Жрец из Мачу-Пикчу. Повесть. Глава 9.

Росы не было уже пять дней. Земля стала высыхать. Озабоченный Хоки ходил между полей и трогал сухую почву. Растения только начали завязывать плоды. Вода нужна срочно! Но что же случилось? Куда делась роса?

Хоки стал наблюдать за испарениями из джунглей. Да, как обычно, струи влаги стали образовывать пласты тумана над лесом. Вот они стали плотнее и поднимаются над зарослями всё выше и выше. Выше! Хоки вскочил на ноги. Этого не должно быть! Облака поднимаются выше обычного, и их уносит ветер прочь! Это означает, что роса не будет выпадать на его поля. Грядёт засуха. Значит, остается надежда на фонтаны. Их восемь по всему городу и вода льётся из них постоянно. Можно ли направить эту воду на поля? Хоки поспешил к ближайшему фонтану. Как и есть! Вот запорный камень, если его поднять, то вода будет выливаться…. куда выливаться?

- Хоки, чем ты занят?

- Отоаххэстие, я проверяю, можно ли воду из фонтанов направить на поля. Ведь вода тут льётся постоянно. А роса перестала выпадать, мы можем потерять весь урожай. Помоги мне узнать, как поднять этот камень и куда будет выливаться вода. Если на поля, то мы спасены.

- Говори, что делать. – два друга принялись за работу.  Камень давно не поднимали, и он зарос мхом и илом, найти его края было сложно. Парни почти до дна вычистили ванну, куда сливалась вода, но они нашли удобную выемку в самом камне и подняли его. Но радость их была преждевременной. Вода нашла себе новое препятствие. Она должна была выливаться по желобу в сток, что шел рядом с лестницей, ведущей на поля, но где-то был затор.

- Вы заняты ерундой. Этот придурок не может ничего сделать с засухой. Отоаххэстие, оставь его и пошли со мной. Ты мне нужен, сынок. – Окэмэн с призрением смотрел на Хоки, перемазанного грязью и тиной.

- Иди с ним, я справлюсь, - тихо сказал он другу.

- Справишься один?

- Пошли кого-нибудь.

- Пришлю Охитека или Печуа.  Пойду, помоюсь и к старику.

     Охитека, Печуа и Чейтон пришли почти сразу, как узнали, чем занялся Хоки.  Они нашли место где вода останавливалась . Оказалось, что тайный желоб  для воды был покрыт плоскими камнями. Один из них треснул и его обломки загородили путь воде. Куски камня убрали, и вода свободно потекла на поле. Так  парни пустили воду из бассейнов фонтанов на поля.  Из стены вытекала струйка чистой воды и потом вытекала по желобам на поля. Женщины принялись поливать измученные сушью растения.

       Вождь Окэмэн не оценил этого поступка.

- Он как свинья возился в грязи весь день и пустил воду. Ну и что?  Я сразу понял, что тут людям не место. Поля на горе будут выгорать от солнца и весь урожай прокормит разве что, одного, двух человек. Он как был, так и остался Лэлоезика. Отоаххэстие, я с тобой говорю последний раз. Мне уже много лет и здоровье меня подводит. Я хочу объявить тебя своим приемником, и требую, чтобы ты перестал возиться с этим Хоки. Даже имя его «оставленный». Нам нужно возвращаться в наше селение. Тут трудно жить людям. Ты зря сюда привёл молодёжь. Нужно уходить с горы. Не просто так оставили этот город когда-то люди, значит, была причина уйти. Сынок, будь со мной рядом и душой и телом. Ты следующий вождь племени. Сохрани своё имя чистым в глазах Аймара.- Отоаххэстие слушал старика, не перебивая, а так хотелось сказать, что он пришел сюда за Хоки по заданию старого гордеца.

     Ночью весь этот разговор Отоаххэстие передал друзьям.

- А у вас как дела?

- Мы расчистили четыре фонтана. Теперь почти две трети полей поливаются.

- Я обнаружил, что на каналах вдоль полей тоже есть запорные камни. – Печуа аж светился, так радостна была его улыбка, - Я показал женщинам, как переставлять камни и они меня зацеловали! Там нужно поднять камень, что перекрывает воду на поле, и его же поставить поперёк канала, что спускает воду вниз. И вода сама бежит по верху поля, орошая его. Когда поле увлажнено, камень ставиться на место, и идешь дальше поливать другое поле.

- Печуа, ты просто молодец! Такое нашел удобное устройство! – друзья затискали его, надавали дружеских тумаков. Парень зарделся от похвал.

- Я не понимаю, почему испарения поднимаются выше обычного, - думал вслух Хоки. раньше роса начинала выпадать уже в сумерках. Помните, как становилось сыро к вечеру?

- Да, это верно. Теперь до полночи камни тёплые и сухие.

- Что же пошло не так? Как всё исправить?

- Может быть это такой год? Или мы все готовим на камельках, и слишком теплый воздух поднимается выше и уносит влагу? – парни долго ломали голову, но ничего не придумали и разошлись.

    Полив спасал поля от высыхания пару недель. Но и в фонтанах вода стала исчезать. Окэмэн хохотал в голос, наблюдая как женщины подолгу ждут, когда тонкая струйка заполнит кувшин.

- Это от того, что вы, бестолочи, не слушаете меня. Собирайтесь уходить с горы! Это говорю вам я, Великий вождь Окэмэн.

        Дома Хоки уже сидел два дня, он не мог видеть погибающие поля.

- Я пойду на ту гору, от которой сюда перекинута стена, по которой мы получаем воду в фонтаны. Я должен сам всё увидать.

- Я испеку тебе ячменных лепёшек в дорогу.

- Кивидинок, ячменя осталось совсем мало.

- А если нужно будет поднести Богам подношение? Что ты положишь на алтарь? Кусок мха? - Хоки не стал спорить с женщиной. Она иногда наталкивала его на дельные мысли.    Малышка не спала и играла с пальцем папы. Красивые глазки ребёнка следили за движениями грубого пальца родителя, и она с огромным интересом изучала его. Настроение отца улучшилось. Ему есть ради кого трудиться. А Богам нужно оказать почитание. Может быть, там он сможет увидать Бога ИНТИ.

     Он вышел в дорогу ещё до рассвета. Ночью почти не спал. Проваливался пару раз в полузабытьё и тут же выскакивал из дрёмы. Поэтому он не стал заставлять себя спать, сложил еду и пошел к Алтарному камню, просидел там до розового рассвета и когда запели птицы пошел вдоль стены, из которой в фонтаны поступала вода. Он не ожидал, что ему придётся спуститься почти до самой реки, а потом подниматься на более высокую  и отвесную стену. Когда он поднялся по тропе выложенной камнем до самого узкого места, настали сумерки. Он глянул на пройденный путь, и у него закружилась голова. У него, прожившего в горах четыре года, кружилась голова! под ногами была бездна, дно которой пропадало в надвигающейся темноте сумерек. Хоки прижался спиной к стене и осторожно сел, его ноги свободно повисли в пустоте. Надо привязать себя к стене, чтобы не упасть во сне, а поспать нужно, подумал путник. Он глянул  на стену и увидал вмонтированное бронзовое кольцо. А они знали, что делают, подумал Хоки, привязывая конец толстой верёвки  к кольцу. Спал он на редкость крепко. Его разбудил гомон птиц. Стая пестрых попугаев радовалась свету. Солнце уже взошло, но этот склон ещё прятался в синих сумерках, лучи падали из-за стены, на которой ночевал мужчина. Он быстро сжевал лепёшку, чуть не забыл отвязать верёвку и стал осматривать путь. А его не было. Тропа заканчивалась отдельными камнями, вставленными прямо в стену.

- И что теперь делать?! – Хоки стал смотреть на стену. Его рука крепко сжимала бронзовое кольцо, когда он запрокинул голову. Стена заканчивалась на высоте трех четырех ростов человека. Хоки решил забраться на стену. Он пропустил верёвку через бронзовое кольцо и оба конца её привязал к своей талии.

- Если и упаду, то смогу потом выбраться на тропу. – пробормотал он и поставил ногу на камень выступающий из стены, рукой он ухватился за другой точно такой же камень, торчащий выше его головы. Он полз по стене и не знал, когда она закончиться. Поэтому , когда ему в глаза ударил солнечный свет, он чуть не выпустил камень из рук, но он быстро опустил лицо и закрыл глаза. Зрение медленно восстановилось, и он, стараясь не смотреть на солнце, стал подниматься над стеной. Он оказался на ровной неширокой площадке из камня, залитой ослепительным светом утреннего солнца , осмотрелся и стал отвязывать верёвку от пояса, запаса её хватило на этот подъём. Тут он сел и стал осматриваться уже не торопясь.

       Хоки был в самом начале неширокой тропы выложенной камнем, она продолжалась шагов сорок и заканчивалась пещерой. Хоки встал, держа в руках концы верёвки, быстро нашел ещё одно бронзовое кольцо и привязал верёвку. Теперь его интересовала пещера. Узкий невысокий лаз вел в небольшой зал. И он был хорошо освещен, в проделанные отверстия в скале проникали солнечные лучи. Столбы света осветили прямоугольный бассейн заполненный водой и мхом. Вода переливалась через край, сливаясь с ложбинку вдоль бортика, и собиралась у канала, который уходил в отверстие в скале. Жалкая струйка воды сочилась по желобу, обтекая  кучки ярко зелёного мха. С другой стороны на постаменте в нише стоял идол какого-то божества. Вся фигура высотой меньше человека, была заляпана грязью и сухим мхом. Не отдавая себе отчета, Хоки взял в руки комок мха из бассейна и стал оттирать лицо идола. Потом он взял другой комок, третий и так он менял мох, пока не очистил всё изваяние, изображавшее женщину с грозным лицом, с корзиной и колосьями. Молочно белый камень, из которого была вырезана фигура, делал её похожей на живого человека.

- Это же Пачамама, Богиня земли. – Хоки упал на колени и запричитал. – Прости, о Великая Мать! Я прикасался к тебе своими грязными руками, я не достоин. Про-ости!

- Встань! я благодарна тебе, крестьянин. Ты проделал тяжелый путь. Очистил меня от скверны нечестивых, которых мне пришлось наказать за их жадность и лень. Ты прощён. – Мужчина лежал на полу не смея поднять голову. Это он слышит на самом деле, или придумал сам? – Можешь просить меня о чем угодно, я исполню.

- Пачамама, Великая Богиня! Прошу об одном, сохрани поля, что погибают без воды. Я и мои соседи с такой любовью возделывали их, сажали семена, ожидали всходов, но они гибнут. Только ты, Великая способна сказать своему брату, богу ИНТИ, чтобы он смилостивился и избавил нас от причины вызвавший его гнев. Мы пели песни ему, но забыли про тебя. Мы не знали, что твое изображение стоит здесь. Я вернусь и попрошу испечь в твою честь ячменные лепёшки из нового урожая. И мы будем петь, и хвалить тебя, Великая Мать Пачамама. Вот эти лепёшки из того урожая. Это всё что у меня есть сейчас.

- Я приняла твои дары и услышала тебя. Возвращайся, Кэтэлэтэка.  Но перед уходом, прошу тебя очисти бассейн от мха – голос умолк. Хоки на коленях подполз к воде и стал вытаскивать комки яркого мха и выносить его  из пещеры. Когда вода осталась чистой , он стал смотреть как она вытекает из бассейна. И оказалось, что путь ей перегородил упавший камень. Его было не просто достать, он лежал слишком далеко в стоке. Хоки изрядно намучался, но сумел сдвинуть его. Он встал вдоль канала, и вода потекла свободно. Пятясь задом ко входу, Кэтэлэтэка вышел из пещеры - храма Пачамамы.  На душе было легко и привольно, пора домой.

        Спуск теперь был безопасен. Хоки привязал к поясу оба конца верёвки и спокойно спустился на тропу. Он оставил верёвку здесь, пропущенную через два бронзовых кольца, потому, что собирался вернуться сюда ещё не раз. Он же обещал Богине дары с нового урожая, значит придёт сюда снова, но теперь он знает этот путь.

       Он спустился с горы, где обнаружил храм Богини Земли. Надвигались сумерки . Он прошел ещё несколько террас и остановился. Хотелось есть, за два дня он съел только две лепёшки, остальное оставил у подножья Богини. Но он не жалел об этом, просто нужно поохотиться пока совсем не стемнело. Ему повезло, в его силки попался большой грызун. Его мясо хорошо утолило голод путника. Хоки был в приподнятом настроении и знал, что это хороший знак. Когда он  в таком настрое принимался за работу, ему всё хорошо удавалось. Хоки заснул и крепко проспал всё утро.

     Его разбудил наглый попугай. Птица уселась на его плечо и стала теребить его шапку, вернее яркую кисточку завязки.

- Ах ты, вор! – закричал спросонок Хоки и расхохотался, когда птица с возмущением взлетела на ветку. – Ладно! спасибо, что разбудил, вот тебе твоя добыча. – мужчина со смехом оторвал сплетённую из красных ниток верёвочку с кисточкой на конце и повесил на ветку, принялся грызть оставленный с вечера кусочек добычи. Ему нужно спешить домой и как можно скорее рассказать о храме Богини.

     Зелёный попугай внимательно смотрел на этого странного зверя, уходящего на двух лапах, на его дар и ничего не понимал. Умная птица рассудила так: Я – попросил, мне дали. Значит это моё!  - Он схватил кисточку и улетел .

    Хоки пришел в город поздним утром, едва увидав террасы, он встревожился. На полях совсем никого не было. Обычно кто-то да ходит по полям, а тут никого.  Даже насекомые не звенели своим жужжанием. Что случилось?! он поспешил на вершину. И оказался прав. Все собрались на площади. С Алтарного камня вещал Окэмэн.

- Ну что, вы убедились в бредовых идеях этого глупца? Что я вам говорил?  Как можно на горе выращивать урожай?! Где вода? вы сами видите, что всё высыхает. Что вы будете есть? Вы подумали?

- У нас есть, кому думать, Вождь! – ответили из толпы.

- Ах , «есть кому думать». Тогда зачем вы послушали Лэлоезика? Его сказки про яко бы солнечный город, где всё растет и множиться?  Отоаххэстие, зачем ты привёл сюда молодежь?

- Так приказал мне ты, великий вождь, я выполнял твоё поручение. – зло ответил парень.

- Что?! Я приказал тебе отобрать у него всё ценное и вернуть в селение! А ты нарушил мой приказ! И увёл самых лучших людей из селения. А за ними последовали и старики.

- А первым сюда пришел ты, вождь. – крикнули из толпы.

- Меня почти внесли на руках, силком. – молодые мужчины откровенно смеялись в лицо старика. – Вот где этот ваш Хоки? Сбежал, спрятался от правосудия людей. Он же трус, и всегда им был.

- Я здесь. – тихо но четко ответил Хоки, люди расступились , пропуская его в центр.

- Он опять грязный и оборванный. – вождь с презрением смотрел на худощавого , в грязной одежде молодого мужчину. - Ему давали жену, работящую красавицу. Он довел её до слёз! Теперь у него жена дурнушка, неряха и грязнуля, даже постирать одежду не может. Где ты прятался, Хоки? – издевательски сюсюкал Окэмэн.

- Я не был дома сегодня, - ровным голосом отвечал он на нападки вождя. – Жена не видела меня ещё. А то бы стащила с меня эту грязную одежду и дала новую. Все знают, что моя Кивидинок лучшая из мастериц в племени.- он хотел подбодрить жену.

- Отвечай, зачем ты баламутишь людей!

- Я никого не баламутил с тех самых пор как был изгнан из селения. Я приходил только один раз, чтобы  отдать родителям излишки зерна. А ты сам отправил парней выследить меня и ограбить. Но не вышло! Всё зерно я отвёз отцу и матери. А на полях урожай ещё не созрел. А когда они пришли, чтоб увезти у меня весь урожай, то сами решили, что лучше жить здесь, без глупого и гордого старого вождя. – все эти слова Хоки произносил, стоя на Алтарном камне, рядом с Окэмэном.  Этого оскорбления не мог вынести вождь, он замахнулся на оратора и сбил его черенком Великого копья. Жрец упал, кубарем скатившись с камня. Анпейту и Кивидинок бросились его поднимать.

- Не ушибся?! – женщины с тревогой смотрели на него.

- Нет, не сильно, пройдёт. – зло шипел мужчина. – Он разгневал богов. Теперь я точно знаю, кто причина наших бед.

        А вождь продолжал поливать грязью Хоки. Отоаххэстие  отвел друга в сторону.

- Как ты?

- Как я не важно. Смотри,  что происходит.

- Я ничего не вижу. – к ним подошли несколько человек.

- Вот-вот. Насекомые молчат, птицы молчат, ветра нет, и всё вокруг заволокло маревом.

      Люди стали смотреть по сторонам. Дядя Анпейту, совсем старенький человек, попытался остановить вождя.

- Окэмэн, Окэмэн, послушай!

- Что тебе? Не видишь, я говорю с людьми.

- Ты послушай! ветра нет, насекомые умолкли, птицы пропали.

- Ну и что?

- Боги гневаются!

-  Нет никаких тут богов. Отойди и не мешай мне говорить с моим народом. – но продолжить свои разглагольствования он не успел. Из земли послышался гул, небо потемнело, последовал толчок, и люди попадали на колени. Женщины и дети испугались, заплакали. Мужчины поднимались на ноги. Толчок повторился. Вождь устоял на ногах, потому что успел ухватиться за Алтарный квадратный столб. После второго толчка он оправился, и стал стыдить перепуганных людей, обзывая их трусами. Он гордо опёрся на Великое копьё Вождя, стал восхвалять свою смелость и отвагу, что он не убоялся гнева каких-там богов. И тут раздался оглушительный грохот, небеса разом почернели, сверкнула ослепившая всех молния, земля сильно качнулась, все оказались на земле. В довершение всего разразился ливень, струи воды сплошным потоком  промочили людей насквозь. Все стали покидать площадь и прятаться от потока.

    Дом Хоки сразу заполнился людьми. Кивидинок передала дочь бабке и принялась разжигать камелёк. Хозяева и гости стягивали мокрую одежду, развешивали  на перекладинах.

- Хоки где ты был, что узнал? – в суматохе Отоаххэстие задавал вопросы.

- Я нашел храм Богини земли Пачамамы. Очистил истукана, изображавшего её, очистил бассейн у её ног и оставил ячменные лепёшки, что настояла взять моя жена. Кивидинок, ты очень мудрая, спасибо тебе, я съел только две лепёшки, остальные оставил у ног Пачамамы.

- О чем ты просил её, сынок?

- Я просил только об одном. Чтобы она помогла нам спасти урожай, и избавила нас от непонятной напасти, что губит урожай. Она сказала, чтобы я шел домой. Я обещал ей, что когда соберём урожай, я принесу ей первые лепёшки из ячменя в благодарность.

- Это ты правильно сделал. Но где этот храм, я тоже хочу отдать ей благодарности.

- Мама, я бы этого тоже хотел. Но туда даже не каждый молодой человек доберётся. Такая отвесная стена перед самым храмом защищает его, что можно забраться только по верёвке.

- Мы вот что сделаем! Когда соберём урожай, молодые парни возьмут самое лучшее, что родят наши поля, и отнесём к храму. Самые сильные поднимутся в храм и поднимут наши дары от всего селения.

- Вот правильно все говорят, Отоаххэстие, что ты настоящий вождь. Когда  Окэмэна не станет, я первая буду требовать, чтобы ты стал нашим вождем. Ты не просто высокий и красивый, каким и должен быть вождь, ты ещё и умный и добрый. Ты наш вождь.

      Ливень закончился часа через три. Когда все снова собрались на площади узнали, что Окэмэн мертв. Он ударился затылком об острый край квадратного столба и умер сразу. Весь ливень он лежал на Алтарном камне, струи воды размывали его кровь. Зрелище было ужасным. Весь Алтарный камень в красных потёках и лужицах. Вокруг самого камня лужи разбавленной крови.

         Хоки и Отоаххэстие стояли рядом ближе всего к Алтарю. Друзья смотрели на распростёртое тело старого вождя.

- Давай унесём его, - тихо произнёс Хоки, - пусть старики приготовят его к погребению.

      Они шагнули к Алтарному камню и тут же из оцепенения вышли все остальные. Ещё несколько человек поспешили поднять старика. Его перенесли во дворец, на то место под рухнувшей крышей, где он любил сидеть. Молодежь вышла и оставила его тело в распоряжении старейшин.

- Вот и закончилось правление тирана. – Вздохнул Отоаххэстие. Люди смотрели на него и ждали распоряжений. – что я должен делать, Хоки, посоветуй, ты же жрец.

- Нужно организовать погребальный костёр.

- Всё мокрое, Хоки!

- Да. Но есть рухнувшая крыша дворца. Её всё равно нужно разобрать, чтобы она не прибила кого-нибудь. А древесина сухая.

- Это верно! Спасибо, Жрец Кэтэлэтэка. Пойду отдавать первые распоряжения.

       Старики готовили погребальный обряд, а молодой вождь разбирал с помощниками сломанную крышу дворца. Она и раньше была уже полуразрушенная, и её нужно было разбирать, но теперь уже её оставлять так было совсем нельзя.  Старые балки были высушены временем и под соломенной кровлей они не намокли, это были единственные сухие дрова для погребального костра.

- Только Отоаххэстие станет вождём, - говорили все как один человек в племени. – он справиться с этой задачей.

- Его уже несколько лет прочил  вместо себя ушедший вождь, - вторили старики друг другу.

      Молодой вождь сам работал, не разделяя обязанности.

- Отоаххэстие, ты вождь, зачем работаешь с нами?

- А кто меня выбрал? Я не помню, чтобы мне вручили старейшины Великое копьё. Я еще такой же, как все. Вдруг  это будет Кэтэлэтэка? – скромность парня подкупала всех.

       Погребальный костёр был готов через два дня. Его сложили внизу западного склона на ровной площадке, так решили старейшины. Костёр берегли от дождя, который мог разразиться в любую минуту, подростки дежурили около него с пальмовыми листьями наготове, чтобы немедленно закрыть от воды дрова.

        Церемония началась перед закатом. Тело вождя положили на носилки и крепко привязали, его предстояло нести по крутым лестницам. Он был обряжен в лучшие свои одежды. Головной убор из перьев, пончо, рубашка и штаны новые, новыми были и сандалии на ногах. Укрыт он был накидкой из разноцветных перьев. Его несли шесть мужчин одного роста, подобрали специально. Отоаххэстие шел впереди, как самый высокий. Он тоже хотел нести тело вождя, но ему не было пары, носилки перекашивались в одну сторону. Поэтому ему поручили нести Великое копьё Вождя. Тело несли неспешно, под песни и прощания. Люди стояли по обе стороны лестницы и когда носилки проносили они шли следом. Так и достигла печальная процессия кострища. Тут носильщики передали тело другим, а сами отошли к плакальщицам. Старейшины стали перечислять хорошие дела Старого Вождя и просить предков принять их сородича на небесах. В сумерках, когда солнце село окрасив горизонт кровавыми сполохами, был подан сигнал. На вершине загорелся факел. Хоки сидел у Алтарного камня и ждал когда скроется последний луч солнца. Только после этого он взмахнул горящим факелом, давая сигнал для поджигания костра с телом злейшего врага.

       Они сидели на середине лестницы и смотрели, как полыхает костёр, на котором исчезало тело старого вождя. Они молчали. Молодой жрец и молодой вождь. Им не нужны были слова. Они просто смотрели.  Костёр съедал старое, отжившее представление о жизни. Теперь нужно будет строить жизнь по новым правилам. И диктовать эти правила будут эти двое. Два силуэта поднимались к ним. Это были их жены. Анпейту и Кивидинок. Они сели у ног мужей и тоже стали смотреть на огонь внизу. Это был торжественный день, полностью посвященный уходу старого вождя. Нужно соблюсти традиции, чтобы все люди сказали, что новый вождь достоин принять власть. Старики были внизу, оплакивали, вспоминали ушедшего на закат соплеменника. Молодёжь присутствовала при этих разговорах и запоминала деяния вождя. Женщины постарше пели прощальные песни и гимны, молодые подавали  еду и напитки. К четверке на лестнице присоединилась Доли, вторая жена умершего вождя.

- Тётя? Как ты?

- Как и бывает в таких случаях, дочка. Анпейту, ты позволишь мне жить у вас?

- Да, тётя, я буду рада, если придёшь к нам.

- Я хочу вам многое рассказать про дела старого вождя. Но только тебе племянник и твоей жене.

- Тётя, приходи к нам жить уже завтра. Но я хочу тебе сказать, Хоки, то есть Кэтэлэтэка, будет знать всё, что знаю я. Он жрец, он нашел храм Матери Земли, он говорит с ИНТИ. Он всё равно будет знать все секреты, творящиеся на этой горе.  Поэтому будь готова к этому.

- Я поняла. Ты теперь вождь и твои правила. Но есть вещи, о которых не должны знать все.

- Согласен. Мы поэтому и будем решать все вместе только те дела, которые, касаются всех. А то, что будет пугать или сбивать с толку людей не будем выносить на общий разговор.

- Я и хотела тебе об этом сказать.

- Тётя, ты нужна нам своими советами, - Анпейту положила руку на плечо женщины

.- А я где буду жить?! – выскочила их темноты Вихэкэйда, третья жена старого вождя.

Окончание следует.

Ольга Шумакова. Член Союза писателей.

 

Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован