно выяснить две-три фамилии, а потом цепочка легко вытягивается.

Рассказывая о событиях 21 августа в Грозном, "Известия" приводят слова анонимного источника в спецслужбах, который признается, что им было известно о предстоящем рейде боевиков на столицу Чечни задолго до его проведения, но люди не были оповещены об этом, чтобы бандиты не узнали об утечке информации и не сумели принять меры. Таким образом, этот источник фактически подтверждает, что главное для них - целесообразность, а не жизни мирных граждан. Тем более, что и для этих последних, считает спецслужбист, в конечном счете, всё обернулось к лучшему.
Убийство детей в Беслане Москва тоже может - не публично, конечно - объяснить целесообразностью. Кощунственно говорить об этом, но если бы планы Масхадова удались, дальше детских смертей было бы гораздо больше, и говорили бы о них гораздо меньше. Спасти можно было только этих детей, в это время.

- В чем же, по-вашему, заключается целесообразность в данном случае?

- До бесланских событий Кремль вёл борьбу с чеченскими террористами в одиночестве. На него оказывало давление всё мировое сообщество, включая США, которые одновременно бомбили Ирак. Теперь же, впервые за тридцать лет, американский президент посетил российское посольство в Вашингтоне. Все, абсолютно все одобрили борьбу России в Чечне - возможно, в обмен на "разрешение" на предстоящую бомбёжку Ирана. В Чечне больше не будет никаких "процессов Буданова" - думаю, что вскоре его отпустят. Придуман отличный термин - "пособник терроризма", под который можно подвести любого, например, участников оппозиционного митинга во Владикавказе, прошедшего 7 сентября. Отныне у Москвы полностью развязаны руки в Чечне.

- А какой смысл в попытке властей представить события в Беслане как происки международного терроризма?

- Москва всё время обижалась на двойные стандарты: получается, что нам разобраться с чеченцами нельзя, а Западу с "Аль-Каидой" - можно. Очень хотелось объединить одно с другим. Но какие бы доводы в пользу этого ни приводились до бесланских событий, на Западе их не воспринимали. Неспроста версия про негра с девятью арабами фигурировала до тех пор, пока американская позиция не стала совершенно ясной. А потом в Вашингтоне сказали: "не надо ни арабов, ни негров - мы верим вам". Вот и всё.

- В последнее время говорится и о "грузинском следе" Беслана. На ваш взгляд, это реальность или пропагандистский вымысел?

- У Михаила Саакашвили - острейший интерес к Южной Осетии. Дела у него плохи. Грузия находится на краю катастрофы. После правления Гамсахурдиа её едва удалось удержать от распада. При этом положение нынешнего лидера Грузии гораздо слабее, чем у его идейного вдохновителя, тем более что Саакашвили позиционирует себя как приверженца идеи прав человека. Но он создал напряженность не только вокруг Южной Осетии и Абхазии, но и в армяно-населенной Джавахетии, и в азербайджанском районе Борчалы. А армяне - это не какие-то пророссийские осетины с абхазами. За ними стоит мощная международная армянская диаспора. Достаточно как следует призвать к соблюдению прав человека в той же Джавахетии - и вся конструкция грузинского государства попросту рассыпется.

- Вы полагаете, что Дзасохов, Саакашвили, Масхадов как-то связаны между собой?

- У нас в России - что греха таить - клановая система. В советское время был брежневский (днепропетровский) клан, у Ельцина - "Семья" и так далее. Но есть и региональные кланы, которые еще в те времена распространяли свое влияние на московские круги. Бывший президент Грузии Эдуард Шеварднадзе много лет возглавлял тбилисский клан. До его перехода в Политбюро он был не столь силен. Но, перейдя в Москву, став фактически вторым человеком в руководстве государством, Шеварднадзе распространил свой клан до невозможности, сделав вторым по величине и могуществу.
Иосиф Орджоникидзе (вице-премьер правительства Москвы - прим.), Нодар Канчели (архитектор, автор проекта рухнувшего "Трансвааль-парка" - прим.), Зураб Церетели, Евгений Примаков, Аркадий Вольский, Игорь Иванов, сдавший Аслана Абашидзе - всё это остатки шеварднадзевского клана.

Александр Дзасохов в своей книге "Формула политического долголетия" пишет, что в 80-х годах помогал Шеварднадзе пробиться в большую политику. Думаю, что тот в долгу не остался. К середине 80-х он полностью господствовал на Юге, но Северная Осетия, вопреки его желаниям, добилась проведения Транскавказской магистрали именно там, где грузины этого больше всего не хотели. И Шеварднадзе решил, что, как только появится возможность, поставит здесь своего наместника, распространив влияние и на Север. Он стал воспитывать Дзасохова. В 1986 году он направляет его послом в Сирию, которая в то время входила в первую пятерку в рейтинге всех советских посольств. Ближний Восток играл в планах СССР очень важную роль. Дзасохов пишет, что ему подчинялись 42 генерала и 8 тысяч человек советского персонала.
После этого Шеварднадзе неожиданно хватает Дзасохова и срочно отправляет его с поста, где тот "разруливал" миллиардные средства, первым секретарем компартии в какое-то захолустье - сюда, в Северную Осетию (сам Дзасохов пишет, что после Сирии он должен был отправиться послом в Индию). В 1988 году все признаки грядущего развала Советского Союза были уже хорошо видны. Шеварднадзе понимал, что ему придется вернуться в свою региональную берлогу, а Осетия всегда была для грузин наиважнейшим регионом.

Дзасохов создает здесь свою резидентуру, зацикленную на власти и деньгах, и обслуживающую интересы его грузинских хозяев. Потом это проявилось в отношении и к югоосетинским событиям, и к осетинским беженцам, и во многом другом. С 1998 года, когда Дзасохов был избран президентом Северной Осетии, в его высказываниях отмечается явное желание помочь экстремистской Чечне. Тому есть документальные доказательства. Откроем, например, на 97-й странице книгу Плахтия "Испытание временем" (на приведенной там фотографии Шамиль Басаев с широкой улыбкой жмет руку Александру Дзасохову, а Руслан Аушев улыбается на заднем плане. - прим.). В книге же "Формула политического долголетия" описывается эта встреча, произошедшая 3 апреля 1998 года. Не прошло и месяца с момента инаугурации, как Дзасохов ее организовал.

- Какая связь между кланом Шеварднадзе и Чечнёй?

- Прямая. Она, как английские интересы, постоянна и неизменна. Так и здесь - интересы Грузии и Чечни постоянны.

- В чем они заключаются?

- С помощью Чечни Грузия старается решить свои малоимперские задачи. Это - рычаг давления на Россию. Этим занимались и Гамсахурдиа, и Шеварднадзе. Занимается и Саакашвили, молодой член шеварднадзевского клана, который занял его место, чтобы избавить Грузию от ее тяжелых обязательств - в частности, Дагомысского договора 1992 года.

- Видите ли вы в происшедшем в Беслане "руку Березовского"?

- Безусловно. Задача Березовского - свалить Путина. Он очень плотно сотрудничает с Масхадовым. Когда он стал Платоном Елениным, то уже под этим именем посетил в Грузии своего друга Бадри Патаркацишвили, это общеизвестный факт. Есть также информация о встречах Саакашвили с представителями чеченских экстремистов в Лондоне. Вся бесланская авантюра - вполне в стиле Березовского, к тому же она ему выгодна.

Кстати, я думаю, что Анна Политковская и Андрей Бабицкий собирались, да так и не попали в Беслан неспроста. Никто никого не травил, да и версия с дракой явно шита белыми нитками. Просто они быстро смекнули, что события начали развиваться не по задуманному сценарию. Террористы сразу взяли самую высокую планку, потребовав, чтобы к ним явились Зязиков, Дзасохов, Аслаханов и Рошаль. Они были уверены, что это требование выполнят: ведь в "Норд-Ост" приходили буквально все. И когда к бандитам не только никто не пришел, но и переговоры, по сути, прервались, эти журналисты решили, что им там делать нечего. И Саакашвили, и Березовский, и Масхадов - все пошли ва-банк и проиграли. Теперь они даже не могут заявить, что на самом-то деле собирались отпустить детей.

- Могут ли бесланские события способствовать признанию Россией независимости Южной Осетии?

- Не думаю, что Россия решится на это.

- Поколебали ли события в Беслане внутреннюю стабильность в Северной Осетии?

- Бюрократический аппарат республики держится за Дзасохова. Они же контролируют экономику. В Северной Осетии нет и не было настоящей оппозиции. Те, кто пытаются оказать на власти какое-то давление, очень уязвимы, поскольку толком не знают, что требовать. Они говорят о смене лидера, а наша организация - о подконтрольности власти населению.
Я уверен, что Дзасохова довольно скоро уберут. Его бы и сейчас убрали. Кремль не принял в расчет слабость его позиций. В первые дни в Москве думали, что Дзасохов здесь всё контролирует. И когда они проявили столь явную солидарность с ним, они очень сильно себя дискредитировали. Поэтому сейчас они не могут отправить его в отставку. С другой стороны, и уступить народу тоже нельзя. Они выдержат паузу и потом сдадут Дзасохова.

- Изменилось ли после всего этого отношение населения Северной Осетии к федеральной власти?

- Местные жители продолжают относиться к ней с определенным пиететом, хотя градус его сильно снизился. Что касается возможности межнациональных столкновений, то даже командиры отрядов, собиравшихся идти на ингушские сёла, кричали, что начинать нужно с "Серого дома" (здание, в котором размещены президент, правительство и парламент Северной Осетии. - прим.).
Разумные люди понимают, что столкновения с ингушами нельзя допустить ни в коем случае. Если мы создадим правительство, достойное уважения, мы сможем призвать к законопослушанию и живущих рядом с нами ингушей. Однако такого руководства пока нет - и в ближайшем будущем не предвидится.

Беседовала Яна Амелина, ИА "Росбалт". Владикавказ - Москва
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован