14 октября 2004
2779

Владимир Богданов: `Не все у нас делается по закону и чисто`

В ближайшее время инвесторы смогут навсегда забыть о кошмаре, мучившем их многие годы, - существовании двух эмитентов по имени "Сургутнефтегаз". Один из них, АО "Сургутнефтегаз", занимается добычей нефти и до сих пор обеспечивал основной доход другому "Сургутнефтегазу" - своей материнской компании. Если в конце этой недели ФКЦБ зарегистрирует размещение эмиссии акций АО, консолидацию этой пары можно считать завершенной. АО "Сургутнефтегаз" фактически поглотило материнскую компанию вместе с нефтеперерабатывающим заводом в Киришах и сбытовыми предприятиями.
В результате "Сургутнефтегаз" теперь может соперничать по капитализации с крупнейшей российской нефтяной компанией - "ЛУКОЙЛом". На конец прошлой недели "Сургут" стоил даже на $1 млрд. дороже - около $12 млрд. О последствиях этой масштабной сделки и планах дальнейшего развития группы "Сургутнефтегаз" "Ведомостям" рассказал бессменный руководитель обоих "Сургутов" - гендиректор АО "Сургутнефтегаз" и президент НК "Сургутнефтегаз" Владимир Богданов.
В регулировании топливно-энергетического комплекса в ближайшее время могут произойти серьезные изменения. Помимо смены вывески, в Минэнерго пришел новый министр, а полномочия самого ведомства еще не определены. Как, по вашему мнению, будет работать министерство?

- Это дело правительства, какие функции будут у Министерства энергетики, главное, чтобы одним вопросом не занималось сразу несколько ведомств. А основной ролью министерства, по моему мнению, должна стать подготовка законодательных инициатив для правительства.

Чтобы топливные компании строили работу не по инструкциям или нормативным актам, а в соответствии с законами, причем законами прямого действия. Но при этом министерство должно освободиться от текущих вопросов.

Вы имеете в виду регулирование деятельности компаний?

- Распределение товарных потоков и прочие действия, которые иногда противоречат не только рыночным принципам, но и законодательству. Например, распределение поставок нефти по заводам, ограничения на экспорт нефтепродуктов. А за основу деятельности министерства я бы взял распоряжение правительства по ТЭКу, принятое по итогам заседания правительства в Сургуте. В этом документе отражены все проблемы, которые нужно решать, четко поставлены задачи. Я и новому министру уже об этом говорил, а то после смены правительства эти вопросы начали как-то в тень уходить. Если министр сумеет создать хорошую команду, четко поставить ей задачи, все будет нормально.

Если уж говорить о законодательстве, какое у вас мнение о заложенном в проекте Налогового кодекса повышении акциза на бензин в шесть раз?

- Я считаю, что высокие налоги в принципе не позволяют в полной мере обеспечивать воспроизводство. Конечно, можно отдавать прибыль в бюджет и несколько лет жить на старых запасах, но потом неизбежно будет большое падение добычи. Уже сегодня это достаточно ясно проявилось в газовой отрасли, да и у некоторых нефтяных компаний. А падение добычи уменьшает не только энергетическую безопасность страны, но и финансовую - снизятся валютные поступления и наполнение того же бюджета.

Но тут есть и обратная сторона. Даже если компаниям оставить деньги на инвестиции, хозяева не обязательно вложат их в разведку или добычу, а могут, как акционеры "Сибнефти", купить алюминиевые заводы. У правительства же нет уверенности, что инвестиции останутся в отрасли.

- Законодательно это не запрещено, и управлять частными инвестициями действительно тяжело: у каждой компании есть своя стратегия развития. Может, "Сибнефть" завтра будет заниматься не только алюминием, но и автомобилестроением и еще чем-то. И, может быть, это тоже правильно, поскольку для развития автомобилестроения нужны большие инвестиции, и не обязательно иностранные.

Как долго, по вашему мнению, будет существовать спрос на нефть? Высокие цены на нее стимулируют поиск других источников энергии. Пример тому - разработка "клеточных" автомобильных двигателей. Может, Абрамович и прав, что не вкладывает деньги в разведку нефти - на 50 лет у "Сибнефти" запасов хватит, а потом, может, и нефть станет не нужна?

- Конечно, нефть невозобновляемый источник, ее становится все меньше, добыча обходится все дороже, поскольку на суше уже открывают меньше месторождений, в основном все на морском шельфе. И думаю, для того чтобы человечество выжило, ему так или иначе придется искать другие источники энергии.

Но нефть все равно будет нужна, хотя бы как ценнейшее химическое сырье. Опять же наука не стоит на месте, и, я уверен, для нефти будут найдены новые области применения.

Сейчас ваши конкуренты - "ЛУКОЙЛ", "ЮКОС", ТНК - борются за присоединение новых активов, а "Сургутнефтегаз" стоит на месте. Как вы собираетесь в будущем конкурировать с компаниями намного крупнее вашей?

- Если смотреть на мировой опыт, существуют противоположные тенденции. Компании не только укрупняются, но и наоборот - огромные компании делятся или вовсе рассыпаются.

Когда оцениваешь конкурентоспособность, нужно смотреть в первую очередь на эффективность деятельности компании, а не на размеры. Я, например, знаю, что по эффективности инвестиций, по отдаче на вложенные деньги "Сургутнефтегаз" лучше большинства компаний. Конечно, можно пойти и по другому пути, и мы не исключаем участия в приобретении активов, но каждый раз надо очень внимательно смотреть на выгодность этих приобретений.

Вы недавно встречались с президентом Белоруссии, и по рынку поползли слухи, что "Сургутнефтегаз" интересуется нефтеперерабатывающим заводом в Новополоцке. Это так?

- Да, нас интересует и этот завод, и белорусский рынок. Уже несколько лет мы работаем по долгосрочным контрактам, потому что наши Кириши и белорусский "Нафтан" находятся близко, и нам удобнее выполнять долгосрочные соглашения с потребителями силами двух заводов. Мы ежегодно заключаем соглашения о поставках нефти в Белоруссию, на этот год запланировано 6 млн. т., и основной объем получит "Нафтан".

У компании в результате консолидации появился резерв акций стоимостью свыше $4 млрд, который, как было объявлено, может использоваться исключительно для присоединения новых активов. Расскажите подробнее, каким образом и а какие проекты эти акции могут быть использованы.

- Если по сути - эти акции будут использованы только для присоединения активов, притом активов хороших.

То есть возможно использование такой же схемы, по которой, например, "ЛУКОЙЛ" поглотил "КомиТЭК"?

- Несомненно. Это как раз одна из целей создания стратегического резерва. Вторая цель - мы рассматриваем много новых проектов в области нефтедобычи в Восточной Сибири. Наша компания сейчас готовит полное ТЭО разработки нефтяных месторождений на севере Иркутской области и в Республике Саха - Якутия. По результатам этих ТЭО мы примем решение об участии компании в этих проектах, о присоединении к "Сургутнефтегазу" этих месторождений.

Есть и другие варианты использования этих акций: вы знаете, что к продаже готовятся госпакеты в нефтяных компаниях, у нас есть интерес и к проектам в СНГ, Казахстане, Узбекистане. Рассматриваем варианты на Ближнем Востоке. Про нефтепереработку я уже сказал - нас интересует "Нафтан".

Я слышала, что "Сургутнефтегаз" интересуется геолого-разведочными компаниями, имеющими лицензии на месторождения. Их вы тоже можете присоединить?

- Не секрет, что, когда началось лицензирование месторождений, много запасов было роздано структурам, у которых нет ни денег, ни оборудования, ни опыта. Сейчас они акционировались, но многие так и не смогли наладить работу. И это тоже один из вариантов расширения компании - обменять акции "Сургутнефтегаза" на акции такого АО и начать разработку их запасов. И у нас уже есть такие предложения, в том числе и в Западной Сибири недалеко от наших месторождений.

Но тут есть и вопросы к государству. Надо, как написано в правительственном распоряжении, провести ревизию запасов, и, если условия лицензионного соглашения не выполняются, отбирать лицензии и выставлять их на тендер.

А мы их сможем купить - "Сургутнефтегаз" пока ни одного тендера не проиграл.

Почему вдруг "Сургутнефтегаз" заинтересовался проектами в Средней Азии?

- Мы действительно сейчас прорабатываем несколько проектов в Казахстане, Узбекистане и Туркменистане. Интерес к ним связан в первую очередь с благоприятным инвестиционным климатом в этих странах. Вот в Узбекистане недавно президент подписал указ о привлечении прямых инвестиций. Конечно, он сыграл большую роль - там есть гарантии инвесторам на 20 лет, определенные налоговые льготы. Поэтому мы тут же стали шевелиться, интересоваться их проектами. Вот если бы и у нас такие законы появились, конечно, все бы по-другому пошло...

Несмотря на явно доминирующее положение "ЛУКОЙЛа" в Тимано-Печорском регионе, вы продолжаете говорить о возможности работы там и "Сургутнефтегаза". Вы достигли каких-то договоренностей с "ЛУКОЙЛом"?

- "ЛУКОЙЛ" пока получил только месторождения в Коми, принадлежавшие компании "КомиТЭК". У нас же есть предложения о сотрудничестве по месторождениям севера ТиманоПечоры от администраций Ненецкого округа и Архангельской области. А территория там такая, что работы хватит на всех. Но мы сейчас изучаем эти месторождения с точки зрения экономической выгоды. Хотя учитывать будем и стратегическую перспективу региона.

Насколько реален интерес вашей компании к ковыктинскому проекту? Вы действительно хотите в нем участвовать или это была инициатива Минтопэнерго?

- История с Ковыктой - это еще один пример несовершенства системы выдачи лицензий. Мы подали заявку на восточную часть месторождения, где еще идет разведка, но, к сожалению, Министерство природных ресурсов почему-то решило отдать без всякого тендера лицензию на этот участок ТНК. Это как раз то, о чем я говорил: не все у нас делается по закону и чисто.

У нашей компании действительно был стратегический интерес к этому проекту, поскольку мы начали заниматься Восточной Сибирью, а это и Иркутская область в том числе.

Если вас интересует этот проект, не было ли мысли приобрести долю в "РУСИА Петролеум", либо у АНХК, либо у BP Amoco за счет того же обмена акций?

- Нет вопросов, надо смотреть. От BP Amoco были такие предложения, мы даже провели переговоры, но это имело бы смысл при наличии лицензии на восточную часть месторождения.

Мы возобновим работу по этому проекту, если увидим, что ключевые вопросы по государственной поддержке освоения Восточной Сибири будут решены. Как только закончим ТЭО по иркутским месторождениям, предложим его на рассмотрение государства - в первую очередь с точки зрения налогового режима, СРП.

По каким месторождениям вы делаете ТЭО?

- На севере Иркутской области есть комплекс разрозненных месторождений на границе с Якутией, они принадлежат разным инвесторам, в том числе и BP Amoco. Там можно создать и консорциум.

На следующей неделе будет опубликован отчет о размещении эмиссии 12 млрд. акций "Сургутнефтегаза". Когда вы планируете завершить обмен акций?

- Мы уже почти все акции обменяли, 93% было обменяно в первый день. И чтобы учесть интересы остальных акционеров (а среди них много физических лиц по всей России), было решено, что оставшиеся акции выкупит Сургутский депозитарий и продолжит обмен. Депозитарий отказался от дивидендов за прошлый год и будет выплачивать их акционерам вне зависимости от того, когда они поменяют акции.

Почему компания решила проводить консолидацию именно сейчас, а не раньше? Чего вы ждали?

- Нас устраивала и та структура, когда было два "Сургута" - материнская компания и добывающее АО. Легче было и финансовые потоки перераспределять, и активы. Но это явно начинало сказываться на капитализации компании.

И акционеры, и аналитики в оценках всегда среди недостатков компании указывали существование двух "Сургутов". А у нас впереди действительно большие проекты, мы планируем выйти на уровень добычи 45 млн. т нефти через два-три года, а потенциально - и на 60 млн. т.

Есть большие проекты по добыче природного газа, в том числе в Тюменской области. Если решится вопрос о доступе к газотранспортной сети, это позволит нам заняться добычей газа, где-то, возможно, вместе с "Газпромом".

Газовая пауза закончилась, а они упустили время. Даже если у "Газпрома" появятся деньги, даже $10 млрд., отдача от инвестиций будет не раньше чем лет через шесть, а газа уже не хватает. И проблему эту уже не решишь деньгами, а мы видим возможности добывать не только нефть, но и газ.

И когда появится доступ к газотранспортной сети, нам очень быстро понадобятся инвестиции. Поэтому и было принято решение о консолидации.

Как в связи с переходом на единую акцию изменится состав акционеров компании, система ее управления?

- У нас фактически и компанией, и АО управлял один и тот же менеджмент, так что система управления не поменяется. Доля акций, контролируемых аффинированными лицами, действительно увеличится, но незначительно, до 67 - 68%. А не вижу в этом ничего плохого менеджеры, контролирующие компанию, заинтересованы в ее успешной работе и деньги не разбазаривают. Самое главное - эффективно мы работаем или нет.

Но у инвесторов, миноритарных акционеров, это вызывает тревогу.

- Инвесторы тоже разные бывают. Крупные инвесторы в основном все правильно понимают, и они-то как раз нас поддерживали. Аналитики компаний, не связанных с "Сургутом", прогнозируют, что к концу года наши котировки могут дойти до 50 центов. Значит, с точки зрения интересов акционеров мы правильно провели консолидацию? Даже если у него было 0,5%, а после обмена станет 0,4%, он потеряет только часть голосов на собрании, но его акции стоили 25 - 30 центов, а будут стоить 50 - он на этом выиграет. Так в интересах акционеров мы действуем или нет?

Нормальный портфельный инвестор это понимает, но есть другая категория людей - спекулянты, вот они специально устраивают скандалы, дают негативную информацию о компании в прессу, объявляют, что подают на нее в суд. Акции пошли вниз, и они сами же их скупают.

Вы считаете, что конфликты по поводу обмена акций "Сургутнефтегаза" были порождены именно этими причинами?

- Да, и ничем другим. Вот последний пример:

Дмитрий Васильев, известный защитник инвесторов, пишет, что компания не выплатила дивиденды за 1998 г. "Тройке-Диалог" и он подаст на компанию в суд. А из письма "Тройки" следует, что "Сургут" ни в чем не виноват, нам просто вовремя не дали реквизиты акционеров для перечисления дивидендов. Прежде чем делать такие заявления, надо проверить в конце концов, ведь такие вещи влияют на котировки.

Вот я председателя ФКЦБ Костикова поддерживаю в том, что компаниям необходимо принять корпоративный кодекс, в котором были бы прописаны правила поведения и крупных акционеров, и мелких, и менеджмента.

Во время формирования правительства в прессе было много публикаций о том, что вам предлагали пост вице-премьера, особенно слухи усилились после вашей встречи с Путиным. Вам действительно предлагали пост в правительстве?

- Со мной никто не разговаривал по поводу перехода в правительство, никто не делал подобных предложений. А публикации в прессе расцениваю как одну из провокаций. Мое имя использовали в каких-то политических целях.

Беседовала Татьяна Лысова


"Ведомости" 14.06.2000http://nvolgatrade.ru/
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован