08 февраля 2000
6368

Алина Радченко: `Я вообще часто плачу...`


Она не стала первой, но ее с уверенностью можно назвать проигравшим победителем. Вот так, с нуля, впервые выйдя на политическую арену, она набрала столько очков, сколько и не снилось иным завсегдатаям предвыборных кампаний различного масштаба. А ведь 4 января сего года ей исполнилось только 30 лет.

Алина Радченко, директор Российской межотраслевой ассоциации сотрудничества и защиты экономических интересов советских производителей, сопредседатель Всероссийской общественно-политической организации женщин "Надежда и опора", больше известная как хозяйка компании "Северсталь-Инвест" Алина Фуфлыгина, на выборах в Государственную думу по Дзержинскому округу набрала 16 процентов избирательских симпатий, поделив второе и третье место с председателем Дзержинской городской думы Сергеем Лесковым. Спустя месяц мы беседуем о первых в ее жизни выборах.

Складывается впечатление, что Алина Радченко еще никак не выйдет из роли борца за депутатский мандат. Все! Выборы прошли, агитация закончилась, можно и расслабиться. Ан нет! С горящим взором -- о несовершенстве российских законов, о лоббировании интересов промышленников, о поднятии из руин нефтехима. Ее тревога за судьбы Отечества не то что удивляет, а немного пугает.

-- Алина Федоровна, объясните, пожалуйста, зачем молодая, интересная, далеко не бедная женщина идет в политику? Это от пресыщения шубами, собачками, поклонниками, деньгами?

-- Что меня ведет по жизни, так это не стремление получить максимум удовольствий, а скорее самореализация, обновление себя, избавление от собственных недостатков, преодоление проблем, которые лежат в тебе. Мне самостоятельно пришлось работать в бизнесе, и многое удалось сделать: компания "Северсталь-Инвест", президентом и генеральным директором которой я являлась, свою миссию выполнила -- восстановила связи нижегородских предприятий с Череповецким металлургическим заводом по поставкам металлопроката. И когда бизнес стал стабильным, встала перед проблемой выбора. Понимаете, сейчас в России зарабатывать деньги и не нарушать законы практически невозможно. Не секрет, что в нашей стране все налоги не платит никто. И вот тут встает дилемма: либо нарушать законы во свое благо и, видя как в России все рушится, довольствоваться шубами, собачками и так далее, либо принимать решения, которые могут изменить ситуацию в стране. Я выбрала второй путь, потому что вижу недостатки и знаю, как их искоренить. Для этого надо быть во власти. Поэтому политика как инструмент получения власти стала моим сознательным выбором.

-- Решение баллотироваться вы приняли самостоятельно или с кем-то посоветовались?

-- Во-первых, я советовалась с теми предприятиями, которые входят в ассоциацию, и прежде всего с "Северсталью". Сегодня действительно нужно серьезное лобби промышленников в думе. До сей поры так лоббировались лишь интересы отдельных финансово-промышленных групп. Во-вторых, я советовалась с общественно-политической организацией "Надежда и опора". Это практически новая женская организация (она появилась летом прошлого года), которая ставит своей задачей продвижение женщин во власть, причем во власть разного уровня. Необходимо изменить стереотип, выработать принципиально новый образ женщины-политика. Мы пришли не забирать у мужчин те места, на которые они претендуют, мы пришли, чтобы сказать: "Дорогие мужчины, есть еще другие сферы, которые вам просто неведомы, которыми мы хотим и готовы заниматься. Мы готовы с вами работать, вам помогать. Вам нас не хватает". И для того чтобы это стало очевидным, нужно, грубо говоря, заявлять о себе, нужно бороться за голоса избирателей, нужно идти во власть, нести политику компромиссов и согласия.

-- И вас не смущало то, что в Госдуме с дамами особо не церемонятся: могут и за волосы оттаскать, и грубостями осыпать?

-- Волков бояться -- в лес не ходить. Я хорошо бегаю, а вернусь сразу, как страсти утихнут. Я думаю, такое оружие, как общественное мнение, разумный подход, а не игра на чувствах и инцидентах, не приведут к подобным конфликтам. Женщины-политики в состоянии обойти эти острые рифы.

-- Значит, за вами, Алина Федоровна, промышленники и женщины. Почему ваш выбор пал на Дзержинский округ?

-- Выбор был сознательным. Во-первых, я недалеко живу -- в поселке Стригино, практически на границе Нижнего. А во-вторых, это сосредоточение предприятий нефтехимической отрасли, которая должна стать экономическим локомотивом Нижегородской области. Я считаю, что сегодня она незаслуженно осталась забытой, без должного внимания, без инвестиций, без поддержки государства. Это необходимо исправить. Чем я и пытаюсь заниматься, даже будучи неизбранной. От имени ассоциации я направила в адрес правительства РФ просьбу не принимать поспешных решений в отношении дзержинских нефтехимических предприятий, а именно -- не передавать полномочий управляющих никаким третьим юридическим лицам ни в коем случае. Контрольный пакет акций должен принадлежать государству. Потому что я убеждена, что нефтехимия для страны -- это одна из точек роста.

-- Вы не состоите ни в каких партиях, но тем не менее за вас вовсю ратовали "Яблоко", "Отечество", "НДР". Как это объяснить? Новым образом женщины-политика?

-- Все прекрасно знают, что без парламентского большинства ни один закон не пройдет. И лучше всего, если законопроекты будут обсуждаться на стадии формирования, а не на стадии голосования. Я предлагала этим движениям работать вместе со мной, поддерживать законопроекты, которые выносились бы на связке промышленности и социальной сферы. Мы договорились о принципах сотрудничества, так что в думе я не была бы единственным воином в поле.

-- Но, стань вы депутатом, все равно пришлось бы кому-нибудь отдаться с потрохами. Кому?

-- В какую фракцию войти? Честно говоря, глядя на думу нового созыва, даже не знаю. На мой взгляд, та позиция, которую заняли правые, разрушительна. Надо принимать мир таким, какой он есть, уметь договариваться, находить общий язык.

-- Многие политологи полагают, что вам бы была обеспечена победа, вступи вы в сговор с коммунистами...

-- Конечно! Мы встречались с представителями КПРФ, но договорились только о диалектическом сотрудничестве в будущей думе.

-- Что вас не устроило? Слишком большую сумму требовалось внести в партийную кассу?

-- О деньгах речи не было. Тут дело опять-таки в идеологических расхождениях. Я не сторонник возврата к старому, считаю, что Россия должна идти дальше по пути реформ, коли она встала на этот путь.

-- По слухам, вы все-таки вступили в сговор, но не с партией, а ее одним представителем -- с Лесковым, заплатили ему энную сумму, дабы он не снимал свою кандидатуру (хотя Нижегородский обком КПРФ настаивал на этом), оттянув тем самым голоса у Геннадия Ходырева. Было дело?

-- В то же время ходят другие слухи: мол, слава Богу, мы Радченко выдвинули, она забрала голоса у Лескова, и поэтому прошел Ходырев. Это уж кому какая версия нравится.

-- Алина Федоровна, на ваш взгляд, что вам помешало выиграть эти выборы?

-- В течение последней недели мы оперативно не отреагировали на активный выброс компромата против меня.

-- Вы знаете, откуда ветер дул?

-- Да, конечно, это было запланировано штабом одного из кандидатов -- лидеров предвыборной гонки. По социологическим опросам на финише предвыборной гонки мы шли с ним "ноздря в ноздрю", разрыв составлял порядка двух процентов. Была угроза, противник сконцентрировал все силы, а мы не были готовы сдержать этот удар.

Второе. Мы не вели никакой контрпропаганды. Изначально мы выступили за честные выборы, то же самое, заметьте, сделали все кандидаты. Мы договорились работать на раскрутку только своего позитива, а не делать подножки другим. Это было разумно, и я следовала этому до конца выборов. А сейчас я думаю, что действительно, можно и нужно было показывать избирателям объективно существующие негативные стороны конкурентов и строить кампанию на некоем противопоставлении моего позитива и их негатива.

-- На будущее вы это учтете?

-- Думаю, что да. И третья причина -- мы недооценили элемент присутствия власти. Мы наивно полагали, что люди сделают свой выбор осознанно, самостоятельно, не испытывая никакого давления.

-- Власть вставляла вам палки в колеса?

-- Да, Дзержинская администрация, главы районных администраций поддерживали Ходырева и этого особо не скрывали. Даже работа окружной избирательной комиссии показала, на чьей стороне власть. 16 декабря мне было вынесено два предупреждения, на 17 декабря планировалось еще несколько, которые бы послужили основанием для моего снятия. И это наверняка бы произошло, если бы я вовремя не подала жалобу в Центризбирком и они бы не разобрались в этой ситуации.

-- Вы плакали во время предвыборной гонки?

-- Да я вообще часто плачу...

-- Предсказывали, что избирательная кампания одного только кандидата в российский парламент влетит от 250 до 400 тысяч долларов. Так и получилось?

-- Это зависит от того, как строить кампанию. У меня она получилась значительно дешевле, а у многих -- значительно дороже. Я думаю, что следующие выборы обойдутся мне еще дешевле.

-- А куда пойдем?

-- Опять в Госдуму. В городскую думу Нижнего, в ОЗС -- однозначно нет. Те проблемы, которые требуют незамедлительного устранения, решаются на федеральном уровне.

-- Будут еще губернаторские выборы...

-- Пока я не ощущаю в себе готовности отвечать за область.

-- Алина Федоровна, напоследок: вы из Фуфлыгиной в Радченко специально перед выборами превратились?

-- Это было связано не только с выборами. Фуфлыгина -- моя фамилия с рождения, и мне с ней было непросто. Но, знаете, я же была замужем и все равно фамилию не сменила. Это был некий протест: ну и что, что такая фамилия, но я сильная и поэтому буду нести ее по жизни как свой крест, всем доказывая, что не фамилия делает человека, а наоборот. И я это в принципе доказала. В тех кругах, которые меня знают, она стала прозрачной и никого не цепляла. Но на определенном этапе я поняла, что сознание наших людей еще не готово к тому, чтобы сквозь какие-то шероховатости видеть истину, и что бороться с этим миром -- бессмысленная трата сил и нервов. Лучше устранить проблему.

Это с одной стороны, а с другой... Еще в 1986 году, когда мы переехали сюда из Чернобыльской зоны, я дала умирающей маме (а она очень переживала, что в ее роду никого не осталось) слово, что я продолжу ее род. И летом прошлого года я стала Радченко.

Источник: "Монитор"
февраль 8, 2000 г.
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован