27 апреля 2003
1258

Интервью А.Подберезкина газете `Вечерняя Москва`

Вопрос: До парламентских выборов осталось чуть больше года. Чем на ваш взгляд эти выборы будут отличается от предыдущих?

А.И.: Расстановка сил фактически уже ясна. Те, кто хочет и будет участвовать в парламентских выборах, для себя уже решение приняли. Может они это решение не озвучивают, но во всяком случаи все действия ведутся. Уже тратится время, тратятся деньги: все это делается и большинство решений уже принято. Формально выборы начнутся только будущей осенью, но даже те заявления, которые делаются сейчас многими партиями, те действия, которые предпринимаются, делаются во многом с учетом избирательных компаний следующего года. Во всяком случае, под ее влиянием. А многие депутаты, например, или те кто хочет быть депутатом, уже начали фактически работать по округам. Вот как выглядит эта расстановка политических сил на сегодняшний день:

- есть, очевидно, совершенно правые, которые делятся на два лагеря - Явлинский и СПС;

- есть центристы, это "Единство" и "Нардеп";

- есть КПРФ и другие так называемые "левые", лево-патриотические, лево-радикальные силы.

Это - основные политические игроки. Причем ясно, что они тоже не равносильны. Есть так называемый первый эшелон, это "Единство" и КПРФ. Надо сказать, что у этих двух сил конечно наибольшая перспектива, с точки зрения ресурсной. Я имею ввиду и людских ресурсов, и материальных, и информационных - эти две силы безусловно будут определять ход будущей парламентской компании. Надо сказать перспективы и у одной, и у другой силы примерно равны и они очень значительны. Моя позиция заключается в том, что они очень значительны. Это означает, что как те, так и другие могут набрать от 20 и более процентов, а это значит, что в Думе могут получить от 30-35 до 50 процентов мандатов, потому что там, как известно, места распределяются не пропорционально. Поэтому этот первый эшелон будет определяющим. Я еще раз повторю: моя позиция заключается в том, что у КПРФ есть реальный шанс и если они смогут потом реализовать не только свой, но чужой протестный электорат, то они получить 25 процентов голосов, т.е. близкое к контролю число в будущем парламенте.

Очень великий шанс и у "Единства" именно в силу огромности ресурса - административного, финансового и информационного - но, к сожалению, там есть много недостатков. И эти недостатки тоже могут сработать против них. Но в КПРФ и в "Единстве" огромный электорат и эти силы будут определять будущую расстановку политических сил в Думе и на президентских выборах.

У правых есть постоянный электорат, который можно оценить в 7-15 процентов (в зависимости от социально-экономической ситуации в стране). Как этот электорат поделиться между СПС, "Яблоком" и "Либеральной Россией", если там будет выступать в единой ипостаси, а не в двух ипостасях, потому что я не исключаю, что либеральная Россия может на два фронта разделиться - сторонников Березовского и его противников. Но в любом случае есть, как минимум, две силы - СПС и "Яблоко", которые могут поделить правый ректорат и вряд ли они договорятся. Как они будут делить эти 7 процентов, это меня очень интересует, потому что 15 процентов, я думаю максимальный теоретический предел, который можно получить правым в нашей стране, Его не будет в следующем году, потому что социально-экономическая ситуация этому не способствует.

Есть и другие партии. Это, как бы, партии второго эшелона, к которой можно отнести ЛДПР, имеющую свой гарантированный электорат 4,5-5,5 процентов. Т.е. надо понимать, что у Жириновского всегда будет 4,5-5,5 процентов сторонников.

К этим же силам можно отнести, наверное, "Народный депутат", которая как партия, на мой взгляд, имеет очень слабые электоральные перспективы. Нулевую почти - и по лидерам и по идеологии. Это коалиция одномандатников из которой сделали партию, поэтому электоральной перспективы у нее нет, но есть огромный ресурс, прежде всего кандидатов мажоритарщиков, которым удалось привлечь в том числе и административный, финансовый и информационный ресурс.

Партия "Нардепа" может набрать или провести, скажем, так 30-40-50, а может даже 60 кандидатов. Работают они даже очень неплохо в регионах и их активность заметна. Повторю еще раз: есть такое противоречие, есть с точки зрения партийной, - электоральной перспективы никакой, а с точки зрения проведения значительного количества своих депутатов по мажоритарным округам - перспектива очень неплохая.

Вопрос: Что же с "Медведем"?

А.И.: Есть слабые стороны у "Единства", которые надо немедленно исправлять. Нужны, прежде всего, три вещи: идеология, которой нет у "Единства", потому что это была пиар компания группы депутатов с административным ресурсом (с бешенным финансовым и информационным ресурсом), но это была не пиар компания партии. Партия складывалась из очень разных людей - конъюнктурных, случайных. В этом смысле, прежде всего, нужна идеология. Во-вторых, нужны люди - носители этой идеологии. Люди, не случайно подобранные региональными функционерами или назначенные откуда-то, а люди, которые бы смогли отстаивать эту идеологию, отстаивать, защищать и реализовывать. Т.е. здесь простым пиаром, даже за большие деньги это не заменишь - это разные вещи. Можно нанять за большие деньги пиар-компанию, и можно вкачать в нее большое количество ресурсов, но пиар-деятельность - это не идеологическая деятельность.

В. Как в НДР? Черномырдин говорил, что "раскрутить можно и телеграфный столб".

А.И. Виктор Степанович - большой фантазер и выдумщик. Свой предел, -"телеграфный столб", - он получил в 1995 г. - 10%.

В: Сейчас "Единство" не является "телеграфным столбом"?

А.И.: Нет, потому что интуитивно сторонники "Единства" нащупывали моменты, которые играют огромную роль для гражданина России: как-то - политическая стабильность, сильное государство. Другое дело, что они как та самая собака, которая все понимает, а сказать не может. Они не могут это сформулировать во внятную идеологию и не могут эту идеологию донести до широких масс. Идеология есть, но она пока на интуитивном, на подсознательном уровне.

Нужно решить задачу идеологическую. Скажем, когда я говорил о "левых", "правых", "центристах" - это условное понятие. В мире есть две силы, которые определяют политических спектр - это социалисты и либералы. Все остальное - это нюансы. В чистом виде одна из них есть - это СПС, и с какими-то оттенками - "Яблоко". Есть еще и КПРФ.

В Европе в 50-ти государствах есть 50 социалистических партий. Половина их этих партий - правящие, половина - оппозиционные.

Россия единственное государство, где нет социалистической партии, кроме нашей, которая выросла из движения "Духовное наследие". Я очень трезвый человек, и говорю, что наша партия пока имеет очень слабую электоральную перспективу, потому что сегодня самостоятельно, без внешнего ресурса нам не получить большой электорат.

В: Я бы не назвал украинцев такими уж социалистами в европейском понимании этого слова.

А.И. Европейское понимание слова "социалистическая" - оно очень разное. У итальянцев - одни социалисты, у испанцев - другие, у немцев- третьи, лейбористы Великобритании - четвертые.

Я считаю, что русский социализм - это сочетание идеи социальной справедливости, имперской (надо восстанавливать единую страну, и мы такую задачу поставили). И третья задача - это государственное устройство России. Я бы не подходил к ней упрощенно. Есть примеры, когда демократические представители становились фашистами - Гитлер и Муссолини. А с другой стороны -найти плохих монархов в ХХ веке трудно, может быть таких есть 1-2. А плохих демократически избранных премьеров и президентов было много. В монархии есть много плюсов. Например, когда человек отдает по наследству свое государство, он старается чтобы наследник не получил запущенные дела. Президенту, по большому счету, это "до фени". Какую ответственность у нас понесли Ельцин, Гайдар, и кто у нас вообще несет ответственность? Ведь это очень важная тема.

Государственная деятельность это прежде всего реализация двух функций - ответственность и стратегический прогноз. Все остальное прилагается. А если нет ни первого, ни второго, если человек не может ни стратегически прогнозировать выстроить концепцию развития государства, ни нести ответственности, то получается бардак. Пример. У нас нет концепции налоговой политики, поэтому у нас с трудом принимается налоговый кодекс, сотнями идут поправки, и мы до сих пор не знаем, какую мы хотим налоговую систему иметь. До сих пор ведем споры, без конца ее поправляем, и она страшно неэффективна во всех ее проявлениях - начиная от налога на природную ренту и заканчивая налогом на СМИ. Занимались 10 лет налоговой реформой и... - нет концепции.

Государственный деятель должен был построить концепцию бюджетной политики. Концепция, как система субъективных взглядов может быть официальна затверждена в некой доктрине, комплексе документов, например, федеральных законов, трудовом кодексе, налоговом кодексе и т.д. Тогда, когда придет очередной государственный деятель, он просто будет вынужден с этим считаться.

Законодательная база она по определению консервативна, и с приходом нового человека к власти ее просто так не исправишь. Но ведь проблема в том, чтобы менялось правительство, менялись президенты. А концепции как не было, так и нет. У нас даже нет реальной концепции внешней политики, есть только формально, некий документ... Надо делать новый документ, адекватный современным реалиям. Скажем, во внешней политики военная сила, конечно, потеряла свое значение. Информация сейчас более важный инструмент политики, а не военная сила. Этого как бы и нет в нашей концепции.

В: Буш, наверное, с этим не согласится?

А.И.: Буш это как раз прекрасно понимает. Поэтому любые его действия были информационно обеспечены "на отлично". Объясняю. Прежде чем началась силовая кампания в Югославии, за полгода был создан комитет НАТО, который готовил информационное обеспечение этой акции.

Буш обеспечил то же самое с Афганистаном. Сначала прошла информационная кампания по борьбе с терроризмом, вслед за этим сложилась антитеррористическая коалиция, затем были предоставлены базы, а затем только была использована военная сила. Использовалась опять же точечная военная сила - высокоточные системы вооружений, системы управления, связи, разведки. Т.е. та самая система, которая сейчас определяет эффективность военной силы. Это означает, что без прямого огневого контакта между живой силой можно достигать высокой степени эффективности боевых операций. Американцы это поняли еще в начале 80-х годов и не раз применяли это (Ливия, Персидский залив и т.д.).

Эффективность использования военной силы определяет качество военной техники, а не количество, поэтому после серьезной информационной подготовки в Афганистане, американцы смогли с новым качественным вооружением добиться победы за 1,5 месяца. А нам это стоило 10 лет.

Но мы-то начали говорить с вами о том, что нет у нас концептуальной власти, нет органа, который в нашей стране за это отвечает. Я как раз за то, чтобы количество государственных органов и их численность сокращались.

В: Возьмем такой орган, как Госсовет.

А.И.: Я считаю, что Госсовет (это, кстати моя идея, и я ее публично произнес еще в 1996 г.) предполагал вхождение в него не только представителей регионов, но и руководство некоторых партий и руководство Правительства. Тогда вся процедура согласования резко сокращается. Сегодня эта процедура согласования занимает, в лучшем случае, полгода, а на самом деле годы. Так вот, для того, чтобы преодолеть нашу иннерционность и остаться в рамках Конституции, я в свое время предложил создать Госсовет, где бы эти вопросы обсуждались. И если там есть представители всех эшелонов власти, то дальше вопрос может занимать дни. Ну, максимум, - неделю. Сам процесс подготовки и принятия решений становится другим. Для того, чтобы все ветви власти поучаствовали в принятии решения они должны: а) - высказаться, б) -выслушать других; и в) - найти некий компромисс. Тогда процесс принятия решения завершается собственно решением. А у нас сейчас идет строго последовательно - но ведь этот процесс можно запаралелить. Инициатива большинства законопроектов принадлежит Правительству. Оно по собственному графику, предлагает их в Думу, потом законопроект переходит в Совет Федерации, а потом - на подпись Президенту. А затем опять возвращается Правительству на исполнение (иногда уже теряя сам смысл). Хотя всю эту процедуру можно было бы сократить до нескольких дней и сразу запускать его в реализацию.

Наверное, мы зря сейчас об этом говорим, потому что это одна из идей, которая не вполне получилась. Может быть получится при Госсовете, потому что я его считаю перспективным органом. Это как раз предмет обсуждения Госсоветом.

Другое дело, что в исполнительной власти много бюрократии. Я давно предлагал сократить госаппарат в 3 раза и поставить жесткий лимит, но у нас пока получается наоборот.

Но у нас об этом только говорят, но ничего не делается. Сейчас, почему-то ликвидировали, как род вооруженных сил, армейскую авиацию, вместо того, чтобы развивать ее. Т.е. нет концепции, надо было сказать, что наше видение проблем военной безопасности следующее: нужны стратегические силы, которые гарантировали бы возможность нанесения первого удара в минимальной степени, и нужны такие Вооруженные силы, которые бы могли участвовать в конфликтах низкой интенсивности.

В: Какие сейчас "ветви власти потолще", а какие потоньше? Не кажется ли Вам, что "ветви власти", кроме президентской, какие-то прутики?

А.И. Нет, не кажется. У нас - по Конституции 1993 г., которая, кстати, мне не нравится. Я за нее не голосовал, но я ее признаю, потому что сейчас это те правила, по которым мы все обязаны играть. Раз уж она была принята. Так вот по этой Конституции, которую условно готовил Б.Н.Ельцин (хотя на самом деле я знаю, кто ее готовил), которой дружно аплодировали все демократические силы, сейчас ее все дружно ругают. По этой Конституции есть разумное распределение властей, когда у нас сложилась президентская республика, когда законодательный орган власти отвечает только за принятие закона. Этого мало. Я считаю, что первые 1,5 тысячи должностей в стране должны согласовываться, и координироваться с Законодательным собранием.

Это очень важная функция, которая есть у американцев, но нет у нашей законодательной власти. И слабость в политике нашего президента

В: А что наша Дума и Правительство? Правительство Касьянова - техническое?

А.И. Не согласен. Касьянов сплошь и рядом принимает политические решения. Другое дело, что, скажем он, не приказывает и не определяет внешнюю политику, которая, по Конституции, принадлежит Президенту, или не в такой уж степени влияет на военную политику Государства. Но это было всегда.

Военная политика, например, это компетенция не только Минобороны, как и внешняя политика не только МИДа. Но Касьянов точно уж определяет экономические и финансовые вопросы, и никто другой. Даже Администрация в это дело не вмешивается.

Что касается Думы и Совета Федерации. Раз уж создали такую структуру государственной власти, то я считаю, пусть и будет пока. Она не очень уж плохая. Я убежден, что вариант госустройства как при Советской власти, Советского Союза сейчас неприемлем.

Я вижу слабость нынешней власти в кадровой политике, в низких амбициях Правительства. Нам нужен рывок вперед, и, прежде всего, в наукоемких технологиях и образовании, но оно отстает от осознания необходимости экономического рывка. Правительство должно заниматься финансами, стабилизацией финансовой ситуации в стране. Г.Греф способный человек, просто он "зашился", но он "трудоголик" и он просто взял на себя непосильный груз. Ему надо заниматься более крупными вопросами, а не текущей деятельностью.

В: Он что - глупый?

А.И. Вопрос не в этом, глупый человек или умный. Рейган, например, никогда не был умным человеком и работал 2 часа в день. Но этого было достаточно, чтобы экономика США развивалась хорошо. И вообще, ситуация в мире для США развивалась блестяще - Реган не влезал в детали, не влезал в мелочи. Кто-то из наших работоголиков может влезать, но не всегда удачно.

Самая главная наша проблема - это наша так называемая элита (хотя мне этот термин не нравится). Но ее надо выращивать самим, и когда это не делается - получается катастрофа.

В: Давайте немного поговорим о коммунистах, про то, какие у них сейчас дела.

А.И. Мне бы не хотелось упрощать ситуацию с КПРФ. Я выскажу несколько тезисов и свои выводы конечно.

Сейчас модно говорить о развале КПРФ, о ее бесперспективности - это все не правда. Я не сторонник КПРФ и тем более их руководителей. Но я самый злой и самый последовательный критик сторонников КПРФ, хотя все остальные стараются с ними дружить (мэр, Администрация, другие партии). Я основной их противник и поэтому я могу судить о них объективно. КПРФ имеет возможности, имеет свой электорат, имеет основания претендовать на то, чтобы создать самую крупную фракцию в будущем государстве. Это вытекает из того, что нынешние реформы затрагивают 15-20% населения реально, а вот 60% населения, которые не почувствовали улучшения, они-то и являются опорой для левой оппозиции.

Конечно, если бы в руководстве КПРФ были люди пограмотнее и поумнее, посовременней, они бы могли получить лучший результат в Думе (скажем, 55-65%). Кстати, я был один из автором кампании 1995 года, и мы и получили большинство в Думе. Это реально, другое дело, что они на это не способны, и это во многом облегчает задачу их оппонентам. Но свой гарантированный минимум - они получат.

А теперь представьте, что найдутся умные люди, и в силу разных причин они помогут КПРФ и они как раз могут компенсировать те недостатки, которые есть в КПРФ. А этих недостатков два - умная тактика и деньги. Разные люди могут быть по-разному заинтересованы в поддержке КПРФ. И это надо учитывать в анализе. После идеологии, вторая большая проблема для КПРФ - это кадры. А проблема денег не так остро стоит перед КПРФ, потому что многие вещи они делают бесплатно, а многие из них уже при деньгах. И даже без помощи Березовского, КПРФ могут собрать много денег. И их поддержать регионы на выборах в Законодательное собрание (почти половина регионов, если не больше).

Сокращая влияние КПРФ, я тем самым открываю перспективу для социалистической партии. У нас есть "Манифест социалистической партии". Это совсем другая идеология, другая партия, но до тех пор, пока сильна КПРФ, перспектив для социалистической партии мало. И я объективно смотрю на эту ситуацию.

В: Вы пойдете на выборы?

А.И. Давайте теоретически рассуждать, какие возможности у меня есть. На самом деле, возможностей не мало, надо только определиться с ними.

Первый вариант - вернуться в КПРФ (НПСР) на своих каких-то условиях.

Второй вариант - сложить коалицию (и такие переговоры у меня идут в несколькими организациями левого патриотического государственного толка) и сложить некий блок, чтобы постараться пройти 5% барьер.

Третий вариант - создать левый фланг у "Единства" и предать "Единству" идеологический, социалистический, социал-демократический характер.

Четвертый вариант - вообще ничего не делать, не идти на Федеральные выборы, а просто кого-то поддержать.

У нашей партии будет сейчас 40 выборов в регионах, мы в каждых из них участвуем. И, наконец, я ученый, и у меня масса интересных предложений и заняться наукой. Просто я не могу бросить коллектив, потому что это ответственность за людей, которые уже годами с тобой.

Сейчас на нашей портале я сделал персональную страницу и выложил туда все, что я говорил все годы. Я единственный политик, у которого есть в интернете все работы с 1989 года. И на сегодняшний день я ни от чего ни отказываюсь, о чем писал 10-15 лет назад.

Я просто сам по себе, мне эта ситуация комфортна, я ни у кого особенно ничего не прошу, да и меняться мне поздно. Мне уже будет 50 лет и под кого-то приспосабливаться трудно, и чиновником становиться трудно. Хотя замечу, в 1999 году наша партия зарегистрировалась по подписям (т.е. мы их все собрали). И кстати сказать, я первый, кто собрал подписи, когда выдвигался кандидатом в Президенты, я сдал их после Зюганова, но собрал первым.



18-11-2002

Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован