English     

# 442276   
Главная страница VIPERSON.RU
Версия для печати
<< Назад


Рафаэль Абрамов: Умение бросать по кольцу важнее, чем вы думаете.

- Рафаэль Яковлевич, для баскетбольной Москвы вы фигура новая. А для баскетбола вообще?
- Я познакомился с этой захватывающей игрой еще в детстве. Проходило оно в Баку, а в 60-е годы прошлого века в этом городе был настоящий баскетбольный бум. Это сейчас в Азербайджане баскетбол только-только возрождается, а тогда он был живее всех живых. Бакинская школа считалась одной из самых сильных в Советском Союзе. Имена Тофика Аббасова, Эльшада Гадашева, Виктора Сорокина, Бориса Рассаля были известны далеко за пределами Азербайджана. Естественно, что при таком внимании к игре в залы приходили все новые и новые мальчишки с девчонками. Не избежал искушения и я.
- И каких успехов вы добились?
- Баскетбол все-таки игра для высокорослых людей. Мне, конечно, бороться с ними было трудно. Но уже на первых порах я брал за счет хитрости и хорошего чувства мяча. То есть вполне мог бы сделать карьеру разыгрывающего. Однако в какой-то момент другие интересы перевесили, и я забросил тренировки (о чем впоследствии жалел). Но увлечение баскетболом осталось, а умение точно бросать по кольцу дважды пригодилось мне в жизни.
МОЙ ДРУГ АЛЕКСАНДР БЕЛОВ

- Интересно, интересно... И каким же образом?
- Первый случай произошел еще тогда - в пору моих детских занятий баскетболом. У нас в Баку проходил какой-то всесоюзный юношеский турнир. Естественно, что все мы - ученики баскетбольного отделения спортшколы - пропадали в спортзале днями и ночами. Но при этом очень страдали от отсутствия тренировок - игр было много, и наша площадка была задействована под них. Но хотелось ведь не только смотреть, но и играть, поэтому однажды мы вдвоем с приятелем забрели в зал по окончании официальных игр, часов в девять вечера. Учитывая, что нам было лет по 12, этот поступок можно назвать как минимум неординарным.
Каково же было наше разочарование, когда площадка оказалась занятой - несколько человек в форме сборной Ленинграда остались, видимо, после основной тренировки, чтобы поработать над бросками. Один из них - высокий статный парень, в свои 15 лет уже вымахавший под два метра, несколько минут подряд бросал с линии штрафных, но все как-то неудачно. Мяч в корзину залетать не хотел категорически.
После очердного промаха я не выдержал и засмеялся, чем немедленно себя обнаружил. Но встречен был отнюдь не агрессией, которая вполне могла бы иметь место, а нескрываемой иронией - мол, а ты-то кто такой? Завязался диалог, в ходе которого я имел наглость заявить, что могу бросать со штрафной линии гораздо более эффективно. И тут же получил мяч в руки. Под ухмылки высоченных ленинградцев подошел к линии штрафной, бросил и попал. Потом еще раз. Ухмылок уже не было, а приезжие мастера смотрели на бакинского вундеркинда, который еле-еле доставал им до пояса, с нескрываемым интересом.
Так я познакомился... Отгадайте, с кем?
- Есть у меня одно предположение, но я даже не решаюсь его озвучивать ввиду звездности предполагаемого имени...
- А зря, ибо этим ленинградским парнем был ни кто иной как великий впоследствии баскетболист Александр Белов. После того случая мы познакомились с Сашей, и у нас завязались определенно дружеские отношения, не канувшие в лету и в более зрелом возрасте. Не могу сказать, что это была дружба в полном смысле слова, но иногда встречаясь (к сожалению, гораздо реже, чем хотелось бы), всегда радовались друг другу. Саша, безусловно, был величайшим мастером, и его искусство было еще одной причиной моей любви к баскетболу. Не прошло и двух лет с той памятной встречи в Баку, как Белов попал в основной состав ленинградского "Спартака", а затем и сборной страны. Я же всегда гордился знакомством со "звездой" и внимательно следил за карьерой Саши. А уж когда он забросил решающие два очка в Мюнхене!..
К сожалению, карьера Белова оказалась трагически короткой. Моя последняя встреча с Сашей состоялась в конце сентября 1978 года - буквально за неделю до его безвременной кончины. Приехав по каким-то своим делам в Ленинград, я, естественно, позвонил Белову. И узнал, что он - в больнице. Конечно, я тут же отправился туда. Увы, увиденное оптимизма не вселило. Мы поговорили с Сашей о предстоящем чемпионате мира (он очень хотел на него попасть), о моих делах... А 3 октября великого баскетболиста не стало - ярчайшая звезда закатилась столь рано, что до сих пор, а прошло ведь уже более полувека, в сердце саднит заноза.
<НЕЗНАЧИТЕЛЬНЫЙ> ЭПИЗОД С ВОЗВРАЩЕНИЕМ ДЖОРДАНА
- Что ж, первый случай достоин гораздо более подробного рассказа, чем тот, который мы можем позволить себе в рамках небольшого, в общем-то, интервью. А когда же был второй?
- О, второй - это еще более занимательная история, которая заслуживает не меньшего, если не гораздо большего рассказа. Все дело в том, что в ней задействован еще более великий баскетболист...
- Более великий, чем Александр Белов?! Но кто это может быть? Я просто теряюсь в догадках... Может быть, Сабонис?
- Берите выше.
- Выше Сабониса? Но выше только...
- Смелее, смелее...
- Нет, я пас - моей фантазии просто не хватает.
- Ладно, чтобы не терять времени, скажу вам, что зовут этого баскетболиста Майкл Джордан.
(Немая сцена, достойная пера Гоголя.)
- Вы знакомы с Джорданом?
- Ну, знаком - не знаком, а определенную роль в его судьбе сыграл.
- Я просто ошеломлен и не знаю уже, чего от вас ждать. Каким образом вы могли повлиять на судьбу самого Джордана?
- В 1994 году, как сейчас помню, я посетил США. И среди всего прочего встретился с одним своим старым приятелем - еще по бакинской жизни. Он давно осел в "стране загнивающего империализма" и успел стать довольно обеспеченным - даже по тамошним меркам - человеком. И увлекся игрой, которая для меня была темным лесом - бейсболом. Дабы пристрастить друга к достойному, как он считал, занятию, он потащил меня на игру. Но в качестве компромисса - а вдруг мне будет неинтересно? - выбрал матч, один из участников которого должен был заинтересовать бакинского гостя по определению. Как вы уже, наверное, догадались, этим участником и был Майкл Джордан, закончивший тогда с баскетболом и пробовавший свои силы в другой игре.
Бейсбол мне действительно не понравился. Может быть, по сути своей, но скорее всего потому, что я во все глаза следил только за одним игроком, а у него в тот вечер мало что получалось. Он очень напоминал рыбу, выброшенную из привычной для нее водной среды.
Приятель мой, наблюдая больше за своим другом, нежели за тем, что происходит на площадке, все, естественно, заметил. И в качестве моральной компенсации - а деньги в Америке могут очень многое - через каких-то своих друзей, или даже друзей своих друзей, организовал нам поход на закрытую частную вечеринку, где был и "Его Воздушество" собственной персоной. Более того, меня ему даже представили. Великому баскетболисту было, видимо, скучно, и он решил уделить несколько минут беседе с гостем из далекой России, которая, наверное, чем-то его тогда заинтересовала.
С помощью приятеля, который смотрел на Джордана, как на обычного миллионера, в чем-то себе равного, беседа завязалась весьма непринужденная. И я поведал Джордану, что даже в далекой России все любители баскетбола до сих пор сожалеют о том, что он так рано покинул площадку. Видимо, тема являлась достаточно болезненной, так как безмятежность в глазах "Его Воздушества" сразу же растаяла, и он поспешил перевести разговор на другую тему.
Но не тут-то было - после пары минут ответов на его расспросы о России я снова вернулся к тому, что мне было небезразлично. Джордана же заинтересовало, какое отношение я имею к баскетболу. Когда я - больше, конечно, в шутку, чем всерьез - заявил, что самое непосредственное, что могу доказать сейчас же, если поблизости найдутся мяч и корзина. Майкл иронично осмотрел мою фигуру и, естественно, не поверил. Слово за слово, и мы (а оба ведь - люди азартные) поспорили: если я заброшу хотя бы три штрафных из пяти, то он вернется в большой баскетбол. Ставку с моей стороны я уже и не помню, она была достаточно банальной, да и для истории особого значения не имеет. Мы втроем - он, я и мой друг, "разбивавший" спор - вышли во двор той усадьбы, где происходил сейшн, и сразу же обнаружили спортивную площадку с кольцами. Естественно, при наличии площадки в доме нашелся и мяч. Не могу сказать, волновался ли я так еще когда-нибудь, - ведь в моих руках была судьба величайшего баскетболиста планеты. Да и ударить в грязь лицом перед таким человеком очень уж не хотелось...
После нескольких разминочных бросков я стал на линию - и запустил первый мяч куда-то в небеса - он даже и щита-то не коснулся. Воспитанный Джордан позволил себе лишь легкую ухмылку, а вот приятель мой иронизировал от души. Но после этого неудачного броска мое волнение как рукой сняло. А сама рука вдруг вспомнила давние, хранящиеся где-то в глубинах тактильной памяти навыки. И не поверите - я на одном дыхании попал три из трех! Вот так я вернул баскетболу Майкла Джордана. И не знаю, смогу ли сделать для этой игры что-нибудь большее.
- Просто дух захватывает... Но почему об этом никто не знает?
- Потому что это был незначительный эпизод.
- Ничего себе - незначительный!
- Не стоит придавать ему такого уж большого значения.
- Но постойте, вы же сами сказали, что... Или...
- Не надо продолжать. Спор действительно был, и закончился он в мою пользу. Но, конечно же, отнюдь не этот спор стал подлинной причиной возвращения большого мастера в баскетбол. Он наверняка для себя уже все решил в тот момент. И забавный случай на вечеринке с незнакомым русским, может быть, стал последней каплей. А может, следующей за последней. Но я могу с полным правом говорить, что вернул Джордана в баскетбол.
- А после этого вы встречались с "Его Воздушеством"?
- К сожалению, больше не довелось. Но надеюсь, что и он не забыл ту вечеринку.
КАК МФБ ПРОТЯГИВАЕТ "ЩУПАЛЬЦА"

- И много у вас еще таких баскетбольных историй?
- Хватает. Но, во-первых, равных Белову и Джордану личностей найти действительно трудно, а во-вторых, мы и так заняли ими изрядное место в этом интервью. А хотелось бы все-таки поговорить и о сегодняшнем дне.
- Что ж, я понимаю теперь, какое отношение вы имеете к баскетболу и почему пришли в московскую федерацию именно этого вида спорта...
- Надо сказать, что в федерацию я попал достаточно случайно внешне, но, как вы могли убедиться, достаточно логично, если смотреть более глубоко.
- И как вам положение дел в ней?
- Есть люди, готовые отдавать себя развитию баскетбола, а это, безусловно, главное. И президент нашей федерации Владимир Яковлевич Заводнов, и вице-президент Эдуард Михайлович Мильнер - те люди, с которыми можно делать дело. В то же время можно сказать о другом - недостаточных средствах, имеющихся в активе. Это, конечно, мешает развернуться в полном масштабе.
- И каков же, на ваш взгляд, выход?
- Выход ищут, когда хотят уйти. Я же, наоборот, пришел, чтобы поискать путь дальше, а не выход. Зная, что наш век - это век пиара, я понимаю: чем больше внимания будет привлечено к нашей игре, чем больше она будет "раскручена", тем вероятнее и инвестиции в нее. А еще я достаточно долго уже живу и помню дедушку Ленина, убеждавшего нас в огромной силе агитации и пропаганды. То есть опять же пиара, говоря современным языком. А теперь сложите два и два - и получите первый напрашивавшийся шаг, которым и стало создание газеты "Москва баскетбольная".
- То есть газета, для которой мы сейчас делаем интервью, - ваше детище?
- Не мое, а Московской федерации баскетбола. Я просто поддержал идею ее создания и теперь поддерживаю ее ежемесячный выход.
- Постойте, постойте. Но нас сейчас заподозрят, что это интервью создается только потому, что...
- Вот-вот. Не зря я не хотел давать его вам. Только субординация заставила - не привык отказывать просьбам руководства.
- Но я, корреспондент "Москвы баскетбольной" с самого первого ее номера, до сих пор понятия не имел, что вы играете какую-то роль в ее издании...
- Вот и не имейте дальше. Я никогда не влиял на редакционную политику, а всего лишь помогал газету издавать. Для того чтобы большее количество людей - и взрослых, и мальчишек с девчонками - прикасалось к великой игре под названием баскетбол. А прикоснувшись, вовлекалось в нее. Таким образом, мы будем протягивать свои "щупальца" все дальше и дальше, а баскетбол только выиграет. Личные же заслуги в федерации мы уж как-нибудь разделим - не беспокойтесь. Никто в ней не занимается собственным пиаром, все "пиарят" только баскетбол.

УВАЖАЮ ХИТРЫХ ПРОФЕССИОНАЛОВ

- Хорошо, первый шаг - газета как "коллективный агитатор и организатор" (видите, я тоже кое-что помню). А следующие?
- Я сейчас начну рассказывать о чем-то еще, а вы опять повернете все на личности и их персональный вклад. Поэтому просто назову главные, приоритетные направления работы МФБ: развитие детско-юношеского баскетбола, пропаганда игры любыми доступными средствами, поддержка ветеранов нашей игры, создание стройной системы городских соревнований. Впрочем, читатели "Москвы баскетбольной" обо всем этом прекрасно знают.
- Вижу, что вас гораздо легче вытянуть на разговор о баскетболе, нежели о себе. И все-таки, что за человек Рафаэль Яковлевич Абрамов?
- Хорошенький вопрос. Наверное, долго готовились? Или, наоборот, подошли к интервью спустя рукава - ничего обо мне не знаете? Надо будет первый раз сделать указание главному редактору. (Улыбается.) Ну а если серьезно, то о том, что я за человек, судить не мне, а окружающим меня людям. И потом, в разговоре о баскетболе моя основная профессия или тем более подробности моей личной жизни, уж точно никакого значения не имеют. Так что вернемся к игре. Еще вопросы есть?
- Вопросов-то много, но уж больно большой их пласт вы сейчас отрезали. Ну хорошо: а за кого вы болеете?
- Я болею за российский и прежде всего за московский баскетбол. Очень радуюсь успехам ЦСКА на международной арене, но не могу сказать, что так же переживаю за них на внутренней. Скорее, у меня есть любимые баскетболисты, а не любимый клуб.
- И кто же это?
- Я всегда и в любом виде человеческой деятельности ценил не просто профессионалов, а умных профессионалов. Не изменяю себе и сейчас. Поэтому отдаю предпочтение игрокам мыслящим, по-спортивному хитрым. Таким, какими были оба Белова, к примеру. Или потом Станислав Еремин, а еще позже Василий Карасев.
- Интересно, что "умные баскетболисты" Сергей Белов и Станислав Еремин стали затем большими тренерами. Это как-то связано?
- Безусловно. А знаете, какой умный и хитрый человек Александр Яковлевич Гомельский! Для тренера эти качества еще важнее, чем для игрока. А уж для президента... Недаром современный ЦСКА обладает такими возможностями, что просто дух захватывает, - его возглавляют умные профессионалы: Гомельский, Кущенко, Ивкович. МФБ есть чему поучиться у своего лучшего клуба. И мы не считаем зазорным это делать. В том числе и учиться быть по-хорошему хитрым. (Улыбается.)
- Да уж, это чувствуется.
- Если чувствуется, то плохо. Ибо настоящая умная хитрость чувствоваться не должна. Что ж, есть над чем работать.
- Какова мечта вице-президента Московской федерации баскетбола?
- Их много. Постоянно проводить в нашей столице крупные международные турниры - раз, обеспечить всем необходимым (начиная от методик и оборудования и заканчивая зарплатами тренеров) детско-юношеские школы - два, сделать баскетбол конкурентноспособным зрелищем на московских телеканалах и почетным гостем во всех СМИ - три. Ну и лично для себя: поскольку бог любит троицу, он просто обязан дать мне еще один шанс воспользоваться умением точно бросать в кольцо. Но шанс уровня Александра Белова и Майкла Джордана - это четыре.
- Что ж, планы у вас наполеоновские. Осталось пожелать их полного выполнения.
- А вот за это спасибо. И не будем больше терять времени, а примемся лучше за это самое выполнение.

Михаил ИОРДАНОВ

P.S. Юбиляр был категорически против помещения его снимка на первой странице "Москвы баскетбольной", считая, что есть гораздо более достойные люди. Но редакция, посовещавшись, просьбу решила не удовлетворять, и считает, что поступила правильно.

http://www.moscow-basket.ru/

Реклама


конец рекламы




Абрамов Рафаэль Яковлевич



Дата публикации: 04.05.2005
Рейтинг док. : 1497


Облегченная версия:

Рафаэль Абрамов: Умение бросать по кольцу важнее, чем вы думаете.





<< Назад







Рейтинг@Mail.ru