16 февраля 2007
2799

Владимир Лизун: Можно ли в России победить бюрократизм? ( Как Сталин боролся со злом ,тормозящим развитие страны)

" Правильный путь таков: усвой, что сделали до тебя другие и иди дальше"
Л. Н. Толстой
Отечественный, российский бюрократизм давно уже напоминает ту самую сказочную гидру, у которой на месте отрубленной головы сразу же вырастает несколько новых. И никто ничего поделать не может. Ни бывшие лидеры КПСС последних десятилетий, ни их "демократические" преемники, при которых бюрократизм, количество чиновников различных министерств и ведомств растут уже не в арифметической, а геометрической прогрессии. Сегодня в России вдвое больше государственных чиновников , чем в бывшем Советском Союзе, хотя, казалось бы, пропорция должна быть развернута в совсем иную сторону. Правда в самом росте государственного аппарата нет никакой аномалии- рыночная экономика в силу своей специфики требует куда больше чиновников, чем плановая ( по разным оценкам, от двух до трех раз). Но в том-то и дело, что такой рост в постсоветской России не помогает, а, напротив, мешает развитию новых хозяйственных отношений. Какой вид деятельности ни возьми, бюрократических препон стало намного больше. Сейчас, например, в стране лицензируется около 2-х тысяч видов предпринимательской деятельности. Мировой рекорд. В западноевропейских государствах этот показатель колеблется в пределах от двух до трех десятков (например, во Франции- около 20). Так в чем же дело, неужели справиться с растущим всесилием чиновничества, именно чиновничества, а не компетентных управленцев ( на них-то как раз дефицит все острей) в России невозможно?
Вопрос риторический только для тех, кто плохо знает нашу историю. Бюрократизма и тесно связанной с ним коррупции в России хватало всегда. Но были и времена, когда с ними умели бороться. Умели прежде всего потому, что искренне хотели.
В царствование Александра I либеральные реформаторы во главе с М. Сперанским сумели добиться того, что мздоимствующие чиновники из страха перед неизбежной карой сами давали взятки тем, у кого их раньше брали- разбор поступивших жалоб мог обойтись им куда дороже...Все это, впрочем, продолжалось недолго. "Властитель слабый и лукавый" вскоре утратил интерес к реформе государственного устройства, Сперанский попал в опалу, бюрократизм вновь поднял голову, брать и воровать в чиновничьем аппарате стали еще больше...
Но то- далекое прошлое, для нынешней российской ситуации куда важней примеры более свежего рода.
Можно ругать и даже проклинать Сталина, но нельзя, не попирая элементарной объективности, отрицать, что при нем отечественная экономика шла в гору, занимая по темпам производительности труда и технического обновления ведущее место в мире. К началу 50-х годов Советский Союз не только полностью восстановил, казалось бы, дотла разрушенное войной народное хозяйство, но и вышел на лидирующие позиции в области науки и техники. Обладая всего 30 процентами экономического потенциала США, наша страна сумела выйти на ведущие позиции по наиболее важным направлениям научно-технического прогресса- авиации и космонавтике, энергетике, тяжелому машиностроению, приборостроению и другим. Бесспорное же лидерство Советского Союза в фундаментальных научных исследованиях открывало перспективу качественных прорывов в создании и внедрении новейших технологий, недоступных по сути никакой другой стране, включая и Соединенные Штаты. Почему этого не произошло -отдельная тема. Здесь же хотелось бы отметить, что неотъемлемой составной частью "советского чуда" была глубоко продуманная, высокоэффективная система государственного управления экономическим и научно-техническим развитием страны. Система, которая в минимальной степени испытывала на себе тормозящее воздействие бюрократизма и ведомственности, разного рода чиновничьих амбиций, не говоря уже о коррупции, размер которой в те годы по сравнению с нынешними временами вообще представлял, выражаясь математическим языком, ничтожно малую величину.
Автору статьи много лет назад довелось обсуждать эту тему с видным советским ученым академиком В. Струминским. В конце 40-годов он, по решению ЦК компартии был командирован в ряд ведущих западных стран, включая США, Великобританию и Францию, с целью закупок современного оборудования для научно-исследовательских институтов физического профиля.
" Незадолго до зарубежной командировки, - рассказывал В. Струминский, - я занимался примерно тем же в нашей стране. Появилась хорошая возможность сравнить работу чиновничьего аппарата за границей и в тогдашнем Советском Союзе. Результат был совершенно неожиданным. Наши "аппаратчики" на две головы оказались выше своих западных коллег. То, что в Великобритании или Франции занимало две недели, требовало множества разных согласований, у нас решалось за 3-4 часа. В Америке дело обстояло ненамного лучше. Советские управленцы по сравнению со своими западными коллегами были намного подготовленней: быстрей соображали, не боялись брать на себя ответственности, работали четко, грамотно и профессионально. Американские, французские и английские чиновники , также как и представителя ряда частных корпораций, с которыми приходилось иметь дело, казались мне людьми прошлого века : мало того, что они замедленно и с большим трудом вникали в суть вопросов, но даже поняв, что от них требуется, обязательно выясняли, как к этому отнесутся свыше, стараясь при этом "спихнуть" ответственность на других". Контраст между высоким уровнем материально-бытовой культуры, комфортностью рабочих условий и удручающе низкой эффективностью управленческого труда на Западе производил ошеломляющее впечатление.
Рассказывая о своем пребывании в Великобритании, академик привел любопытный эпизод. Остановившись в лондонской гостинице, он, уходя на переговоры, забыл закрыть дверь своего номера. Вернувшись вечером, обнаружил, что в комнате побывал вор: исчезли продукты- колбаса, сыр, консервы и икра, которые он, спеша в аэропорт, купил на ходу в Елисеевском гастрономе на улице Горького. В отличие от Москвы в послевоенном Лондоне продукты выдавали по карточкам, они представляли куда большую ценность, чем деньги. "Я ничуть этому не удивился, -заметил по этому поводу Владимир Васильевич.- Если бы советские управленцы работали также, как английские, мы бы еще долго не вылезли из карточной системы".
В сегодняшней России, где самоунижение и самоуничижение заменили собой общенациональную идеологию, во все это, конечно же, верится с трудом. Да и многие десятилетия тотальной промывки мозгов в антисталинском духе отнюдь не располагают к восприятию вышесказанного... Но так действительно было, заслуженный академик отнюдь не погрешил против истины.
Для полноты картины обратимся к свидетельствам тех, кого заподозрить в симпатиях к так называемому "сталинизму" просто невозможно: известному писателю А. Беку, создавшему на основе изучения архивных документов нашумевший в свое время роман "Новое назначение" и одному из наиболее рьяных критиков сталинской "административной системы" , бывшему московскому мэру, профессору Г. Попову, капитально изучавшему в своих трудах управленческие методы 30-х и 40-х годов.
В своей статье о романе Г. Попов пишет, как на заседании Политбюро Онисимов ( главный герой романа- В. Л. )"докладывает прямо, не выгораживая себя. Сталин тоже не нуждается в записной книжке. Он не интересуется успехами. Об уже завоеванном, сделанном ни слова, ни минуты на это. Трудовые заслуги остались даже неупомянутыми. Сталин сверлит только больные места станкостроения :крепления гусеничного башмака, коробка скоростей, серый чугун. Сталин обнажает слабость за слабостью...
Такие же жесткие отношения не только по вертикали, но и по горизонтали...И здесь беспощадность, ничего лишнего, никаких уступок. Мы делаем государственное дело и обязаны его делать. Страна, Сталин требуют сотен и сотен танков, лучших чем немецкие. А для этого, считает Онисимов, надо выработать лучшую- по мировым стандартам - технологию. Разработать детальные инструкции, дать конкретные задания. А затем заставить всех подчиненных беспрекословно, точно, строго соблюдать все детали директив, все буквы инструкции. Надо постоянно, неукоснительно заставлять всех контролировать, ловить малейшие промахи, чтобы они не переросли в провалы, подавлять отклонение в зародыше. Вот почему так кричит нарком на мастера в цехе по поводу корочки при разливе стали- эта корочка вписана в инструкцию, без нее качество металла ухудшится.
Культура в работе, технологическая грамотность, четкость в каждой мелочи- вот стиль руководства отраслью. За эту тщательность сам Орджоникидзе называл Онисимова "немцем"...И сам Онисимов воспитывал своих подчиненных в духе строжайшего контроля технологии и качества... Когда в годы войны возникла опасность срыва в выпуске металла, Онисимов лично, никому не поручая и ни за кого не прячась, докладывает в Госкомитет обороны. Он знает, что может стоить ему этот доклад. Но подвести страну нельзя. И ему помогли, буквально сняли с фронта солдат. Ему верили: если говорит "не могу", значит, все человеческие силы действительно исчерпаны ".
Вот вам и раскритикованная в пух и прах сталинская "административная" система"! Даже самые ярые ее ниспровергатели признают, что эта "система" была в корне враждебна нынешним бюрократизму, формализму, очковтирательству, беспрерывным совещаниям и заседаниям, парализующим деловую, конструктивную работу на всех уровнях управления. Сталинским наркомы жили своим умом, не окружая себя многочисленными советниками и "консультантами", тем более зарубежными. Им некогда было заниматься разработкой и рекламированием громких "программ" и "концепций", жаль тратить драгоценное время на разного рода "конференции", "презентации", "круглые столы" и т п. Эти люди работал сутками напролет, делали дело, добиваясь в кратчайшие сроки, казалось, недостижимого. Высокая компетентность, фантастическая работоспособность, умение жестко требовать, контролировать, быстро внедрять перспективную технологию , смотреть на многие годы вперед. В этом управленцы сталинской эпохи ничуть не уступали руководителям современных западных корпораций. С существенной, правда, разницей: западный бизнессмен работает на корпоративный, частный интерес, на свой карман, советские министры и директора- на страну, на народ, что ставит их на два порядка выше. Реальное, а не словесное возрождение России как раз и начнется с того момента, когда на решающие посты прийдут именно такие управленческие кадры...
Конечно, нынешнее российское государство совсем другое. Проводимая руководством страны политика, преобладающие в общественном сознании ценности и ориентиры, настроения людей - все это по сравнению со сталинскими временами кардинально изменилось
Можно считать "ложными" и "исторически бесперспективными" идеи социализма, идеи создания подлинно справедливого общества . Но нельзя, не греша против очевидной истины отрицать, что эти идеи поднимали и сплачивали народ, настраивали все общество, а не только аппаратных исполнителей указаний "свыше", на непримиримую борьбу с бюрократизмом, протекционизмом и прочими "измами", тормозившими продвижение страны вперед. Сегодня, когда у людей нет объединяющих начал, когда общество глубоко расколото, а недовольство так называемыми "рыночными реформами" носит массовый характер, фактор поддержки такой борьбы широкими народными низами сходит на нет, что, естественно, не может не снижать ее эффективности. Особенно когда государственное регулирование, роль аппарата управления по-прежнему третируются влиятельными правительственными деятелями как нечто подчиненное и второстепенное по сравнению с якобы "решающими" факторами рынка.
Между тем опыт недавнего советского прошлого ценен уже потому, что применявшиеся в тот период методы в отличие от рецептов вчерашних и сегодняшних рыночных реформаторов хорошо приживались на российской земле. И не только на российской. Любому школьнику известно, что подходы к решению экономических и социальных проблем, применявшиеся в Советской России в 30-е годы, были затем взяты на вооружение практически всеми высокоразвитыми странами Запада.
Мировой опыт свидетельствует однозначно: из кризисов и спадов национальные экономики выводил не рынок, а государственное регулирование, умение руководителей своих стран сосредотачивать все силы и средства на решении ключевых задач. Так было в 30-е годы в США. Так происходило в послевоенный период в Германии и Японии. Таким путем обеспечил себе прорыв в XXI век и Китай. О нашей стране и говорить не приходится : она была первой на этом пути. И первой решила задачу создания сильного, компетентного и в то же время, как отмечалось выше, "дебюрократизированного" государственного аппарата, успешно решившего поставленные перед ним задачи.
Большевистские руководители хорошо понимали значение такого аппарата, хотя и объявляли в своих основополагающих документах бюрократизм и коррупцию смертельными врагами нового социалистического строя. Никакого противоречия здесь не было. Сталин и его соратники, в отличие, например, от Троцкого, первым заговорившим об опасности "номенклатурно-бюрократического перерождения" аппарата и выступавшим за самые радикальные меры по его "дебюрократизации" ( что, впрочем, не помешало ему и первым создать вокруг себя так называемую "аппаратную номенклатуру"), рассматривали партийных и государственных функционеров как проводников своей политики, как соратников и единомышленников в достижении поставленных целей. Борьба с бюрократизмом велась на путях сотрудничества, а не конфронтации с аппаратом управления. Хотя с неисправимыми бюрократами и чинушами в тот период отнюдь не церемонились, им действительно был объявлен беспощадный бой.
В соответствие со знаменитым лозунгом "кадры решают все" подбор людей и проверка исполнения стали основными методами работы тогдашнего партийного и государственного руководства. Небезынтересно отметить, что в сталинском ЦК не было отраслевых отделов ( исключение составлял лишь сельскохозяйственный), курировавших, точнее, дублировавших деятельность соответствующих подразделений Совета Министров. ЦК занимался кадрами и идеологией, конкретные вопросы народного хозяйства решали руководители и специалисты соответствующего профиля. Именно влияние на кадры управленческого аппарата и было главным в налаживании его эффективной работы.
Последующий мировой опыт также показал, что осуществить по-настоящему крупные реформы в экономической и социальной сферах можно лишь привлекая на свою сторону государственный аппарат, по крайней мере, его значительную часть - в противном случае его колеса будут прокручиваться вхолостую, а явный или "тихий" чиновничий саботаж сведет на нет выдвинутые лозунги и программы.
Все успешные реформаторы недавнего прошлого- от американского президента Ф. Рузвельта, западногерманского руководителя Л. Эрхарда до китайского лидера Дэн Сяопина -говорили со своими чиновничьим аппаратом на "вы", умели поощрять и заинтересовать его в успехе проводимых реформ, что, впрочем, не исключало, а, напротив, предполагало усиление требовательности и персонального спроса за порученное дело. И, напротив, тот, кто афишировал свою враждебность "бюрократическому" аппарату, постоянно реорганизовывал, ломал, сокращал и унижал его, в конечном счете проваливал и "забалтывал" реформы, втягивая страну в острейшие кризисы и спады. Феномен того же Троцкого, может быть , и подзабыт. Красноречивые же примеры М. Горбачева и Б. Ельцина у все еще перед глазами.
Огульная критика советского прошлого поставило все с ног на голову. Главным в 30-е годы были не "кровавые репрессии", а массовое выдвижение выдвижения на руководящие посты талантливых, живших интересами государства, хорошо зарекомендовавших себя на конкретном деле людей. При одновременной массовой чистке партийных и государственных структур, армии от бездарных, бездеятельных, неспособных к созидательной работе руководителей. Не говоря уже о шкурниках, карьеристах, потенциальных изменниках, готовых в любой момент ударить ножом в спину вскормившему их и выдвинувшему на высокие посты государству. пораженчески настроенных деятелей, мешавших, подчас и сознательно, строительству новой жизни. Без такой чистки страна в решающий для ее судеб момент оказалась бы ослабленной и беззащитной перед лицом надвигавшихся серьезных испытаний. Как это произошло в конце 80-х годов, когда беспомощность и полное бессилие горбачевского руководства в условиях обострявшихся проблем привело к распаду вполне жизнеспособного Советского Союза. До сих пор нельзя без мучительного стыда вспоминать безволие и явную трусость членов наспех созданного ГКЧП...
Китайские руководители в отличие от советских в решающий момент не дрогнули. Опаснейший для государства мятеж на площади Тяньаньмынь был подавлен ими железной рукой. А компетентное и твердое руководство социально-экономическими процессами обеспечило Китаю самые быстрые темпы развития в мире. Необходимую почву для этого китайский 1937 год - "великая пролетарская культурная революция " 60-х годов, очистившая при все своих болезненных издержках и перегибах партийный и государственный аппарат от малодушных, бездеятельных, карьеристски настроенных людей, заботившихся прежде всего о личных интересах.
Но вернемся к советской истории. Никаких открытий в вышеприведенных суждениях о чистках 30-х годов , конечно же, нет. К такому выводу неизбежно прийдет любой непредубежденный человек, взявший на себя труд ознакомиться с архивными и документальными материалами , воспоминаниями тех, кто в 30-е и 40-е годы успешно руководил решением народнохозяйственных задач. Передо мной запись беседы с бывшим сталинским наркомом земледелия И. А. Бенедиктовым, сделанных еще в конце 70-х годов. Ему, более 100 раз встречавшемуся в узком кругу со Сталиным , хорошо знакомому с методами работы тогдашних руководителей, было что рассказать.
"При Сталине, -подчеркивал он,- продвижение в высшие эшелоны управления осуществлялось только по политическим и деловым качествам- исключения, конечно же, были , но довольно редкие , что лишь подтверждало общее правило. Главным критерием являлось умение человека на деле и в кратчайшие сроки изменить ситуацию к лучшему. Никакие соображения личной преданности и близости к "вождю", так называемый "блат", в расчет не брались. Более того, с людей, к которым Сталин особо симпатизировал, точнее ставил другим в пример, спрос был и жестче, и строже. Я имею ввиду В. М. Молотова, Г. К. Жукова, Н. А. Вознесенского и некоторых других... Начав свою работу в сельскохозяйственном учреждении совсем еще молодым человеком, я был твердо уверен, что все успехи по службе зависят исключительно от моих личных достоинств и усилий, а не от сложившейся конъюктуры и заступничества влиятельных родственников. Как и многие мои сверстники, я знал, что если проявлю себя должным образом на деле, то мне не дадут засидеться на месте, не позволят долгие годы "выслуживать" один чин за другим, растрачивая энергию и напор молодости на перекладывание канцелярских бумаг, а сразу же дадут дорогу, "двинут" через несколько ступеней наверх, туда, где действуют и решают".
Эффективно действующая общенациональная система выявление, роста, продвижения на ответственные посты талантливых людей. Вот, пожалуй, самое важное и самое ценное, что можно взять из советского прошлого. Понятно, что когда в государственном аппарате преобладает такой настрой, бюрократизм и коррупция становятся в нем инородным телом, отторгаемым самим образом мыслей и действий управленцев.
Продолжим, однако, рассказ И. Бенедиктова о советской системе управления 30-х и 40-х годов. :
"Правило " обещал-выполни" соблюдалось довольно строго. Лучше было заранее отказаться, если не можешь, в этом случае, пол крайней мере, не подведешь других. Ну а раз уж взялся, все, назад ходу нет. Никакие ссылки на трудности, на пресловутые "объективные обстоятельства" не признавались. " Вас для того и ставят,- не уставал повторять ответственным руководителям Сталин,-чтобы эти трудности преодолевать. И действительно ведь преодолевали, добиваясь, казалось, невозможного!"
"Каждый из наркомов, - вспоминал И. Бенедиктов,- твердо знал, что спрос за порученное дело будет персональным, что никакие коллегии, заседания, совещания и рекомендации с партийных верхов не помогут, если дело будет провалено. Сталин терпеть не мог заседательской суетни с претензиями на выработку "коллективного мнения" и жестко отучал нас, молодых руководителей, прятаться за то, что он в раздражении называл "колхозом безответственных лиц" Да, я старался прислушиваться к разумным советам, но окончательное решение всегда принимал сам. И никогда не позволял вмешиваться в мою компетенцию другим, даже в тех, крайне редких, впрочем, случаях, когда это пытались сделать члены Политбюро. Потому что твердо знал: отвечать все равно придется самому."
Сталин, по словам наркома земледелия, никогда не проводил регулярных, "плановых" совещаний, каждое из них созывалось по мере необходимости с тем, чтобы выслушать мнения специалистов для решения четко поставленного конкретного вопроса. Даже заседания Политбюро проводились не по графику, а в зависимости от сложившейся ситуации, причем стенограммы обсуждения зачастую даже и не велось. Если, например, в 1936 году было 8 "официальных" заседаний Политбюро, то в 1937 году - 6, а в 1938-всего три. Хотя, естественно, по "горящим вопросам" высшее руководство страны собиралось постоянно. Все это, отмечал Бенедиктов, приучало к деловому, практическому подходу, сводило к минимуму разного рода совещания, заседания, торжественные собрания, отчеты и тому подобные парадно-коллективные "мероприятия", разрастание которых в 60-е и 70-е годы привело к лавинообразному увеличению бюрократизма и формализма в работе государственного аппарата. А разве сегодня когда телеэкран демонстрирует нам постоянную череду заседаний, собраний правительственных, президентских и парламентских структур, не происходит то же самое?
В раннем советском прошлом было ценным и другое. А именно: последовательный курс на омолаживание руководящих кадров, приход на высокие посты людей со свежими мыслями и подходами, не испорченных заседательской суетней и бумажной волокитой. В 40-е годы советское правительство по возрастному составу было едва ли не самым молодым в мире. Опыт старшего поколения, представленного в основном в Политбюро, органически сочетался с энергией и целеустремленностью молодых. Того же Бенедиктова назначили наркомом земледелия СССР в 35 лет, и это являлось не исключением, а , скорее , правилом. Большинство наркомов, не говоря уже об их заместителях и начальников управлений было того же возраста, даже моложе. Н. А. Вознесенский, А. Н. Косыгин, Д. Ф. Устинов, В. А. Малышев, И. Ф. Тевосян, и другие, называю лишь наиболее известных - все они заняли высшие посты примерно в этом возрасте, в самом расцвете своих способностей и дарований. Лозунг "молодым везде у нас дорога" был продуманной линией большевистского руководства и с железной настойчивостью проводился в жизнь- решить невиданные по сложности задачи того времени, выдержать чудовищное напряжение военного лихолетья, а затем восстановительного периода могли лишь творчески, нешаблонно мыслящие и действующие молодые люди.
Но при всем этом в партийном и государственном руководстве не было ни одного "завлаба", ни одного инженера или служащего, шагнувшего в высшие сферы с научной кафедры или кабинета без предварительной обкатки на ответственной работе низового уровня, как правило, в сфере материального производства. Выдвигали директоров, главных инженеров, мастеров, специалистов, многократно и на конкретном деле доказавших свою способность в кратчайшие сроки добиваться серьезных перемен к лучшему. Случайные лица на высоких постах не задерживались. Да их и нельзя было "задерживать", не рискуя при этом собственной карьерой: стремление окружать себя заведомо слабыми, малокомпетентными, на зато "верными" людьми приравнивалось к враждебной деятельности против партии и государства.
Звучит опять-таки укором в адрес наших "прагматичных" дней. У всех перед глазами примеры, и отнюдь не единичные, кадровых взлетов явных посредственностей, отличающихся лишь преданностью тому, кто их выдвигал... В 30-е и 40-е годы все это пресекалось в зародыше.
Взять, к примеру, дело того же Вознесенского, бывшего Председателя Госплана, считавшегося, и не без основания, любимцем самого Сталина. Стремясь облегчить себе жизнь, он умышленно занизил план промышленного производства с тем чтобы позднее рапортовать руководству о его перевыполнении. Специальная партийная комиссия, расследовавшая дело Вознесенского, выявила также факты продвижения им на высокие посты "своих" людей, в основном земляков-ленинградцев, деловые качества и профессионализм которых заметно уступали другим кандидатам. Такие действия, да еще со стороны человека, которого Сталин ставил в пример другим за твердость и принципиальность, вызвало у него крайнее возмущение.
Суровый приговор, вынесенный Вознесенскому, в отношении лично него был, несомненно, чересчур жестоким. Но тут уже вступили в дело соображения большой политики. Очковтирательство и групповщина, допущенные одним из членов высшего руководства, были официально приравнены к тягчайшим преступлениям против партии и государства. Тогдашние руководители страны получили грозное предупреждение, что попытки таким путем облегчить себе жизнь будут пресекаться самым беспощадным образом.
И, надо сказать, урок пошел впрок. Вплоть до конца 50-х в партийном и государственном аппарате случаи групповщины и очковтирательства носили единичный характер. Затем, в эпоху хрущевских реформ, им были открыты широкие шлюзы. Личная преданность и близость стали цениться выше профессионализма и деловых качества. Государственный аппарат в отсутствие компетентного и твердого руководства все сильнее разъедался бациллами самого махрового бюрократизма. А за ним, как неизбежное следствие, стала разрастаться и коррупция. Глядя на то, что происходит в стране сегодня, поневоле задумаешься над обоснованностью казалось бы устоявшихся "антисталинских" оценок прошлого...
"Где есть коррупция, нет политики". Эти слова, сказанные Лениным более 80 лет назад, стали сегодня еще актуальней. Взяточничество и подкуп чиновников приобрели в годы реформ такой размах, что некоторые специалисты сравнивают суммы, затрачиваемые на эти цели, с бюджетом страны. И за все время ни один из высокопоставленных коррупционеров сколько-нибудь серьезной ответственности не понес. Более того, лица , мягко говоря", подмоченной репутации, по-прежнему занимают правительственные кабинеты и даже учат все нас с телеэкранов и высоких трибун как бороться с коррупцией! Какая уж тут "дебюрократизация"! "Декриминализацию" высших сфер управления провести , и то хорошо бы...
Параллели с ранним советским прошлым здесь просто убийственны. . Сталинский нарком, допустивший по халатности перерасход средств в несколько тысяч рублей, не постом своим рисковал, жизнью. Работавший с неумолимой строгостью и четкостью Госконтроль выявлял коррупцию и служебные злоупотребления в самом начале, судьбе тех, кого в этом уличали, завидовать не приходилось... Не щадили ни прославленных маршалов ( Г. Жуков) , ни знаменитых артистов ( Н. Русланова) , ни героев науки и труда (Д. Папанин) . Да что там говорить: чуть ли не все родственники Сталина, жены многих членов Политбюро сидели в лагерях за прегрешения, на которые сегодня за их безобидностью не стала бы смаковать ни одна бульварная газетенка. В такой обстановке решать вопросы за взятки или разного рода подношения могли лишь отъявленные самоубийцы, каковых всегда единицы..
Тут был, правда, и расчет иного рода. От доверия народа к своему руководству зависит очень многое. Когда люди знают, что никакой пост и никакая личная близость не спасут от заслуженного наказания, их отношение к власти, к государству, к своим обязанностям перед ним становятся принципиально иными.
Скажут, сталинские времена с их жестокостью и "негуманностью" уже, слава богу, не вернуть. Может быть, и так. Но во все времена, и прошлые, и нынешние, реальные дела действовали и действуют куда эффективней громких слов. В сегодняшнем Китае, где уличенных в коррупции чиновников, в том числе и высшего звена , наказывают беспощадно вплоть до прилюдного расстрела на стадионах, размеры взяточничества несопоставимы с российскими. А мощный приток иностранного капитала наглядно показывает, что зарубежный инвестор считает куда большим "варварством" чиновничьи поборы в странах с высоким уровнем коррупции, к которым, увы, принадлежит и наша Россия.
Грозные слова и предупреждения, широковещательные программы "борьбы с коррупцией" всем давно уже приелись, поскольку "Васька слушает, да ест". Достаточно посадить за решетку, а еще лучше расстрелять по специальному президентскому указу нескольких высокопоставленных коррупционеров , и результат все почувствуют сразу же. Когда же им позволяют спокойно и безнаказанно наживать миллиарды, посылая в то же время за тюремную решеткуза кражу мешка картошки, борьба с коррупцией так и будет ограничиваться шумовыми эффектами.
Но карательные меры, конечно же, все не решат. Да и применять их надо, как говорится, с умом, в тесной взаимосвязи с акциями другого порядка и, в первую очередь, достойным материально-бытовом обеспечением работников управленческого звена.
" Подсчитал как-то : на выполнение своих прямых обязанностей у меня уходит от силы восемь-десять процентов рабочего времени,- откровенно говорил мне один из руководителей крупного российского мвинстерства. - Остальное время занимаюсь личными делами, с использованием, конечно же, своего кресла. Иначе не прожить- зарплата просто смехотворна, а всякие льготы давно уже обесценились и прежней роли не играют".
В последнее время, правда, оклады госслужащих были существенно повышены. Но это коснулось в основном управленцев высшего звена, на средних, не говоря уже о нижних этажах госаппарата ситуация мало изменилась. А тем временем уход высококвалифицированных специалистов из управленческого аппарата в коммерческие структуры приобрел масштабы общенационального бедствия- еще немного, и классных специалистов в государственных структурах просто не останется.
В "антигуманные" сталинские времена все обстояло совсем по-иному. Оплата управленческого труда была на несколько порядков выше, чем, у самых обеспеченных слоев населения, причем это не скрывалось и считалось вполне нормальным явлением.
В соответствие с решением СНК СССР, принятым в июне 1938 года, главы союзных наркоматов и приравненные к ним высшие должностные лица получали 2500 рублей- сумму, почти в десять раз превышавшую ставку квалифицированного рабочего. Если приплюсовать к этому денежные премии в "конвертах", привилегии и льготы в питании ( "кремлевский паек") жилье, лечении и отдыхе (спецдачи, санатории и . т д. ) налицо формирование номенклатурной элиты, уровень обеспечения которой отличался от среднего по стране как небо от земли. Не жалеть денег на оплату труда тех, кто приносит обществу ощутимую пользу, затраченное окупится сторицей. Такого принципа придерживались в те годы, и не только по отношению к руководящим работникам. Известный режиссеры М. Ромм, С. Юткевич, А. Довженко например, получили по 100 тысяч рублей за свои фильмы "Ленин в Октябре", "Человек с ружьем" и "Щорс" - суммы, астрономические по тогдашним временам, и подобные выплаты заслуженным людям были не единичными. В отличие от сегодняшнего времени писатели, режиссеры, инженеры, конструкторы новой техники получали за свои конкретные заслуги щедрые материальные и иные поощрения со стороны государства, которые в условиях сравнительно низкого уровня жизни народа выглядели просто вызывающими. Тем не менее сколько-нибудь серьезного недовольства и осуждения со стороны большинства населения не наблюдалось. Люди хорошо понимали, что льготы и привилегии даются большим руководителям и заслуженным людям для того, чтобы не отвлекать бытовой мелочевкой от главного, чтобы продлить их рабочий день еще на восемь часов. И чтобы они работали не на свой карман, не на состоятельных лиц, а на государство, то есть на тех же простых людей.
И действительно сталинские "бюрократы" работали сутками напролет. Интересны свидетельства на этот счет посетившего Советский Союз в 1937 году известного немецкого писателя Л. Фейхтвангера.
Все лица занимавшие сколько-нибудь ответственное положение, писал он "почти не уделяют времени для еды, они почти не спят и не видят ничего особенного в том, чтобы вызвать по телефону из театра, во время представления человека только для того, чтобы задать ему какой-нибудь срочный вопрос, или позвонить ему в три или четыре часа по телефону. Я нигде не встречал такого количества неутомимо работающих людей, как в Москве.- Если в Нью-Йорке, Чикаго я не обнаружил американских темпов работы, я обнаружил их в Москве".
Не беру явных расхитителей и воров. С ними разговор особый. Но в аппарате все-таки куда больше порядочных людей. Пора, наконец, поднять в 10-15 раз оклады ключевым руководителям правительственных и министерских структур, надежно обеспечить их и их семьи на многие годы, а уже потом требовать высокой отдачи. Потом судить и сажать, если, конечно, был нарушен закон. Требовать и спрашивать с нищих чиновников - типичный сизифов труд, сколько ни призывая и дни увещевай, все останется по-старому.
Да и не таких уж больших средств потребует повышение окладов. Если взять приведенный выше пример материального обеспечения управленцев в конце 30-х годов, то это касалось всего около 170 человек. В брежневские времена номенклатурные льготы получали свыше 2-х тысяч человек - в основном сотрудники центрального аппарата и прессы, их числе работников партаппарата было не более 3 процентов. Капля в море по сравнению с общей численностью сотрудников партийных и государственных структур. Но и этого вполне хватало, чтобы обеспечить реальное стимулирование управленческого труда, давно применяемое, кстати, в том или ином виде во многих странах .
Пусть сегодня таких "номенклатурщиков" будет раз в 10 больше- все равно затраты на их обеспечение и отдача совершенно несопоставимы. А главное, появится, наконец, реальная возможность борьбы с бюрократизмом и коррупцией. Сегодня же она в силу сложившихся объективных условий неизбежно носит декларативный, бумажный, если хотите, "бюрократический" характер.
Переполненные товарами прилавки крупных городов. Многочисленные рынки, на которых можно купить что угодно. Богатейшие люди, готовые выложить баснословные суммы за любую приглянувшуюся безделушку. И в то же время полуразрушенная промышленность с безнадежно устаревшими производственными фондами. Примитивное, убогое село, отставшее в своем развитии от передовых стран на десятки лет. Граничащая с нищетой повсеместная бедность основной массы населения. Отсутствие сколько-нибудь серьезных иностранных кредитов и инвестиций, фактическая экономическая блокада. И, как неизбежное следствие, самые мрачные перспективы будущего страны вплоть до ее распада и колонизации зарубежными державами.
Такой была нэповская Россия, Россия конца 20-х годов. Но сталинское руководство нашло выход из, казалось бы, безнадежной ситуации. Ключевым направлением стала индустриализация страны,. Ухватившись за это звено вытянули и всю цепь. На глазах у ошеломленного мира, зажатый в тисках враждебного окружения, обреченный, казалось бы, на неминуемую гибель Советский Союз в кратчайшие сроки превратился в мощную и социально стабильную супердержаву, вышел на передовые рубежи научно-технического прогресса.
Сейчас, как и 60 лет назад, все по-прежнему решают кадры. Все остальное для нового "русского чуда" в нашей стране есть.
В Лизун
кандидат экономических наук
Действительный Государственный советник II класса



Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован