Евгений Гонтмахер: `Денег бизнес будет отдавать больше`

Интервью вице-президента РСПП Евгения Гонтмахера корреспонденту `Коммерсантъ-Daily`
-- Как бы вы в нескольких тезисах дали определение понятию `социальная ответственность бизнеса`?

-- Я сразу должен сказать, что социальная ответственность бизнеса возможна только в том случае, если есть социальная ответственность государства и социальная ответственность общества. Когда двух последних нет, то получается, будто бизнес призвали к ответственности: `Дайте-ка денег`. Если же предположить, что ответственность перед людьми есть со всех сторон, то можно определить несколько позиций.
Первое -- бизнес платит налоги в полном объеме и `вбелую`. Если проводится законная оптимизация налогов, то при этом бизнесу надо понимать, что тем самым часть налогов он уводит из страны, не додавая в бюджет на те же самые социальные программы. Здесь есть некий моральный аспект. С моей точки зрения, социально ответственный бизнес может таким образом оптимизировать налоги только в крайнем случае, когда это жизненно необходимо для его экономического функционирования.
Второе -- социально ответственный бизнес должен платить экономически обоснованную зарплату. Не секрет, что сейчас бизнес часто экономит на зарплате, рассматривая ее как часть своих издержек. С одной стороны, это так. Но с другой -- бизнес должен понять, что высокая зарплата позволяет человеку тратить деньги на поддержание своего здоровья, на образование, на культуру. То есть работник потратит деньги на подготовку свою и своей семьи к настоящей и будущей трудовой жизни. Ведь в России остро не хватает квалифицированных кадров. И в этом смысле для работодателя зарплата -- это не издержки, а инвестиции (и очень выгодные) в человеческий капитал.
Третье -- социально ответственный бизнес на добровольной основе занимается благотворительностью. Для бизнеса это тоже очень выгодное дело. Это создание и поддержание репутации, которая стоит денег. Например, капитализация ЮКОСа благодаря созданию благоприятной репутации, в том числе и социальной, возросла в десятки раз. Потенциальный инвестор увидел, что компания может позволить себе проводить масштабные социальные программы, напрямую не связанные с производством, что ее знают в обществе. И с другой стороны, эти программы показывают, что бизнес открыт, он занимается не только внутренними корпоративными программами, но и работает с обществом.

-- Как вы оцениваете меру социальной ответственности российского бизнеса?

-- Бизнес очень много делает и делал для общества. Только на социалку промышленники официально тратят 17% своей официально показываемой прибыли и, думаю, еще столько же -- неофициально. Другое дело, что социальные программы бизнеса не всегда были известны широкой общественности. И то, что бизнес во второй половине 90-х годов не объяснял, не пиарил эти программы,-- большая ошибка. И когда произошли известные события с ЮКОСом, когда нарушился диалог с властью, тогда пошла дискуссия о месте бизнеса в обществе. Хотя дискуссия здесь вряд ли возможна -- бизнес в России уже давно социально ответственен. Общество не понимает вклада бизнеса, а ведь именно бизнес, налаживая, несмотря ни на что, экономику, создавая рабочие места и выплачивая зарплату, спас в 90-е годы страну.

-- Складывается ощущение, что бизнес зачастую подменяет государство в социальных делах. Государству, как правило, не хватает денег. Может, налоги маленькие или их неэффективно используют?

-- У нас становится системой, когда местный губернатор вызывает работодателя и убедительно `просит` денег на социалку, так как местный бюджет пустой. Такая ситуация связана в первую очередь с устройством налоговой системы. И дело не в том, большие у нас налоги или маленькие. В России налоги не больше, чем во многих странах, где идет успешный экономический рост. Дело в том, что большая их часть уходит в центр, смешивается в общем котле, а только потом в виде трансфертов распределяется по регионам. И у местного налогоплательщика складывается ощущение, что его деньги отняли и непонятно как используют. Налоговая система должна быть децентрализована, и основная часть налогов должна оставаться в муниципальных бюджетах, во всяком случае, та часть, которая тратится на социальные программы. И одна из задач бизнеса -- научить местные администрации грамотно тратить бюджетные деньги.

-- Какова, на ваш взгляд, основная тенденция развития российского бизнеса в плане социальной ответственности?

-- С точки зрения того, сколько отдается денег,-- то их будет отдаваться больше. И легально, и нелегально. Теперь у губернаторов появились дополнительные политические рычаги давления. Ведь когда губернатор попросит денег у местного олигарха, то последний понимает, что в случае отказа может стать и местным Ходорковским. Важно не допустить, чтобы это стало носить характер некоего оброка, отката государству и обществу, а в бизнесе уже есть такие настроения. И это плохо, потому что у бизнеса просто отобьют охоту осознанно участвовать в социальных программах и быть реальным партнером государства и `третьего сектора`. Вот тогда о социальной ответственности бизнеса -- в цивилизованном смысле этого понятия -- придется забыть.

-- Планируется ли ввести для российских предприятий стандартные формы социальной отчетности, как это принято на Западе?

-- Сейчас в РСПП готовятся предложения по добровольному введению стандартных форм социальной отчетности. Мы возьмем западные образцы и попытаемся их адаптировать к российским условиям. Но я думаю, что на первом этапе будет сложно кого-то убедить. Сейчас некоторые предприятия готовят социальные отчеты в произвольной форме -- что выгодно, то и освещается. А в стандартной форме -- обязательные графы. Например, такой отчет включает в себя интервьюирование всех стейк-холдеров (заинтересованных сторон). И чтобы удостовериться, что интервью не поддельное, при этом должна присутствовать аудиторская компания. Фактически -- это социальный аудит. Но многие компании к этому пока не готовы, ведь придется много что открывать.


`Коммерсантъ-Daily` 23.12.2003http://nvolgatrade.ru/