ВЕДУЩАЯ: Добрый день, уважаемый Алексей Васильевич! Добрый день, уважаемые коллеги! Редакция сайта rost.ru начинает интернет-конференцию, посвященную первым итогам реализации приоритетного национального проекта "Развитие агропромышленного комплекса". Наш гость сегодня - Министр сельского хозяйства Российской Федерации Алексей Васильевич Гордеев. Он любезно согласился прийти сегодня к нам и ответить на вопросы интернет-аудитории. Я, редактор сайта rost.ru Нина Дьякова, проведу сегодня интернет-конференцию.
Интернет-конференция Министра сельского хозяйства Российской Федерации Алексея ГордееваВ течение двух недель мы получали вопросы от посетителей сайта, от представителей СМИ разных регионов России. Они касались как реализации национального проекта "Развитие АПК", так и ситуации в сельском хозяйстве в целом. Всего мы получили порядка 500 вопросов от жителей села, от представителей малого и среднего аграрного бизнеса, журналистов. И, надеемся, в рамках сегодняшнего мероприятия получим ответы на многие вопросы.
Прежде чем перейти непосредственно к вопросам, хотелось бы поблагодарить журналистов региональных СМИ, которые оказали нам огромную помощь в сборе вопросов для сегодняшней интернет-конференции. Спасибо им. А мы переходим к вашим вопросам.
Вопрос первый. Задает его Ефремов Борис, работник агропромышленного комплекса из Мордовии. "Завершается первый год реализации приоритетного национального проекта "Развитие АПК". Уже известны первые предварительные итоги. Оправдались ли надежды, возлагавшиеся на нацпроект?"
А.ГОРДЕЕВ: Спасибо. Добрый день. Я также хотел поблагодарить всех за интерес к развитию агропромышленного комплекса, за то внимание к приоритетному национальному проекту, который стартовал 1 января текущего года. Я, отвечая уже на первый вопрос, хотел бы напомнить, что у нас в рамках проекта "Развитие АПК" реализуются три направления. Это ускоренное развитие животноводства, это развитие и поддержка представителей малых форм аграрного бизнеса и это привлечение молодых кадров на село через реализацию программы доступного жилья.
Мы могли бы сегодня говорить уже о конкретных цифрах, подвести итоги за десять месяцев.
Что можно говорить по первому направлению? Наша задача состоит в том, чтобы модернизировать сельское хозяйство - речь идет о животноводстве, - создать современные конкурентоспособные предприятия и переломить ту отрицательную динамику, которая существовала в производстве мяса и молока. За десять месяцев рост производства мяса - я говорю сейчас в целом по стране - увеличился более чем на 4%. Существенный рост идет в птицеводстве, в свиноводстве, и особенно я бы сейчас подчеркнул, что отреагировал сектор крестьянско-фермерских хозяйств и крупные сельхозорганизации.
Также удалось переломить отрицательную тенденцию в молочном производстве. В прошлом году падение по сравнению с 2004 годом составило почти 4%, по итогам десяти месяцев этого года мы произвели уже более 100% от уровня 2005-го - 100,2%. Это первый шаг, молочное производство достаточно инерционное, здесь требуются большие капиталовложения. Но важно, что этот процесс уже пошел, и особенно важно отметить, что мы выходим на высокую продуктивность. Темпы продуктивности, в данном случае надоев, существенно выше предыдущих лет и составляют 8%.
Говоря о направлениях поддержки малых форм аграрного бизнеса, основная задача состояла в том, что мы дошли кредитами льготными до фермерских хозяйств, до граждан, ведущих личное подворье. Такая задача в отношении второго сектора впервые была поставлена, и мы видим, что берутся кредиты на льготных условиях. В частности, более 100 тысяч кредитов выдано уже в этом году. Основные операторы - это Россельхозбанк и Сбербанк, на долю которых приходится более 90% кредитной массы. Если сравнивать по темпам, то фермеры взяли кредитов больше, чем в прошлом году. То есть это очень высокие темпы, а если говорить о личных подворьях граждан, то здесь отличается все на порядок, и наша задача - не снижать темпы.
Недавно, например, Россельхозбанк выдал стотысячный кредит семье, ведущей личное хозяйство. И в отношении строительства жилья для молодых специалистов (я напомню, что там жилье строится специально для выпускников вузов и получающих среднетехническое образование) у нас есть уверенность, что мы завершим год с выполнением плановых показателей. Это довольно большие цифры. Наша задача - за два года сдать примерно 1 миллион 600 тысяч квадратных метров жилья и привлечь на село более 30 тысяч молодых специалистов и их семей.
Так что освоение проекта идет, можно даже отметить целый ряд регионов, которые являются лидерами. Я бы назвал такие, как Новгородская область, Липецкая область, Краснодарский край, Республика Мордовия, Республика Чувашия, Республика Удмуртия, Оренбургская область, целый ряд других регионов.
Мы бы хотели отметить, что абсолютное большинство субъектов РФ встроились в национальный проект, и наша задача - обеспечить показатели доступности государственной поддержки всех тех, кто трудится и живет на селе, - к 1 января 2008 года будет выполнена.
ВЕДУЩАЯ: Спасибо. Далее вопрос задает Семенов Владимир, предприниматель из Республики Чувашия. Будут ли приняты какие-либо меры по ограничению ввоза сельхозпродукции на территорию страны?
А.ГОРДЕЕВ: Надо отметить, что мы несколько лет назад ввели так называемые специальные таможенные режимы в отношении завоза сахара-сырца в страну. Благодаря этому у нас начался рост производства сахарной свеклы и, соответственно, выработки белого сахара именно из этого сырья.
Я могу назвать данные. Если 5 лет назад в структуре потребления сахара 80% был импорт и всего лишь 20% - отечественная продукция, то на сегодня отечественная составляет уже более 50%, и мы видим здесь существенный рост показателей - не только экономических, но и производственных. В частности, урожайность свеклы за эти годы выросла почти на 70%, и мы приблизились к европейским показателям.
Наверное, надо напомнить, что были введены соответствующие квоты на импорт мяса всех видов, и это послужило толчком к развитию, в первую очередь, птицеводства. Здесь я тоже мог бы привести примеры. У нас в балансе потребления отечественное мясо, которое гораздо качественнее, составляло всего 25%. Принятые меры позволили достигнуть того, что примерно 55% мы сейчас обеспечиваем за счет именно отечественных птицефабрик, и здесь наиболее существенный рост продолжается: по 15% в год. Это очень хороший показатель.
То же самое происходит и с ростом производства свинины, растет поголовье. Я, отвечая на первый вопрос, уже об этом сказал. Но мы считаем, что этих мер недостаточно. На мой взгляд, надо существенно перестраивать таможенно-тарифную политику и вообще в целом торговую политику страны. Если мы говорим о том, что строим рыночную экономику, то речь идет, прежде всего, о том, чтобы противодействовать адекватно соответствующей экспансии со стороны производителей других стран при поддержке их правительств.
Это можно говорить о Европейском союзе прежде всего. Здесь существует целая система преференций западным сельхозпроизводителям, которые по объему субсидий в 20-30 раз превышают российские. Это можно говорить в том числе и о Соединенных Штатах Америки, о целом ряде других стран, и, конечно, наши производители с обидой высказывают эту боль, что мы строим современное производство, но тем не менее нас родное правительство защищает очень слабо или со значительным отставанием. Серьезные проблемы существуют у нас и в рамках союзных государств. Я имею в виду Белоруссию, имеется в виду система ЕврАзЭС, где существуют довольно высокие льготы для наших партнеров. В частности, та же Белоруссия пользуется разными режимами и зарабатывает на российском рынке за счет этой разницы в политике со стороны правительства той или иной страны довольно существенные доходы. На наш взгляд, тоже подошло время, чтобы мы могли в открытую договориться с нашими партнерами и соседями, как мы будем строить общий продовольственный баланс, чтобы здесь обеспечить именно добросовестную конкуренцию на российских рынках. Поэтому, исходя из таких вот задач, мы должны регулировать рынок. И очевидно, что мы по ряду позиций будем вводить ограничения.
Я бы также здесь добавил, что, конечно, все, что касается вопросов качества и безопасности продукции, - эта норма существует и, естественно, надзорные контрольные службы должны за этим наблюдать и вводить соответствующие ограничения по такому виду опасных видов продовольствия.
ВЕДУЩАЯ: Спасибо, Алексей Васильевич. Дальше вопрос про рынки, но теперь уже про колхозные. Задает вопрос Селиверстов Михаил Игнатьевич, пенсионер из Ульяновской области. "В последнее время много шума было вокруг колхозных рынков. Что удалось сделать в данном направлении, и что предстоит?"
А.ГОРДЕЕВ: Надо сказать, что пока особо ничего не удалось сделать в связи с тем, что должно претерпеть изменение российское законодательство. Мы забыли, что торговая сфера - очень важный элемент экономики. И за все годы реформ эти полномочия были "сброшены" на субъекты Российской Федерации.
Такого общего законодательного поля в России не существует. Вообще я думаю, Правительству России необходимо вносить проект закона о торговле в Российской Федерации, имея в виду элементы и внутренней, и внешней торговли. Если говорить о колхозных рынках, то в настоящее время в соответствии с поручением Президента рассматривается вопрос о том, чтобы законодательно номинировать понятие "розничный рынок". В том числе речь идет и о сельскохозяйственных рынках. Я говорю о новом названии, а не о традиционном. Такой документ внесен Правительством - Министерством экономического развития и торговли с замечаниями Министерства сельского хозяйства.
Мы имеем более жесткую позицию и считаем, что сельскохозяйственные рынки должны принадлежать сельхозпроизводителям и управлять ими должны кооперативы сельхозтоваропроизводителей. Наша логика строится на том, что это существенная государственная льгота, где отсутствует соответствующий строгий финансовый учет, и одновременно мы говорим о той продукции, которая выступает как сырье, так и прямой продукт потребления.
То есть здесь существует самая короткая схема: поле - прилавок, ферма - тарелка. И явно здесь не требуется посредников, потому что они не выполняют полезных экономических функций. Это картофель, овощи, это фрукты, это мясо всех видов. Я считаю, что мясо должно продаваться на рынках охлажденное или парное. Это молоко и первичные продукты переработки - творог, сметана и так далее, то есть все то, что делают сами сельхозпроизводители. Если по такой логике будет построено законодательство и определена номинация сельскохозяйственных рынков, то мы добьемся самого главного - справедливого подхода как к производителям, так и к потребителям, к нашим гражданам, которые смогут по минимальным ценам покупать качественную натуральную продукцию. Мы с такой позицией будем выходить и в Государственную Думу, и надеюсь, что в данном случае здравый смысл восторжествует. Спасибо.
ВЕДУЩАЯ: Следующий вопрос задает Прохорова Елена, работник социальной сферы из Удмуртии. Какое направление национального проекта более успешно реализуется на территории страны?
Интернет-конференция Министра сельского хозяйства Российской Федерации Алексея ГордееваА.ГОРДЕЕВ: Я бы сейчас не разделял, не противопоставлял одно направление другому, говоря именно о нашем проекте, развитии агропромышленного комплекса. Хотя надо отметить, что и другие проекты также работают на сельское хозяйство, будь это проект "Образование", или "Здоровье", или "Доступное жилье". Они в той или иной мере тоже касаются сельского хозяйства.
Очевидно, можно сказать, что есть некие отставания по ряду направлений. В частности, когда мы говорим про ускоренное развитие животноводства, то потребовалось всем сельхозорганизациям, принявшим в нем участие, выполнить процедуру оформления сложной документации. Это и разрешение на строительство этих объектов, различные согласования, это получение кредитов в банках. И заметьте, все это делается на основе частных инвестиций, частных договоров, то есть государство здесь только входит с поддержкой кредита, компенсируя часть процентной ставки. Мы видим, что по первому направлению примерно на пять месяцев была задержка, связанная с оформлением документации. Если же говорить о показателях финансовых, то мы их перекрыли: оформлено кредитов по первому направлению на сумму более 100 млрд рублей, из них 50 млрд уже выдано, и мы надеемся, что нарастающими темпами такие чисто технические препоны будут преодолеваться.
И особенно, наверное, приятно видеть результаты по второму направлению - в частности, по личным подворьям граждан. Сельское население все больше и больше имеет доступ к льготным кредитам. В январе мы поставили задачу выдать в этом году сто тысяч таких кредитов, поскольку это вообще новое дело для нас. Имею в виду, что в условном расчете на каждое сельское поселение выпадет хотя бы один льготный кредит. Видим, что эта цифра будет существенно перекрыта. На наш взгляд, наверное, мы выдадим порядка 130-140 тысяч таких кредитов, и это будет продолжаться в следующем году.
То есть граждане откликнулись на действие государства, повышают свою деловую активность, преодолевая моральный упадок на селе. Это, конечно, первый шаг. Это определенная консолидация еще и сельского сообщества через систему кооперации. Тем самым мы поднимаем их конкурентоспособность, вообще качество как экономических субъектов. И здесь для меня, как министра, очень важно, что мы не ошиблись, потому что нам надо рассматривать сельское хозяйство не только как сектор экономики, но и как очень важный уклад жизни, как сферу, которая решает целый ряд других государственных задач: обеспечение социального контроля над территориями, вопросы сохранения национальных традиций, уклада жизни, различные природоохранные мероприятия и так далее, и так далее. Это очень важно.
ВЕДУЩАЯ: Спасибо. Никишин Евгений, Республика Мордовия. В АПК страны наблюдается структурная реорганизация. Все больше появляется агрохолдингов, предприятий по переработке. За ними будущее?
А.ГОРДЕЕВ: Я бы не противопоставлял сейчас тот или иной вид организационно-правовой и производственной форм в аграрном бизнесе. Вообще мы проводим линию многоукладности, и я уже говорил о том, что у нас, условно говоря, четыре типа организации производства и управления бизнеса в аграрной сфере: это личные подворья граждан - они производят сегодня более половины продукции, это фермеры, которые производят примерно 6% продукции, это сельскохозяйственные организации, в нашем прошлом понимании - совхозы и колхозы, которые производят порядка 40% продукции, и это вновь нарождающиеся агрохолдинги, которые интегрированы вертикально, где в одних руках - управление собственностью, и земля, и перерабатывающие предприятия, и даже оптовое и торговое звено.
С точки зрения таких товарных крупных предприятий, способных работать на внешних рынках, не только на рынках российского продовольствия, то, конечно, за аграрными холдингами будущее. Имею в виду здесь и инновационные процессы, внедрение передовых технологий, оптимизацию затрат на управление и так далее, и так далее. Но в то же время мы понимаем, что все эти три направления, которые остаются, дополняют весь аграрный сектор, создают определенную устойчивость на различного рода рынках. Мы понимаем, что личные подворья и крестьянско-фермерские хозяйства должны доминировать на локальных рынках, когда мы говорим о районных, муниципальных образованиях, когда мы говорим о том, что нужно поставлять свежую, качественную, натуральную продукцию - возьмите, например, молоко, - то, конечно, здесь у каждого есть свое преимущество. И, проводя линию на вертикальную интеграцию и горизонтальную интеграцию, которую можно условно отнести к кооперации, мы понимаем, что создадим такую общую систему, где каждый представитель предпринимательской деятельности - микробизнес, малый бизнес, крупные трансрегиональные компании - будет друг друга дополнять.
ВЕДУЩАЯ: Владислав Сергеевич, работник агропромышленного комплекса из Чувашии. "На что надеяться фермеру? Оправдываются ли надежды на то, что лишь частник на селе накормит страну?"
А.ГОРДЕЕВ: Я бы уточнил, что вкладывать в понятие "частник". Наверное, необходимо учитывать следующее: присутствует ли государство в бизнесе какими-то активами или управлением или нет? И в этом смысле сельскохозяйственный сектор экономики - наиболее приватизированный в стране, у нас практически все в частных руках. Речь идет и о пищевой, перерабатывающей промышленности, и о сельском хозяйстве.
Кстати говоря, 80% самой земли находится уже в частных руках. Поэтому, скорее всего, если отвечать на вопрос о крестьянско-фермерском хозяйстве как о новом элементе перестроечной, переходной экономики, то можно сказать, что этот слой, эти представители, это аграрное сообщество состоялось.
У нас стабилизировалось количество фермеров, в настоящее время их порядка 255 тысяч - я округляю. Средний надел земли - около 75 га. Есть фермы очень устойчивые, которые развиваются и укрупняются и переходят в разряд уже сельскохозяйственных организаций, оставляя за собой юридическое лицо. А я напомню, что по новому закону фермерское хозяйство - это предпринимательская деятельность без образования юридического лица.
Дан соответствующий переходный период, чтобы все привести в норму. И реализация приоритетного нацпроекта показала, что фермерское сообщество, именно этот предпринимательский слой, наиболее мобильный, наиболее способный реагировать на правильные действия государства. В частности, рост производства мяса и молока по темпам в фермерских хозяйствах очень высокий. Мы видим, что сегодня фермеры все больше и больше занимают место и ниши в таких рынках, как зерновой рынок, рынок подсолнечника, рынок сахарной свеклы, так что фермеры сейчас переходят в новое качество, и если государство осуществит все те меры, которые наметило, то мы получим очень хороший слой в аграрной сфере малого бизнеса.
ВЕДУЩАЯ: Вопрос от Жданова Алексея, научного работника, Ульяновская область. На село пошел частный капитал, что рано или поздно должно было произойти. Земля - самый надежный и вечный объект для инвестиций, хотя и самый рисковый. Что тут ждать?
А.ГОРДЕЕВ: Да, существенно растут инвестиции. Первый этап у нас был, когда инвестиции росли в пищевую и перерабатывающую промышленность, здесь как раз и темпы развития были гораздо выше, последние 2-3 года инвестиции пошли и в землю. Это хороший процесс. Есть проблема настоящая в том, что мы до конца не имеем таких простых, ясных процедур, чтобы земля оформлялась в реальную собственность производителем, у нас не урегулированы сегодня отношения между землепользователями и землевладельцами, и вообще развитие института латифундий... Так скажем, должен он быть в нашей стране или нет? На мой взгляд, сельскохозяйственной землей должны владеть те, кто обрабатывает эту землю, те, кто ведет непосредственную сельскохозяйственную деятельность. Существует проблема на сегодня из-за этого развития залога земли как инструмента привлечения крупных капиталов, заемных средств, за счет кредитов в банках. Мы в рамках нацпроекта сейчас осуществляем выдачу кредитов со стороны Россельхозбанка под залог земли. Но необходимо понимать, что в этих сделках государство должно присутствовать как некий гарант, что все-таки сельскохозяйственная земля останется в целевом назначении, в этом именно пользовании. И соответствующие меры будут приниматься государством, если произойдет какое-то банкротство.
Хотел бы отметить, что остается проблема в связи с ростом и укрупнением агроорганизаций. Если мы говорим об аграрных холдингах, то кроме обязательств производственного плана должен существовать социальный контракт между местными органами управления и агрохолдингами в связи с тем, что жизнь деревень и сел впрямую зависит от этого вида деятельности, каковым является сельское хозяйство. И, конечно, не безразлично гражданам и местной власти, что будет происходить, если у собственника меняются вдруг какие-то планы. Поэтому здесь много таких серьезных вопросов, уже качественно других, которые должны показать, что российское общество и с точки зрения экономической, и социальной, и политической переходит в новое качество и способно решать даже такие серьезные вопросы. Я бы их обозначил одним контуром как государственно-частное партнерство и ответственность бизнеса перед обществом, перед людьми.
ВЕДУЩАЯ: Спасибо. Гондарев Николай, работник агропромышленного комплекса, Республика Удмуртия. "Нормальной сельхозэкономику можно признать, когда в российском селе появится возможность реальных заработков, как это было 25 лет назад. Ваше видение проблемы оттока сельчан на заработки".
А.ГОРДЕЕВ: Это вообще ключевой вопрос. Я даже хотел бы поблагодарить, потому что этот вопрос - в самую точку всех проблем. Можно, конечно, сбиваться на такие тактические задачи, поддерживая ту или иную подотрасль. Но важно отметить одно: главная проблема в сельском хозяйстве - это низкие доходы села и неспособность выплачивать достойную заработную плату. В частности, средняя заработная плата в российском селе в 2,5 раза ниже, чем в среднем в экономике страны. Я считаю, что это серьезнейшая задача, которая является индикатором того, что власть к сельскому хозяйству на этом этапе относится неправильно, если говорить мягко. Нигде такой пропорции нет, ни в развитых странах, ни в странах даже постсоветского пространства. Мы специально брали данные - ну, максимум отличается не в пользу селян на 20%, на 30%, но не в 2,5 раза. И мы ставим сегодня задачу - принять федеральный закон о развитии сельского хозяйства, который впервые будет как такой государственный документ, паспорт агропродовольственной политики, заложить в государственную программу развития сельского хозяйства и регулирования рынка вот этот элемент, как главная цель программы, повышение доходности сельского хозяйства. И хотел бы здесь еще добавить, на мой взгляд, на этом этапе это существенный недостаток государственно-экономической политики, что мы не подошли к выравниванию межотраслевых пропорций. Речь идет и о доходах, и о ценах, и о заработной плате, и о качестве жизни. Наверное, не должна отличаться зарплата в естественных монополиях, которые напрямую подчиняются государству, и в сельском хозяйстве в разы. Бывает и в 10, и в 15 раз. То есть это, конечно, совершенно ненормальная социальная политика. Будем стараться этот закон принять уже в весеннюю сессию следующего года. Я считаю, что это такой реальный паспорт и для соответствующих политических институтов, которые пойдут на выборы в Государственную Думу.
Интернет-конференция Министра сельского хозяйства Российской Федерации Алексея ГордееваВЕДУЩАЯ: Беккеров Алексей, журналист, Республика Чувашия. Представителей СМИ каких регионов можно отнести к болеющим за будущее села и активно освещающим реализацию национального проекта "Развитие АПК?
А.ГОРДЕЕВ: Вы знаете, мы обнаружили, что средства массовой информации выполняют очень важную роль и существенно влияют на то, как проводится аграрная политика на уровне регионов, насколько качественно власти, уровни работают на те приоритеты, которые названы Президентом Российской Федерации, насколько пользователи и те, ради которых осуществляется приоритетный национальный проект, в курсе вообще механизмов и понимают, что им необходимо делать. То есть здесь средства массовой информации выполняют важнейшую роль.
Я бы так впрямую сказал, что это - роль разъяснительная, агитационная, роль общественного контролера. Я бы хотел поблагодарить за это, так как мне приходится ездить по регионам, и всегда мы встречаемся с представителями СМИ. Я бы назвал несколько регионов, хотя здесь можно говорить о десятках субъектов Российской Федерации. Это и Республика Мордовия (в начале этого года эти примеры уже звучали), это и Краснодарский край, Липецкая область, Оренбургская область. Сейчас я только что был в Алтайском крае - Алтайский край, целый ряд национальных республик - Татарстан, Удмуртия, Чувашия. Я прямо могу сказать, что качество СМИ, сопровождающих приоритетный национальный проект, прямо пропорционально тому, каковы там показатели, и вообще как власть активно работает с этими важнейшими государственными программами. Так что это тоже один, наверное, из показателей, кроме производственных показателей, которые можно было бы ввести в оценку того, что у нас происходит в регионах и что происходит на уровне районного и муниципального звена.
ВЕДУЩАЯ: Главный редактор газеты "Удмуртская правда" Сентякова Светлана задает такой вопрос: будучи вместе с Владимиром Путиным летом текущего года в Ижевске на совещании по проблемам агропромышленного комплекса, Вы говорили о необходимости преодоления технического отставания села. Это большая проблема. Как она решается?
А.ГОРДЕЕВ: Частично на этот вопрос я уже отвечал, когда мы говорили о приоритетном национальном проекте. Я сказал, что он как раз и нацелен на модернизацию сельского хозяйства, на то, чтобы были внедрены новые технологии, чтобы мы не только показали, обучили, что такое техника, оборудование уже ХХI века, но и могли сделать так, чтобы это все внедрялось и покупалось со стороны сельхозорганизаций. Поэтому появились восьмилетние кредиты - они решают эту задачу при поддержке государства. Есть у нас и кредиты до пяти лет, тоже долгосрочные, и также там две трети процентной ставки компенсирует государство. Работает система аграрного лизинга, и она увеличивается по масштабам. Мы имеем расширенный план проведения ярмарок, выставок, они прежде всего тоже нацелены на решение этой важнейшей технологической задачи.
В общем, целый ряд таких инструментов, которые как раз ставят задачу перед нами как перед властью, что нам надо сделать современное сельское хозяйство способным работать эффективно, продуктивно, экономически выгодно, с хорошими условиями труда. И тогда можно туда привлекать, соответственно, и молодые кадры. В общем, идет работа. Она, конечно, идет не в тех масштабах, как мы бы хотели.
Такие цифры: для того чтобы нам сейчас перевооружиться и выйти на нормальный уровень состояния основных фондов, в российский АПК надо привлечь 1 трлн рублей. Мы говорим, что нацпроект дал толчок, мы привлекаем сейчас 160 млрд рублей.
То есть здесь надо увеличить подходы государства и, возможно, повысить внедрение новой техники примерно в 4-5 раз, тогда это будет ощутимо. Также ставим это как задачу - принятие государственной программы развития сельского хозяйства, которая пойдет в рамках соответствующего закона. Не знаю, будет ли этот вопрос по закону, я бы тогда еще и разъяснил, что дает закон и в чем особенность этой государственной программы. Спасибо.
ВЕДУЩАЯ: Сентякова Светлана, "Удмуртская правда". "Специалисты утверждают, что россияне за продукты питания вынуждены вдвое переплачивать, в том числе и перекупщикам, рыночной мафии и прочим. Есть ли положительные тенденции в решении этого вопроса? И когда крестьянин вернется на колхозный рынок?"
А.ГОРДЕЕВ: Я частично отвечал на этот вопрос. Я бы добавил еще раз и акцентировал внимание, что сфера торговли, которая находится на стыке между поставщиками, производителями и потребителями конечной продукции, играет, конечно, колоссальную не только экономическую, но и социальную роль в жизни любой страны. И сегодня мы видим, насколько там накапливаются проблемы, и в отсутствие закона о торговле в стране невозможно урегулировать целый ряд существенных вопросов. Речь идет именно о справедливых экономических отношениях. Например, мне до сих пор непонятно, почему торговля имеет право сделать наценку на хлебобулочную продукцию 50%. То есть крестьянин, который производит зерно, имеет примерно 15-20%, а магазин, собственно, труд которого состоит в том, чтобы выложить хлеб на прилавок, имеет 50 и более процентов себе.
Это, конечно, ненормально, эти вещи должны быть урегулированы, и в посреднической сфере, которая, очевидно, тоже нужна, кто-то должен выполнять определенные услуги, они должны быть каким-то образом устроены так, чтобы все дополнительные доходы или добавленная стоимость распределялись справедливо и со стороны государства регулировались. Какими мерами - это второй вопрос. Эти методы известны и в западных странах. Мы, например, ставили вопрос сегодня взаимоотношений производителей и крупных торговых сетей. Торговые сети действуют сегодня в общем-то очень агрессивно, являются такими экономическими монстрами. В каком-то смысле это компании - убийцы мелких торговых точек. И они сегодня задают условия не только для потребителей, то есть для граждан, но и для всех производителей. Я могу назвать целый ряд существенных несправедливых приемов. Например, вхождение в крупную сеть стоит единовременной оплаты в виде бонуса, очень больших сумм. Далее, наценку торговые сети выставляют сами, не согласовывая с производителем. Далее, отдельная плата существует для рекламирования этих сетей. Далее, существует отсрочка платежа за поставленную продукцию, иногда три и более месяцев. И в таких условиях отечественные производители зачастую просто не могут выйти на эти крупные розничные рынки. И здесь тоже нужно вмешательство государства на законодательном уровне, как это сделано, в частности, в Испании, во Франции, и вмешиваться в эти процессы.
Могу еще раз высказать свою мысль, что, наверное, мы делаем сейчас качественный шаг к пониманию того, что надо разбираться и с этими сферами. И, наверное, государство, имею в виду представителей всех ветвей власти, примет соответствующие законодательные акты. Спасибо.
ВЕДУЩАЯ: Яруллин Гимал. Местное самоуправление, Республика Башкортостан. "Когда Россия сможет полностью отказаться от поставок импортной сельхозпродукции?"
А.ГОРДЕЕВ: Вы знаете, так нельзя ставить вопрос: вот давайте откажемся от всего импорта. Наверное, абсурдно, если бы Министерство сельского хозяйства настаивало на принятии федеральной целевой программы по производству бананов и апельсинов. Надо смотреть конкретно с нескольких позиций.
Первое: что является традиционным продуктом питания для российских граждан? И здесь круг довольно для нас понятный - мясо, молоко, картофель, овощи, сахар, соль и так далее.
Второе: очевидно, надо исходить из элемента продовольственной безопасности. Я, может, скажу известную фразу, но она имеет на сегодня глубокий смысл. Еще Конфуций сказал, что в стране должно быть достаточно продовольствии и оружия, и тогда народ будет доверять своему правителю. То есть любая страна может жить спокойно, когда есть хорошая армия, вооружение и есть в наличии именно свое продовольствие. То, что считается социально значимым, и то, что потребляется традиционно. Поэтому здесь возникают критерии продовольственной безопасности. Что бы ни происходило в наших отношениях с другими странами, какая бы ситуация ни была в мире, мы должны понимать, что обеспечим и экономически, и физически доступ наших граждан в любой точке страны к главным продуктам питания, о которых я коротко сказал выше.
И третий вопрос - это вопрос такой социальной ситуации, скажем, о хлебе. Понятно, что хлеба в стране должно быть не только достаточно, но и он должен иметь ту цену, которая бы обеспечивала абсолютно всем гражданам доступ, потому что это социальный продукт. И мы в любые периоды, есть урожай, нету урожая, такие механизмы тоже существуют, должны обеспечить, чтоб на рынках всегда присутствовал у нас хлеб и другие такие важные социальные продукты питания. Поэтому, исходя из этих критериев, можно построить модель - мы предлагали, кстати говоря, доктрину продовольственной безопасности, при которой государство при любых условиях такой уровень неснижаемого объема производства продовольствия и доли на рынке могло бы обеспечить. В частности, по мясу, я считаю, что это минимум 80%. На сегодня этот порог, к сожалению, пройден, мы имеем в балансе потребление импортного мяса около 35%. И это, я считаю, очень опасно. В частности, эти всплески цен, которые существовали в прошлом году, сказали нам о том, что мы слишком зависим от импорта, и как только там начались ценовые сдвиги, они тут же отразились на нашем рынке. Спасибо.
ВЕДУЩАЯ: Газета "Тамбовская жизнь": На Тамбовщине в текущем году выращен хороший урожай сахарной свеклы. Но переработчики сдерживают приемку сладких корней из-за нехватки мощностей. Нет ли возможности помочь в реконструкции сахарных заводов? Это прямая выгода для крестьян.
А.ГОРДЕЕВ: Если брать в целом страну, то у нас достаточно мощностей для переработки сахарной свеклы, мы никогда не импортировали столько сахара-сырца, как сейчас это делаем. Но в то же время если брать региональный срез, то, в частности, Тамбовская область является таким ярким регионом, где в советские годы мало было создано перерабатывающих мощностей. Наверное, здесь какой-то был замешан политический аспект - отношение к области со стороны партийной советской власти со времен Гражданской войны, когда было соответствующее возмущение граждан, мятежи. Но это уже история, я эту область неплохо знаю, не раз там бывал, и вижу, что область от этого страдает. Имеет прекрасный потенциал земельный, имеет в общем-то профессионально сильное сообщество в сельском хозяйстве, но вынуждена все сырье отдавать другим регионам - в соседние и вплоть до Москвы.
Сегодня очень много молока, представьте себе, сырье, возится из Тамбова в Москву, преодолевая большие расстояния. Губернатор Олег Иванович Бетин поставил такую задачу перед областью, есть программа, я знаю, о создании крупных перерабатывающих комплексов, в том числе о сахарном заводе у нас был разговор с губернатором буквально недавно, где-то недели четыре назад мы встречались. Наверное, надо, чтобы федеральная власть с учетом специфики области могла так проводить политику, чтобы уйти от универсальных подходов ко всем регионам. В данном случае надо через систему поддержки кредитования помочь Тамбовской области создать перерабатывающие предприятия не только по сахару, но и по молоку, и по мясу, и по зерну. Мы этим будем реально заниматься.
По текущему году приходилось даже мне вмешиваться, с тем чтобы помочь сбыть сахарную свеклу. И я, буквально исходя из этого вопроса, постараюсь сегодня с Олегом Ивановичем поговорить на эту тему, вернувшись на рабочее место.
ВЕДУЩАЯ: Спасибо. Газета "Тульские известия". "Сейчас, пожалуй, самая больная проблема нашего села, это сложнейшая демографическая ситуация. Никакие технологии не помогут, если некому работать. Что, на ваш взгляд, надо срочно предпринять и какова должна быть долгосрочная программа улучшения сельской демографии, увеличения молодежи на селе?"
А.ГОРДЕЕВ: Вопрос острый, но, знаете, с его последовательностью и логикой нельзя согласиться. Потому что мы не можем сегодня применять меры тех прошлых, комсомольских, что ли, периодов или Павки Корчагина. Вот давайте молодежь любой ценой в село, давайте призывать женщин рожать детей... Новые технологии именно нужны для того, чтобы там качественно изменить жизнь, была возможность поднять зарплату. Но этого недостаточно, я согласен. Государство должно войти туда и с социальными программами. Сейчас это делается, есть федеральная целевая программа социального развития села. По ряду других министерств... Я говорил, что решаются вопросы культуры, образования, здравоохранения, но все это явно недостаточно. Идет отток населения, принципиально качество жизни на селе не меняется, это я вынужден признать. И, конечно, государство должно ответить себе на этот вопрос, и власть, и российское общество: а нужны ли люди, которые бы обслуживали эти колоссальные территории страны? И это, прежде всего, сельское хозяйство, потому что это главный вид там хозяйственной деятельности. Для меня ответ этот очевиден. Это вообще речь идет о сохранении целостности и безопасности государства. Сельское хозяйство здесь выполняет и эту роль.
Но, говоря о таких подходах, говоря о том, что надо повысить качество жизни, мы еще и должны исходить из того, что это все отдастся сторицей. Если мы даже говорим не просто о продовольствии, то опыт любой страны показывает: решение демографической проблемы в целом в государстве всегда решается за счет сельских территорий, за счет сельских жителей. Как бы мы ни пытались в городах раздавать деньги, стимулировать рождаемость, совершенно очевидно, что этот уклад жизни не настолько подвержен этой мотивации - иметь много детей. Как только мы на селе комплексно обеспечим качество жизни, а там есть существенные преимущества перед жизнью в городе, то эту проблему мы решим в общем-то довольно быстро. Это и история наших предков, и других государств.
Мы, исходя из этого контекста, видим развитие сельского хозяйства и так ставим задачу принятия большой комплексной долгосрочной государственной программы.
ВЕДУЩАЯ: Газета "Тульские известия". В России миллионы гектаров заброшенных, выведенных из оборота плодородных земель. Между тем сельхозпредприятиям, которые на свой страх и риск пытаются их освоить, засеять, не только не оказывается никакая помощь, но и чинятся разного рода препоны в оформлении прав собственности на землю. Будет ли это исправлено?
Интернет-конференция Министра сельского хозяйства Российской Федерации Алексея ГордееваА.ГОРДЕЕВ: Я бы разбил ответ на два блока. Если говорить, как используется сельскохозяйственная земля на сегодня не только с точки зрения площади, но и с точки зрения продуктивности, то надо сказать, что мы используем гораздо продуктивнее, чем в плановый советский период. Есть такие данные, их можно привести: у нас и урожайность выросла средняя за пятилетку, существенно сдвинули показатели не только по урожайности, но и, говоря о структуре особо ценных на сегодня видов культур, это и рапс, здесь вообще мы в несколько раз превышаем показатели того периода, это и производство кукурузы на зерно, и целый ряд других. Но если говорить территориально, то, конечно, мы из оборота убрали, "вымыли" за счет того, что нет экономической мотивации, очень низкие доходы, порядка 18 млн гектаров пашни. Это очень большой показатель, и надо признать, что это глубокая ошибка государства, когда мы допустили снижение использования таких больших сельскохозяйственных площадей.
Почему я так говорю? Потому что если выровняются сегодня условия функционирования сельского хозяйства в Европе, в России, в других основных аграрных державах, скажем в Соединенных Штатах, Бразилии, Аргентине, то наш потенциал не ниже, мы можем быть совершенно конкурентоспособными и производить на этих площадях достаточно продовольствия не только для страны, но и для всего мира. А сегодня напряжение с продовольствием в мире нарастает. Примерно 800 млн голодающих в мире, 1,5 млрд недоедающих.
Растет рынок Индокитая сегодня. Это для нас хороший бизнес, в том числе для сибирских регионов. Более того, мне приходилось говорить о том, что в мире все больше и больше возрастает спрос на биомассу как на энергетический ресурс, и я бы сказал, что лет через 30 наше министерство будет называться "Министерство сельского хозяйства и энергетики", имея в виду получение энергии за счет и зерна, и рапса, и других видов биомассы. То есть это уже вещь очевидная, она реализуется сегодня в странах Евросоюза.
И второй блок, говоря об оформлении прав собственности на землю. Надо что понимать: в начале 90-х годов была допущена в каком-то смысле и трагическая ошибка по отношению к такой приватизации земли. По сути, это была такая компанейщина, я считаю. Это было равнозначно тому, что произошло в 1917 году, когда "фабрики - рабочим, землю - крестьянам", но реально там этого не получилось, и здесь, надо констатировать, ничего не получилось. И, принимая Земельный кодекс, принимая специальный закон об обороте сельскохозяйственных земель, нам приходилось - в этом противоречии юридических норм, в этих непростых политических условиях, на базе неправильно принятых государственных решений, это можно сегодня подчеркнуть - находить путь, как выйти из всего этого, прежде всего сохранить права граждан. Потому что, раздав свидетельства на право земли в виде земельных долей, мы не могли допустить, чтобы это осталось какими-то "фантиками".
Сейчас этот вопрос юридически выстроен. Нужен определенный исторический этап, то есть переходный период, когда, на наш взгляд, все это в течение буквально пяти лет будет иметь правильную юридическую конструкцию и соответствующие хозяйственные отношения, выстроенные на договорной основе. Процесс этот идет. И я бы здесь еще раз подчеркнул, что сельскохозяйственная земля - это всегда, прежде всего, интересы российского государства и российского культурного общества, кому бы ни принадлежала эта земля. И на сегодня надо понимать, что пользователи сельхозземель работают уверенно, и земля имеет только тогда цену, когда за ней стоит внятная и эффективная агропродовольственная политика страны. И, поднимая уровень жизни на селе, делая так, чтобы сам аграрный бизнес был выгодным, понимая, что государство всегда будет по-особому относиться к целевому использованию земли, мы эти вопросы снимем.
ВЕДУЩАЯ: "Липецкая газета". "За годы реформ русская деревня сильно изменилась. Новые технологии шагнули в глубинку, серьезно повлияли на производство и крестьянский быт. Люди в селах тоже стали другими. Как Вы оцениваете эти процессы? Какой Вы видите русскую деревню в ближайшем будущем?"
А.ГОРДЕЕВ: Хороший очень вопрос. Когда нам задают этот вопрос, и мы понимаем, что в сельском хозяйстве остается целый ряд серьезных проблем, тем не менее мы видим определенные серьезные позитивные изменения. И я бы в подтверждение контекста этого вопроса назвал несколько показателей. Во-первых, последние семь лет в целом сельское хозяйство ни разу, имею в виду годовой баланс, не было убыточным. Я могу назвать 98-й год: убытки сельского хозяйства тогда составляли 48 млрд рублей, и мы имели 80% убыточных предприятий в стране. В последние семь лет мы вышли на то, что у нас в целом сельское хозяйство прибыльное и прибыльных хозяйств в стране примерно 50%. Хотя остается реальная проблема, что делать с оставшимися хозяйствами, и ясно, что надо оценивать не только конкретное предприятие и организацию, как она работает, а в целом отрасль, и я об этих проблемах уже говорил. Наверное, это ненормально, когда у нас еле-еле влачат существование и хронически убыточны примерно 30-35% предприятий. То есть это ненормальная политика. И когда меня спрашивают: "Но вот этот позитив, он все-таки за счет чего, как вы считаете?" Я бы здесь не ставил роль государства на первое место, хотя можно было бы какие-то лавры пытаться приписать и Правительству, и министерству, регионам, губернаторам, правительствам, субъектам. Хотя, надо сказать, во многих регионах благодаря правильной, выверенной политике сохранили сельское хозяйство. Это - даже сходу можно сказать - Республика Татарстан, Республика Башкортостан, Белгородская область, Липецкая область. Я не беру южные регионы, там природа и бог сами дали возможность вести сельское хозяйство прибыльно, но главный все-таки вопрос состоит в том, что произошла адаптация к рыночным условиям. Я считаю, именно это позволило на сегодня и те государственные механизмы, реализуемые реально, "приземлить" на экономическую деятельность.
То есть адаптировались руководители хозяйств, адаптировались жители в этих сложнейших условиях, поняли, что меньше надо надеяться на государство и ожидание каких-то больших денег. И вот эта адаптация привела к тому, что мы получили благодатную почву, на которой стали один за другим применять государственные инструменты экономической политики. В частности, за эти годы несколько таких ключевых примеров - закон о финансовом оздоровлении. Ни одна отрасль такого льготного закона не получила.
Дальше. Мы создали отдельный налоговый режим для сельхозпроизводителей, появился единый сельскохозяйственный налог - это тоже существенная мера. Дальше. Мы подошли к институту квотирования импорта, это тоже такая мера, которая стимулировала целый ряд подотраслей. В общем-то можно говорить о многих реальных примерах, которые начали шаг за шагом, звено за звеном усиливать сельское хозяйство. Хотя, я еще раз говорю, остаются две существенные проблемы: это качество жизни на селе, имеется в виду прежде всего социальный аспект, и это вопрос, что делать нам с тем сельским хозяйством, которое априори не может быть экономически выгодным - это регионы Нечерноземья, это регионы Севера, Дальнего Востока, а люди там традиционно жили, работали, и надо находить специальные механизмы, с тем чтобы жизнь там была такой же достойной, как в других регионах страны, и на уровне городов Российской Федерации.
ВЕДУЩАЯ: Спасибо. Газета "Новая Кондопога". Приоритетным национальным проектом предусмотрено выделение кредитов для развития крестьянских и фермерских хозяйств. Однако многие хозяева не могут воспользоваться этим правом, так как им нечего заложить, они не имеют ликвидного имущества, а получить более или менее серьезный кредит фермер не может. Кроме того, процедура оформления кредита очень формализована, поэтому многие просто не хотят связываться. Как Вы считаете, не пришло ли время упростить оформление и выдавать кредиты на более льготных условиях для тех, кто служит земле?
А.ГОРДЕЕВ: Понимаете, ведь вся экономическая политика поддержки и в рамках приоритетного нацпроекта опирается на созданные экономические субъекты, на правила, которые существуют по Гражданскому кодексу, по принятым процедурам Центрального банка. И, конечно, сам по себе банк - это всегда консервативная организация. Ясно, что деньги - это вещь, требующая счета, понятно, что нас всегда обвиняли, и, кстати говоря, порой правильно, так как приучили: село кредиты берет, а потом списывает. Но я вспоминаю, когда мы ставили задачу перед руководством страны возродить Россельхозбанком национальную кредитно-финансовую систему в сельском хозяйстве, Президент нам сказал: несмотря на то что финансово-экономический блок Правительства против, я иду на это и вас поддержу. Единственное, если вы разорите этот банк, если вы создадите там невозвраты, будете за это там отвечать. Во-вторых, вы вообще сельское хозяйство как черную дыру, как метку окончательно в обществе закрепите, что с вами работать цивилизованно не надо. Поэтому, естественно, сегодня Россельхозбанк и другие банки работают на принятых технологиях. Если кредит, то надо, чтоб ты мог подтвердить свою нормальную экономическую деятельность, представить баланс, дать залоги. Потому что деньги, как я сказал, любят счет и требуют возврата. Тем не менее, конечно, мы идем на упрощение. Мы, когда вошли в кредитование в текущем году и когда речь пошла о личных подворьях граждан, понимали: надо и сеть параллельно восстанавливать.
Банки многие, в том числе Сбербанк, я не открываю никакой, наверное, здесь секретной истории, стали уходить даже с районного звена, потому что они тоже работают исходя из экономической целесообразности, и у нас в ряде крупных регионов исчезли банки в районном звене. И чтобы заемщик, даже предприятие, взял кредит, нужно поехать куда-то в банк, там что-то оформить, обслуживаться, надо было преодолевать сто километров. Мы поставили такую задачу: в течение двух лет дойти до каждого районного звена и в каждом сельском крупном поселении создать еще и уполномоченных от банка. Вот только в этом году мы удвоили количество представительств Россельхозбанка, в следующем году поставили задачу это завершить. Все это дает возможность напрямую работать с заемщиками, помогать им оформлять документацию, обучать, подсказывать, как надо упростить эти процедуры, в том числе и на уровне Центрального банка России. И были, например, приняты такие решения, когда мы кредиты до 30 тысяч рублей, а на селе 30 тысяч рублей - это в общем-то нормальные деньги, позволяющие купить или скот, или корма, стали выдавать просто под письмо главы сельского поселения, который нам подтверждал, что есть такой гражданин, есть такая семья и они ведут личное хозяйство. И 30 тысяч рублей без всяких залогов стали оформлять.
Дальше. Мы вышли на такую систему, что принимаем поручительство соседей. Два соседа поручаются за третьего, и он получает под их поручительство кредит. Мы ставим вопрос, и в ряде регионов он уже решен. 26 регионов решили, чтобы появились залоговые фонды за фермеров. Мы понимаем, что фермеры сегодня наиболее незащищенные в этой системе кредитования, тем более - когда идет становление, когда возникают новые кооперативы, у которых нет залогов, но нужны соответствующие оборотные средства. И уже в этом году рассматривали эти вопросы на президиуме Совета по нацпроектам, был принят целый ряд таких систем, которые упрощают. Вообще я бы, отвечая на этот вопрос, хотел сказать, что мы уже перед банком ставим такую задачу: не только выполнять такие производственные задачи, но и развивать на селе потребительское кредитование, развивать на селе современные банковские услуги, чтобы люди были встроены в цивилизованную систему. Мы ставим задачу, чтобы банк взял технологии, они известны во всем мире, борьбы с бедностью в том числе. Так что это такой, с одной стороны, взаимовыгодный процесс, а с другой стороны - такой процесс, где не избежать выполнения определенных правил и процедур.
ВЕДУЩАЯ: Далее вопрос. Сычева Наталья, СМИ из Приморского края. "Какова реальная возможность включения аквакультуры в проект? В какой стадии находится сейчас разработка данной программы, какие структуры привлечены к процессу? В этом направлении существует масса проблем, тормозящих создание и развитие мариферм, начиная от размытого нормативно-правового поля, в том числе отсутствия четкой схемы закрепления водных участков за пользователем, и заканчивая элементарным отсутствием специализированного оборудования для таких хозяйств. Как будут учитываться эти и множество других региональных особенностей разведения гидробионтов при реализации национального проекта?
А.ГОРДЕЕВ: Хороший, профессиональный вопрос. Мы увидели, что аквакультура (если простыми словами сказать, это вид такой деятельности, как товарное рыбоводство, искусственное выращивание гидробионтов, используя водный фонд) имеет колоссальную перспективу. Если мы говорим о водном фонде, то - это известные данные - мы занимаем второе-третье место в мире по количеству различных озер, речек. И марикультура, если говорить о прибрежных регионах, прибрежной полосе морей. И данные мировые показывают: идет очень большой рост, опережающий рост производства рыбной и другой продукции за счет такого вида бизнеса.
Я мог бы привести такой сравнительный пример. В России сегодня, если взять общий баланс производства, товарное рыбоводство составляет всего 3%. Если взять Китай, то уже где-то под 60%, и продолжает активно там развиваться.
Поэтому мы такое решение предложили Правительству, в частности - на президиум Совета по нацпроекту. Я благодарен, что здесь Дмитрий Анатольевич Медведев быстро, оперативно отреагировал. Мы выехали в Астрахань, он провел там совещание, пригласили туда представителей регионов всей России, и с Дальнего Востока были там, и с Севера, и с Юга, обсудили там, что необходимо сделать. В общем-то на первом этапе не так уж много надо со стороны государства, чтобы бизнес стал вкладывать в эту отрасль. Решения такие уже приняты. Со следующего года аквакультура попала в приоритетный нацпроект, и речь уже идет минимум о двух вещах - это то, что на такого рода объекты, их создание и обустройство будут теперь доступны льготные восьмилетние кредиты, а также по лизинговому фонду также на льготных условиях будут предоставляться оборудование, необходимая техника. Сейчас мы подготовили соответствующую программу, работает над этим Министерство сельского хозяйства совместно с Министерством экономического развития и торговли, потому что мы ставим эту задачу на долгосрочный период. Я считаю, что мы здесь делаем существенный прорыв, а надо понимать, что это задача не только отрасли - вот есть деятельность, давайте зарабатывайте деньги, а это вообще существенная задача - изменение в лучшую сторону всей структуры питания российских граждан. Это наиболее ценные виды белка, и, кроме того, здесь очень хорошие сочетания, для того чтобы мы могли локальных производителей и локальные рынки соединить в единое целое, чтобы люди могли именно охлажденную продукцию приобретать, порой живую, так что здесь существенная задача - улучшение качества питания наших граждан, а следовательно, я бы говорил о задаче оздоровления населения.
ВЕДУЩАЯ: Регламент нашего мероприятия, к сожалению, у нас подходит к концу, давайте последний вопрос зададим. Сотрудник агропромышленного комплекса из Башкортостана спрашивает: "Крестьяне нашей республики традиционно большой интерес проявляют к коневодству и пчеловодству. Отрадно, что с будущего года направление ускоренного развития животноводства национального проекта дополняется коневодством, рыболовством, овцеводством. Можно ли надеяться на включение туда и пчеловодства?"
А.ГОРДЕЕВ: Да, но я бы здесь поправил, что мы говорим не о коневодстве в целом, а мы говорим о таком особом виде, как табунное коневодство. Я здесь за неимением времени не могу раскрыть, что это такое, но это очень интересная традиционная деятельность целого ряда регионов - Республики Якутия, Республики Алтай, целого ряда других регионов. Именно эту часть мы берем сейчас в приоритетный нацпроект. Вы знаете, пчеловоды - их понять можно. Я поддерживаю идею, чтобы у нас все попало в приоритетный нацпроект. Можно сейчас сказать о пушном звероводстве, почему оно не попало, или я могу сейчас десять отраслей назвать, которые заслуживают того, чтобы государство на это обратило внимание. Кстати говоря, если мы возьмем данные по производству меда, то у нас здесь довольно существенный рост по сравнению с тем плановым советским периодом, и у нас здесь активно развивается бизнес. Прежде всего надо помочь с тем, чтобы навести порядок в розничной торговле и на прилавках. У нас очень много поддельной продукции, суррогатной продукции. Под видом хорошего меда завозят сюда все, что угодно, включая и китайскую продукцию, а это не живой мед. Даже если мы возьмем сегодня, как производится мед в Европе, то в 90% случаев это уже не мед, а сироп, прошедший специальную обработку, с тем чтобы он не засахаривался. Но он теряет свои лечебные свойства. Поэтому здесь вопрос - как добросовестному пчеловоду, поставляющему натуральную продукцию, получить преимущество. И чтобы покупатель пришел и понимал: это вот настоящее, а это, извините, в виде сахара, сиропов - с другой ценой.
Надо думать о том, что пчелы - это тоже животные, чтобы здесь заниматься селекцией, племенным делом. Мы сейчас пытаемся восстановить в министерстве соответствующий подотдел, потому что административная реформа так нас подрезала, что мы просто потеряли специалистов по целому виду направлений. А ведь что такое пчеловодство? Это целая наука, надо в ней разбираться. В общем, будем двигаться.
И, говоря вообще о госпрограмме развития сельского хозяйства, которую должны мы принимать - тоже не просто Правительством, а федеральным законом, как я уже сказал, - то мы предусматриваем, что там все виды подотраслей сельского хозяйства в том или ином виде будут отражены. Мы говорим о том, чтобы был комплексный подход, не только "дайте деньги". Чтобы решались вопросы, связанные с регулированием рынка, как будет строиться налоговая политика в той или иной сфере и антимонопольная политика, потому что в каждом виде есть свои нюансы. Так что я призываю пчеловодов поддержать, и вообще больше и больше потреблять меда, как это делает Юрий Михайлович Лужков.
ВЕДУЩАЯ: У нас есть несколько минут, чтобы журналисты, которые находятся в зале, могли задать вопросы.
ПЕРВЫЙ КАНАЛ, Иван Благой: Скажите, пожалуйста, если еще раз вернуться к теме сельскохозяйственных кредитов. Насколько успешным Вы видите сам процесс выдачи кредитов? И какие перспективы в цифрах Вы видите?
А.ГОРДЕЕВ: Я уже сказал, что есть у нас показатель, мы имели расписанные по банковской сфере, как раз по делу кредитования, некие для себя рубежи. И, если мы возьмем и ускоренное развитие животноводства, и все, что касается малых форм аграрного бизнеса, мы эти годовые рубежи уже сейчас перевыполнили. Это более 100 млрд рублей по первому направлению, а ставили задачу 80 млрд привлечь, и это более 30 млрд рублей по второму направлению, а план был у нас - 25 млрд рублей. Но ясно, что этого недостаточно. По ощущениям абсолютного большинства сельхозпроиводителей, банки, кредиты пришли на село. Мы можем это сравнивать еще и с прошлым годом. Я вам назову. По товарному сектору у нас кредиты увеличились в 2,5 раза, то есть не на проценты рост идет, а по фермерскому сообществу в 8 раз. Но я говорю о том, что есть высокие темпы. На следующий год, отвечаю на ваш вопрос, мы поставили задачу сохранять эти темпы. Если мы, сохраняя такие темпы расширения кредитования и доступа туда сельхозпроизводителей, сможем сохранить в ближайшие три года, то мы скажем: кредиты сельские, банки пришли на село. Потому что это коснется, я думаю, больше половины сельхозпроизводителей страны.
ТЕЛЕКАНАЛ "РОССИЯ", Игорь Карачин: Алексей Васильевич, вопрос в продолжение темы о землях сельхозназначения. Ряд экспертов в области АПК выражают мнение, что есть земли, в основном вокруг крупных городов, таких как Москва, Самара, Новосибирск, где производство сельскохозяйственной продукции в принципе нерентабельно, потому что проще там создавать коттеджные поселки, продавать, и это сумасшедшие прибыли приносит. Вот нет ли в планах министерства, которое Вы возглавляете, вывести земли сельхозназначения, допустим, 50-километровая зона вокруг таких городов, а деньги по рыночной цене дать в виде компенсации местным жителям? Спасибо.
А.ГОРДЕЕВ: Сама такая идея хорошая: что-то там продать, а деньги раздать. Но тут надо понимать так, что вопрос перевода земель из одной категории в другую - это вообще полномочия субъектов Российской Федерации. И Министерство сельского хозяйства вообще-то вырвано из этого процесса.
Другой вопрос, плохо это или хорошо, но я считаю, что это неправильно.
Минимум - мы должны мониторить, своевременно информировать власти общества, что у нас происходит.
Теперь, отвечая на вопрос касательно крупных промышленных центров. Я бы это увязывал с генеральным планом развития городов. Речь ведь не просто - увидели хороший кусок земли. Ну, давайте продадим и на этом заработаем. Возьмите Московскую область. Сейчас там проводится политика, как сделать современное генеральное планирование в 21 веке. Но наследство... Если посмотреть, что происходило в 90-е годы, пролетая даже над областью, такое ощущение, что там вся страна решила построить себе дома, и процентов 80 из них просто не достроены. И земля не используется ни в этом назначении, ни в другом. То есть мы таким подходом можем создать Шанхай - в старом значении, сейчас Шанхай - современный город. Поэтому мы должны исходить из того, что у каждого региона, у каждого города, а здесь надо, кстати говоря, двум субъектам над генеральным планом поработать - Москве и Московской области, должен быть план развития. И те земли, которые попадают под застройки - то ли это жилье, то ли промышленные центры, какой-то инфраструктуры, логистической, складской и так далее, - они, конечно, должны переводиться. Поверьте мне, сегодня селяне вокруг городов за эти земли не держатся с точки зрения того, что это для них супервыгодный бизнес. Здесь надо и смотреть экологические вопросы, зачастую нельзя выращивать вдоль дорог ту или иную продукцию, которая впитывает в себя все эти выбросы. Так что это комплексный вопрос, его надо просто-напросто решать цивилизованно. Опять же, возвращаясь к приватизации земли... То, как происходила и приватизация сельхозорганизаций вокруг городов, здесь допущена масса ошибок, когда мы подтолкнули к тому, чтобы целый ряд структур или конкретных физических лиц занялись просто бизнесом или торговлей этой земли, а не созданием на этой земле чего-то полезного. То есть современный подход может все эти вопросы очень упорядочить.
ПЕРВЫЙ КАНАЛ: Позвольте еще один вопрос. Вы говорили о преференциях российским производителям по отношению к иностранным, а как политика в этом отношении будет проводиться? Если возможно, более конкретно и с учетом вступления России в ВТО.
А.ГОРДЕЕВ: Вы знаете, я могу здесь только надеяться, что политика изменится, потому что то, что мы до недавнего времени в части поддержки села проводили, в общем-то это недостаточно и в каком-то смысле ущербно. Есть целый ряд конкретных примеров. Допустим, мы уже привыкли, объем поддержки Евросоюза составляет 60 млрд евро. То есть это 45% бюджета Евросоюза идет на поддержку села. Кроме того, существуют программы уже на уровне страны, провинции, регионов, департаментов, и, если мы пересчитаем на гектар пашни, это где-то в сорок раз выше, чем у нас. И потом мы говорим - какая конкурентоспособность? Это все равно, как выйти на поле битвы, один в трусах, другой с автоматом, в костюме и так далее. Вот примерно так можно сравнить и здесь. Яркий пример - Белоруссия и Россия. По Белоруссии мы все данные знаем, она всю жизнь от России составляла от 6 до 10%, не больше, имеет объем государственной поддержки села ровно такой, как в России. И мы тоже сейчас ставим вопрос в рамках Союзного государства, что это ненормально. Если мы - Союзное государство, нет границ, давайте договариваться. Во-первых, нам надо повышать поддержку сельхозпроизводителей, во-вторых, вы у себя делайте адекватную политику, чтобы мы все работали на равных.
ПЕРВЫЙ КАНАЛ: А что бы Вы предложили, что возможно сделать именно в изменившихся условиях?
А.ГОРДЕЕВ: Мы исходим из того, что в стране есть бюджетные возможности, и когда нам говорят, что все сдерживает макроэкономика, тогда давайте войдем в межотраслевые пропорции. Вот о чем я говорил. То есть надо смотреть, что не может в целом быть плохих отраслей. Надо выравнивать это. Первый шаг сейчас сделан - 7,5 млрд рублей выделяется на компенсацию затрат на дизтопливо. Есть такой шаг.
Дальше. Надо сделать адекватную таможенно-тарифную политику, которая бы добросовестность на рынке обеспечивала.
Третье. Я говорил о социальном аспекте, что надо приходить в село и понимать, что обеспечивать жизнь там, в том числе и государство должно создавать инфраструктуру, дороги, энергообеспечение, культурное обслуживание, здравоохранение и так далее. То есть это комплексный вопрос, это удел госпрограммы. Масштаб - это вопрос сегодня, я опять скажу, уже как Министр сельского хозяйства, как лоббист, это вопрос зрелости Правительства. Мы не можем внутри договориться по подходам к сельскому хозяйству и к пониманию роли сельского хозяйства в российском обществе. Шаг за шагом это делаем. Думаю, используя и некие политические процессы, в следующем году сделаем более существенный шаг. Все-таки когда идут на выборы, все вдруг понимают, что село, как электорат, становится решающим фактором поддержки той или иной партии, того или иного кандидата. Вот это я и буду делать. За себя могу ответить. Спасибо.
ВЕДУЩАЯ: Спасибо, Алексей Васильевич. Спасибо Вам за то, что ответили на вопросы нашей аудитории.
А.ГОРДЕЕВ: Спасибо.
Интернет-аудиторией был задан ещё ряд вопросов, на которые министр не успел ответить в ходе конференции. Редакция сайта rost.ru передала эти вопросы в Министерство сельского хозяйства РФ, и в ближайшее время мы опубликуем ответы на них.
http://www.rost.ru
20 ноября 2006 года
