Бюджетное очковтирательство

   Бюджет – это финансово-экономическое и социально-политическое лицо страны. И лицо это очень искаженное, обезображенное всеми недугами компрадорской системы властвования в России.

   Недавно утвержден скорректированный консолидированный государственный бюджет на 2017 год и на плановый 2018-2019 годы (ФЗ №157 – ФЗ от 1 июля 2017 года).  

   Действующий до этого бюджет 2017г. был принят в конце прошлого года Федеральным законом от 19 декабря 2016 года №415 – ФЗ.

   Анализ внесенных в этот закон изменений носят весьма странный характер. Так, весь июнь в прессе и правительстве царила радость, что доходная часть бюджета за 5 месяцев увеличилась на 1191 млрд. руб., что мировая цена барреля нефти уверенно долго держалась на уровне 45-55 $/баррель (а законом от 19 декабря 2016 № 415 – ФЗ она была принята на уровне 40 $/баррель), что курс национальной валюты также держался на уровне ниже принятого в 2016г.

   Однако расходы скорректированного бюджета на 2017г. увеличены всего на 361,8 млрд. руб., в 3,3 раза менее, чем рост доходов.

   В предлагаемой статье показаны причины этой странности, которые нельзя назвать иначе чем бюджетное очковтирательство.  

Бюджет 2017 года во всей красе

   В таблице приведены основные параметры госбюджета России за период 2014-2020г.

   За 2017г. даются ранее утвержденные параметры и их изменения по ФЗ №157-ФЗ от 1 июля 2017г.

   Обратим внимание, что параметры на плановый период 2018-2019 годы оставлены без изменения, что само по себе вызывает удивление.

   Приведен прогноз параметров бюджета 2020г., который в настоящее время рассматривается в Госдуме.

Основные параметры бюджета России на 2014-2020 годы.

   В последних трех столбцах показаны три основополагающих показателя, из которых начинаются бюджетные проектировки, точнее, бюджетное очковтирательство.

   Как видно, изначально составляется так называемый пессимистический (консервативный) проект на трехлетку. Это делается с той целью, чтобы Кабмин его всегда перевыполнял, а потом дурачить население, что слаженная работа правительства позволила улучшить параметры бюджета, получить дополнительные доходы и т.д. и т.п.

   Также в таблице приведены официальные сведения Счетной палаты РФ о нецелевом использовании федеральных расходов и сколько из них возвращено в бюджет. Эти цифры показывают непонятную роль СП и казначейства, которые, пусть даже в судебном порядке, должны возвращать нецелевые расходы в бюджет. Почти 2 трлн. рублей министерства и ведомства умыкнули (украли) из бюджета и никто за это не пострадал.

   Если вернуть “нецелевку” в бюджет, то дефецита не будет...

   СП выделяют следующие неэффективные (нецелевые) траты:

   - дорогие госзакупки (автомобили, мебель и т.п.);

   - информатика и бесконечное программное обеспечение незнамо чего;

   - НИОКР, стоимость которых завышается в разы;

   - капстроительство и стройматериалы по завышенным закупочным ценам.

   Анализируя неэффективные затраты госбюджета, газета “Москвоский комсомолец” (30.06.2017г.) прогнозирует, что в реальности “нецелевку” нужно умножать на пять.

   Рассматривая приведенную таблицу в целом, отчетливо видно, что госбюджет составляется без какого-либо принятого стратегического плана на хотя бы ближайшую пятилетку. Экономический блок Правительства РФ и Центробанк в их действующем составе составляет бюджет непрофессионально, ориентируясь на явно заниженные цифры, чтобы “пугать” население дефицитом и под этим предлогом увеличивать военно-обронные расходы, маскируясь лозунгом: чтобы не было войны. А за всем этим стоит ожидание роста мировых цен на баррель нефти.

Куда уплывают дополнительные доходы

   Выше отмечалось, что доходы бюджета за 5 месяцев 2017 года выросли по сравнению с планом на 1191 млрд. руб. или на 8,8%. Естественно, что эти дополнительные доходы вошли в измененный бюджет 2017г.

   Но как?

   Нефтегазовая прибавка за счет роста курса стоимости 1 барреля составила 719 млрд. руб. Эта прибавка по утверждениям “Российской газеты” (21.06.2017) полностью направлена на формирование Резервного фонда в 2018 году. То есть дополнительный нефтегазовый уплыл в резерв (заначку) Правительства, к тому же на будущий год. Почему? Как экономист, я не нахожу объяснения таким действиям Кабмина.

   Ненефтегазовые доходы увеличиваются на 472 млрд. руб. или 5,6% свыше плана за счет роста собираемости налогов, таких (как утверждает глава Росналогслужбы  Михаил Мишустин) как НДС и налог на прибыль.

   Значительная часть ненефтегазовых дополнительных доходов, понятное дело, направляется на оборону и ВПК.

   Оставшаяся часть будет использована на следующие цели.

   1.На сельское хозяйство – всего 35 млрд. руб. Из них всего 10 млрд. руб. – на прямую поддержку сельхозпредприятий, а 25 млрд. руб. – на докапитализацию “Россельхозбанка” (Кабмин о банкирах не забывает…).

   2.На создание новых и ремонт имеющихся автомобильных дорог – 9,7 млрд. руб. Это бездонное направление бюджетных трат. Одни дыры на дорогах засыпают (как правило, во время дождей), другие дыры тут же появляются.

   3.Более 1 млрд.руб. будет дополнительно направлено на обеспечение инвалидов техническими средствами реабилитации.

   (Одна коляска (без электрики) стоит 40 тыс. руб.

   Получается, что дополнительно коляски по соцзащите получат всего лишь 25 тыс. инвалидов. А если подсчитать специализированные автомобили, то получится не более 2 тыс. человек)

   4.На поддержку детских школ искусств, детских и кукольных театров и детский туризм будет направлен 1 млрд. руб.

   5. На соцполитику дополнительно будет выделено 6 млрд. руб., на образование – более 3 млрд.руб., на физкультуру и спорт – тоже свыше 3 млрд.руб., на здравоохранение – почти 2 млрд.

   В сумме на соцполитику – 14 млрд. руб.

   6.А вот на любимую Кабмином экологию направляется дополнительно 19 млрд.руб.

   Такие парадоксы бюджетного распределения.

   7.На поддержку различных отраслей национальной экономики, которые выступают в роли локомативов “начавшегося” (по мнению Кабмина) экономического роста – 66,5 млрд. руб.

   8.На межбюджетные трансферты регионам для выполнения ими своих обязательств перед гражданами – 14 млрд. руб.

   Итого расходы в измененном бюджете 2017 года увеличиваются всего лишь на 160,2 млрд. руб. или на 34% от дополнительных ненефтегазовых доходов.

Пахнут ли доходы бюджета

   29 июля 2017 года Президентом России принят Федеральный закон  №262 – ФЗ с замысловатым называнием “О внесении изменений в Бюджетный кодекс Российской Федерации в части использования нефтегазовых доходов федерального бюджета”.

   По своей экономико-политической сущности этот Закон подтверждает и УЗАКОНИВАЕТ давнишнюю АФЕРУ (2002г.) бывшего министра финансов Алексея Кудрина, по которой доходы госбюджета начали делить на 2 части:

   ненефтегазовые (все доходы, кроме НДПИ и вывозных таможенных пошлин на нефть и газ).

  и нефтегазовые (НДПИ и указанные пошлины).

   В этом же 2002 году был создан резервный фонд, в который направлялись нефтегазовые доходы. А.Кудрин придумал набор уловок, чтобы скрывать законные и незаконные изъятия из резервного фонда. В частности, были узаконены трансферты из резервного фонда в субъекты РФ, которые носят явно коррупционный характер.

   Нефтегазовые доходы ЗАПАХЛИ возможностью наживы для топ-чиновников экономических ведомств и верхушки Кабмина.

   В статье 1 Федерального Закона от 29 июля 2017г №262 – ФЗ уточняется перечень   нефтегазовых доходов: НДПИ на УВС (нефть, газ, конденсат) и вывозные таможенные пошлины на нефть сырую, газ природный и на товары, выработанные из нефти.

   Далее в ФЗ №262 – ФЗ уточняется порядок расчета среднегодовой цены на нефть сырую марки “Юралс”, экспортной цены на газ природный и прогнозируемого обменного курса доллара США к рублю.

   То есть узаконивается, что в основе госбюджета нашей страны лежат ТРИ ПОКАЗАТЕЛЯ, экономически никак не связанные с реальной внутренней экономикой России.

   Далее дается определение дополнительных нефтегазовых доходов, если эти три показателя по факту выше запланированных, и недополученных нефтегазовых доходов федерального бюджета, если те же три показателя ниже запланированных.

   Установлено новшество при составлении трехлетнего госбюджета, а именно:

   “Под базовой ценой на нефть понимается среднегодовая цена на нефть – 40 долларов США за один баррель в ценах 2017 года, подлежащая ежегодной индексации на 2 процента начиная с 2018 года”.

   Спрашивается, почему 40$, если уже август 2017 года кончается, а цена барреля стабильно все восемь месяцев приближается к 50-53$?

   Спрашивается, почему на последующие годы рост всего 2%? Чем это мотивированно? Ясно одно, что какая-либо экономическая логика отсутствует.

   Из вышесказанного отчетливо видно, что составление госбюджета, а, следовательно, планирование благосостояния гражданского общества посажено на нефтяную иглу, на “запахи” от мировых цен на углеводороды.

   В пункте 1 статьи 3 устанавливается порядок и механизм расчета расходов госбюджета, которые не должны превышать сумму доходов, за вычетом дополнительных нефтегазовых  доходов, прогнозируемого объема расходов на обслуживание государственного долга, и с добавлением к этой разности 1% от объема ВВП, прогнозируемого на 2018г. на основе прогноза социально-экономического развития Российской Федерации.

   Из сказанного понятно, что почему-то дополнительные расходы НЕ ВКЛЮЧАЮТСЯ В РАСХОДЫ. Они уплывают в заначку, в резервный фонд. Обратим внимание, что расходы увеличиваются на сумму, равную 1% от ВВП (это примерно 1 трлн. руб.), рассчитанного исходя из прогноза социально-экономического развития, которого как такового НЕТ.

   Пункт 5 статьи 3 Федерального закона от 29 июля 2017г. №262 – ФЗ узаконивает объединение не позднее 1 февраля 2018г. существующих сегодня Резервного фонда и Фонда национального благосостояния, в единый Резервный фонд. Красивое многообещающее название “фонд национального благосостояния” кануло в лету. Предназначенный для роста национального благосостояния российских пенсионеров фонд перестал существовать, ни на йоту не улучшивший благосостояние пенсионеров. Напротив, с 2015г. благосостояние пенсионеров последовательно ухудшается, пенсионный фонд скукоживается, пенсионную систему постоянно лихорадят нововведения, вводятся какие-то баллы, не позволяющие гражданам страны рассчитать свои будущие пенсии. 

Оболванивание населения

   Центробанк весь этот год талдычит, что его “умелые” действия удерживают инфляцию на уровне 4% и что в августе 2017 она составила 3,3%. Но каждый человек, покупающий лекарства, продукты и товары повседневного спроса, воочию видит, что инфляция за восемь месяцев составляет не менее 15%, а по отдельным товарам и услугам зашкаливает за 25-30%. Но в описанном выше бюджетном очковтирательстве заложена инфляция, равная 4%.

   Нас убеждают, что уже вторую неделю продукты дешевеют. На этом фоне вот уже неделю из всех рупоров СМИ вещается, что экономика начала расти бодрыми темпами и уже поднялась аж на 2,5%. Минэкономики и подчиненный ему Росстат выуживают какие-то цифры роста в космонавтике, сельском хозяйстве, промышленности. А народ видит, что разграбленные и обанкроченные заводы зияют разбитыми окнами.

   Сегодня Правительство и Кремль взахлеб говорит о “цифровой” экономике, об IT-технологиях (айтишниках), забывая азбучную истину, что экономика была всегда цифровой, экономики без цифр не бывает.  Но айтишники дошли даже до того,что обучение “цифровой” экономики надо начинать со школы. И будут наши малыши и юниоры изучать что “дважды два” – это не всегда “четыре”, а может быть и “пять”, и “шесть” с учетом прибыли и “цифровых” денежных махинаций. Минобрнауки и президент поддакивают: это правильно.

   Недавно примьер-министр Дмитрий Медведев с особой гордостью заявлял, что в России начата приоритетная федеральная целевая программа по беспилотникам на дорогах и в воздухе, но что-то не срослось в этой ФЦП.

   Взамен стали усиленно муссировать проблему прорыва в робототехнике. Президента 10 сентября привезли в Пермь, которая претендует стать центром робототехники в России. Провели экскурсию президента в “потемкинском” огромном зале с довольно примитивными роботами.

   Один из роботов пожал руку президенту и произнес: “здравствуйте, Владимир Владимирович”. И президент с гордостью провозгласил: вот она “цифровая” экономика и робототизация в действии. Он, видимо, подумал, что такой роботизированный народ ему нужен.

   Там же в Перми президенту понравился “интернет вещей”, ему показали, как к интернету можно подключить утюг, следить за протечками в ЖКХ и т.п. Путин согласился и заметил, что особенно важно наладить “интернет вещей” в промышленности, что позволит создать другю экономику. После этих слов я про себя подумал, что эту “другую экономику” хорошо бы назвать утюговая экономика с протечками.