Начиная с января 1976 года, печатные издания заполнились статьями об "отпоре поветрию реабилитации правоуклонистов". Во всех этих статьях факты извращались, работа по наведению порядка, которой Дэн Сяопин руководил до этого по всем направлениях, клеветнически называлась "поветрием реабилитации правоуклонистов", документы, положения, утверждённые под руководством Дэн Сяопина, клеветнически назывались "программой реставрации", а из самой "критики Дэна" выводилась так называемая формула "от демократов до каппутистов", и тем самым формировалось теоретическое обоснование "остракизма каппутистов на всех уровнях", ниспровержения старых кадровых работников сверху донизу. Опубликованное выражение "до сих пор так и не раскаявшийся самый крупный каппутист" было в завуалированной форме адресовано Дэн Сяопину.
В начале февраля 1976 года Цзян Цин и Чжан Чуньцяо распорядились, чтобы главной темой произведений литературы и искусства являлась "борьба с каппутистами", и дали указание снять 20 кинофильмов на эту тему. В результате непрерывно стряпались подобного рода фильмы, такие как "Контрудар", "Торжественный праздник", "Ликующая река Сяолинхэ". Однако несмотря на очередную "агитацию" сверху, несмотря на истошные крики "банды четырёх", редко, кто откликался на эти призывы, за исключением тех, кто являлся частью группировки. Наоборот, недовольство и возмущение народа так или иначе прорывались наружу, формируя волну борьбы с "бандой четырёх". В середине февраля 1976 года на пекинских улицах появились листовки, в которых говорилось о том, что "Чжан (Чуньцяо), Цзян (Цин), Яо (Вэньюань) -- это "эскадра" типа той, что была у Линь Бяо, это политические проходимцы типа Чэнь Бода, они хотят обречь на гибель старых товарищей и захватить власть в партии", и содержался призыв:"Народ, начинай действовать немедленно, направь свои практические действия на решительную борьбу с течением, представленным изменниками, карьеристами и заговорщиками Чжан Чуньцяо, Цзян Цин и Яо Вэньюанем!"
В период с первой декады февраля до начала марта 1976 года в таких городах, как Фучжоу, Ханчжоу, Ухань, Гуйян, Чжэнчжоу, Чанша, Сямэнь, Харбин, Сюйчжоу, Шуньдэ (Городской округ города Фошань в провинции Гуандун. -- Примечание переводчика), Саньмин, Чунцин, Тайюань, Сиань, появлялись большие лозунги, газеты, написанные крупными иероглифами, листовки с обвинениями и критикой в адрес "банды четырёх", а в некоторых уездах, городах люди на улицах открыто выступали, разоблачая преступления "банды четырёх". 5 марта 1976 года исполнилась годовщина опубликованного в 1963 году высказывания Мао Цзэдуна "Учиться у товарища Лэй Фэна". Рано утром 5 марта 1976 года агентство Синьхуа распространило сообщение на тему учёбы у Лэй Фэна. В тот же день, публикуя на страницах своей газеты это сообщение Синьхуа, редакция шанхайской газеты "Вэньхуэйбао" убрала из текста сообщения четыре фразы, в своё время произнесённые Чжоу Эньлаем в связи с высказыванием об учёбе у Лэй Фэна:"Классовая позиция, чётко разделяющая любовь и ненависть, революционный дух единства слова и дела, коммунистический стиль, когда общее выше личного, самоотверженный пролетарский дух борьбы". Люди немедленно заподозрили, что отсутствие этих четырёх фраз в статье "Вэньхуэйбао" -- серьёзный признак готовящейся политической атаки "банды четырёх" против личности почившего в январе 1976 года Чжоу Эньлая. 25 марта 1976 года в опубликованном на первой полосе "Вэньхуэйбао" материале "Каппутисты всё ещё есть, и мы должны бороться с ними" появилась такая фраза:"Ниспровергнутые, до сих пор не раскаявшиеся каппутисты пришли к власти с помощью того каппутиста в партии".
Люди моментально поняли, что откровенный ярлык "того каппутиста в партии" предназначен Чжоу Эньлаю. Все эти выпады способствовали тому, что пламя народного протеста, выражавшегося в скорби по Чжоу Эньлаю и проклятиях "банде четырёх", заполыхало ещё яростнее. В самых оживлённых местах Нанкина -- центральном районе Синьцзекоу и площади Гулоу всё было оклеено лозунгами и призывами:"Тот, кто против Премьера Чжоу, тот должен быть ниспровергнут!" "Долой чёрных кукловодов из "Вэньхуэйбао"!" "Внимание! Личности, подобные Хрущёву, рвутся к власти!" Рабочие, студенты, кадровые работники учреждений, военнослужащие выходили на улицы, чтобы выразить свою любовь к Чжоу Эньлаю и ненависть к "банде четырёх". Студенты начали выводить краской лозунги и призывы на поездах и междугородных автобусах, мобилизовывать народ на борьбу с "бандой четырёх". 28 марта 1976 года в воскресенье более 400 преподавателей и студентов математического факультета Нанкинского университета вышли на демонстрацию и направились к расположенному в мемориале "Мэйюань Синьцунь" дому, где когда-то жил Чжоу Эньлай, для принесения торжественной клятвы.
По пути к ним присоединилось множество рабочих, студентов, кадровых работников, вместе они образовали гигантский людской поток. 29 марта двор Нанкинского университета был заполнен людьми, представлявшими все слои общества, они раздавали друг другу и переписывали друг у друга лозунги и дацзыбао — листовки, написанные крупными иероглифами. Студенты Нанкинского университета сформировали более 20 групп, члены которых бегали по главным улицам города и краской выводили большие лозунги, такие как:"Антипартийная статья в "Вэньхуэйбао" -- сигнальный снаряд для захвата власти в партии". Утром 30 марта студенты Нанкинского университета при поддержке рабочих-железнодорожников гудроном и белой краской вывели крупными иероглифами на вагонах железнодорожных составов, которые разъезжались по всей стране, свои боевые лозунги и призывы, такие как:"Внимание! Карьеристы и заговорщики, подобные Хрущёву, захватывают власть в партии", "Тот, кто против Премьера Чжоу, тот будет казнён всей партией!" В течение нескольких дней ни днём ни ночью не прекращался поток людей, шедших к мемориалу "Мэйюань Синьцунь", чтобы почтить память Чжоу Эньлая. И каждый день улицы города были заполнены колоннами людей с венками, -- порядка 50 тысяч человек ежедневно следовали к мемориалу "Юй Хуа Тай". (Древний холм в Нанкине, место захоронения сотен павших коммунистов и патриотов. -- Примечание переводчика).
30 марта "банда четырёх" определилась в своём отношении к "Нанкинскому инциденту". Ван Хунвэнь заявил, что он "направлен против ЦК КПК", что "те, кто расклеивают дацзыбао, формируют общественное мнение для контрреволюционной реставрации". Яо Вэньюань назвал "Нанкинский инцидент" "контрреволюционным противотечением", "свидетельством агонии бешено огрызающихся отмирающих сил". "Банда четырёх" своим распоряжением наложила запрет на любые проявления массового протеста, такие как дацзыбао и шествия. 31 марта рабочие и служащие насосного завода -- филиала нанкинского автомобильного завода -- в самом заметном месте -- восточной части района Синьцзекоу наклеили большой лозунг:"Долой закоренелого карьериста и заговорщика Чжан Чуньцяо!" Этот лозунг, в котором был прямо назван объект борьбы, всколыхнул массовое движение в Нанкине. Вечером 1 апреля, обсуждая на своём заседании сложившуюся ситуацию, Политбюро ЦК КПК пришло к следующему выводу: кое-кто в Нанкине использует беспорядки для того, чтобы воспрепятствовать важному политическому курсу сегодняшнего дня -- курсу "критики Дэна, отпора поветрию реабилитации правоуклонистов". После этого заседания были повсеместно разосланы телефонограммы от имени ЦК КПК с оценкой дацзыбао, которые вывешиваются в Нанкине. В этих телефонограммах говорилось о том, что в последние несколько дней в Нанкине "появились дацзыбао и лозунги, нацеленные против руководящих товарищей в ЦК КПК", а движение нанкинцев, стремившихся почтить память и защитить доброе имя Чжоу Эньлая, преподносилось как "политический инцидент, направленный на раскол ЦК КПК во главе с Председателем Мао, на извращение важного политического курса критики Дэна", и содержалось распоряжение о немедленном "устранении всех дацзыбао и лозунгов подобного рода", выявлении тех, кто "руководит из-за кулис" этим политическим инцидентом. 3 апреля на улицах Нанкина были расклеены 15 новых больших лозунгов, таких как:"По своему духу телефонограмма ЦК КПК от 1 апреля -- продолжение буржуазного курса "Вэньхуэйбао", эта телефонограмма должна быть решительно раскритикована", "Мы должны решительно, до последней капли крови биться с карьеристами, выступающими под белым знаменем против Премьера".
Нанкинский инцидент стал прелюдией движения "5-го апреля". Пока "банда четырёх" тщетно пыталась подавить выступление в Нанкине, его бушующее пламя перекинулось на площадь Тяньаньмэнь, где вспыхнуло с невиданной силой. 30 марта 1976 года, накануне дня Цинминцзе (Традиционный в Китае день поминовения предков и приведения в порядок их могил. "Цинмин" -- пятый из 24-х сезонов лунного календаря, приходится на 4-6 апреля. -- Примечание переводчика), 29 членов пекинской общегородской федерации профсоюзов на южной стороне Памятника народным героям на Тяньаньмэнь наклеили траурные высказывания со словами скорби по Чжоу Эньлаю и открытого осуждения "банды четырёх". Венок к Памятнику народным героям возложили представители Управления общественной безопасности провинции Цзянсу. (Чжоу Эньлай был родом из провинции Цзянсу. -- Примечание переводчика). Минула ночь, и Памятник народным героям оказался со всех сторон уставлен венками, а на самОм памятнике и в гуще венков были видны бесчисленные траурные высказывания, стихи, листки, написанные некрупными иероглифами. Представители многих организаций и отдельные граждане стихийно шли на площадь для участия в церемонии поминовения. 1 апреля пришедших почтить память Чжоу Эньлая людей, венков и стихов на Тяньаньмэнь стало намного больше. Среди множества стихов один небольшой стих, размещённый на передней стороне Памятника народным героям, привлекал особое внимание:"Хочу скорбеть, но, чу, -- горланят черти, рыдаю я, а рядом волчий и шакалий смех. Вина слезами мы помянем смелых и достойных, из ножен гордо мы достанем меч". Это стихотворение свидетельствовало о том, что народ чтит заветы Премьера и клянётся бороться с "бандой четырёх" до конца. 2 апреля во всех организациях Пекина была распространена телефонограмма ЦК КПК по поводу нанкинского инцидента, говорилось о том, что "Цинминцзе -- дьявольский праздник", "возложение венков -- проявление "четырёх старых" ("Четыре старых" -- понятие времён "культурной революции": старая идеология, старая культура, старые обычаи, старые привычки. -- Примечание переводчика), людей предостерегали, говоря о том, что "контрреволюционеры устраивают беспорядки на Тяньаньмэнь", и не велели ходить на площадь. Однако, не взирая на эти предупреждения и чинимые препятствия, жители столицы продолжали стекаться на Тяньаньмэнь. Люди выкрикивали:"Народ не унизить, партию не обмануть", "Народ против тех, кто борется с Чжоу, народ не с теми, кто критикует Дэна". Стремительно росло число листков со стихами, траурных парных полотнищ с изречениями, листовок, всё больше появлялось стихов, в которых разоблачалась, высмеивалась и поносилась "банда четырёх". Эпитетами в адрес "банды четырёх" стали такие слова, как "оборотни", "коварные чудовища", "шакалы и волки", "карьеристы", "заговорщики", а Цзян Цин специально называли "Духом Костей". ("Дух Костей", "Женщина-Скелет", "Дух Трупа" -- персонаж китайского классического романа "Путешествие на Запад", оборотень, в том числе в женском обличье, с которым трижды сражался Сунь Укун -- Царь Обезьян. -- Примечание переводчика). Наступила ночь, но тысячи и тысячи людей продолжали писать стихи, поминальные тексты, охраняя венки и траурные парные полотнища с изречениями.
3 апреля небо было хмурым, непрерывно моросил дождь. Со всех сторон на Тяньаньмэнь стекались бесчисленные людские потоки с венками. У постамента Памятника народным героям образовалась гора венков, венки лежали и дальше -- на площади вокруг памятника. А к вечеру количество венков увеличилось ещё в несколько раз. Повсюду на площади были бесчисленные листки со стихами, траурные парные полотнища с изречениями, поминальные тексты, листовки. Четвёртое апреля 1976 года, воскресенье, было днём Цинминцзе Года Огненного Дракона по лунному календарю, в этот день на площадь Тяньаньмэнь пришло больше всего людей. Площадь утопала в цветах и была вся заполнена людьми. От фасада здания Врат Небесного Спокойствия до южной стороны Памятника народным героям всё было устлано самыми разнообразными венками. Зелёные сосны и изумрудные кипарисы вокруг памятника были сплошь покрыты белыми цветами, словно снегом. (Белый цвет – цвет траура в Китае. – Примечание переводчика). Огромный портрет Чжоу Эньлая разместили в верхней части Памятника народным героям, под знаменитой надписью на памятнике :"Вечная слава народным героям!" В нижней части портрета на чёрной материи, инкрустированной крупными белыми цветами, были горизонтально начертаны четыре крупных иероглифа:"Героическая душа нации". На тринадцати флагштоках перед Памятником народным героям были вывешены тринадцать больших квадратных досок, на каждой из них было начертано по одному крупному иероглифу, в результате чего получилась горизонтальная надпись на всю площадь:"Дорогой Премьер Чжоу, мы будем помнить Вас вечно". В воздухе висели два жёлтых воздушных шара с прикреплёнными к ним белыми лентами, на одной было написано:"Помним Премьера", -- на другой:"Революция до конца".
Под сумрачным небом над Тяньаньмэнь стояла полная скорби, торжественная тишина. В тот момент, когда справедливое революционное возмущение масс на Тяньаньмэнь достигло апогея, Хуа Гофэн вечером 4 апреля созвал в Доме народных собраний экстренное заседание с участием части членов Политбюро ЦК КПК, находившихся в это время в Пекине, для того, чтобы проанализировать складывающуюся ситуацию, понять её суть и выработать отношение к ней. Под влиянием "банды четырёх" на этом заседании были сделаны абсолютно ошибочные выводы, из которых следовало, что массовое скопление людей на Тяньаньмэнь, открыто звучащие там "контрреволюционные" высказывания -- событие невиданное со времени образования Нового Китая, происходит оно не только в Пекине, но и во многих других местах, по сути представляет собой "контратаку контрреволюции" и является спланированной, организованной акцией. На этом заседании также было сказано, что происходящее на Тяньаньмэнь -- "в течение долгого времени готовилось Дэн Сяопином", что это -- "использование мёртвых для давления на живых, использование авторитета, которым пользуется у масс Премьер Чжоу, в интересах Дэн Сяопина", что "контрреволюция, подогревая массы, использует эту ситуацию против Председателя ЦК КПК, против ЦК КПК, для срыва важного курса политической борьбы". Кроме того, совершенно безосновательно был сделан вывод о "существовании подпольного "клуба Петефи", планомерно осуществляющего свою организационную деятельность". (Мятежу в Венгрии в 1956 году предшествовало создание "клуба Петефи" в Союзе писателей Венгрии. -- Примечание переводчика).
На заседании были приняты следующие решения: поскольку день Цинминцзе уже миновал, сегодня же вечером приступить к очистке Тяньаньмэнь от венков и лозунгов; оцепить Памятник народным героям силами народного ополчения и общественной безопасности, чтобы воспрепятствовать новым массовым возложениям венков и собраниям у памятника; привести пекинский гарнизон в состояние "готовности на второй линии". (То есть, "на первой линии" действуют народные ополченцы и силы общественной безопасности, а войска пекинского гарнизона по-возможности на площадь не выводятся, но готовы выступить туда по первому приказу. -- Примечание переводчика). Ранним утром 5 апреля Мао Юаньсинь (Племянник Мао Цзэдуна, в последние месяцы его жизни был его представителем на заседаниях Политбюро ЦК КПК. – Примечание переводчика) представил Мао Цзэдуну письменный доклад о состоявшемся заседании Политбюро ЦК КПК и о принятых на нём решениях. В 6 часов утра 5 апреля люди, прибывшие на Тяньаньмэнь, обнаружили, что венки убраны, листки со стихотворениями сорваны, не видно ни траурных парных полотнищ с надписями, ни свитков с изречениями, а Памятник народным героям окружён тремя плотными кольцами оцепления, кроме того, ходили слухи о задержанных, -- всё это вызвало крайнее возмущение людей. Примерно в 9 утра люди собрались у восточного входа Дома народных собраний, требуя:"Верните наши венки, верните наших соратников", -- и, громко выкрикивая такие лозунги, как:"Да здравствует народ!" Толпа направилась для переговоров к командному пункту (КП) рабочего народного ополчения, который располагался в небольшом красном здании на юго-восточной оконечности площади.
Во второй половине дня некоторые участники выступлений опрокинули и сожгли несколько машин КП и агитационно-вещательных машин сил общественной безопасности. В 17 часов загорелось здание КП. Произошли столкновения участников выступлений с народными ополченцами и полицией, с обеих сторон имелись раненые. Часть членов Политбюро ЦК КПК находилась в Доме народных собраний, внимательно наблюдая за развитием ситуации на площади. На заседании Политбюро ЦК КПК, состоявшемся во второй половине дня 5 апреля, было решено, что к народу обратится У Дэ, а затем площадь будет очищена силами народного ополчения. Начиная с 18 часов 25 минут, на Тяньаньмэнь неоднократно транслировалась аудиозапись выступления первого секретаря Пекинского горкома КПК У Дэ, где говорилось о том, что в последние несколько дней "ничтожное число злоумышленников, воспользовавшись днём Цинминцзе, намеренно организовало политический инцидент", что "сегодня на площади Тяньаньмэнь преступники учинили беспорядки, осуществляли контрреволюционную подрывную деятельность", и содержалось требование "ясно осознать реакционность этого политического инцидента", требовалось, чтобы "революционные массы немедленно покинули площадь и не шли на поводу у преступников". В 22 часа 30 минут более 10 тысяч вооружённых деревянными дубинками народных ополченцев и полицейских получили приказ вступить на площадь для разгона и задержания остававшихся там людей. После этого Хуа Гофэн созвал заседание с участием части членов Политбюро ЦК КПК, на котором был заслушан доклад Пекинского горкома КПК о происходившем на площади Тяньаньмэнь 5 апреля и выработан план дальнейших действий.
На заседании было сказано о том, что массовый протест "5-го апреля" -- "это по своей сути контрреволюционный мятеж"; было принято решение о том, что поблизости от площади будет сохраняться тридцатитысячная группировка народных ополченцев, а девять батальонов НОАК будут оставаться в готовности к действиям в черте города; было предложено, чтобы Пекинский горком КПК незамедлительно оформил материалы о событиях последних двух дней, которые ЦК КПК предполагал как можно скорее распространить в масштабах всего Китая для того, чтобы власти провинций и городов смогли с ними ознакомиться и провести необходимую подготовку. На заседании было также выдвинуто требование обратить внимание на розыск и выявление подпольных штабов протестовавших. Заседание продолжалось примерно до 2 часов ночи 6 апреля. Заслушав 7 апреля доклад о произошедшем, Мао Цзэдун пришёл к выводу, что характер проблемы, связанной с Дэн Сяопином, изменился, предложил снять Дэн Сяопина со всех постов, сохранив его членство в КПК, и продолжить наблюдать за его дальнейшей деятельностью. Вечером того же дня состоялось заседание Политбюро ЦК КПК, на котором были зачитаны и утверждены два постановления ЦК КПК.
Первым постановлением Хуа Гофэн назначался первым заместителем Председателя ЦК КПК и Премьером Госсовета КНР. Во втором постановлении было сказано:"Обсудив контрреволюционный инцидент, произошедший на площади Тяньаньмэнь, и поведение Дэн Сяопина в последнее время, Политбюро ЦК КПК считает, что проблема, связанная с Дэн Сяопином, приобрела характер антагонистического противоречия. По предложению великого вождя Председателя Мао Политбюро ЦК КПК единодушно постановило снять Дэн Сяопина со всех постов в партии и вне её, сохранив его членство в КПК, и продолжить наблюдать за его дальнейшей деятельностью". Движение "5-го апреля", центральным событием которого стал инцидент на Тяньаньмэнь, было подавлено, но огонь, которое оно зажгло в сердцах народа всего Китая, погасить было невозможно. Это движение ясно продемонстрировало абсолютную непримиримость китайского народа с "бандой четырёх", стало отражением горячего стремления китайского народа к осуществлению "четырёх модернизаций" и социалистической демократии. Движение "5-го апреля" заложило прочную и надёжную социальную базу для разгрома контрреволюционной группировки Цзян Цин в октябре 1976 года. После того, как вечером 7 апреля 1976 года по радио было объявлено о двух постановлениях, принятых ЦК КПК, Хуа Гофэн официально возглавил повседневную работу ЦК КПК.
8 апреля ЦК КПК разослал телефонограмму с требованием повсеместного созыва массовых собраний, с требованием зачитывать два постановления ЦК КПК, давать слово для выступлений основным ответственным работникам, решительно следовать важному курсу "критики Дэна", углублять и разворачивать борьбу по отпору поветрию реабилитации правоуклонистов, "решительно подавлять" протестную деятельность, "решительно расследовать" случаи так называемых политических обещаний, распространения политических лозунгов и стихов, "решительно расследовать" деятельность "организаторов нападок". С 8 до 10 апреля в Пекине, во всех провинциях, городах центрального подчинения, автономных районах, во всех частях НОАК прошли собрания, шествия с выражением поддержки двум постановлениям ЦК КПК, направлялись телеграммы поддержки в ЦК КПК. Одновременно с этим в Пекине и повсюду на местах расследовались случаи так называемых "политических обещаний", распространения "реакционных" листовок, лозунгов, стихов, проверялись, разыскивались и арестовывались участники инцидента на Тяньаньмэнь и других подобных инцидентов, в результате чего политическая атмосфера в стране сильно накалилась.
Перевёл Шитов Александр Викторович
Источник: "Очерк по истории Китайской Народной республики" （中华人民共和国史稿）в нескольких томах под редакцией НИИ современного Китая （当代中国研究所著）, издательство Жэньминь чубаньшэ (人民出版社) и издательство Дандай чжунго чубаньшэ (当代中国出版社)
