Войско бывает отважным не оттого, что в нём есть отважные люди,
но оттого, что в нём правильно устроен порядок….
Николло Макиавелли, политический деятель
Геополитика и условия для создания империи. Обеспечение внешней безопасности исторически всегда было важнейшим условием развития России на Восточно-Европейской (Русской) равнине, которая никогда не имела безопасных границ на основных географических направлениях, но много сильных и агрессивных противников. Со второй половины первого тысячелетия нашей эры союзы племен, населявшие Русскую равнину, постоянно испытывали внешнюю угрозу, которая могла привести к их исчезновению или вытеснению с данной территории. Во многом именно это условие формировало Русское государство на протяжении двух тысячелетий, а форма организации этноса в разные периоды непосредственно зависела от того, насколько эффективно она соответствовали возможности отражения внешней опасности. Во всяком случае, великий русский историк Г.В. Вернадский отмечал именно это как «определенную преемственность на этой территории от 500 г. до н.э. до 500 г.н.э.».
В разное время славянские этносы фактически создавали огромные государства, которые успешно противостояли не только западным племенам, в частности, готам, но и многочисленным народам Степи, которые регулярно «транзитом» проходили по окраиным Руси. «Походы Олега» и успех в развитии Владимиро-Суздальского княжества – яркиепримеры этой тенденции. Как и успех или неудача отдельных правителей. Андрей Боголюбский, по приказу которого во второй половине XII века несколько князей (включая Черниговских) впервые разорили Киев как альтернативный центр силы на Руси, - яркий пример роли личности в создании долгосрочной тенденции Русского государства и во всейрусской истории.
Империя как русская политическая и военная доктрина. Вообще говоря, формирование Русского государства, как авторитарного государства и империи, шло параллельно с политико-идеологическим формированием национальной доктрины, где огромную роль играла военная доктрина, о чём настойчиво писал выдающийся военный историк А.А. Керсновский. Иначе говоря, доктрина Русского государства изначально была имперской даже в те годы, когда самой империи еще не было (т.е., как считается, до XVIII века). Государство Ивана III, а тем более Ивана IV, было, безусловно, империей со всеми признаками, характерными для империй. Но, главное, с соответствующей национальной доктриной.
Дальнейшие лидеры России и СССР только подтверждали это правило, включая коммунистических руководителей. Это надо иметь в виду потому, что в настоящее время такая историческая взаимосвязь полностью сохранилась даже в условиях короткого периода либерально-демократического правления.Достаточно посмотреть на СВО, военные и национальные цели России. Другое дело, что национальная доктрина до конца ещё не оформлена в отношении современной России, хотя все признаки системности существуют многие столетия. Это не случайно - следует напомнить, что в государственном строительстве и обеспечении национальной безопасности «система» всегда бьёт силу и даже превосходит значение, роль и талант отдельных вождей и руководителей. Очень яркое представление об этой эффективности дает, например, военная система организации германской армии, которая является «главным секретом» её эффективности в 1938-1944 годы. В России была вынуждена сложиться такая «Система» управления и строительствагосударства, которая заключалась в эффективной защите от внешней угрозы, включая обеспечение контроля над транспортными коридорами и приграничными государствами, а именно, - империя.
«Система», просуществовавшая столетия и объясняющая жизнеспособность самого старого государства в Европе, - централизацию и авторитарность управления, которые сочетались с самыми разными формами народного самоуправления – собраниями, вечевыми сходами и т.п., которые постепенно перешли в «народную монархию». Очень точно это состояние России описал Иван Солоневич: «Каждый народ мира стремится создать свою культуру, свою государственность и, наконец, свою империю. Если он этого не делает, то не потому, что не хочет, а потому, что не может. Или потому, что понимает недостаточность своих сил. Оценивать это свойство с моральной стороны нет никакого смысла: оно проходит красной нитью через всю мировую историю. Но можно морально оценить и методы и результаты имперской стройки. Можно также установить тот факт, что Империя оказывается тем крепче, чем удобнее чувствуют себя все населяющие ее народы и племена.
«Система» - Российская Империя - есть самое старое государственное образование Европы. Она, как единое национальное целое, практически возникла, как «Империя Рюриковичей» и национально, как «русская земля», единая земля для всех авторов всех наших летописей.Сегодняшний возраст Империи Российской приблизительно равен возрасту Римской Империи – около одиннадцати веков. С той только разницей, что Римская Империя – за исключением Карфагена – не имела никаких соперников и что в последние триста лет своего бытия она распадалась и экономически, и политически, и психологически. Современная Россия – даже при коммунизме – громит всех своих конкурентов и не показывает решительно никаких признаков внутреннего распада: коммунизм – это болезнь».
Империя и централизованность управлениявели к неизбежной автаркии, хотя в некоторые периоды истории демократические традиции и институты развивались параллельно с европейскими в Великом Новгороде и при первых Романовых.. Централизованность управления и необходимость защиты от внешних угроз создали изначально не только имперскую форму правленияна Руси, но и особенную роль Армии, которая была исторически связана со всей историей и экономикой Россией. Яркий пример – отношение Петра I к армии и флоту, на содержание которыхуходило до 90% государственного бюджета. Другие действия – «Заграничный поход России» в Европу в 1813 году, Русско-турецкая война, Первая Мировая война и освобождение Восточной Европы, как и многие другие внешнеполитические действия Российской империи и СССР - трудно адекватно понять, если не учитывать этнической, религиозной и культурно-исторической связи Российской империи со своими соседями. Её авторитарность не мешала развитию других стран Европы и народов империи.
Россия фактически создала половину европейских государств. Как справедливо писали авторы фундаментальной работы по истории русской армии в начале ХХ века, «Русские войска упорной борьбой с Турцией добыли самостоятельность Греции, Румынии, Сербии и Болгарии…. Спасли с 1799 по 1814 год Италию и Пруссию (а также Швейцарию и Финляндию – А.П.), освободили всю Западную Европу от тяжелого владычества Французской империи». Даже подавление восстания в Венгрии Николаем I, которого поспешили назвать «жандармом Европы», было сделано по просьбе Австрии, крайне неохотно и позже признано ошибкой. Авторитаризм Российской империи отнюдь не мешал развитию европейских государств. Более того, через 100 лет Россия спасла Францию и Бельгию от наступления Германии, а еще через 30 лет фактически освободила всю Европу и Дальний Восток. Именно эти факты сегодня пытаются побыстрее забыть противники нашего государства.
Иными словами, остается фактом, что у Российской империи существовали столетиями самые тесные связи со многими славянскими (и не только народами), признававшими за ней роль империи. Многие из этих связей сохранились и сегодня, не смотря на настойчивые усилия по их ликвидации, которые, как правило, осуществляются государственными и международными институтами. На Западе больше всего боятся вспомнить о реальной роли Империи и СССР в истории Европы и человеческой цивилизации, прежде всего, её последних десятилетий. Там понимают, что адекватное восприятие России как империи, предполагает конкретные выводы, например, применительно к СВО, - что Россия должна, как минимум, вернуть себе Одесскую область и Приднестровье, а также всё Правобережье Украины, взяв под полный контроль политические режимы на оставшейся территории Украины и в Прибалтике.
Там пытаются игнорировать то, что История демонстрирует, что ровно также, на основах авторитаризма, было и в других империях: Россия во многом унаследовала идеи и нормы Византии. Но Византийская империя была частью Римской империи, а Римская империя была создана системой - римскими гражданами и сенатом, а единая Германия – учителем и фельдфебелем. Императорская Россия и СССР стали естественным образом (государственными и цивилизационными) системами в течение нескольких столетий и закономерной формой существования государства (империей), которое раскинулось на Русской равнине (и позже в Сибири) от Балтики до Тихого океана до естественных границ. Эти границы стали закономерными итогами развития страны в результате продвижения русских на восток и возвращения русских на запад границы Российской империи и СССР, откуда они были вытеснены в середине первого тысячелетия германскими и франкскими племенами. Граница расселения славян в первой половине первого тысячелетия проходила примерно по территории современной Словении и Берлина.
Критика «имперскости». Естественный характер развития Российской импе6нрии на Руссой равнине никогда не устраивал противников России на Западе и на Востоке. Ни столетия тому назад, ни в настоящее время. «Огромность нашей территории», её ресурсные богатства являются тем реальным основанием внешнеполитической агрессии против России, которое в разные периоды её истории, привлекало наших противников. Здесь мы сталкиваемся с решающей ролью субъективного понимания истории и роли российской империи в этой истории, а именно – сознательно негативной трактовке понятия «империя» применительно к России на протяжениинескольких столетий. Ни к империи Великобритании, ни к французской империи, ни бельгийской, голландской и др. империям, а, тем более, к доминирующей в мире в ХХ веке империи США, такого отношения не было.
Ненависть к Российской империи –созданное и культивируемое сегодня искусственно на Западе людьми, планирующими захват и раздел нашей страны. Это политический и субъективный фактор, который, в том числе, навязывался части общества и правящей элите в России и в СССР. Многие ярые современные сторонники укрепления суверенитета России, занимающие видные позиции, активно выступали при М. Горбачёве «против Российской империи» (СССР), доказывая «неизбежность развала страны», невозможность существования империй и т.п. Это объективно способствовало не только ликвидации ОВД и СССР, его силовых институтов, но и искусственному ограничению внешнеполитических интересов России, что и было необходимо Западу. Этот искусственный императив – произведение западных государственных и полугосударственных структур, а не объективная реальность который, как писал Г.В. Плеханов, возникает когда люди «не понимают, что представляют собой продукт обстоятельств и воспитания…., хотя сами забывают, что эти обстоятельства создаются людьми». Иначе говоря, современное представление об империи (России и СССР) – сознательно созданное искусственное представление в интересах Запада, которое поддерживается сегодня настойчиво во многом из страха, что в современной России возобладает наконец реальное представление о будущей России, как империи, влияющей естественным образом не только на сохранение собственной территории и суверенитета, но и влияния на постсоветское пространство, более того, на многие регионы планеты.
«Империя СССР». На территории Российской империи, а до этого Русского государства, на этом геополитическом пространстве к XV веку устойчиво сложилась русская цивилизация, включающая сотни народов и народностей, органично объединенная общей историей, пространством, культурой и религией в традиционной государственной форме – империи, которая формально была признана только при Петре I и Екатерине II.
В XX веке эта империя стала называться Советским Союзом, а народ – «единой общностью советских людей», которая стремительно превращалась в единую нацию.До сих пор таджиков и казахов бывшего СССР на Западе называют «русскими». Российская империя и СССР – закономерные формы империй, существовавших со времен Древней Греции, Персидской империи и Римской империи, Французской и Британской империй, а отрицание этой закономерности и естественности в ХХ веке стало результатом активной пропагандистской русофобской кампании против СССР. Важно оговориться, что российская и советская империи сформировались, исходя не из идеологических, а конкретных политических реалий или ключевых признаков, которые в своём основном качестве сохранились и после развала СССР в имперском центре – России, т.е. имперская форма для России – естественная историко-цивилизационная форма существования государства и нации.
Признание этого факта имеет огромное значение как с точки зрения современного государственного строительства страны, так и организации силового противоборства в отношении внешних противников. Это признание – первый шаг к созданию перспективного и реального политико-идеологического «образа будущего» России, т.е. адекватному формулированию основной цели стратегического планирования. Можно привести в качестве будущего имперского образа России доказательства основные аргументы:
Во-первых, Российская империя, как и все империи, имели сложное территориальное устройство. Она объединила разнородные территории и народы, которые находятся на разных уровнях развития и в разной степени зависимости от центра. При этом в территориально организации империи часто сочетается унитаризм, федерализм, конфедерализм, элементы самоуправления и децентрализации, но при стойкой тенденции к централизации (которая была преодолена только сговором правящих элит и разрушением имперской власти начале 90-х годов).
Во-вторых, наличие имперского центра (метрополии) или «ядра государства», где сосредоточены верховная власть, основные политические институты и откуда осуществляется управление. Метрополия обычно доминирует над периферией, эксплуатируя её ресурсы. Но в случае с СССР часто происходило наоборот – метрополию эксплуатировала периферия. Вклад отдельных территорий (прежде всего, Грузии и Прибалтийских республик) в ВВП империи был значительно меньше того, что они получали от империи.
В-третьих, существованием единого рынка. На территории СССР существовал единый рынок, который доминировал в экономике. Этот рынок был разделен не по политическим, а социально-экономическим критериям. Например, экономика Армении была на 80% интегрирована в экономику империи.
В-четвертых, наличие стержневого (имперский) этноса, который составлял русская нация (порядка 75%). Империя почти всегда формируется вокруг доминирующего народа или группы родственных этносов, который обеспечивает её воспроизводство. Такой группой этносов в России была великорусская нация, объединявшая русские, белорусские и малороссийские племена и союзы племен, абсолютно доминировавшие в населении империи.
В-пятых, империя носила практически всегда идеократический характер. Помимо официальной идеологии, империя часто порождает собственную идею (например, концепцию «вечного Рима» или «всемирной миссии» Британской империи), которая легитимирует верховную власть и имперский порядок, в России с XV века (после падения в 1453 году Константинополя) такой идеей стала «Москва – Третий Рим». При СССР ускоренно стала формироваться социалистическая идеология и общность «советских людей».
В-шестых, специфические методы государственного управления и контроля. Для поддержания единства империя нередко использует непрямые, опосредованные формы контроля чрез имперские институты над периферией — через местных правителей, протектораты, экономическую или культурную гегемонию, а не только прямое административное подчинение.
В-седьмых, активная (агрессивная) внешняя политика и успешная экспансия. Империи часто возникают в результате завоеваний, стремясь расширить свои границы и сферы влияния. Но не всегда. Российская империя достигла границ своего расширения в XIX веке после присоединения Средней Азии. Победы Вооруженных Сил СССР во время Второй Мировой войны над Германией, Японией и их союзниками означали геополитическую победу не только страны, но и русской цивилизации.
Этот новый образ России и её новая национальная стратегия формируются в условиях нарастающего с конца прошлого века военно-силового противоборства в мире и пересмотра основ и институтов всего мирового порядка. Налицо – долгосрочный цивилизационный кризис и пересмотр всех правил и норм. к которым придется приспосабливаться новой России. В экономике это отчетливо видно на примере того, как доминирование доллара уступает свою роль физическому золоту. Сдвиг уже стал историческим. Впервые с 1996 года доля золота в совокупных резервах центробанков мира превысила долю американских гособлигаций. Это разворот эпохи: то, что десятилетиями считалось главным резервным активом планеты и главным силовым инструментом США, уступает место физическому металлу и его аналогам.
В этих условиях России предстоит делать сложные поправки в своей стратегии, учитывающие реалии силовой борьбы основных цивилизационных центров планеты. На практике это означает выбор в пользу одного из центров силы, либо ставку на превращение в самостоятельный центр силы или государство-цивилизацию.
Имперский «образ России». После развала Социалистического содружества, ОВД и СССР и последующих системных псевдореформ в России в 20-е годы нового века осталась нерешенной самая острая и наиболее приоритетная проблема формирования будущего образа государства и нации и, как следствие, будущей национальной стратегии на долгосрочную перспективу. Споры о том, будет ли Россия частью Европы или Азии, или некой «Азиопой», имеют принципиальное значение не только с политико-идеологической точки зрения, но и выбора конкретного социально-экономического вектора развития. В том числе и споры о роли России в мире и форме её существования и правления.
Расхождение в таких спорах в российском обществе было и остается очень большое. В целом общий вектор в движении России в последние три десятилетия можно обозначить как медленный «откат» от сумасшедшего либерального «рывка» 90-х годов и постепенное установление нового равновесия: но маятник качается и во всех вопросах развития и безопасности отчетливо просматриваются два подхода – сохраняющийся либерально-западный и ориентированный на развитие страны в качестве самостоятельного центра силы и государство-цивилизацию. Конституция России 1993 года – пример тактического успехалибералов-западников в политической борьбе с суверенитетом России, но «Крымская весна» и СВО стал важнейшими этапами разворота в этой политики во всех областях, в том числе и в представлении о будущем России и её государственном устройстве.
После прихода к власти В.В.Путина наметился поворот в направлении укрепления суверенитета России. Это фактически означало выбор национальных приоритетов и определение главной части национальной стратегии – целеполагания. Споры о том, какая будет Россия – демократическая или автократическая, монархическая или республиканская (и какие формы монархии и республики могут быть), православная, многоконфессиональная илимежконфессиональной, конфедерация, унитарное государство или федерация, или даже империя, пока что не привели к сколько-нибудь окончательному и общепринятому консенсусу.
В XXI веке, однако, Россия движется, скорее, всё ещё по инерции начала 90-х годов, которая была во многом сформирована авантюристами, западными институтами, а нередко и просто жуликами. Теми, кто прикрывался лозунгами демократии и её «абсолютной ценности» для человечества. Это движение по либерально-демократической инерции еще достаточно сильное, что наглядно показал пример с регистрацией партии «Яблоко» на выборах в Государственную думу в 2026 году, когда часть правящей элиты России захотели в очередной раз «сыграть по демократическим правилам», доказав свою лояльность западным ценностям. Отдельного разговора заслуживает мотивация тех, кто принимал решение о регистрации. Публично Элла Памфилова объяснила его необходимостью продемонстрировать миру полноту демократических процедур: смотрите, Россия играет по правилам даже в условиях войны.
Империя и русофобия. Русофобия – не следствие антикоммунизма, а ненависти страха к сильной России. Коллективный Запад не собирается аплодировать российскому суверенитету и идентичности. Европейские и американские элиты сделали стратегическую ставку на поражение России, и наличие или отсутствие многопартийных выборов не имеет для этой ставки ни малейшего значения. Румыния, Молдавия, Армения — список территорий, где западные кураторы без малейшего смущения ломали электоральные процедуры, давно перестал быть коротким. Свежие примеры ещё показательнее: вторжение в суверенное государство, арест законного президента, публичное заявление о том, что нефтяные доходы этой страны отныне идут в американский бюджет, военная агрессия против Ирана — и ни единого голоса осуждения со стороны тех, кто любит рассуждать о «правилах» и «демократических стандартах». Витринная демократия в условиях экзистенциального противостояния создаёт не имиджевые дивиденды, а внутренние уязвимости.
Но не только. Значительную роль в этом процессе сыграла волна русофобии на Западе, которая была, естественно, не просто организована в США и странах-союзниках, но и настойчиво транслировалась через западные институты в Россию. Её носители – ученые, преподаватели, СМИ – за западные гранты и не бескорыстно создавали атмосферу русофобии в стране. Более того, в самый разгар «улучшения отношений» в 90-е годы на Западе уже осознанно принимались меры по ослаблению и уничтожению России в будущем.Фины, например, которые были обязаны многим Советскому Союзу и России, радикально начали пересматривать свою внешнеполитическую стратегию. Уже в 1992 году в правительственных докладах Финляндии, например, понятие нейтралитета было заменено на «военное неприсоединение». К 1995 году термин окончательно исчез из официальных документов по оборонной политике. С 1994 года Хельсинки активно участвовали в программе НАТО «Партнерство ради мира». После 2004 года дискуссии о полноценном членстве стали регулярными, а вступление в НАТО привело к сворачиванию многолетних программ сотрудничества и переходу к открытой конфронтации. Приграничные регионы Финляндии, например, вдруг стали зоной потенциального военного противостояния.
Важное значение имело и советское, в том числе коммунистическое, наследство, в частности, русофобия основоположников марксизма К. Маркса и Ф. Энгельса. Для миллионов людей в Советском Союзе и за его пределами Карл Маркс был отцом научного коммунизма, чьё учение стало официальной идеологией великой державы. Ирония истории в том, что человек, чьи идеи пустили самые глубокие корни именно на русской почве, испытывал к России и её народу чувства, которые сегодня назвали бы откровенной русофобией. Он называл русских «варварами», «рабами», отказывал им в принадлежности к славянскому миру и призывал уничтожить ключевые порты империи. Своё отношение к России Карл Маркс изложил в серии статей для американской газеты New York Daily Tribune, написанных в разгар Крымской войны (1853–1856 годы). Позже эти тексты были изданы в Лондоне под названием «Разоблачения по истории тайной дипломатии XVIII века». В них Маркс описывал Московское государство не как наследника древней Руси, а как порождение монгольского ига, которое возвысилось не благодаря культурному или экономическому развитию, а исключительно благодаря «виртуозной рабской политике». Важно подчеркнуть, что ни к России, ни к народу эта русофобия отношения не имела. Она была «политической русофобией«в отношении политической системы и внешней политики.
В разгар войны Маркс не скрывал своих радикальных желаний. Он призывал уничтожить ключевые порты империи — Одессу, Кронштадт, Севастополь, Ригу — чтобы оставить Россию «гигантом без рук, без глаз». Для Маркса Крымская война была не просто очередным геополитическим конфликтом, а «священной борьбой европейских наций» против «варварского ига славян». Но самый скандальный тезис Маркса касался самого этнического происхождения русских. В 1865 году в письме Фридриху Энгельсу он написал: «Великороссы не славяне... настоящие московиты, то есть жители бывшего Великого княжества Московского, большей частью монголы или финны». По его мнению, Русь узурпировали московиты, а название «Россия» — это имя, которое было присвоено, а не унаследовано. В его взглядах отражались бытовавшие в немецком обществе антирусские и антиславянские стереотипы.
Немалую роль сыграли и политические события. В 1848–1849 годах, когда в Европе бушевали революции, Россия выступила в роли «жандарма Европы», подавив восстания в Венгрии и других странах. Для Маркса, который видел в революциях двигатель истории, Россия была главным врагом прогресса. Он даже заявлял, что «ненависть к русским была и остаётся первой революционной страстью». Карл Маркс не просто критиковал российское самодержавие — он презирал сам русский народ, отказывал ему в принадлежности к славянскому миру и видел в нём лишь наследников «монгольского рабства». Его взгляды были не просто научной позицией, а глубоко личной неприязнью, подкреплённой европейскими предрассудками и политическими расчётами.
Империя и безопасность. За ненавистью к России стоит очевидная политика Запада в области безопасности, точнее, - уничтожения и раздела России, где «имперское качество», безусловно, препятствует реализации этого плана: разделить империю, труднее, чем конфедеративное или, тем более, федеративное государство. Эта политика прослеживается с XVI века, когда соединенное войско Стефана Батория (куда входили полки поляков, литовцев, французов, нескольких немецких и малороссийских земель) осадило Псков и пыталось захватить всю Северо-Западную Русь. Позже эта политика была отчетливо видна на примере Польши и Швеции, пытавшихся захватить Правобережную Украину. История Украины и отношений с Россией – показательна. Исторически, еще со времен Б. Хмельницкого и гетманов периода Украины, попытки формирования какой-либо государственности обязательно сопровождались поиском внешних покровителей. Обычной практикой было нахождение под протекторатом нескольких соседних государств. Украинские историки называют это поливассалитетом. Это касалось и УНР, и Гетманата, и Директории; сейчас касается современной Украины.
В январе 1919 года был подписан документ о передаче Украины по существу под протекторат Франции. Попытка достижения соглашения с Советской Россией была сознательно сорвана Петлюрой. Французы выставили Директории целый ряд политических и экономических условий, касающихся передачи им контроля над железными дорогами и финансами Украины, возвращению поместий их собственникам, создания смешанных франко-украинских частей, естественно, под командованием французских офицеров, оккупации всего Юга Украины .
Украина радикально расширила фронт, по которому проходит граница защиты империи. В настоящее время в дополнение к балтийской, активизируется приднестровская тема (молдавские войска комплектуются «одноязычными» румынами, проводится боевое слаживание, с 3 по 17 июня проведены учения Sea Breeze-2026, в Кишиневе развернут пул военных советников из США, Германии, Франции и др.; к военному планированию в массовом порядке привлечены операторы войск беспилотных систем ВСУ, которым отводится воздушное обеспечение приднестровской операции). В политическом плане осуществлен «проброс» возможности принятия в ЕС Молдавии без Украины (по версии Санду, «окно возможностей»).
Надо сказать, что аналогичные процессы шли в то же время (да и сейчас) в других странах особенно активно потому, что в мире усиливались две противоположные тенденции – глобализация и автаркия. Автаркия неизбежно ставит по-новому важнейшие вопросы государственного устройства, которые решаются в разных странах очень по-разному. В России не было времени и условий серьезно подойти к решению этого вопроса из-за оголтелой борьбы политических авантюристов за власть. В 1993 году поторопились принять Конституцию после открытого мятежа и уничтожения оппозиции, в которой недостаточно полно были отражены национальные приоритеты и ценности, а государственное управление во многом фактически сохранило советские черты – от федеративного устройства до решающей роли федерального центра. Можно сказать, что экзистенциальный выбор России еще отложен, что очень хорошо подтверждает ход СВО и отношение к нему части правящей элиты и общества.
Этот процесс выбора «идеального будущего» для нации всегда опасен, ибо затрагивает фундамент нации и государства, но особенно опасен, когда попадает в зависимость от субъективной воли отдельных лиц-временщиков, которые развалили СССР и могли не только развалить, но и уничтожить Россию, которую стагнация и хаос довели к 2000 году до границ самоуничтожения. Например, предопределял выбор Военной доктрины – оборонительную или наступательную.
В истории такое случалось не раз. Достаточно сказать, что в VIII веке в Византии иконоборчество привело к смене власти, религии и государственного устройства, а в то же время в Возрожденной Римской Империи Карла Великого - к появлению праобраза будущего Евросоюза. Иногда, как на Украине (а до этого в гитлеровской Германии), поиски национальной идентичности политическими авантюристами приводили к рождению самых диких идей, образов и стратегий. Таковой в итоге стала Украина, которая явилась первопричиной самой крупной войны в Европе в XXI веке.
В многом эти процессы затронули и Россию, которая разделилась на несколько лагерей, хотя вектор её развития в настоящее время всё более уверенно определяется в направлении социально-традиционалистской автаркии. Все чаще и больше людей приходили к выводу о её государственном устройстве, как о государстве, которое не может не быть империей – геополитически, экономически и военно-политически.
Ситуация в стране обострялась из-за того, что перемены 90-х и последующих десятилетий имели одним из важнейших результатов абсолютное неверие большинства граждан власти, которая регулярно грабила и обманывала собственных граждан: дефолты и изъятия собственности, здоровья, времени, уважения и достоинства следовали год за годом. Но власть обманывала не только в социально-экономической области, но и в других областях государственного строительства. Так, «перестройка» началась с нескольких искусственно придуманных идеологами реформ тезисов, одним из которых был тезис о «конце империй» (которому отдали должное многиеполитики и политологи даже среди нынешних «государственников»), «закономерном развале империи - СССР» и его институтов.
На самом деле изначально целью было ослабление государственных институтов (в следующем порядке – МВД, КГБ, Армии и флота), других институтов (законодательных, исполнительной власти, партии) государства, что и было сделано в итоге к моменту развала СССР. Такой же обман был и на переговорах по ограничению и сокращению вооружений, которые привели в итоге к разрушению потенциала СНВ и РСМД в РОссии.
Такой же обман был совершен с «роспуском» СССР и ОВД и учреждением СНГ, реформированием всех силовых институтов новой российской власти, который привел к их фактической ликвидации. Так, от всего ОПК СССР осталось менее 80%, а такие подотрасли, как приборостроение и станкостроение были практически все уничтожены.
Но – далеко не для всех. Определенная часть граждан, которая грабила своих сородичей, откровенно и бессовестно обогащалась, а государство этого не стыдилось и даже поощряло. Возник колоссальный разрыв между 2-5% населения, которое получило все блага и даже более того, и другой социальной группой - 15-20% граждан, которые получили подачки от происходящего в стране и огромным большинством, которое каждый год теряло имущество и здоровье.
Говорить в таких социальных условиях о некой единой форме государственного устройства и управления было невозможно. Но ситуация радикально осложнялась тем, что для ведущих государств мира эта нерешенность внутренних проблем в России была важнейшим условием её разграбления и последующего уничтожения. Развитие международной и военно-политической обстановки (МО-ВПО)стремительно вело именно к такому финалу. Этому способствовала нарастающая в мире хаотизация, когда США создавали хаос, в котором государства всё менее были способны самостоятельно защитить свои национальные интересы. Причём, это относится не только к противникам, но и союзникам США.
В качестве примера можно привести оценку состояния МО-ВПО и определение характера угроз, сделанные в июле 2026 года известным американским профессором в авторитетном журнале «Форин Аффеарс»: «Война с Ираном является ярким примером этого поворота событий. Если война в Персидском заливе (декабрь 1991 года – «Буря в пустыне») продемонстрировала американское доминирование, то сегодняшние столкновения вокруг Ормузского пролива показывают ограниченность американских возможностей. Наступает новая эра, в которой предположения пост-холодной войны переворачиваются с ног на голову. Соединенные Штаты не способны подчинить себе волю силой, применяя её с минимальными затратами. Вместо того чтобы гарантировать стабильность и предсказуемость, американская мощь стала источником нестабильности. Более слабые державы усвоили преимущества неповиновения и дестабилизации, и они обладают инструментами, позволяющими наносить огромный ущерб Соединенным Штатам, их союзникам и партнерам. Грядущая эра будет характеризоваться более частыми кризисами, более высокими издержками на защиту мировой торговли и усилением конкуренции за стратегически важные точки мира. Правила власти, действовавшие в пост-холодную войну, угасли, и нас ждет более опасный международный порядок».
Парадоксально, но факт: в ведущейся войне по освобождению российских регионов у многих граждан России до настоящего времени нет понимания того, что идет не просто тяжелая и масштабная, но военная операция, а глобальная война с Западом (которая пока что находится на относительно мирной стадии своего развития, когда западная сторона стремится избежать прямого участия в военных действиях), которая прямо угрожает самому существованию государства и нации на территории нынешней России и русскому этносу на постсоветском пространстве. В российской правящей элите и общественном сознании в большинстве своём не произошло главного, а именно – адекватного осознаниятого, что мир перешел из контролируемой, относительно мирной, стадии военно-политического силового противоборства к бескомпромиссной войне за выживание, преследующей экзистенциальные цели, когда промежуточные результаты (в том числе в ходе СВО) становятся только временным условиемкомпромиссов для будущих войн. Как война в Персидском заливе, так и более крупная война на Украине, в которой за день гибнет столько же, сколько за месяц на Ближнем Востоке, не привели к окончательным результатам. В этом смысле стратегии государств – Соединенных Штатов, Израиля, Ирана, России и ряда других – ориентированы на более масштабные и долгосрочные цели, чем публично обозначают попытки ведения переговоров.
Таким образом, окончательное осознание критически важных, масштабных и долгосрочных целей в России у большинства правящей элиты пока что не произошло. Прежде всего, потому, что мы так и не смогли обозначить конкретно будущий «образ России» и стратегию превращения этого образа в реальность, т.е. конкретных способов достижения поставленных целей. Например,геополитических, которые вытекают из объективных реалий: Россия крупнейшая в мире держава, обладающая самыми крупными природными ресурсами, и контролирующая Евразию и морские коридоры Северного полушария. Или, например, политических, которые вытекают из того факта, что Россия вот уже 300 лет великая держава. Или военно-политических, которые являются следствием исторических и цивилизационных обязательств России перед народами России и государствами Евразии.
Поэтому в общественном сознании и у самой правящей элиты до сих пор не произошла и окончательная смена существующих физиологических и идеологических доминант в стратегии России (ориентированных в большинстве своем на личные интересывыживания, сложившихся в последниедесятилетия), не планирующие отражение реальной экзистенциальной угрозы существованию государству и нации в России. С одной стороны, политики и СМИ настойчиво заявляют о масштабной подготовке глобальной войны с Россией к 2030 году, а, с другой, не происходит сколько-нибудь заметного и системного усиления национальной мобилизации, необходимой для подготовки к такой глобальной войне. Государство и общество живут параллельно, как бы, «в двух мирах» - «на Патриарших» и «в окопах на ЛБС».
Также параллельно сосуществуют две доминанты и два «народа» – один (меньшинство) полагает, что война против России неизбежна и уже участвует в том или ином качестве в СВО, а другой (большинство) существует в доминирующей парадигме «сам для себя», не предполагающей сколько-нибудь активного участия в борьбе за выживание России. При этом вполне закономерно нарастает непонимание, превращаемое во враждебность, между этими двумя частями одного народа, на одну из которых приходится большинство трудностей – от налетов БПЛА и нарушений в подаче энергии и воды до роста цен и ухудшения условий жизни.
Вторая часть населения (точнее – правящей элиты) упорно делает вид, что СВО её не касается. Более того, её существование сопровождается миллиардными хищениями, коррупцией и воровством, откровенной рекламой доминанты наживы.
Империя и идеология. Чтобы произошло осознание реальности экзистенциальной угрозы нации и государству, необходима смена идеологической и физиологической доминанты, когда интересы нации и государства (как минимум, у значительной части нации и её элиты) станут не менее значимы, чем личные. Нужна не просто целенаправленная работа власти и правящей элиты по пропаганде и патриотическому воспитанию, но необходимо рассмотреть по-новому весь комплекс условий, формирующих эту доминанту, в политике, экономике, финансах и информационном обеспечении.
Причем, изначально пересмотреть, как минимум, основные посылки современной политической истории и права, нравственности и социально-экономических условий, в которых сложилось и существует современное общество. Так, например, необходимо снова пересмотреть отношение к событиям 80-х и 90-х годов и лицам, участвовавших в них. Очевидно, в частности, что М. Горбачев не просто допустил развал ОВД и СССР, но и лично участвовал в этих преступных действиях, в результате которых современная Россия потеряла миллионы граждан, более 60% своего ВВП и откатилась на десятилетия в своем развитии.
Надо признать, что не только СВО, но и другие многочисленные конфликты и катастрофы для российской нации – прямое следствие его политики, которую значительно усугубила политика и личность Б. Ельцина. Это означает, что признание их политики преступной, а их деятельности – преступлением, будет началом процесса формирования нового отношения в исторической и идеологической доминанте.
Признание этого означает, что современное понимание состояния МО-ВПО во многом найдет свое логическое объяснение, когда будет признано преступным результатом деятельности конкретных лиц, а не будет абстрактной констатацией, самой общей нормой в анализе. Без такого признания, например, как преступного и незаконного развала СССР, бывшая УССР так и будет считаться самостоятельным и независимым государством, а не результатом случайного преступного деяния конкретных лиц. Кстати, Договор с Германией (2+4) 1990 года, по которому бывшая зона оккупации СССР – ГДР – была передана Германии, в настоящее время нарушен, что позволяет России денонсировать этот документ.
Во многом современное фактическое состояние МО, связанное с исчезновением противовеса в мире в виде ОВД и Социалистического содружества, до настоящего времени не осознано, что нарушена традиционная и последовательная цепочка логического развития событий и сценариев развития МО и ВПО, когда традиции, нормы и правила демонстративно отброшены даже в политической риторике. Для России, Ирана и многих других стран мир оказался поделен на два лагеря, один из которых хочет уничтожить другой, подчинив его абсолютно своему влиянию и уничтожив его идентичность, а другой сопротивляется этому нападению, не всегда осознавая, что оно имеет для него экзистенциальный характер.
Это означает, что не произошло до конца осознание того, что война России на Украине – это не специальная военная операция России по защите русских интересов и нации на территории бывшей УССР, а борьба завыживание всей русской нации (в широком понимании этого термина), которой угрожает уничтожение: поэтапно – суверенитета, территориальный раздел и неизбежный демонтаж национальной идентичности.
Прежде всего, теми, кого сделали на Западе не просто русофобами, а «антирусскими», причем в большинстве своем которые были советскими, российскими и даже русскими, которые стали инструментом в руках противника России. Причем, не только на Украине и в западных странах, но и в самой России. Миллионы наших сограждан в СССР и после развала страны последовательно прошли путь от антикоммунизма до антисоветизма и русофобии, а теперь стали открытыми (или пока ещё замаскированными, что более опасно) врагами нашей страны, которые искренне и жестко желают уничтожения России. Не В.В. Путина, даже не политического режима, а государства и всей нации. Роль В.В.Путина в этих условиях, как и прежних российских лидеров, становится ключевой, заставляя вновь вспомнить о Н.М. Карамзине и его первой истории Российского государства, где Концептуальным ядром стала идея самодержавия как главного фактора русского исторического процесса. Н.М. Карамзин был убеждён: Россия может существовать только как самодержавная монархия. Вся русская история — это череда взлётов, когда власть была сильной, и падений, когда она слабела. История России для него — это прежде всего история её государей. Что во многом справедливо.
Эти люди, подчеркну, проживают не только на Западе, но и в самой России. И это стало результатом чрезвычайно активной и долговременной кампании, начало которой было положено еще в советско-имперские времена как кампания против «царского режима», потом «советской власти», «коммунистической диктатуры», «борьбы за права человека и демократию». Постепенно, но очень быстро эта кампания превратилась в антироссийскую, потом и в русофобскую кампанию, которая сегодня уже трансформируется в отрытую войну против русских, против России. Проблема, повторю, однако, в том, что мы во многом по-прежнему относимся к такой борьбе как «борьбе в рамках международных правил», а не как к войне на уничтожение нации. «Война на уничтожение» – это современная доминанта – война против палестинцев в Газе, против Ирана, это война против русских на Украине и в России, где конкретными исполнителями чужой воли выступают порой те же русские.
Поэтому нынешний «переходный период» – это переход от жесткого военно-силового противоборства, как логичного и последовательного результата развития холодной войны (который игнорировали при М. Горбачеве и Б. Ельцине), к войне науничтожение России и русских. Это трудноосознать и принять, но без этого реально и адекватно оценить перспективу развития ВПО и стратегии России в будущем невозможно потому, что современная стратегия России достаточно инерционна и ориентируется традиционно на такое же инерционное развитие базового сценария и его вариантов ВПО, о которых подробно написано, например, в нескольких работах, в том числе и в этой работе. Эта традиционная логика в настоящее время находится под очевидной угрозой.
Некоторые коррективы в оценке и прогнозе развития ВПО в мире и стратегий, конечно же, предпринимались, но они не влияли в целом на общую тенденцию. Поэтому эскалация в развитии сценариев ВПО и военной стратегии США была не всегда и не очень заметна: нередко «случайно» находились политики и эксперты, которые называли естественное обострение и переход на другой уровень эскалации «временным явлением», которому смогут противостоять «разумные силы» и т.д.
Стоит отметить, что логика развития ВПО и во многом, как следствие, военной политики и стратегии США (и почти всех стран-союзников) до недавнего времени, наверное, до начала войны в Газе (т.е. в последние два десятилетия) была достаточно строго последовательной и выдержанной. Суть такой политики США и Запада – эскалация, т.е. постепенное повышение уровня военно-силовогопротивоборства с Россией (предполагающее сохранение конечной цели – ликвидацию национальной идентичности и суверенитета России), Китаем, Ираном и другими странами, препятствующими контролю США, и сознательная эскалация на всех уровнях противостояния США. Такая постепенность была нужна США для сохранения контролянад эскалацией, который не угрожал бы непосредственно и неожиданно военной безопасности и территории самих США.
Это отчетливо видно последнее десятилетие, но – надо подчеркнуть – тактика разных президентов и правящих элит Запада несколько отличалась. Так, если Д. Байден и глобалисты в странах ЕС были (по-прежнему, некоторые из них) ориентированы на использование в своих целях международных институтов, ценностей и норм, созданных Западом в последние десятилетия, то Д. Трамп и другие сторонники автаркии на Западе – принципиально и откровенно предпочитают приоритет национальных интересов и ценностей. Иногда даже не просто откровенно прагматично, но даже цинично.
Естественно, что такая тактика неизбежно усиливает процесс хаотизации в мире иувеличивает вероятность развития новых (в том числе принципиально новых и неожиданных) сценариев МО и их конкретных вариантов. Поведение Д. Трампа наглядно иллюстрирует, что он не просто готов, но и активно применяет принципиально новые заготовки, которые (важно отметить) тщательно продуманы, логичны и последовательны, а не являются экспромтом. Это – принципиально важно потому, что не просто допускает, но и предполагает неожиданные (но тщательно подготовленные) резкие изменения в политике и стратегии США, которые могут радикально влиять на развитие МО и ВПО. Например, в случае с Венесуэлой, где похищение президента стало приемом, с помощью которого США получили контроль над крупнейшими в мире запасами нефти.
Проблема, таким образом, в том, что вероятность прежнего, относительно предсказуемого развития ВПО становится всёменьше, точнее, – практически нулевой, если смотреть на перспективу 10-15 лет, потому что хаотизации системы МО стремительно нарастает не только по мере объективного процесса фрагментации и роста многополярности, но и субъективного поведения правящей элиты США и некоторых других стран и союзников. Это означает, что в нарастающем мировом хаосе полагаться, как прежде, на логику и сохранение тенденцийнапрасно. Реальная стратегия государств (как у США – строго логичная и последовательная) скрывается сознательно за дезинформацией и сознательно противоречивой риторикой.
Это же означает, что политика и стратегия России в будущем наверняка столкнутся с неожиданными решениями, которые невозможно прогнозировать конкретно, например, в области военного строительства. Наивысший уровень в этой области – стратегический,- когда невозможность нанесения ядерного удара гарантировалась ответным ударом, с одной стороны, и отсутствием широкомасштабной системы ПРО, - с другой. Американские разработчики космических перехватчиков в рамках программы ПРО "Золотой купол" переходят к следующему этапу испытаний после успешного завершения первых тестов, сообщает агентство Блумберг со ссылкой на возглавляющего проект генерала космических сил США Майкла Гетлейна.
Ранее агентство со ссылкой на источники сообщало, что Пентагон планирует завершить первые испытания по программе космической противоракетной обороны до конца 2026 года.
"SpaceX, Northrop Grumman и другие компании, разрабатывающие космические перехватчики для президента Дональда Трампа в рамках программы "Золотой купол" стоимостью 185 миллиардов долларов, успешно завершили свои первые ключевые испытания, что стало ранним признаком прогресса в создании экспериментальной оборонной технологии", - передает Блумберг.
Первые тесты для ряда компаний включали передачу данных с датчиков на перехватчик и проверку работы двигателей их космических аппаратов, следует из материала. В мае 2025 года президент США Дональд Трамп сообщил, что американские власти выбрали архитектуру для своей системы ПРО "Золотой купол", которая обойдется стране примерно в 175 миллиардов долларов. Он отметил, что система будет включать наземные, морские и космические системы, а ввод ее в эксплуатацию ожидается до конца его второго президентского срока. Телеканал CNN со ссылкой на источники, знакомые с ситуацией, позднее сообщал, что первое крупное тестирование "Золотого купола" планируется на конец 2028 года.
В частности, при подготовке ГПВ и ГОЗ. Д. Трамп – яркая иллюстрация этой особенности такой политики и стратегии, которая вполне соответствует развитию современной МО-ВПО и которая сохранится, как минимум, несколько десятилетий в будущем.
В том числе в военной стратегии и политике. Так, например, на протяжении всего 2025 года в США активно обсуждался будущий военный бюджет, который превысил 1000 млрд долл., однако всего через 3 месяца 2026 года оказалось, что этот бюджет может быть увеличен еще на 500 млрд. долл. Причем в самых важных областях, где администрациянамерена запросить около 260 миллиардовдолларов на закупки ВВСТ и около 220миллиардов долларов – на НИОКР (исследования, разработки, испытания иоценку). В случае принятия законопроекта осогласовании бюджета к этой сумме навооружение будет добавлено около 280миллиардов долларов.
Опыт Ирана и СВО показал исключительную важность ВТО и систем ПВО-ПРО, что нашло свое отражение в среднесрочных планах закупки ВВСТ США. Так, в январе 2026 года компания Lockheed Martin заключила соглашение с Министерством обороны США об увеличении производственных мощностей по выпуску перехватчиков PAC-3, что привело к заключению первоначального контракта на сумму 4,7 миллиарда долларов в апреле. В марте компания подписала еще одно соглашение с Пентагоном о наращивании производства высокоточных ракет PrSM, а в конце прошлого месяца заключила еще один крупный контракт на сумму почти 35 миллиардов долларов для увеличения производства перехватчиков THAAD ( Terminal High Altitude Area Defense ) в течение семи лет. В пресс-релизе Lockheed Martin говорится, что компания намерена значительно увеличить производство PAC-3 MSE и утроить мощности к концу 2030 года.
При этом сохранится публичная риторика Д. Трампа, ориентированная на откровенную и прямую дезинформацию противника. Эту тенденцию – строгой логики антироссийской стратегии (военного строительства и действий в мире) и публичной политической дезинформации – отчетливо показала война США и Израиля с Ираном, а до этого СВО. Требования стран ЕС закончить СВО, например, просто параллельно сочетаются с конкретными мероприятиями по подготовке войны с Россией и нарастающей русофобией, а политика глобального уничтожения союзников России – Сирии, Ливии, Венесуэлы, Ирана, Армении, Молдавии, Сербии – и подготовки к широкомасштабной войне – с предложениями о сотрудничестве.
Война в Иране и СВО продемонстрировали значение новых технологий, особенно БПЛА, но эти же войны показали другое, а именно: исключительно важное значение национального человеческого капитала, прежде всего такого его качества как стойкость (боевую устойчивость), профессионализм, творчество и способность самостоятельного принятия оригинальных и эффективных решений, опирающихся на национальную идентичность и патриотизм. От него, в частности, у правящей элиты государств в нарастающей степени зависит эффективная внешняя политика, военные результаты и стратегия государства. В том числе и по сохранению национальной идентичностии суверенитета. Это – важнейшийполитический и военный ресурс, который Запад системно пытается уничтожить.
В условиях хаотизации МО-ВПО исход военного противоборства, как показали война в Иране и СВО, рассматривается не как частный военный исход, а как результат системнойпобеды нации в тотальной борьбе «за выживание», прежде всего, с точки зрения сохранения идентичности и суверенитета. Даже в тех случаях, когда не проводится общенациональная мобилизация. Чем выше системность в таком противоборстве, тем эффективнее борьба. И наоборот, если системности в политике у нации нет, то никакие действия на фронте их не компенсируют. Так, неконтролируемая миграция привела к отторжению Косова, а теперь, возможно, и дестабилизации и потере суверенитета у Сербии.
Неожиданная для многих атака Ирана не только на Израиль, но и на американские базы в соседних государствах и блокада проливов, удары по инфраструктуре и центрам обработки информации представляет собой именно системный военный ответ, а не ожидавший на Западе только военный ответ Ирана по Израилю, к которому тот был хорошо подготовлен еще в 2025 году.
В 2022-2026 годы в ходе СВО именно такой ответ нанесения ударов в глубину и по более широкому спектру целей, постепенно, «по-эскалации», использовался Россией против Украины. Эту форму ведения боевых действийиспользовали ещё в Германии, как считаетбывший НГШ ВС РФ Ю.Н. Балуевский, Она была «саморегулируемой системой, котораясама учится и адаптируется через обратнуюсвязь». Там, где Карл фон Клаузевиц ставил вцентр решающее сражение, Свечин развивалконцепцию системы общей адаптации: войнакак непрерывный процесс стратегическойподстройки. В этом смысле сегодняшняяроссийская модель на СВО — скорее "поСвечину", чем "по Клаузевицу". Этот способведения конфликта означает, что боевыедействия организуются как контуруправления — ради того, чтобы приминимальных собственных затратахнаносить максимальный системный ущербпротивнику.
Надо признать, что стратегия США в отношении России последних 4 лет полностью соответствовала этому системному подходу, который конкретизировался в следующихпринципах:
- делать максимально плохо России по всему спектру возможных средств силового влияния – от экономики, культуры, образования до спорта (уже летом 2026 года к числу «запретны» субъектов для сотрудничества было добавлено 35 российских университетов);
- одновременно все меры должны предполагать, что, эти действия были полезны США. Идеальное решение – закупка американских ВВСТ у США за деньги стран ЕС;
- не допустить нарушения главного условия стратегии перехода к неконтролируемой эскалации, угрожающей территории США. Примечательно, что именно в войне против Ирана этот системный подход полностью подтвердился:
- использование наиболее технологичных ВВСТ. Так, США наносили удары ВТО по приоритетным целям (за первый период – 33 дня – 15 000);
- добиться того, чтобы парализоватьтранспортировку углеводородов (собственная зависимость не более 5%, а цены на американскую нефть компенсировали потери);
- военная эскалация тщательно контролировалась, как и потери США.
Надо признать, что потери собственно США в технике и людях – минимальны (хотя, безусловно, сильно занижены, как и в предыдущих войнах), но сравнивая их с проблемами для Китая, Индии и России, видно, что возможные геополитические и экономические приобретение значительно больше. В частности, возможный контроль над углеводородами Среднего и Ближнего Востока.
При этом главные конкуренты США – Китай, Индия и ряд быстро развивающихся стран – потребляли 40-70% углеводородов Залива, а их экономика стала испытывать почти сразу же затруднения, что неизбежно отразится на экспорте. Китай оказался под углеводородным контролем США и в будущем потеряет свои темпы развития, которые базировались на углеводородах Залива и транспортных коридорах.
Надо признать, что современная стратегия России достаточно инерционна и ориентируетсяв целом на такое же инерционное развитие базового сценария и его вариантов мировой ВПО, о которых подробно написано в нескольких работах, в том числе и в этой работе. Стоит отметить, что логика развития ВПО и во многом, как следствие, военной политики и стратегии США (и почти всех стран-союзников) в последние два десятилетия была достаточно последовательной и выдержанной. Суть такой политики США и Запада – повышение уровнявоенно-силового противоборства с Россией (предполагающее сохранение конечной цели – ликвидацию национальной идентичности и суверенитета России), Китаем, Ираном и другими странами, препятствующими контролю США, и сознательная эскалация на всех уровнях противостояния США.
Такие изменения в МО и ВПО произошли в последние годы не только в политике и стратегии США, но и других стран. Они объясняются следующим образом: если обратиться к известной формуле, в которой выражается конечный результат национально-государственного развития в росте (сокращении) государственной мощи и внешнего влияния на ВПО, то он зависит от произведения двух основных сомножителей, первый из которых:
- Сумма материальных идемографических возможностей нации и государства (ВВП, природных ресурсов, человеческого капитала и пр.);
- а второй – Произведение эффективностистратегии на политическую волю её реализации, т.е. состоит из двух сомножителей – «стратегия» и «политическая воля».
Сказанное означает, что второй сомножитель – крайне субъективный, находится под сильнейшим влиянием политико-идеологической доминанты, господствующей в правящей элите. В отличие от показателей государственной мощи и влияния, в обеих своих частях («стратегия» и «политическая воля») он имеет в современный период возрастающее значение. По сути дела, второй сомножитель – доминанта правящей элиты при принятии политических решений.
Оба этих показателя, как показала война в Иране (роль Дж. Байдена и Д. Трампа), а до этого СВО (роль В. Путина), явно оказываютнеожиданно и непропорциональновозрастающее влияние на формирование ВПО истратегии государства. Естественно, что такая новая роль и субъективная тактика(доминанта правящей элиты) неизбежно усиливает процесс хаотизации в мире и увеличивает вероятность развития новых (в том числе принципиально новых и неожиданных) сценариев МО и их конкретных вариантов.
Именно это мы наблюдаем в настоящеевремя. Поведение Д. Трампа наглядно иллюстрирует, что он не просто готов, но и активно применяет принципиально новые заготовки, которые (важно отметить) тщательно продуманы, логичны и последовательны, а не являются экспромтом. Это – важно потому, что не просто допускает, но и предполагает неожиданные (но тщательно подготовленные) резкие изменения в политике и стратегии США, которые могут радикально влиять на развитие МО и ВПО. Например, в случае с Венесуэлой, где похищение президента стало приемом, с помощью которого США получили контроль над крупнейшими в мире запасами нефти.
Проблема, таким образом, в том, что вероятность прежнего, относительно предсказуемого развития ВПО в виде того или иного сценария становится всё меньше, точнее, –практически нулевой, если смотреть на перспективу 10-15 лет, потому что хаотизации системы МО стремительно нарастает не только по мере объективного процесса фрагментации и роста многополярности, но и субъективного поведения правящей элиты США и некоторых других стран и союзников. Это означает, что в нарастающем мировом хаосе полагаться на логику и сохранение тенденций напрасно. Реальная стратегия государств (как у США – строго логичная и последовательная) скрывается сознательно за дезинформацией и сознательно противоречивой риторикой. В том числе при помощи коллективного использования ИИ со своими союзниками.
В целом, перспектива расширения сотрудничества США со своими союзниками в области дезинформации очевидно возрастает в связи с расширением возможностей использования больших баз данных и ИИ. Так, Центральное командование США, например, объявило летом 2026 года о создании совместной «американо-эмиратской» целевой группы для развития искусственного интеллекта в вооруженных силах двух союзников. Согласно пресс-релизу CENTCOM, эта масштабная операция под названием «Оперативная группа Talon Synapse» должна начаться «в ближайшие недели». Группа будет базироваться в столице Объединенных Арабских Эмиратов, Абу-Даби, и «будет состоять примерно из 20 американских и эмиратских специалистов в области искусственного интеллекта, обработки данных и кибербезопасности». В заявлении CENTCOM говорится, что Talon Synapse станет «первой двусторонней целевой группой, ориентированной на ускорение развития военного искусственного интеллекта», с особым акцентом на «применение ИИ для поддержки разведки, защиты критической инфраструктуры и мониторинга региональной обстановки в сфере безопасности».
Это же означает, что политика и стратегия России наверняка столкнутся с неожиданными решениями, которые невозможно прогнозировать конкретно, например, в области военного строительства. В частности, ГПВ и ГОЗ.
В условиях хаотизации МО-ВПО исход военного противоборства, как показали война в Иране и СВО, рассматривается не как частный военный исход, а как результат системнойпобеды нации в тотальной борьбе «за выживание», прежде всего, с точки зрения сохранения идентичности и суверенитета, когда устойчивость играет решающую роль. Даже в тех случаях, когда не проводится общенациональная мобилизация. Эта системность основана на идеологии и трансформации общественного сознания, которая может быть радикальна.
Чем выше системность и идеологичность в таком противоборстве, тем эффективнее борьба. И наоборот, если системности в политике у нации нет, то никакие действия на фронте их не компенсируют. Так, неконтролируемая миграция привела к отторжению Косова, а теперь, возможно, и дестабилизации и потере суверенитета у Сербии.
Неожиданная для многих атака Ирана не только на Израиль, но и на американские базы в соседних государствах и блокада проливов, удары по инфраструктуре и центрам обработки информации представляет собой именно системный военный ответ, а не ожидавший только военный ответ Ирана по Израилю, к которому тот был хорошо подготовлен еще в 2025 году.
Таким образом, мы видим, что разница спрежними попытками в истории"рационализировать" войну в ходе СВО идругих войн оказалась принципиальной. Россияведет боевые действия как фабрика —стандартизировано, на основе больших данных,серийно. Цель — планомерное истощениеоборонительных систем противника как важнейшее условие для подготовки к возможной будущей войне. В бюджетном запросеПентагона на 2027 финансовый год, например, финансирование закупок ракет увеличивается на 188 процентов — скачок спроса, который, помнению экспертов, полностью превышаетпроизводственные мощности обороннойпромышленности.
Надо признать, что защита сама по себе невыигрывает войну. Более того, она бывает часто дороже нападения, как показали массированные налёты БПЛА на регионы России в 2026 году.Перехват ракеты или дрона часто обходится дороже, чем их запуск. Экономика такогопротивостояния не выдерживает, если непереходить к активным действиям. Нельзяполагаться только на оборону или напереговоры как универсальное решение. Что стало сильным мотивом для операций ВС РФ весной-летом 2026 года. Основа – этособственные вооружённые силы, экономика испособность мобилизовать ресурсы. Всенеобходимые предпосылки есть, но ключевойвопрос остаётся прежним – вопрос решимости иготовности действовать последовательно.
Имперскость и русское православие в новых условиях приобретают особую роль, которая всегда была присуща России, как минимум, с XIVвека. Формирование Русского государства изначально было связано с идеей централизованного государства, которую очень отчетливо зафиксировал Андрей Боголюбский, - Великий князь Киевский, который покинул Киев и позже сжег его как очаг сепаратизма. В дальнейшем Русь собиралась на основе двух идей – православия и сильного централизованного государства, - которые оказались очень устойчивыми даже в условиях жестоких кризисов и нападений татар, поляков, фрацузов.
И, наоборот, сепаратизм части русской нации всегда был нацелен на эти две идеи – имперскости и православия. Очень точно описал эти отношения Юлиан Семёнов ещё в 70-е годы прошлого века в своей книге «Третья карта», где он приводит мысль одного из основоположников украинского национализма Мельника: «Я заново изучаю православное толкование различий между церквами. Православие очень наивно отстаивает свою единственность и истинность. Это будет сложный вопрос на Украине: обращение в католичество тридцати миллионов несчастных…Православие связано с Москвой традициями язычества. Блок с православием всегда ненадежен. И потом оно слишком консервативно…, когда я говорю о ненадежности блока с православием, я имею в виду внутренние расхождения: византийское влияние мешает православию признать святость папы. Православные исступленно ждут второго пришествия, они меньшие прагматики, чем мы, люди Запада. Но что касается внешнего, то есть отношения к освобождению от большевизма, здесь не может быть двух мнений – они все пойдут за фюрером, все как один» (подч.А.П.). ….Они же мечтатели, москали, в этом их трагедия. А наша трагедия в том, что мы, прагматики по своей природе, вынуждены были подчиняться их розовым, безумным мечтаниям….». И далее: « Гоголя нельзя считать украинцем. Он писал по-русски и говорил по-русски. Как это ни горько утверждать, но он похож на тех нынешних украинцев, которые продались Москве».
Не случайно один из руководителей гитлеровской разведки Шеленберг говорил, как будто предвосхищая нынешний союз националистов с Западом:: « Украина исчезнет с карты мира. Национализм славян с точки зрения нашей расовой теории – это бумажный носовой платок, который, использовав, выбрасывают. Конечно, сейчас следует соблюдать такт и позволять ОУН надеяться на создание государства. Но вы-то прекрасно понимаете, что вне славянского мира Украина существовать не может, а великая идея фюрера предполагает исчезновение славянства с карты мира… Однако играть сейчас, использовать их в этот период мы обязаны – смешно отказаться от услуг ассенизаторов. Мелюзга – они очарованы великим… Естественно, мы с вами отдаем себе отчет в том, что ни о какой государственности славян речи быть не может – тем более о независимом украинском государстве: территория от Прута до шахт Донбасса обязана стать и станет землей, принадлежащей немецким колонистам. Однако сейчас необходимо играть на бредовой идее ОУН. Понятно, что никакая националистическая идея, кроме великой расовой идеи фюрера, невозможна в Европе. Однако следует помнить, что марионетки крайне болезненны и ранимы в плане ущемленного честолюбия. Поэтому необходимо внешне соблюдать определенного рода декорум, повторяя Бандере и Мельнику, что мы с пониманием относимся к их предстоящей миссии».
Библиография
1. Вернадский Г.В. История России. Московское царство.- М.: Эксмо, 2014, -608 с.
2. Керсновский А.А. Философия войны. Истрия русской армии. - М.: Эксмо, 2023.- 704, с.9.
3. Затворницкий Н.М. Фельдмаршал Великий князь Николай Николаевич старший.- С.-Петербург, «Бережливость»,1913.- 65 с.
4. Плеханов Г.В. Наши разногласия. К вопросу о роли личности в истории. Основные вопросы марксизма.- М.: АСТ, 2023.- 512 с.
5. История русской императорской армии.- М.: Эксмо, 2022. - 800 с.
6. Военная реформа: Вооруженные Силы Российской Федерации. – М.: ВОПД «Духовное наследие», 1998. – 80 с.
7.Подберезкин А. И., др. Национальная доктрина России. – М.: ВОПД «Духовное наследие», 1994. – 503 с.
8.Подберезкин А.И. Русский путь. – М.: «Обозреватель», 1996. – 51 с.
9.Подберезкин А.И., др. Военная реформа: оценка угроз национальной безопасности России. – М.: «Обозреватель», 1997. – 87 с.
10.Подберезкин А.И. и др. Концепция национальной безопасности России в 1995 году. – М.: «Обозреватель», 1995. – 223 с.
11. Подберёзкин А.И., Белоус В.С., Лебедев Ю.В., Симаков В.И. Договор СНВ-2 и будущее стратегических ядерных сил. М.: «Обозреватель», 1999. – 121 с.
