Эксклюзив
Султанов Шамиль Загитович
02 ноября 2017
382

Выстуление Ш.З.Султанова на парламентских слушаниях по 100-летию революции 1917 года в России

Main i

Последние полтора года я встречался в Каире, в Стамбуле, в Дохе, в Тегеране и в Джакарте с наиболее замечательными, известными экспертами, интеллектуалами исламского мира. И в том числе, естественно, ключевым моментом было для меня их отношение к Октябрьской революции, к нашей истории - истории нашей страны.

И я хочу сказать, что было очень много мнений, было очень много точек зрения, но если суммировать, я хочу привести как бы три тезиса в пользу или в поддержку Октябрьской революции и три тезиса, которые прозвучали, это не мои тезисы, а старания моих визави, которые выступали против.

Значит, первый тезис "за", сначала я начну "за". Они исходят из того, что перед Россией в 1917 году были исторические задачи. Россия должна была провести ускоренную модернизацию, индустриализацию интеллектуальную и культурную революцию, потому что война, Первая мировая война - это было только первым этапом большой войны. Россия должна была подготовиться к этой войне. Это была общая точка зрения, и мусульманские интеллектуалы об этом знали. И никто, кроме большевиков, в тех условиях вот такую ускоренную модернизацию, интеллектуализацию, культурную революцию не мог бы провести. Можно, конечно, говорить: "Это плохо было, жестоко". Но это историческая необходимость, и здесь я согласен, моральные, конечно, концепты, моральные нормативы, они всегда в таких случаях остаются на заднем. И это тот же Черчилль признал, когда он сказал, что Сталин принял Россию с сохой, а оставил с атомным оружием. Вот это показатель. Поэтому это была историческая задача, абсолютно все мои собеседники об этом говорили, и её могли решить только большевики.

Теперь, когда я спрашиваю, а почему, за счёт чего? Они, опять-таки суммируя, выдвигали два основных тезиса.

Первый тезис заключается в том, что большевики в 1917 году создали принципиально оргоружие. Потому что большевистская партия, о которой до сих пор мы мало что знаем реально, это было действительно оргоружие. В марте 1917 года у большевиков по их завышенным данным численность партии насчитывалась 12 тысяч человек в стомиллионной России. Как через полгода эта партия, не обладая каким-то внутренним чудом, чудесным каким-то потенциалом, смогла совершить и повести за собой миллионы людей из разных слоёв - и офицеров, и крестьян, и рабочих, и так далее? И они мне говорили, что по отдельным вещам, которые они сами исследовали, это оргоружие заключалось в том, что впервые в большом событии была создана и использована вот эта новая модель партии, политической партии, где вертикальные связи, они соединялись совершенно любопытной вещью с горизонтальной. Это то, что потом уже ..., Богданов и так далее будут говорить о системном подходе. Но этот системный подход не декларировался, он был использован в октябре 1917 года.

И второй очень важный момент, который с точки зрения моих мусульманских интеллектуалов, интеллектуалов, с которыми я дискутировал, заключается в эффективности вот этой политики, заключается в том, что эта революция, в частности Ленин, впервые продемонстрировала, доказала особое значение креативной политической идеологии, креативной политической идеологии. Не было в тот момент в России такой политической силы, у которой была бы действительно креативная политическая идеология. А у большевиков она была. И вот это мне, в частности вот этой дискуссией в Куме, в Тегеране, в Иране, показывали, например, они мне показывали. Когда я здесь пытаюсь у наших коммунистов спросить об этом, очень часто мне говорят "нет".

Вот эта значимость в новой эпохе (а это новая эпоха была 1917 года) креативной политической идеологии очень важна для исламского мира. И дальше они говорили таким образом. Вот по мере того, как ... оружие, да, когда креативность, вот это особое качество компартии, оно терялось, оно выветривалось, по мере того как креативность, творческий потенциал политической идеологии, он вымывался, вот по мере этого, да, страна начала катиться к закату. Теперь, что касается... вот это как бы плюс с точки зрения моих мусульманских ...

Теперь, что касается негатива в их отношении. Во-первых, они говорят, что нельзя называть эту революцию "великой", потому что эта революция только для XX века, только для периода школьной индустриализации. И они приводили пример, говорят, вот революция ислама, которая началась в VI веке с пророка Мухаммеда, она продолжается уже 1500 лет со своими взлётами, падениями, созданием пассионарных элит, но она продолжается 1500 лет. А у вас, говорит, у вас революция прошла несколько десятилетий, а потом те же элиты, которые пришли к власти, они эту же страну, результат этой революции разрушили. Ну, как же можно говорить о величии? Если это величие, тогда это в кавычках.

Почему это произошло? Опять-таки два обобщённых тезиса. Первый, они исходят из того, что колоссальная ошибка этой революции (это была действительно революция), колоссальная ошибка этой революции заключается в том,  что одним из элементов восприятия мира, мироощущения, социального мышления стал атеизм. И как бы его ни называли, научный атеизм и так далее, атеизм сослужил колоссально негативную роль. Вот эта насильственная секуляризация, когда официальные учреждения религиозные стали только ритуальными вещами, они привели к тому, что стержень, стержень в этом государстве, созданном революцией, существенной революции (я уже великой со своей точки зрения называю), рухнул.

 Мы сейчас говорим, да, вот сейчас на самом деле очень сложный период, потому что у нас нет идеологии, у страны нет идеологии, кроме лозунгов. Лозунги есть, а идеологии нет. И в стране нет веры, нет имана, да, нет религии. Есть ритуальные учреждения, есть определённые заявления... Но веры, какой она была, предположим, в России ещё там, предположим, XVII–XVIII веках, этого нет. И они мне, вот мои оппоненты, и говорили: то, что вы отказались от бога во время этой революции, в конечном счёте... отвергли предопределения, в конечном счете, привело к тому, что... ваше богохульство привело к тому, что вы были разрушены, вы разрушились.

И второй момент, который с их точки зрения негативный, заключается в следующем. Эта революция 1917 года, она началась с высоких идеалов, это была революция идеалов: справедливости, равенства, социализма и так далее. Но, в конечном счете, буквально через 30 лет, через 35 лет эта революция упёрлась в материализм, подспудное течение, вот материальное течение в этой революции. Оно привело к тому, что революция, её последствия материализировались. А человек – это нематериальное существо, точнее говоря, человек не столько и не только материальное существо. Вот почему в 1991 году так произошло, да? Мы говорим об этом.

Это тоже связано с этим последним моментом, точнее, с двумя моментами. В 1991 году возник колоссальный кризис в нашей стране, и этот кризис продолжается. Это кризис смысла жизни. Я вам сейчас... А зачем я живу? А зачем мы живем? Для чего? Для чего? Для того чтобы материальное что-то такое сделать, да? Вот как, с одной стороны, у нас там. Это большинство людей в этом не убедишь, это не то.

Поэтому я привел вам пример, как интеллектуалы и профессиональные эксперты исламского мира относятся к столь сложному моменту, который называется Октябрьская революция 1917 года. Спасибо.

Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован