27 апреля 2003
2080

Интервью А.Подберезкина радиокомпании `Маяк` - `Российская социал-демократия: проблемы и задачи`

В студии - генеральный секретарь Социалистической единой партии России "Духовное наследие", доктор исторических наук, член Российских академий естественных и военных наук Алексей Иванович Подберезкин.

- 4 февраля были сообщения о том, что ряд левоцентристских партий подписали призыв-обращение "За честные выборы". Там некоторые партии назывались, но я не нашел в перечне вашей партии. Как вы к этому относитесь?

ПОДБЕРЕЗКИН: Наш представитель участвовал в дискуссии по данному вопросу, но мне показалось, что документ, который они подготовили, достаточно бессодержательный. Подписывать его не стали. В нем есть некая спекулятивность, потому что получается, что те, кто подписал, - за честные выборы, а те, кто не подписал, - за нечестные?

- А если все подпишут?

ПОДБЕРЕЗКИН: Существуют законы, которые предполагают проведение только честных выборов. Мне кажется, что данный пиар не совсем удачный. Сейчас будет много всяких инициатив, смысл которых будет заключаться в одном: попытаться сколотить некие коалиции, найти площадку для дискуссий. Это обычное дело. Накануне выборов так происходит всегда.

- В ходе одной из бесед в Кремле у президента было сказано, и президент это признал, что Россия по своей структуре страна левая и социал-демократическая. Это понятно, потому что живут россияне не очень хорошо, существует социальное напряжение, что создает почву для социал-демократической и социалистической идеологий. А вот партии подобного типа слабы. Их, в общем-то, хорошие люди возглавляют - Горбачев, Титов, Подберезкин, теперь можно и Селезнева к ним причислить. А вот серьезной, массовой, влиятельной социал-демократии пока не получается. В чем дело?

ПОДБЕРЕЗКИН: С президентом, наверное, можно полностью согласиться, потому что Россия - страна, которая в силу исторических причин тяготеет к социализму. Недавно был проведен авторитетный опрос общественного мнения. Респондентам задавался вопрос о том, как они относятся к роли государства, к плановой экономике, вообще к социализму и к его атрибутам. Ответ был несколько обескураживающим и неожиданным. Если на подобный же вопрос в 1992 году положительно ответило 28 процентов, то сейчас - 56. То есть после десятилетия так называемых "либерально-демократических реформ" симпатии к социализму вернулись. Большинство населения действительно считает, что социализм - это правильно. Теперь по сути, что гораздо более важно, на мой взгляд. Социализм, я считаю, - единственный вариант выхода из того глобального кризиса, который назрел. Не существует иных механизмов. Модели рыночной экономики себя уже дискредитировали во всем мире, а не только в России. Поэтому, если говорить об алгоритме будущего развития человечества, другого пути просто не остается. Это в стратегическом плане. В 50 европейских странах существуют влиятельные социалистические или социал-демократические партии. Они либо правящие, либо крупнейшие оппозиционные партии. Единственная страна-исключение - это Россия. Исходя из всего этого, можно утверждать, что и в России рано или поздно будет влиятельная социалистическая партия. То, что сейчас этого не произошло, объясняется тем, что лидеры КПРФ, которые использовали ностальгию населения по коммунистической идее, вытаптывали вокруг себя годами эту поляну, не давали появиться никаким росткам, уничтожали, в прямом политическом и идеологическом смысле, любых возможных оппонентов. Это главная причина. Потому что, если бы этого не происходило, ситуация могла бы развиваться как на Украине, когда там Социалистическая партия не просто влиятельная, она входит в парламент, влияет на формирование правительства. Не говоря уже о западноевропейских государствах, где, например, в Великобритании и Германии, социалистические партии - лейбористы и социал-демократы - являются правящими.

- Мне бы не хотелось, чтобы беседа с вами сегодня превратилась в своего рода предвыборный разговор, в ходе которого вы как представитель своей партии развивали бы свои взгляды, призывали слушателей их поддерживать и прочее. Я хотел бы, чтобы именно вы помогли проанализировать ситуацию в политическом движении, находящемся левее центра. Трудно отрицать, что наиболее крупная политическая сила в данной части спектра - КПРФ. В ней тоже происходят свои процессы, о которых начали говорить и писать. По данному вопросу поговорим в прямом эфире с депутатом Государственной думы от КПРФ, членом комитетов, комиссий Думы, доктором экономических наук Сергеем Юрьевичем Глазьевым.

- В последнее время появилось очень много публикаций о том, что в КПРФ что-то происходит. Мне бы не хотелось сталкивать вас с Геннадием Андреевичем Зюгановым.

ГЛАЗЬЕВ: Это невозможно.

- В чем тогда суть процесса, противоречий и всплесков, которые все наблюдают?

ГЛАЗЬЕВ: КПРФ сегодня - это не только партия, но и широкая коалиция патриотических сил. Если говорить о нынешнем составе фракции КПРФ в Государственной думе, то примерно треть членов фракции, являясь формально членами КПРФ, представляют другие патриотические организации. Как известно, многие общественные деятели, которым небезразлична судьба страны, в личном порядке работают во фракции КПРФ. Сейчас идет процесс оформления широкой патриотической коалиции, поэтому и возникла идея создания блока КПРФ - НПСР, который мог бы объединить все патриотические силы, как коммунистической ориентации, так и центристские. Даже Союз православных граждан сегодня имеет с Народно-патриотическим союзом соглашение о совместной работе. Речь идет о создании широкой политической коалиции ради одного - сохранения суверенитета страны, преодоления кризисных процессов, как в экономике, так и в социальной сфере, и вывода страны на путь быстрого устойчивого социально-экономического развития.

- Так происходят внутри КПРФ какие-то процессы или их нет?

ГЛАЗЬЕВ: Процессы внутри КПРФ сегодня целиком определяются как раз проблемами формирования широкой патриотической коалиции. Поскольку разные организации входят в Народно-патриотический союз и хотят войти в него, естественно, возникает много споров, трений, связанных с притиркой программ и идеологических позиций.

- А сама КПРФ, на ваш взгляд, нуждается в программном и кадровом обновлении?

ГЛАЗЬЕВ: Подобное обновление все время происходит. С каждым годом программные требования КПРФ становится шире, потому что партия представляет не только традиционно-коммунистическую точку зрения на развитие страны, но и людей, и структуры, которые считают себя демократическими, социал-демократическими и даже православными. Поэтому КПРФ сегодня стремится создать платформу для объединения всех патриотических сил. Поэтому программа КПРФ становится все более широкой, которая позволяет подобное объединение осуществить.

- Некоторое время назад в "Правде" была опубликована ваша статья, которую некоторые члены партии сочли не совсем ортодоксальной. Говорили даже, что Глазьев от этой статьи то ли отрекается, то ли не отрекается. Что вы можете сказать в связи с этим?

ГЛАЗЬЕВ: Сегодня ортодоксальность не характерна для идеологии КПРФ. Собственно говоря, моя статья была призвана прекратить некоторые субъективные, эмоциональные всплески на страницах печати и перевести все противоречия в русло конструктивного диалога с тем, чтобы действительно выработать организационную и идеологическую платформу, которая бы объединила все патриотические силы. Вопрос, который вызывает наибольшую остроту сегодня, - это вопрос взаимоотношений патриотических сил с деловым сообществом, с бизнесом. И здесь точки зрения разные. Моя, например, заключается в том, что патриотическим силам необходимо работать с отечественными товаропроизводителями, с предприятиями реального сектора экономики, которые ориентированы на активную политику государства в целях экономического роста. Традиционно КПРФ резко отрицательно относится к олигархии, которая выросла, по сути дела, на ельцинской диктатуре, на присвоении национальных богатств. Поэтому это вопрос дифференциации взаимоотношений КПРФ и деловых кругов. И он вызывает наиболее живое обсуждение.

- Сергей Юрьевич, тут повеяло тенью Березовского, который, как известно, пытается сколотить какую-то коалиционную оппозицию с помощью, в частности, своих денег. Вы относитесь к подобному финансовому источнику отрицательно?

ГЛАЗЬЕВ: Все эти разговоры не основаны на реальных фактах, за исключением, может быть, его сотрудничества с газетой "Завтра". В остальном КПРФ опирается на Союз товаропроизводителей и Международный конгресс деловых кругов. То есть на людей, связанных с реальной производственной практикой, которые работают в различных отраслях российской экономики. Я, например, являюсь членом президиума Союза товаропроизводителей и возглавляю Федерацию товаропроизводителей России. Это достаточно широкая основа для работы с российскими деловыми кругами. Потому то и возникли споры, что, когда возникает вопрос взаимоотношений с крупным бизнесом, появляется очень много уже идеологических разногласий. И далеко не всегда здесь есть возможность сотрудничества.

- Возможен ли отказ КПРФ от каких-то коммунистических догм и приближение к реальной социал-демократической практике, существующей повсеместно в мире?

ГЛАЗЬЕВ: Формирование коалиции широких патриотических сил, конечно, заставляет КПРФ расширить свою идеологическую основу. В этом смысле КПРФ, хоть и стоит на коммунистических и социалистических позициях, тем не менее, с терпимостью и уважением относится к принципам социал-демократии, которая больше характерна для многих союзников по Народно-патриотическому союзу России. Я уверен, что мы выработаем новую платформу.

- Алексей Иванович, возвращаемся к разговору с вами, что вы можете сказать о ситуации в КПРФ?

ПОДБЕРЕЗКИН: Во-первых, мне очень понятна позиция Сергея Глазьева, потому что я многие годы был в точно такой же шкуре. То есть я создавал Народно-патриотический союз, и надо сказать, что модель была очень удачной, потому что все, может быть, за исключением финиша президентской гонки 1996 года, когда партфункционеры просто слили компанию, было очень хорошо. В регионах в 1996-1997 годах Народно-патриотический союз в 70 процентах случаев побеждал на местных выборах: и в законодательные собрания, и на губернаторских. А вот в 1998 году накануне выборов наступил именно такой период, как сейчас. Я как сопредседатель Народно-патриотического союза обращаюсь к президиуму с просьбой обсудить тактику действий. После пятого раза я письменно написал Зюганову об этом. Он, наконец, мне позвонил и сказал, что в тот день данный вопрос решится, так как идея воспринимается нормально. А в обед меня исключили из фракции. Я тоже не был членом партии, не был и функционером, как Глазьев. Однако я очень хорошо понимаю, что ситуация 1998 года как бы повторяется. Суть проблемы заключается в том, кто придет к власти в результате выборов. Придет ли коалиция, где КПРФ играет важную, может быть, даже главную роль, но не все решает президиум, либо придет коалиция патриотов, которые все вместе будут решать идеологические, мировоззренческие и кадровые вопросы. В этом есть принципиальное расхождение, потому что президиум ЦК КПРФ категорически против того, чтобы была коалиция. Видимость коалиции - да, нужна, но чтобы это был патриотический бантик.

- У Геннадия Зюганова есть личный момент: укрепить свои собственные позиции, как возможного кандидата.

СЛУШАТЕЛЬ: Объясните, чем отличаются ваши социалистические взгляды от коммунистических Зюганова? Ведь как сказал Черномырдин, какую бы партию в России сейчас ни создавали, все равно это будет КПСС.

ПОДБЕРЕЗКИН: Черномырдин прав, если речь идет о партии, которая создается сверху. Опыт то у всех один и тот же - КПСС. Когда Черномырдин создавал партию "Наш дом - Россия", делалось все это по звонкам губернаторам. Сейчас это очень часто повторяется и в "Единстве". В отличие от этого Социалистическая единая партия "Духовное наследие" идет снизу. В нее люди приходят не за властью, потому что ее у партии нет. И не за деньгами, потому что их тоже нет. Но круг единомышленников сложился достаточно серьезный - 25 тысяч, которые пришли не за деньгами, не за властью и без близкой перспективы.

В чем разница? Разница принципиальная. Зюганов, говоря разные слова, по сути дела, хочет, чтобы вернулись к власти парткомы. Суть расхождений в 1996 году, накануне президентских выборов, когда реально можно было одержать победу, заключалась в следующем. Я предложил идею создания Госсовета, через который коалиция управляла бы государством и формировала коалиционное правительство. А Зюганов хотел, чтобы все решал президиум. Сейчас он в полемике с Глазьевым и Семигиным. Данный вопрос опять возникает, коммунисты боятся, что "в партии создается второй центр силы". А он неизбежно должен создаваться, потому что правительство не может назначаться президиумом, как раньше это делало политбюро. Вы хотите, чтобы министр обороны назначался по партийному признаку, как это было раньше? Время это ушло, а Зюганов этого не понимает. К сожалению, это политическая практика: управлять через парткомы, будь то бюро ЦК, президиум или бюро обкома партии. Данная система в нынешнюю глобализационную и информационную эпоху устарела. Она не эффективна, что уже было доказано 20 лет назад. Возврат к ней неминуемо приведет просто к очередному обвалу. Может быть, в словах, в программных заявлениях Зюганова очень часто звучат какие-то компромиссные нотки, но на практике происходит совершенно другое. Опять ставка делается на то, чтобы страной управлял партком: неважно, как он называется.

- Вы говорили о социализме как о цели, к которой люди тянутся. Но та модель социализма, о которой идет речь в России, значительно отличается от понимания социалистических ценностей, принятого у социал-демократов на Западе. Происходит ли в этом направлении эволюция взглядов российских социалистов?

ПОДБЕРЕЗКИН: Во-первых, национальная специфика есть у всех. Итальянские социалисты и коммунисты сильно отличаются от французских. А социал-демократы Германии - от шведских социалистов. То есть существование национальной специфики - это нормально, так же, как и исторической. Естественно, у России, как страны православной, а не протестантской или католической, национальная специфика, может быть, более ярко выражена, чем даже у Испании и Франции, между которым тоже есть существенная разница.

Второй момент. Существует некий общий знаменатель для нынешнего этапа развития человеческого общества. Это то, что называют глобализацией, предполагающей определенную унификацию. Естественно это вызывает у многих государств стремление отстаивать национальную самоидентификацию, в том числе и социальную модель. Я убежден, что, хотя глобализация - процесс объективный, он обязательно должен сопрягаться с отстаиванием каждой страной не только своих социальных, но и национально-духовных моделей развития, чтобы она как нация не исчезла вообще с карты Земли. Это имеет принципиальное значение, поэтому, чем больше национальной специфики, чем точнее выражена идея, тем лучше.

Нашим собеседником был генеральный секретарь Социалистической единой партии России "Духовное наследие", доктор исторических наук, Алексей Подберезкин. Вел программу Юлий Семенов.

Юлий Семенов (политический обозреватель) Радиокомпания "Маяк"


А.Подберезкин

5-02-2003

Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован