Из стенограммы выступления председателя думского комитета по безопасности Васильева Владимира Абдуалиевича на радиостанции "Маяк".
Милиции ставят в вину пытки, избиения, циничное унижение человеческого достоинства, и правозащитники утверждают, что, я цитирую, "это не скандальные эксцессы, но проявление общей тактики так называемых коллективных наказаний", потому что есть незаконно засекреченные, супротив Конституции, нормативные акты, как, например, приказ МВД России N 870 ДСП (для служебного пользования) от 10 сентября 2002 года. Этот приказ ведь есть?
ВАСИЛЬЕВ: Приказ есть. Но там нет никакой прямой связи с выводами, которые делаются. Приказ предусматривает действия милиции в чрезвычайных обстоятельствах, когда позволяется этим приказом и определяется порядок создания оперативных штабов, создания различного рода групп по событиям техногенного, природного, социального характера, которые привели или могут привести к массовому нарушению прав граждан, разрушению каких-то объектов, созданию еще большей угрозы. Не во всех случаях предусматривается введение режима чрезвычайного положения. Зачастую достаточно проведения вот этих мероприятий, когда создается оперативный штаб и принимаются такие меры. Я встречался не раз с правозащитниками, мы говорили об этом. Я думаю, что люди всё хорошо понимают, но кто-то очень умело использует ситуацию, что приказ для служебного пользования. Если бы нам удалось его опубликовать, то вопросы бы снялись.
- Это так сложно?
ВАСИЛЬЕВ: Тогда говорили о том, что он не прошел регистрацию в Министерстве юстиции. Я уточнял. Он прошел регистрацию в Министерстве юстиции. Мы сейчас делаем еще одну экспертизу этого приказа. К нему нет претензий.
- А опубликовать его сложно?
ВАСИЛЬЕВ: Ну, документ для служебного пользования опубликовать сложно, потому что он для служебного пользования. Понимаете, да? Это значит нарушить всю систему обеспечения информацией, которая не для широкого применения. А я скажу следующее со всей ответственностью. Там самое главное, к чему предъявляются претензии, - так называемый "фильтрационный пункт". Вот чтобы было понятно, что это такое - фильтрационный пункт. Допустим, на примере недавних событий, в Соединенных Штатах ураган на побережье, разрушения, мародерство. Что делать? Можно было ввести, конечно, при таких масштабах чрезвычайное положение, как и предусмотрено, кстати, и по нашему законодательству. Но если это меньшие масштабы, то можно ввести другой режим, который называется чрезвычайной ситуацией. Он не определен конституционно, кстати. Это внутреннее распоряжение милиции, как действовать в этих случаях, чтобы не нарушать права людей. Создается группа, которая обеспечивает эвакуацию, охрану, и в том числе создается фильтрационный пункт. Что такое фильтрационный пункт? Он функционирует в ситуации спровоцированных массовых противоправных действиях. Кто-то потерпел, кто-то получил телесные повреждения. Есть съемки видеокамеры, есть показания свидетелей. Вот надо из этой массы сейчас, не дав всем разойтись, выбрать только тех, кто действительно нарушил закон, и свидетелей, которые могут опознать и показать этих людей. Кстати, часто бывает так, что нет возможности доставить в отделение милиции большое количество людей, тогда вплоть до того, что лентой обозначается территория, здесь движение регулируется, и часть людей, на которых показывают очевидцы, какие-то другие материалы, что они совершали противоправные действия, она переводится вот с этой территории блокированной уже в отделение милиции, где проводится в обычном режиме дознание, разбирательство, а далее следствие. Но для того, чтобы отфильтровать вот эту огромную массу и выбрать оттуда возможных нарушителей, на которых показывают свидетели, а это, как правило, единицы, - создаются эти фильтрационные пункты. Но само выражение "фильтрационный пункт", тем более когда этот документ закрытого характера, оно трактуется негативно. Я думаю, мы найдем форму и снимем этот вопрос, потому что к этому вновь вернулись. Это была где-то с полгода тому назад первая волна, в связи с событиями в Башкирии, еще события в Твери были... Приказ, на мой взгляд, не является нормативным документом, который побуждал бы сотрудника милиции к нарушению законных прав граждан.
- То есть таких документов вообще нет?
ВАСИЛЬЕВ: Нет, потому что за их производством осуществляется двойной контроль. Первое, все такого рода нормативные акты в обязательно порядке регистрируются в Министерстве юстиции, это их обязанность. Второе, прокуратура осуществляет надзор за этими документами. В данном случае, я еще раз повторяю, дурную службу сослужил гриф "для служебного пользования". Если бы этого не было, было бы понятно, что король голый, ничего здесь нет. Но вот тут кто-то играет на этом, на неясности.
- Вы упомянули Элисту, скандальные события в Благовещенске. Вот после этих инцидентов были какие-то действительно серьезные служебные расследования?
ВАСИЛЬЕВ: Да, конечно, были не только служебные расследования, были и судебные.
- То есть были люди, которые понесли реальную ответственность?
ВАСИЛЬЕВ: Да, да, об этом постоянно шла информация, ничего не скрыто. И я думаю, что наш слушатель хорошо информирован.
- Я почему об этом спрашиваю, потому что без доверия общества к власти - а милиция, наверное, на переднем крае представляет эту самую власть, - без доверия общества к власти никакие, даже самые замечательные, законы не будут работать в полную силу. Вы согласны?
ВАСИЛЬЕВ: Согласен абсолютно. Потому что одной из основных составляющих работы уголовного розыска, любой другой милицейской службы, которая занимается, в частности, расследованием, раскрытием преступлений, является помощь граждан. Без этого серьезно работать невозможно.
Радиокомпания "Маяк.
05.10.2005 г.
