26 июля 2007
2019

Жалоба российских протестантов в Европейский суд по правам человека

А. НОРКИН - Итак, Анатолий Васильевич Пчелинцев - директор Института религии и права, главный редактор журнала "Религия и право" - у нас в эфире. Анатолий Васильевич, добрый день.

А. ПЧЕЛИНЦЕВ - Добрый день, уважаемые коллеги.

А. НОРКИН - Спасибо, что откликнулись на нашу просьбу. Анатолий Васильевич, у меня первый вопрос такой. Скажите, вот эта сегодняшняя жалоба пастора Петра Боронкевича, правильно ли я понимаю, что вы достаточно хорошо знакомы с этой историей?

А. ПЧЕЛИНЦЕВ - Да, знаком. Вы знаете, я сейчас не в Москве нахожусь и у меня под рукой нет архивных моих документов всех этих судебных дел и перипетий, но по памяти я могу что сказать. Еще пять лет, даже шесть лет назад, Петр Боронкевич обратился к нам. И я со своими коллегами, мы выезжали в город Чехов. Там ведь начиналась ситуация достаточно трагическая. Молитвенный дом - это церковь евангельских христиан-баптистов - был заброшен бутылками с зажигательной смесью.

Ю. НОРКИНА - А нашли, кто это делал?

А. ПЧЕЛИНЦЕВ - К сожалению, нет.

Ю. НОРКИНА - Или дело вообще не было возбуждено?

А. ПЧЕЛИНЦЕВ - Дело не возбуждалось. Были отказы, отказы якобы...

Ю. НОРКИНА - Отказы возбуждать?

А. ПЧЕЛИНЦЕВ - Да.

Ю. НОРКИНА - Ах, вот оно в чем дело.

А. ПЧЕЛИНЦЕВ - Но дело в том, что мы хотели в суд обжаловать эти незаконные отказы в возбуждении уголовного дела. Но вы знаете, как верующие люди рассуждают: не суди, да не судим будешь. И в результате дом сгорел почти дотла. И я выезжал на место происшествия, осматривал. У меня даже сохранилась обгоревшая библия с места пожарища. Я ее храню как назидание будущим поколениям, адвокатам, коллегам и т.д., к чему приводит беззаконие местных властей. Они просто попустительствовали всему этому. Более того, там не только эту церковь подожгли. И там, кстати, мать пастора Петра Боронкевича чудом осталась жива. Она обгорела, но осталась жива. Ее спасли. С места происшествия были изъяты эти бутылки с зажигательной смесью.

Ю. НОРКИНА - И все равно проводка, да?

А. ПЧЕЛИНЦЕВ - И все равно проводка. Ну, это вообще банальная совершенно такая отписка. Такая же ситуация была в Балашихе, кстати. Все опять на проводку грешили.

Ю. НОРКИНА - А там что горело?

А. ПЧЕЛИНЦЕВ - А там тоже молитвенный дом подожгли. Но там, знаете, с места происшествия изъяли канистру с бензином и пятиметровую раздвижную лестницу.

Ю. НОРКИНА - Тоже протестантская церковь была?

А. ПЧЕЛИНЦЕВ - Да, тоже евангельские христиане, баптисты. Там поскольку здание высокое, лестницу поставили, раздвинули, подожгли. Само здание сложно поджечь, а вот крыша конечно сгорела дотла. Опять та же самая проводка - вы понимаете. А вот в Чехове, там ведь не закончилось только баптистской церковью, там пресвитериан сожгли. И пятидесятническая община, они собирались на дому. Пастером этой общины был Петр Козма. И его несколько раз ловили, избивали. Он попадал в реанимацию. Ему 16 ран зашивали на голове. Я представлял интересы его, встречался с ним. Вы знаете, у него четверо детей. Дело дошло до того, что они боялись выйти на улицу гулять, поскольку семье просто угрожали физической расправой. Сейчас он эмигрировал. Это был первый случай уже в постсоветской России, когда миграционная служба ООН предоставила политическое убежище по религиозным мотивам пастору Козма. Сейчас он в США проживает. Вот я этими делами занимался. Но ведь вы понимаете, это сегодня такая, я бы сказал, типичная ситуация для России.

Ю. НОРКИНА - Почему, Анатолий Васильевич? Почему христиане, которые несколько иначе совершают обряды, но христиане, которые верят в Христа, почему они являются такой мишенью такую ненависть вызывают? Это потому, что люди у нас не знают, что такое протестанты, что такое католики, что такое баптисты?

А. ПЧЕЛИНЦЕВ - В том числе, потому что не знают. Ведь знания, которые получили чиновники, - это знания советского времени, что все плохие, сегодня только хорошего у нас - титульная религия, православие, а все остальные вдруг стали плохими.

А. НОРКИН - Анатолий Васильевич, но в советское время чиновники даже таких знаний не могли получить. Согласитесь. Они тогда знали, что и православие плохое.

А. ПЧЕЛИНЦЕВ - А сегодня в средствах массовой информации мы наблюдаем колоссальный разгул ксенофобии, религиозной ксенофобии. Вы посмотрите, публикации какие идут. "Комсомольская правда" месяц назад опубликовала список шести наиболее опасных сект. Я когда прочитал, у меня просто... вы знаете, я чуть дар речи не потерял. Туда попали в том числе пятидесятники - традиционные для России протестанты, которые здесь столетиями живут уже, они вдруг стали опасной сектой. С каких это пор? Руководители, епископы этой уважаемой во всем мире и в России конфессии, являются членами президентского совета федеральной общественной палаты, они делают колоссальную социальную работу в обществе, работают с алкоголиками, с наркоманами, с бомжами. Как сейчас про армию спасения вы говорили, то же самое: содержат и ночлежки, и столовые и т.д. для бедных людей. И вдруг они социально опасны. Или вот, скажем, фильм "Туча над Борском" - это такой кондовый советский фильм антирелигиозный антихристианский начала 60-х годов, когда очередное было постановление ЦК и Совмина по борьбе с религией, как опиумом для народа. Вот такие фильмы делали, агитки. Его сейчас вдруг в течение трех лет последних показывали раз пять на различных каналах телевидения. Он с художественной точки зрения вообще никакой ценности не представляет. Но людей настраивают на представителей других конфессий. Ведь это касается не только христиан, на самом деле. Я буду больше говорить. Это касается и мусульман, и представителей новых религиозных движений. Вот мы сейчас говорим, что Европейский суд рассмотрел и решил в пользу отдельных конфессий, решение вынес, на подходе и другие дела. Вот сейчас по мусульманам. Я тоже представляю интересы астраханских мусульман сегодня в Европейском суде по правам человека.

Ю. НОРКИНА - А что там?

А. ПЧЕЛИНЦЕВ - Они построили мечеть, точнее, начали строить. Власти выделили землю под строительство. Фундамент заложили, уже достаточно далеко продвинулись. Но вдруг - не на месте стоит мечеть. Вы понимаете, она слишком близка к центру, а в центре может только одна конфессия присутствовать. Их куда-то пытаются на окраину. И вот и суды были, и все не в пользу этой общины местной исламской. И вот сегодня они обратились в Европейский суд, ждут решение в Европейском суде. Я уверен, что Европейский суд признает их правоту, поскольку нельзя дискриминировать представителей меньшинства. Хотя это не меньшинство на самом деле. Те же самые мусульмане в Астраханской области, они традиционно там присутствовали. Многие столетия присутствовали. Там хорошие традиции у них.

Ю. НОРКИНА - Анатолий Васильевич, но вот здесь Алекс нам пишет: "Свидетели Иеговы" мало какое отношение имеют к христианству". Что вы на это скажете?"

А. ПЧЕЛИНЦЕВ - Это кто там пишет?

Ю. НОРКИНА - Ну это слушатель наш, Алекс.

А. НОРКИН - Один из наших слушателей.

А. ПЧЕЛИНЦЕВ - Вы понимаете, я же говорю, это касается как раз вопросов невежества религиоведческого. А вот вы откройте любой учебник по религиоведению - по научному религиоведению, я не имею в виду какие-то антисектантские учебники, конфессионально ангажированные. Там будет написано, что "Свидетели Иеговы" - это поздняя протестантское христианское вероучение. Ведь да, там многие вещи, они не согласуются с традиционным протестантизмом да и православием тем более. Но вот я сейчас слышал, когда рассуждали вы, есть ли опасность, или нет. Я вот сегодня, я ведь, знаете, я не только как юрист занимаюсь, я еще занимаюсь религиоведением. Член государственного совета Минюста по вопросам проведения государственной религиоведческой экспертизы. Я наблюдаю эти конфессии изнутри как бы таким включенным наблюдением: бываю на богослужениях, смотрю, пытаюсь понять, описываю это и т.д. И я скажу, что опасности-то нет. Опасность у нас в голове сидит.

Ю. НОРКИНА - То есть они не режут младенцев в подвалах, как это у нас принято говорить?

А. ПЧЕЛИНЦЕВ - Конечно! Как у нас был один популярный советский писатель, который писал, что вот баптисты детей в жертву приносят в романе одном - "Вечный зов". Вот и все - штампы советского времени. И если какая-то конфессия в своей деятельности религиозной занимает такую деструктивную позицию, вред здоровью причиняет, общественным отношениям, нравственным устоям общества, интересам национальной безопасности. Пожалуйста, у нас механизмов привлечения к ответственности сколько угодно. Но ведь мы-то прекрасно знаем, что таких случаев нет, чтобы их привлекли к ответственности не потому, что это латентные какие-то преступления, правонарушения - нет, просто этих правонарушений не существует.

А. НОРКИН - Анатолий Васильевич, собственно и у меня был вопрос, и вот тут сейчас наши слушатели тоже подсказывают. Я вот что хотел спросить, известны ли вам случаи, когда таким притеснениям подвергаются граждане, исповедующие православие? Потому что, как вы помните, было некоторое время назад несколько случаев, когда сожгли православного священника в одном из городов.

Ю. НОРКИНА - И всю его семью.

А. ПЧЕЛИНЦЕВ - Да, это Тверская губерния. Я по этому поводу тоже разбирался и писал даже по этому поводу. Но это трагический случай, там, на самом деле, следствие еще слова своего окончательного не сказало, там много версий, но одна из версий, конечно, она не то, что там кто-то сжег, это просто трагедия семьи и, скорее всего - я просто предположение высказываю - заболевание психическое.

Ю. НОРКИНА - Ну, а если не касаться этой истории, а вообще?

А. ПЧЕЛИНЦЕВ - А вообще случаи есть такие. Но речь идет главным образом о притеснении представителей других православных юрисдикций. Что я имею в виду? Ну, скажем, Автономная православная церковь, Украинская православная церковь, Истинно православная церковь, ну, раньше Зарубежная православная церковь. Ко мне буквально недавно обратились представители Автономной православной церкви из Суздаля. Я встречался с митрополитом Валентином. Митрополит Суздальский и Владимирский. Вот он жаловался, что сейчас очень серьезный накат на них идет. Им не дают зарегистрировать централизованно епархию, религиозную организацию. У них очень много общин православных, которые осуществляют свою деятельность без государственной регистрации, поскольку власти препятствуют регистрации.

Ю. НОРКИНА - А чем объясняют, Анатолий Васильевич, просто не будем регистрировать и все, или не есть какое-то объяснение?

А. ПЧЕЛИНЦЕВ - Нет, безусловно мотив есть. Здесь политический мотив присутствует. Надо объединяться, собирать... я не своими словами сейчас говорю. Объединять земли и т.д.

Ю. НОРКИНА - Ну понятно.

А. ПЧЕЛИНЦЕВ - У нас сейчас Русская православная церковь и Зарубежная православная церковь объединились. С точки зрения государственного интереса может быть - я говорю "может быть", я не утверждаю - может быть это и было бы наверное полезно одну какую-то юрисдикцию иметь такую мощную, управляемую, послушную и т.д. Но, с точки зрения верующей личности, это не совсем согласуется все с интересами верующих людей. Поэтому они и не хотят объединяться. Тем более есть претензии еще с 27-го года, когда с известных... ну сергианские времена. И поэтому не хотят люди объединяться. Хотят иметь свою независимую юрисдикцию, не хотят, чтобы государство их удушило в своих объятиях. И поэтому у этих конфессий есть проблемы. Проблемы есть, как это ни парадоксально, у старообрядцев. Вот мы сегодня часто слышим: традиционные конфессии, называют православие, ислам, буддизм и иудеев. А где у нас язычники, которые более традиционные? Их очень много. Я больше скажу, у нас в некоторых Субъектах Федерации есть законы о свободе совести, они там по-разному называются, где язычество для данного региона является традиционным. Скажем, республика Тыва. Ведь вот там из 48 зарегистрированных общин (это небольшой Субъект Федерации по численности там всего 48 общин) но из них 18 - это языческие общины. На втором месте идут протестантские, после - православные по количеству зарегистрированных общин. И они там традиционны и очень уважаемы. Поэтому политику надо выстраивать государству с представителями разных конфессий очень продумано и очень осторожно. Потому что вопросы веры такие интимные. Я всегда говорю, и здесь надо не семь раз отмерить, а 77 раз отмерить прежде, чем отрезать. А у нас, к сожалению, всех одной меркой. Вот не наш, вот протестант, не наш, а с чего он не наш-то? У нас они с XYII-го века, протестанты, в России здесь традиционно живут и развиваются и их много. Сегодня протестантских церквей - я всегда повторяю эту цифру - официально зарегистрировано 5 тысяч общин в России. Православных 12, а протестантов 5 тысяч. Но это же наши люди, граждане законопослушные.

Ю. НОРКИНА - Анатолий Васильевич, а вам не кажется, что это в том числе и политика нашей православной церкви? Потому что...

А. ПЧЕЛИНЦЕВ - А почему не кажется? Это очевидная ведь.

Ю. НОРКИНА - ... сколько раз я, бывая на службе, в предвосхищении перед тем, как читать проповедь, батюшка всегда говорит, что мы, православная церковь, мы самые правые, все остальное от антихриста. Ну и начинается в том же духе развитие для прихожан.

А. ПЧЕЛИНЦЕВ - Да, я с вами абсолютно согласен. У меня есть подборка литературы, издания разные православные, где вот эти вещи: разжигание ксенофобии, разжигание возбуждение религиозной ненависти, вражды - просто присутствуют явным совершенно образом. И опять же государство на эти вещи адекватно не реагирует.

А. НОРКИН - Анатолий Васильевич, а вы не думаете, что такая манера поведения что ли государства в отношении церкви - это некое замаливание грехов что ли? Вот как-то гнобили-гнобили священников с коммунистических времен...

Ю. НОРКИНА - Православных.

А. НОРКИН - И теперь вот мы все, мы открытые, мы теперь все ходим, вся администрация президента, молиться. Нет такого ощущения?

А. ПЧЕЛИНЦЕВ - Ну... есть и это конечно. Здесь много факторов на самом деле. Ведь дело в том, что в православную веру сегодня пришло много неофитов так же как в любую другую религию.

Ю. НОРКИНА - Что такое неофиты, расскажите.

А. ПЧЕЛИНЦЕВ - Неофит - это человек, который только-только принял веру. И он пытается что-то сделать хорошее для этой церкви. Он хочет что-то изменить в ней. Если изменить невозможно, то ей как-то помочь. А когда есть у тебя административный ресурс, власть, давайте я своей властью, используя свой административный ресурс, помогу, вот этих конкурентов уберу в духовной сфере, вот это конечно присутствует, это есть.

Ю. НОРКИНА - Да. Но на самом деле это все страшно, то, о чем мы говорим. Потому что если в духовной сфере мы ведем себя агрессивно, то наверное рассчитывать на то, чтобы в цивилизованной области мы очень-очень долго еще будем искать точки соприкосновения для того, чтобы выйти на нормальный какой-то путь человеческий.

А. ПЧЕЛИНЦЕВ - Тогда потребуется время.

Ю. НОРКИНА - И не понятно, каким образом это менять и как с этим бороться, собственно говоря, как призывать к любви и к терпимости. То, о чем суть христианства и говорит.

А. ПЧЕЛИНЦЕВ - Нет, вы знаете, понятно как надо себя вести.

Ю. НОРКИНА - А как?

А. ПЧЕЛИНЦЕВ - Как... например вот сегодня предлагается в школах средних ввести основы православной культуры.

Ю. НОРКИНА - Да, мы как раз будем об этом говорить в следующем получасе.

А. ПЧЕЛИНЦЕВ - Я вот сейчас буквально два слова по этому поводу скажу. Я ничего против не имею основ православной культуры, если бы речь шла о культуре. Но мы ведь когда там открываем учебники, которые есть - я их все проанализировал - там такие вопросы. Или, скажем, сейчас в Смоленской области издали учебник "Основы православной культуры Смоленского края". Там есть раздел, который называется (кстати, под редакцией митрополита Кирилла вышел учебник), и есть раздел "Секты и протестанты". И вот почти дословно цитирую: однако скоро протестантам в России придет конец, поскольку время демократии в России заканчивается. Вот, это я почти дословно цитирую. Это то, чему учат наших детей. Это же вопиющие вещи на самом деле. Какая здесь культура, о чем мы говорим? Поэтому надо детям давать историю религий. Дети должны знать, кто их отец. Что он исповедует. Любовь. Ну, если не любовь, То хотя бы терпимость к представителям иной конфессий.

Ю. НОРКИНА - Ну Анатолий Васильевич, как не любовь? Бог есть любовь.

А. ПЧЕЛИНЦЕВ - Конечно. Это главная христианская заповедь - бог есть любовь, и бог есть дух...

Ю. НОРКИНА - В православии почему-то об этом не говорят.

А. ПЧЕЛИНЦЕВ - К сожалению.

Ю. НОРКИНА - Ну, мало говорят.

А. НОРКИН - Спасибо вам большое.

Ю. НОРКИНА - Спасибо вам большое.

А. ПЧЕЛИНЦЕВ - Всего самого доброго удачи вам!

А. НОРКИН - Анатолий Пчелинцев - директор Института религии и права, главный редактор журнала "Религия и право" - был у нас в эфире.

26.07.2007

Ведущие : Андрей Норкин, Юлия Норкина
Гости : Анатолий Пчелинцев
echo.msk.ru
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован