Андрей Николаевич, руководитель департамента инвестиционной политики Минэкономразвития Сергей Баев считает, что только для поддержания воспроизводства объем инвестиций в экономику России должен составить $100 млрд. в год. Cейчас он находится на уровне $40-50 млрд., а объем ВВП оценивается в $250-270 млрд. По словам Баева одним из источников инвестиций может быть репатриация капитала. Какова нынешняя структура инвестиций в российскую экономику? И насколько действенными могут оказаться методы привлечения инвестиций, предлагаемые Минэкономразвития?
В целом у нас инвестиции в этом году где-то порядка $55 млрд. будут, видимо. Из них прямые иностранные инвестиции это всего миллиарда $2,5. Потому что Госкомстат дает более высокую цифру, она составляет, по-моему, что-то около $7 млрд., но в платежном балансе ЦБ цифра практически вдвое ниже. Там другая методология, она более точная. Она учитывает чистые вложения и те деньги, которые быстро вывели обратно, тут все время идет такой кругооборот. Поэтому реальный вклад иностранных инвестиций пока, если не брать намерения, минимален - 4-5%.
Что касается возможности репатриации капиталов, то я думаю, что этот процесс происходит в той или иной форме. И в первую очередь он финансирует волну слияний и поглощений, которая идет. В принципе, это инвестиции, которые направлены не в основной капитал, хотя и это свою роль играет, а главным образом в системы контроля российской промышленности. Волна слияний, образования холдингов и т.д. в значительной мере как раз за счет привлечения средств через офшоры и идет. А это может быть более вероятным движением именно финансовых инвестиций, портфельных. В конечном счете, они трансформируются в прямые. Но в целом это несколько другой процесс, это процесс власти, а не модернизации, как таковой. Это лишь предпосылка для последующей модернизации.
Насчет $100 млрд. и больше. Я не думаю, что в ближайшее время это реально, потому что должен пройти процесс перераспределения власти, и все-таки основной источник финансовых инвестиций внутри страны - это собственные текущие доходы, которые достаточно большие. Практически, инвестиции на 70% с лишним, а реально даже еще больше, финансируются за счет собственных средств предприятий.
Что касается альтернативных источников, то здесь, в первую очередь, это вопрос бюджета, потому что бюджетное финансирование инвестиций всегда играло очень большую роль - где-то от 20% до 30% всех финансовых источников. Но сейчас эта доля резко упала. Федеральный бюджет вообще дает минимальные инвестиции. Местные бюджеты, дорожный фонд и т.д. чуть побольше. Но в целом вклад бюджета в финансирование падает, и я не думаю, что это правильная политика в российских условиях.
Если брать кредиты банков, то здесь величина тоже очень небольшая - 3-4%. Но я думаю, что она будет расти. Более того, значительная часть краткосрочных кредитов тоже играет полуинвестиционную роль, потому что все-таки кредиты продлеваются. Де-факто, я думаю, что роль кредитов банков в финансировании инвестиций выше, чем это следует из официальной статистики Госкомстата.
Что же касается чисто иностранных инвестиций, то я думаю, что в ближайшие лет 5 здесь какого-то бума не произойдет. Все-таки тогда, когда будет ясно, что у нас рост носит устойчивый характер, что наши компании начнут действительно в большей степени инвестировать у нас в стране, а не за рубежом, вот тогда будет меняться и отношение иностранного капитала к России. Когда будут запущены те же автомобильные проекты, когда они начнут работать, когда будут какие-то существенные изменения цен на транспортные коридоры в Сибирь и на Дальний Восток. Но реально это будет только где-то после 2004-05 года.
Андрей Николаевич, объем экспорта у нас сейчас весьма значителен. Но при этом большая часть этих средств не вкладывается...
Погодите. Что, значит - не вкладывается? Во-первых, экспорт, как и любая продукция, связан с издержками. Поэтому эти средства покрывают издержки и, в принципе, покрывают импорт. Если говорить об оттоке капитала, то есть, о доходах, которые получены от экспорта и которые вкладываются не в России, а за рубежом, то проблема существует. То есть, если у нас инвестиции $55 млрд., а отток капитала где-нибудь $28 млрд., скорее всего, будет по этому году, то получается, что 2/3 доходов вкладываются, а 1/3, причем это в основном экспортные доходы, уходит. В принципе здесь есть некоторая подвижка, то есть, отток капитала начал сокращаться, причем, особенно в третьем квартале этого года. Поэтому все-таки я думаю, что и дальше будет некоторое снижение оттока.
С другой стороны наши компании, я думаю, будут в большей степени обращаться и к международным рынкам капитала и к банковским кредитам нерезидентов, что в общем-то и сейчас уже происходит, и это тоже инвестиционный ресурс. Ведь это кредиты, которые могут вкладываться. Скорее по этой линии будет, я думаю, больший рост, чем по линии прямых инвестиций или возврата наших российских денег в ближайшее время.
Подводя итог, как же все таки разрешить проблему нехватки примерно половины необходимого объема для воспроизводства?
Во-первых, я не думаю, что $100 млрд. - это то, что нужно для простого воспроизводства. Эти оценки все очень шатки. Хотя выбытие очень большое и огромные массы устаревшего оборудования, но мощности перестали сокращаться, стали увеличиваться в среднем, поэтому у нас даже не простое, а расширенное воспроизводство уже происходит. Для точных оценок требуется серьезная работа. Было бы очень хорошо, как это делается в Соединенных Штатах, и, в свое время, делалось в Советском Союзе, обследовать население, производственный аппарат, все, что у нас есть в экономике. Последнее обследование было годах в 80-х начале 90-х. Мы не знаем, чем вообще мы сейчас располагаем. Это все только оценочные параметры. Но я исхожу из того, что у нас воспроизводство расширенное.
Другое дело, что для того, чтобы мы могли развиваться существенно, быть конкурентоспособными, объемы инвестиций должны, действительно, практически удвоиться. Но это не вопрос простого воспроизводства, это вопрос коренной модернизации. Это очень важно.
Многие государства, которые попадали в ситуацию существенного оттока капитала, вводили очень жесткие меры регулирования и тем самым вытаскивали экономику. В России возможно использовать их опыт?
Это так не решишь. Более того, мы все-таки взяли курс на либерализацию капитала, то есть, нужно вводить не просто меры, связанные с движением капитала, а нужно вводить тогда очень жесткий контроль над всеми внешнеторговыми операциями. То есть, в идеале это должна быть монополия внешней торговли. В противном случае, концентрация экспорта в компаниях с существенным госучастием. Но это невозможно, это другое время, другая эпоха. В нынешних условиях, хотя контроль и остается, но, тем не менее, движение капитала не остановишь только такими мерами. Здесь нужны наоборот определенные шаги в плане либерализации, поскольку это сделает нас более привлекательными для иностранцев и, в том числе, для своих инвесторов. И нужно изменение конфигурации той же инвестиционной политики внутри страны. То есть, я в данном случае сторонник того, что здесь нужно не только инвестиционный климат улучшать и поддерживать, а все-таки должны быть определенные приоритеты, которые и государство поддерживает, и создает условия компаниям и банкам, которые кредитуют эти направления деятельности. Кредитуют на длительные сроки и финансируют эти кредиты, поддерживают их. У нашего государства нет пока таких приоритетов и системы мер поддержки.
17 октября 2001
http://www.opec.ru/comment_doc.asp?d_no=16550
