Можно по-разному относиться к русскому авангарду первой четверти ХХ в., но он, безусловно, является очень важной частью живописной составляющей культурно-цивилизационного «брэнда» России.
Русский авангард многолик, далеко не все для меня привлекательно в нем. Многое оставляет равнодушным, а подчас и отталкивает. Но есть то, что будит воображение, стимулирует не только эмоции, но и мыслительный процесс.
Почти всегда интересен Казимир Малевич. И не столько его знаменитыми «квадратами», сколько другими поисками, своими трудами по теории искусства, особенно по супрематизму. В 1920-е годы Малевич занялся своими архитектонами, которые сравнительно малоизвестны в его творчестве. К ним примыкают и планиты, которые были не объемными моделями, как архитектоны, а графическими чертежами. Они, судя по оценкам специалистов, оказали заметное воздействие на архитекторов-конструктивистов в разных странах. (Не могу сказать, что конструктивизм среди моих любимых стилей в архитектуре.)
Для Малевича характерно то, что он блестяще владел техникой реалистической живописи; и это он доказал неоднократно своими пейзажами, портретами.
