Эксклюзив
01 сентября 2010
11777

Наталья Лайдинен: Трагическая страница истории России и США в зеркале одной семьи

Main sevander3w
В наше время, когда недавняя история часто переписывается и изменяется, многие события постепенно стираются из памяти поколений. Если сегодня спросить даже достаточно образованного москвича, что он знает об истории американских и канадских финнов в России он удивленно пожмет плечами: разве было такое?

А между тем, трагическая история добровольного приезда в Россию в начале прошлого века нескольких тысяч финнов из-за океана, крушения социалистических идеалов, изломанных судеб их близких - и вместе с тем их жизнестойкости, упорства, духовной силы - заслуживает пристального внимания наших современников. Поскольку, только зная собственное прошлое в деталях возможно в будущем не повторить страшных ошибок.

В этом году в Петрозаводске вышла на русском языке книга Мейми Оскаровны Севандер "Они забрали моего отца". Автор - яркая женщина с уникальной судьбой, ее имя известно не только в Карелии. Девочкой она приехала из США в советскую Россию вместе с родителями-финнами. Ее отец Оскар Корган, убежденный коммунист, человек самоотверженный и смелый, был одним из идеологов движения иммиграции. Ради своих идеалов он был готов пожертвовать не только личным благополучием - жизнью! Абсурдность исторической ситуации заключалась в том, что он и представить себе не мог, что страна, в которую он верил, о которой так пламенно рассказывал другим, убеждая приехать строить новую жизнь, сможет так безжалостно его предать.

В судьбе семьи Корганов-Севандеров, как в зеркале, отразились страшные события начала прошлого века: переезд в неизвестную социалистическую Россию, последовавшие за ним наветы, аресты, смерти, страх за судьбы самых родных людей - все это стало новой реальностью вчерашних вдохновленных романтикой революции эмигрантов. Мейми Севандер нашла в себе силы вместе с ЕЕ НАРОДОМ (MY PEOPLE - так она называла североамериканских финнов, оказавшихся в советской России) мужественно пройти через все испытания, стать одним из крупнейших педагогов в Карелии, признанным авторитетом в области преподавания английского языка. Она автор многочисленных учебников, статей и методических пособий. Активно создавая факультет иностранных языков Карельского государственного педагогического института, и 20 лет занимая должность декана, М. О. Севандер воспитала несколько поколений специалистов в области английского языка. Студенты ее искренне уважали и любили, называли просто "Мейми", в гости приходили целыми курсами. Она была любимым преподавателем моей мамы, повлиявшим не только на ее профессию, но и на личное развитие. В моей детской памяти Мейми осталась искрящейся, улыбчивой, доброжелательной ко всем - и при этом исключительно сильной, уверенной, авторитетной...

Мейми Севандер была хорошо известна в Карелии и за ее пределами не только как преподаватель, но и как неутомимый общественный деятель, настоящий харизматичный представитель "народной дипломатии" того времени, потративший много усилий на формирование дружественных отношений Карелии с Финляндией, Швецией и США. При этом всю жизнь она изучала историю своей семьи и мечтала исследовать судьбы других североамериканских "скитальцев".

На английском и финском языках вышла уже целая серия книг, написанных Мейми Севандер. Но на русском языке первая книга "Они забрали моего отца" была опубликована впервые и стала знаковым событием в литературной жизни Карелии. (До этого в 2006 г. Петрозаводским государственным университетом была издана ее книга "Скитальцы", но тираж был невелик и до широкой аудитории не дошел). Выход этих книг помог привлечь общественность Карелии к теме, которая уже начала забываться, вызвал новый всплеск интереса к потомкам приехавших в Россию финнов, судьбам их предков.

Вспоминая Мейми Оскаровну Севандер, ее непростую жизнь и опубликованные книги, я побеседовала с ее дочерью Стеллой Севандер, филологом, которая преподает русский язык в университете г.Умео (Швеция). Это она, вместе со своим мужем, бывшим студентом Мейми Оскаровны Игорем Рыженковым, сделали перевод книги "Они забрали моего отца" и позже ей удалось собрать средства на ее издание в Петрозаводске.

На презентации книги в апреле был показан документальный фильм об истории семьи Корганов, созданный продюсером государственной ТВ и Радио компании YLE, Финляндия, Эркки Мяттиненом , который с камерой на плече проделал ровно тот же путь, что когда-то совершил Оскар Корган. Автор фильма встречается с главными действующими лицами книги, уже немолодыми детьми Оскара, их родственниками, друзьями и коллегами.

Эти события стали действительно важными для всех, кто интересуется историей: наши современники в России тоже смогли познакомиться с полузабытыми страницами прошлого.


- Стелла, Ваша мама Мейми Севандер - неординарная личность, хорошо известная в России и за рубежом как настоящий профессионал своего дела. А какие воспоминания из детства и юности Вы сохранили о Вашей маме? Какой она была и остается в Вашей памяти?

- Для нас с братом Лео Мейми осталась прежде всего прекрасной матерью и близким, самым надёжным другом по жизни. Мы выросли в удивительной атмосфере семейного тепла, родительской нежности и любви. Поэтому все наше детство и юные годы, проведённые в Петрозаводске, на берегу Онежского озера, где звучали разные языки, лилась музыка - и есть, пожалуй, самые яркие воспоминания о том периоде жизни. Если прокрутить плёнку обратно, то совершенно определённо получится цветной и музыкальный фильм, очень счастливый. Мы относились к первому поколением детей, родившихся после череды исторических трагедий: репрессий, войны, голода, уничтожавших целые семьи. Детство моей матери резко оборвалось в 14 лет, она испытала все тяготы того времени, потеряла отца, пережила ссылку и арест брата, работала, где придется... Вероятно, особенно поэтому, ей хотелось видеть своих детей по-настоящему счастливыми. Она сделала для этого все. И мы действительно были счастливы!

- У Вас был очень гостеприимный дом в Петрозаводске. Как у Мейми на все времени хватало - и преподавать, и книги писать, и гостей встречать?


- Это правда, к маме, к нашей семье всегда притягивало многих людей, в том числе - друзей моих и моего брата. Её внимания и любви хватало на всех. Но при этом Мейми была удивительно организованным человеком. Когда речь шла о работе, то всё остальное отходило на второй план. Зашедшему на огонёк другу она могла прямо сказать: Извини, у меня сейчас нет времени. Я работаю. Иди на кухню и свари себе кофе... Она была фантастически предана работе. Бывало, перед отпуском работает в своём в деканате до трёх часов дня, а в семь уже поезд. Зато в отпуске она умела полностью отвлечься от работы. Ей удалось много поездить по миру, насколько это было возможно в советское время: Куба, Румыния, Болгария, Финляндия, пару круизов. Позднее уже частные поездки в Швецию, Америку, Австралию. Она очень любила новые впечатления.

- Как сложился жизненный путь Вашей матери? Ведь время тогда было очень непростым для тех, кто приехал из США...

- Мама работала учителем английского языка. Она стала дипломированным специалистом, несмотря на то, что в пятидесятые годы учёба и проживание "иностранцам", "американским финнам" в Питере было запрещено. Тем не менее, она не отступала перед трудностями: ей и трём её подругам, тоже американкам, удалось заочно завершить учёбу, сдать государственные экзамены и получить диплом Ленинградского педагогического института.

- Что помогало в те годы продержаться Мейми, ее брату и сестре, их маме?

- Наверно, у каждого был бы свой ответ на этот вопрос. Думаю, прежде всего их держала вера, которая была всегда жива. Вера в отца, его идеалы. Утраты и тяготы ещё больше сблизили их. Они поддерживали друг друга не только в самые критические моменты жизни, но вообще всегда. Иначе бы просто вымерли. А еще им помогало понимание того, что они были не одиноки. Их было много в Карелии. Самых разных финнов - и ингерманладцев, (исконных жителей Ингерманландии), и североамериканских, и финляндских, перебравшихся в советскую Карелию. В той же упряжке оказались и представители коренных национальностей - карелы и русские.

Ну, и, конечно же, помогало "sisu". Это труднопереводимое на другие языки понятие, а потому часто цитируемое на финском, можно толковать как выдержка, умение сопротивляться трудностям, воля к жизни. Разве не "sisu" помогло финнам отстроить изнасилованную Германией и Советским Союзом во время войны страну, лежавшую в руинах в послевоенный период, в одну из процветающих европейских стран. Не зря её иногда называют "европейской Японией".

- Ваша мама занималась многим: в ее жизни были журналистика, преподавание, писательская деятельность, многое другое. К чему больше лежала ее душа?

- Добавим, она много переводила письменно и устно. Была прекрасным переводчиком. Я нередко задавала себе вопрос, каких бы высот она достигла в Америке, если бы её отец принял приглашение поехать в Калифорнию, чтобы возглавить местную секцию Компартии США, а не поехал в Карелию. К чему лежала душа? Уж если она бралась за что-то, значит, душа лежала, и отдавалась делу до конца. А уж преподавателем Мейми была от Бога! Кто учился у неё, тот знает. Она внесла немалый вклад в методику преподавания иностранных языков в школе. Пару лет назад наш сын Филипп в чате в Интернете разговорился с девушкой из Челябинска. Она робко спросила, кем он приходится М.О. Севандер, уж больно редкая фамилия. И рассказала ему, что работая над дипломом, пользовалась статьями и разработками Мейми. Так что, большая наука сегодняшних доцентов и профессоров факультета иностранных языков Карельской государственной педагогической академии, посвятивших свои научные исследования методике преподавания иностранных языков, начиналась с курсовых и дипломных работ, руководителем которых была их учитель Мейми Оскаровна.

- Из книги понятно, что помимо семьи, выдающейся фигуры отца огромное влияние на формирование личности Мейми Севандер оказали и другие люди. Кого Вы могли бы особенно выделить?

- Мейми Оскаровна "не молилась никаким богам", скорее наоборот. Наибольшими авторитетами для неё были люди профессионально грамотные, в своём деле компетентные и готовые делиться своими знаниями с другими. Жизнь ей дарила встречи с такими коллегами повсюду, где бы она ни работала. Вспомните, как она почти с ужасом запечатлённым её детской памятью, описывает первые уроки русского языка. И с какой теплотой и благодарностью вспоминает свою строгую учительницу Людмилу Ивановну Богданову, научившую её русскому языку.

- А как складывалось общение Вашей мамы с Ю.В.Андроповым, который в то время жил и работал в Карелии?

- Встреча с Юрием Андроповым произошла в Петрозаводске в 1940 году, где он начинал свою партийную карьеру, работал первым секретарём ЦК комсомола. Мейми тогда служила обычным секретарём исполнительного комитета Зарецкого района города. Они работали в одном доме: в левом крыле здания на улице Урицкого располагался исполнительный комитет, а в правом находились районные комитеты комсомола и партии. Их пути пересеклись, когда Мейми решила вступить в комсомол, но её заявление, одобренное исполнительным комитетом, отверг вышестоящий райком ВЛКСМ.

Как Мейми пишет:
"Несмотря на все несчастья, свалившиеся на нашу страну, я твёрдо верила, что справедливость восторжествует и изменения наступят. ...Тот, кто не являлся комсомольцем, оставался в стороне от общественной жизни, тот и не имел голоса на месте учёбы или работы... Я не относилась к числу тех, кто довольствовался исполнением приказов и хотела сама принимать решения".

Несправедливость по отношению к отцу неизбежно стала сказываться и на её жизни. В трудные дни за Мейми вступились друзья, и среди них особую роль сыграла жена Андропова Татьяна. Она резко не соглашалась с причинами отказа и требовала пересмотра её заявления и восстановления справедливости по отношению к Мейми. Мама всегда с теплотой вспоминала и Юрия, и Татьяну как людей открытых, внимательных, готовых придти на помощь. Это сейчас мы ассоциируем имя Андропова с Венгерскими событиями, с постами председателя КГБ и руководителя государства. А ведь, когда он начинал свой путь в Карелии, ему было всего 26 лет. И вся жизнь ещё только расстилалась впереди...

- Мейми Севандер, её брат Паули - известный педагог Павел Оскарович Корган, - любимейший детьми и родителями директор языковой гимназии N17 г. Петрозаводска, другие потомки американских финнов состоялись в Карелии как личности и профессионалы. Как формировалась их духовная позиция? Какое наследие репрессированных отцов помогало им преодолевать казалось бы непреодолимые тяготы и преграды, гласно и негласно существующие для иностранцев, детей "врагов народа"?

- Сложный вопрос. Дети Оскара унаследовали не только его характер, прежде всего такие его черты как упорство и стойкость, но и его идеи. Верность его идеям они пронесли по жизни. То, что пришлось пережить в критические моменты, ощущалось ими как трагические ошибки. Оба были педагогами, работали в просвещении, воспитывали молодёжь. По своему внедряли в жизнь в Карелии американский принцип Think globally, act locally (Думай глобально, действуй локально). Ибо своей первозадачей видели строительство нового общества духовно богатых и щедрых людей. Поэтому они сами смогли состояться как незаурядные личности.

- Ваша мама и ее брат стали педагогами. Чем еще приходилось заниматься в Карелии североамериканским финнам?

- ВСЕМ! Они валили лес на лесопунктах Карелии, работали на лыжной фабрике в Петрозаводске, играли в симфоническом оркестре Карельского радио (мой отец Милтон Севандер был первым тромбоном), преподавали в школах, средних учебных заведениях, позже в вузах. Большой вклад внесли в создание Финского драматического театра в Петрозаводске. Кстати, одним из его создателей был и мой дед по отцу Кууно Иоганович Севандер, как его величали в Карелии. В годы войны защищали свою новую родину, попадали в трудармию и в плен, служили в разведке... Они просто стали частью российской истории - во всех ее проявлениях.
 


- Всю жизнь Ваша мать изучала историю семьи, написала несколько книг. Расскажите об этом, пожалуйста.

- Да, Мейми Севандер глубоко изучила историю нашей семьи и многих других семей американских и канадских финнов, которые приехали в Россию в 30-е г.г. прошлого века "строить социализм". Результатами ее работы в архивах России и США явились книги на эту тему: "Они забрали моего отца" (в соавторстве с американской журналисткой Лори Хертцель), "Красный исход" ("Red Exodus"), "Бремя страстей советских" ("Soviet Bondage"), "Vajeltajat" ("Скитальцы").

Книга "Они забрали моего отца" занимает особое место в этом списке по причине того, что это была первая подготовленная и опубликованная Мейми книга, подступ к дальнейшему большому исследованию. Притом, что мама поднимает в ней глобальные исторические вопросы, рассказывает о многих неизвестных фактах, всё-таки в первую очередь это история нашей семьи, в моем восприятии - фамильные мемуары. Сама Мейми называла эту книгу Библией нашей семьи. Таких Библий могло быть написано много, ведь тогда около шести тысяч североамериканских финнов перебралось из США в Советский Союз. Ведь не случайно она начинает свою книгу следующими словами:
"Моя история лишь одна из многих. То, что случилось со мной, случалось со многими вновь и вновь, шесть тысяч раз или больше, в Паю и Матросах, в Петрозаводске и Кондопоге и во всех других, посёлках и лесопунктах, разбросанных по всей российской Карелии. Помните об этом".

- О том, как сложилась судьба Вашей семьи, мы знаем из книги. А как сложились судьбы других эмигрантов? Почему они вообще оказались в России? Удалось ли кому-то вернуться в Америку?

- Очень по-разному складывались судьбы этих людей, представляющих два поколения. Начнём с конца: только около 1500 человек (по данным последних исследований историков) смогли вернуться обратно в США. Это были те счастливцы, которым удалось сохранить свои американские паспорта. Представители старшего поколения, родившиеся ещё в Финляндии и перебравшиеся в Америку в начале ХХ века в поисках заработков, уже насчитывали к моменту переезда в СССР около четверти века стажа американской жизни. Им, людям в расцвете сил, было около сорока, когда они преимущественно по идеологическим соображениям принимали волевое решение об эмиграции. Портрет Америки начала ХХ века представить нетрудно. Если вам известно об этом не слишком много, то вспомните роман Горького "Мать". Лично у меня возникали такие аллюзии, когда я читала литературу, описывающую США тех лет. Времена потогонной системы, бандитских методов управления и использования детского труда - один из самых страшных периодов эксплуатации, известных в истории Америки. Именно поэтому многие из иммигрантов отказывались мириться с такой вопиющей несправедливостью. Зачастую финны-переселенцы вступали в международный профсоюз "Промышленные рабочие мира", в Американскую социалистическую партию и чуть позже в Коммунистическую партию США.
 


- В те времена в Америке пользовались популярностью финские клубы, в которых кипела бурная политическая жизнь...


- Да, финские клубы в Америке становились постепенно центрами радикализма. Часто выступавшие в их агитаторы рассказывали о забастовках, профсоюзах, революции большевиков. Здесь и зарождалась мечта о Советском Союзе, как единственной стране, где возможно воплощение коммунистических идей. Многие из финнов-иммигрантов примкнули к этому движению, но далеко не все. Оскар Корган, мой дед по матери, не только сам верил в идеи коммунизма, вступив в Коммунистическую партию США в 1920 году, но и пытался обратить в свою веру других. Честный, искренний и убежденный человек. Последние два года в Америке семья Корганов жила в Нью-Йорке, где Оскар возглавлял работу Комитета технической помощи Карелии, занимавшегося вербовкой рабочей силы и сбором технических средств в советскую Карелию.

- А младшее поколение? Это были уже дети, родившиеся в США?


- Да, они уже стали настоящими американцами, чей родной язык - английский, ибо первые школьные годы, а для тех, кто был старше и почти вся школа, прошли в Америке. Дети оставляли США вместе с родителями, решение об отъезде принимали за них. Малыши, подростки готовились к переезду в Советский Союз как к приключению. Живя сейчас на Западе, мы часто наблюдаем, как правительства тех или иных стран вызволяют своих граждан, попавших в беду за рубежом. Поэтому я часто спрашиваю себя, почему же тогда никто из представителей американских властей не заступился за финнов в России - ведь это были граждане США! - особенно младших.

О том, как по-разному складывались судьбы этих людей, можно узнать из книги на примерах семей моих родителей Оскара Коргана, отца матери, и Кууно Севандера, моего деда по отцу. Обо всём этом у Мейми написано в двух непереведённых книгах, посвященных истории ЕЕ НАРОДА. Там перечислены все имена, которые ей удалось раскопать в архивах в Карелии. До сих пор не понимаю, откуда мама черпала силы для этой чудовищно трудоёмкой работы - сидеть в архивах и держать в руках папки с документами отца, друзей... Кровь, пот и слёзы - и не иначе, так я называла её работу в архивах. В том числе и в архиве КГБ/ФСБ.

- Перед Вашими глазами прошли десятки судеб тех североамериканских финнов, кому удалось выжить в те страшные годы... Какие воспоминания из детства у Вас об этих людях?

- Я выросла среди них. Десятки имен, жизней, сложившихся по-разному. Представителей старшего поколения по понятным причинам оставалось значительно меньше. Среди них особо выделялась группа пожилых одиноких женщин, вдов репрессированных. А встречались среди них и такие, кто потерял и мужа, и детей. Они тянулись к нашей семье, мы же в свою очередь старались заменить им родных. Они предлагали свою помощь, видя, как заняты родители, - приготовить обед, отправить нас, детей, в школу, - и родители с благодарностью её принимали. А потом, помню, как мама с отцом их хоронили. Одну за другой. Хоронили вместе с другими друзьями, ведь родных не было никого. Это, пожалуй, одно из самых грустных воспоминаний моего детства. Ида, Анни (их было две - Маленькая Анни и Большая Анни), Эмма - я всех их помню и по сей день благодарна за всё, а главное, за то, что разговаривали с нами только по-фински. Отчасти, благодаря им, мы и сохранили язык.

- Как Мейми пришла к идее написания книг - сначала о семье, потом о судьбах североамериканских финнов в Карелии?


- Мама была прекрасным рассказчиком! В детстве мы заворожённо слушали рассказы про их счастливое американское детство. Чем старше мы становились, тем больше узнавали об испытаниях, выпавших на их долю в карельской юности. Отца арестовали в Калевале в год маминого 14-летия, оставив на её попечение младших брата и сестру. Надо было выживать.

А моему отцу было всего 22 года, когда его после пленения в районе Медвежьегорска в 1942 году приговорили вместе с товарищем к расстрелу. Милтона спас случай. Зашедший с ночной проверкой офицер Генерального штаба финской армии, обнаружил по документам, что он уроженец не Финляндии, а штата Миннесота, США. Он тут же отдал приказ об отмене расстрела, заменив его на пожизненное заключение. А его друга, родившегося в Финляндии и эмигрировавшего в Советский Союз, расстреляли как предателя.

Страшные, малоизвестные страницы истории. Как не рассказать обо всём этом? Мы, не только семья, но и друзья Мейми, среди которых было много коллег и студентов, пытались уговорить её взяться за перо и воссоздать живую историю на бумаге. Одно дело, когда её напишут ученые и совсем другое - те, кто прожил её. С сумасшедшими нагрузками у мамы на хобби просто не оставалось времени ("На хобби нет времени" - именно так называлось интервью, взятое у неё корреспондентом местной газеты Петрозаводска в конце семидесятых). Время появилось у неё лишь, когда она вышла на пенсию в 1989 году. Но тогда началась новая работа. Сначала это была большая переписка внутри Карелии, Советского Союза. Потом пошли письма из США, Финляндии, Канады. ЕЕ НАРОД и его потомки слали отклики на опубликованное в финноязычной газете Карелии письмо "Американские финны, откликнитесь!". Так было положено начало большому проекту.

- А американская сторона оказывала содействие? Ведь это и страница американской истории...

- В истории этих отношений можно выделить два этапа, а до того велась лишь переписка и случались редкие посылки! Первая поездка Мейми в США состоялась в 1973 году. Тогда или даже чуть пораньше, многим американским финнам, приехавшим в СССР в юности или детьми, впервые предоставили возможность посетить родину по приглашению родственников. Ведь среди приехавших в Карелию "строить социализм" были даже такие семьи, в которых эмиграция разлучила детей и родителей! Я помню, что к Сиркке Андреевне Рикке, известной в Карелии певице, приезжала в самом начале семидесятых из Калифорнии её мать. Потом уже в Калифорнию к матери отправилась и Сиркка.

Врезались навсегда в память переполненные эмоциями встречи с родственниками. Мейми в первый приезд ещё застала в живых свою тётку, сестру Оскара, многих друзей семьи из поколения родителей, которые хорошо их помнили. С грустью слушали они её рассказы о судьбе родителей, о том, как трагически оборвалась их жизнь. Как Мейми признаётся в книге: "Я старалась быть искренней и рассказывала не только о трудностях нашей жизни, но и о твёрдых убеждениях людей Советского Союза и о том, как страстно они желают мира и благополучия для всех". Это был первый этап общения с далёкой родиной. Второй начался уже в 1986 году, когда Петрозаводск посетила группа туристов из г. Дулута, Миннесота. Сюда они приехали затем, чтобы решить, подойдёт ли для Дулута столица Карелии в роли города-побратима. И как пишет в американском предисловии Том Морган, бывший в составе этой делегации:

"Установление официальных побратимских связей между Дулутом и Петрозаводском вдруг стало представляться совсем излишним: мы уже породнены в течение полувека - мы просто не знали об этом". Потом начался активный обмен делегациями. Первый официальный визит петрозаводчан во главе с главой города состоялся в 1987 году. Мейми была членом делегации и переводчиком. Затем последовало приглашение для Мейми приехать в качестве преподавателя в колледж Святой Схоластики г. Дулута. Это дало ей возможность вести поиск родственников тех, кто приехал в советскую Карелию в начале 30-х, встречаться, чтобы брать интервью, изучать доступные в США материалы. И при этом получать, хоть и небольшую, но зарплату, которая позволяла жить и ездить по США. В 1991 году моей маме, как и многим другим из ЕЕ НАРОДА, жившим в Петрозаводске, вернули американские паспорта, они стали гражданами двух стран. Последние десять лет своей жизни Мейми так и жила между странами и континентами: через нас, Швецию и Финляндию, где живёт мой брат Лео, со своей семьёй, летала к сестре, брату и в архивы Карелии. Строила рабочие планы, но их оборвала болезнь...

- Предполагаю, что для Мейми Севандер важно было сбросить завесу секретности с драматических событий, произошедших с тысячами семей американских финнов в советской Карелии в прошлом веке. Учитывая, что эта тема фактически замалчивалась, отсутствовали серьезные исследования, как Вы оцениваете роль книг Вашей матери?

- Да, я согласна, тема долго замалчивалась. Она была практически закрыта для советских историков. А те, кто начинал приближаться к ней, тут же "получали по голове". Это сейчас кажется нелепым, а тогда... В наши дни российские ученые в сотрудничестве с канадскими и американскими усиленно исследуют эту тему. Написано много интересного, проведено несколько международных конференций и симпозиумов. Мейми оказалась первооткрывателем, хотя и не была профессиональным историком. На самом деле, какая уж в том секретность: тысячи американцев и членов их семей жили и работали в Карелии бок о бок с местным населением! Какая тайна в том, что сталинский террор тридцатых косил их так же, как и всех остальных, - русских, карелов, белорусов, украинцев и многих других.

- Думаю, что автор книги "Они забрали моего отца" жизненно важной стала цель реабилитации честного имени любимого отца Оскара Коргана, который пропагандировал среди финнов, приехавших в США в поисках лучшей доли и не нашедших её, идею переезда в Советский Союз, занимался наймом иммигрантов в советскую Карелию и организацией их отъезда из США. Можно ли считать, что своей книгой Мейми Севандер восстановила справедливость в его отношении?

- Каким был Оскар Корган, мой дед, я знаю только по рассказам матери, дяди и тётки. Ну, и начиная с 1992 года, ещё по книге "Они забрали моего отца". В Америке в 1992 году я встречалась с пожилыми людьми, кто помнил Оскара и его семью со времён своей юности. Вот и все мои источники об Оскаре и Катрин Корган, моих бабушке и дедушке по матери... Затрудняюсь ответить, можно ли назвать написание мамой книги восстановлением справедливости по отношению к её отцу. Справедливость в данном случае вообще не поддаётся восстановлению. Ей крайне важно было рассказать, каким человеком был её отец, как искренне он верил в идеи социализма.

О какой справедливости может идти речь, если людей уничтожали миллионами, а потом через десятилетия присылали свидетельства о смерти, где причина смерти была указана - рак желудка, а дата смерти - 1940 год. В 1956 году, у властей ещё не хватило мужества, сказать, как это было на самом деле. Пройдёт ещё 38 лет и придёт новое свидетельство с указанием причины смерти - расстрел, дата смерти - январь 1938 года. А ещё через несколько лет станет известно и место расстрела и захоронения, зловеще звучащее - Сандармох, недалеко от Медвежьегорска.

Мейми пишет: Он умер смертью мученика за свои убеждения - его предала страна, в которую он так пылко верил ...

- Как работалось Мейми над книгами - в архивах разных стран и ведомств? С какими трудностями пришлось столкнуться?

- В архивах мама работала уже позже, когда продолжила работу после первой книги. Образно говоря, ей было важно "вытащить из могил всех", чтобы ни одно имя представителей ЕЕ НАРОДА не кануло в бездну. А это, как я уже говорила выше, был чудовищно тяжкий труд: собирать данные о "мёртвых душах" сталинского режима. Между тем, над первой книгой работа продвигалась быстро. Дулутское издательство Preifer-Hamilton торопилось с изданием. Они хотели успеть выпустить книгу к лету 1992 года, когда в Дулуте проходил так называемый FinnFest. Это крупное событие, назовём его слётом американских финнов, съезжающихся раз в два года со всей огромной территории США. Поскольку Мейми жила в этом году в Миннесоте, она была приглашена организаторами как одна из выступающих, издатели рассчитывали на хорошую продажу книги. И они не ошиблись.
 


Для того, чтобы ускорить процесс работы над книгой (Мейми преподавала в колледже и не могла на все сто посвятить себя книге), издатели подключили к проекту Лори Хертцель, тогда работающую журналисткой и редактором "Дулут Ньюз Трибьюн". Лори была в Петрозаводске в составе первой делегации жителей Дулута, приехавших в поисках будущего города-побратима. Теперь она вновь приехала в город, где разворачивались большей частью события повествования. Мы с моим мужем Игорем Рыженковым старались оказать ей всяческую помощь на месте: организовывали встречи, возили, сопровождали, переводили и т.д. Потом уже в Дулуте началась их совместная работа... Вот здесь-то и возникли сложности. Мейми наговаривала текст, записывала на диктофон (ведь книга жила в ней всю жизнь!), а Лори перекладывала его на бумагу. Мейми, что случалось нередко, чаще всего текст подвергала жёсткой правке, исправляла, вновь и вновь переписывала куски. А Лори хотелось на американский манер - побольше слёз, где их не нужно. Побольше черноты, где без неё можно обойтись. По воспоминаниям мамы обстановка накалялась часто до предела, но процесс был по-настоящему творческим.

- А сегодня соавтор Мейми участвует в сохранении ее наследия, дальнейших исследованиях?


- Когда я связалась с Лори в марте этого года и рассказала о нашем проекте по изданию книги на русском языке, первое, что она спросила, собраны ли уже средства для российского издания книги. Ей искренне хотелось стать участником нашего проекта, и я с благодарностью приняла её поддержку. А уж когда в конце апреля она держала экземпляры русского перевода "Они забрали моего отца", отправленные в Миннеаполис, где она сегодня работает в газете "Миннеаполис Стар Трибьюн", её радости не было конца. "Как здорово, что история Мейми будет жить дальше!" - гласил её комментарий.

- Американская сторона поддерживала финансово издания книг?


- На самом деле, труд Мейми практически бескорыстен: в процессе работы над проектом, вылившемся в четыре книги, финансово её поддержали лишь однажды. Всего тысячу долларов США выделил ей "Finlandia Foundation"для работы над одной из книг. Всё остальное - собственные средства. Если вы обратили внимание, то две из книг вышли в издательстве Oscat, которое ей пришлось создать самой, с целью до минимума сократить расходы по изданию. Название - аббревиатура имён её родителей - Оскара и Катарины - главных действующих лиц первой книги.

- Почему Вы решили перевести и издать книгу "Они забрали моего отца" именно в Петрозаводске?

- Мейми Севандер ушла из жизни в 2003 году, и её друзья и коллеги в США и России выразили желание почтить её память переводом и изданием одной из её книг на русском языке. Ещё при жизни Мейми высказывала пожелание о переводе "Скитальцев", поскольку в этой книге последние на тот момент, дополненные и обновлённые, списки жертв не только сталинских репрессий, но и войны. Здесь имена тех из ЕЕ НАРОДА, кого она "вытащила из бездны". Именно здесь был подлинный результат её работы в архиве. Поэтому первой на русском языке в 2006 году увидела свет книга "Скитальцы" в переводе с финского языка.

Никого из детей Оскара Коргана уже нет с нами. Мейми и её младшая сестра Айно ушли в 2003 году, Паули, младший брат, в 2006. После смерти Павла Оскаровича Коргана школе, где он на протяжении более двух десятилетий преподавал и директорствовал, присвоили его имя. Уже тогда возникла мысль, а многие ли из бывших учеников знают правду о нем? Каков был его путь к директорству? А бывшие студенты Мейми Оскаровны, разлетевшиеся по всему свету? Что известно им о любимом педагоге и декане факультета иностранных языков, где они учились? Вот и родилась идея - обратиться к ним, рассказать о задуманном проекте и просить финансовой поддержки у наших друзей, коллег Мейми и Павла Оскаровича, бывших студентов Мейми. Слава Интернету, моему помощнику. Пошла активная переписка. В Петрозаводске распространили моё письмо о проекте и трое друзей нашей семьи взяли на себя сбор средств на издание русского перевода книги. Огромную помощь оказала Карельская государственная педагогическая академия. Я взяла на себя контакты с выпускниками школы и института, проживающими за границей, а также переписку с американским издательством: надо было выкупить авторские права и заключить договор... Так ученики и студенты воздали дань памяти своим Учителям. Многие благодарили за предоставленную возможность участия в продолжении дела Мейми.

- В предисловии к русскому изданию книги Вы написали, что она обращена в первую очередь к молодежи. Что Вы имели в виду?

- Во многом на издание книги меня подвигло то, что эта, и без того малоизвестная страница истории, скоро и вовсе может оказаться забытой. Сменятся поколения. Что будет знать молодёжь, вступающая во взрослую жизнь, о трагических судьбах североамериканских финнов в Карелии? Кто им поведает о том, что всё, о чём повествуется в книге, происходило в том географическом пространстве, где они живут сегодня? Так было. Это документ истории. Хочется верить, что прочитав книгу, молодые люди лучше поймут сложный политический контекст современной России. И что они не поспешат отдавать свои голоса за Сталина, как самую популярную личность в истории России.

В 1992 году всем казалось, что книга адресована только американской молодёжи, имеющей весьма смутное представление не только об истории Советского Союза, но и об истории рабочего движения США. А к 2010 году появилось мнение, что и российская молодёжь "созрела" для неё. Вспоминается случай, недавно происшедший с моими друзьями на главпочтамте в Петрозаводске. Заполнив анкету на регистрацию пребывания иностранных граждан в России, они протянули её молодой работнице почтамта. Она в свою очередь, внимательно прочитав её, задала встречный вопрос по графе страна рождения: "А это что за страна такая?" - явно не узнав аббревиатуру СССР. Было бы написано "Советский Союз", уверена, что проблем бы не возникло. Девушке на вид лет 18-19, видимо, она из тех, кто родился уже после развала СССР, тех, кто сегодня вступает во взрослую жизнь.

- Какой резонанс вызвала книга "Они забрали моего отца" в США и России? Способствовала ли она переосмыслению отдельных исторических эпизодов жизни американских финнов в советской Карелии?


- И из России, и из-за рубежа я получила множество откликов прежде всего от тех, кто поддержал наш проект. Хотелось бы процитировать одно из писем, полученное от Натальи Крыловой, выпускницы гимназии N17 г. Петрозаводстка, сегодня доцента одного из американских университетов. Думаю, что под ним подписались бы многие, кто знал Мейми Оскаровну и Павла Оскаровича: "Раньше я читала небольшие отрывки из этой книги по-английски, доступные в электронной библиотеке. Но только теперь смогла оценить всю трагедию Вашей семьи и красоту рассказа о ней Мейми Оскаровны. Какая же она всё-таки умница! Такую беду перемолоть в такой душеподъёмный и человечный рассказ... С противоречивыми чувствами читала окончание книги, но вспоминала знаменитую суру из Корана: "Потерявший веру не имел никакой". Она не потеряла, и это самый хэппи из всех хэппи эндов жизни, какой только можно представить".

- Продолжаются ли сегодня исследования истории североамериканских финнов?

- Безусловно, исследования проводятся. Историки всех четырёх стран (Россия, Финляндия, США и Канада) работают дальше над этой темой. На подходе издание финального сборника статей, завершающего крупный международный проект, в котором на протяжение нескольких лет шло сотрудничество историков. В Петрозаводском университете на кафедре Истории стран Северной Европы готовится академическое издание книги "История североамериканских финнов в России". Над ней работают доцент И.Такала и молодой историк А. Голубев, выстраивающие своё исследование на архивных источниках Карелии.

У меня тоже имеются планы на будущее. Пока не хочу раскрывать их полностью. Но, если кратко, то на правах правонаследницы автора думаю продолжить работу с её книгами и дописать свою часть, в которой расскажу, как прошлое, и по сей день идёт за нами по пятам. Появились новые материалы и в нашем семейном архиве, уже после смерти мамы.

- Какое наследие оставила Вам, Вашему брату Лео, Вашему сыну Филиппу и другим членам Вашей многочисленной семьи Севандер-Корганов выдающаяся женщина Мейми Севандер? Как семья хранит память о ней?

- Мейми осталась жить в нас. Хочется верить, что она продолжает жить в наших лучших чувствах, мыслях и делах. Она оставила нам своё доброе имя, своих друзей, разбросанных по всему миру и свою любовь к людям. И, конечно же, книги. Всё что в наших силах, нужно сделать, чтобы её имя не кануло в бездну, чтобы потомки тех, кто учился у неё, знали, какой это был подарок судьбы: быть учеником такого Учителя.


www.viperson.ru

Фотографии

Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован