Заслуженную артистку России Ирину Мазуркевич, актрису Санкт-Петербургского театра комедии имени Н. Акимова и свою cоотечественницу, родом из Мозыря, белорусские зрители знают по многим фильмам: `Чудо с косичками`, `Сказ про то, как царь Петр арапа женил`, `О бедном гусаре замолвите слово`... Сериалы с участием Ирины Мазуркевич сходу и не перечесть. Она снималась в `Улицах разбитых фонарей`. С вопроса об отношении актрисы к сериалам и начинаем наш разговор.
- Ирина, сами-то успеваете смотреть сериалы?
- Практически нет. Когда-то смотрела `Улицы разбитых фонарей`. Я сама снималась и буду продолжать сниматься в `Рекламном агентстве`. Там очень много юмора, своеобразная смешная атмосфера, где нет напряженности, мелодраматических коллизий. И сам жанр, по-моему, утяжеляется, если в основе сценария - только трагическая любовь, только слезы, расставания, испытания. Мне интересно, когда сериал позволяет отдохнуть. А что касается в целом отношения к сериалам, то, конечно же, с серьезным искусством все эти `мыльные оперы` ничего общего не имеют. И у нас уже складывается градация как в Америке, этот - артист для кино, а тот - сериальный актер. Да, популярности, что для артиста немаловажно, сериал приносит много. Но участие в подобного рода работах уводит в сторону от настоящего, избавляет актера от главной его обязанности - трудиться душой, сердцем. Призрачные художественные ценности переносятся, к сожалению, и в театр. Когда работаешь в сериале, нет времени подумать над ролью, нет времени попробовать себя в разных вариантах перевоплощения, чтобы найти самое главное, разобраться в том, что хотел сказать драматург, почему режиссер взял тебя в эту пьесу, в этот фильм. Все происходит до банального просто: выучил слова своей роли и прочитал, сказал их перед камерой. Ничего хорошего это не дает. Все это избавляет от настоящего...
- Но ведь и вы пришли в театр через кино...
- Я пришла в кино, когда училась в театральном училище и не работала в театре профессионально. Но мне, считаю, повезло. Я сразу поняла, что театр - нечто более настоящее, чем кино. В театре гораздо больше творчества.
- На съемках одного из первых своих фильмов - `Сказ про то, как царь Петр арапа женил` - вы познакомились с Владимиром Высоцким. Какие впечатления остались от этого знакомства?
- Наверное, людей старшего возраста он поражал, удивлял. Тех людей, которые что-то о нем знали, которые слушали его. А я разве знала тогда, что только тайком можно было слушать его пленки. Я была очень молода - всего шестнадцать лет. И, конечно же, как вчерашняя провинциалка ничего, буквально ничего о нем не знала. Относилась к нему как к партнеру по кино. Хотя буквально сразу у нас сложились теплые отношения. Мы довольно долго дружили, почти до самой его смерти. И, наверное, именно то, что я не смотрела на него как на идола, ему нравилось, импонировало и было во мне интересно. Думаю, он понимал, что я вижу в нем просто человека, а не одиозную личность.
- В фильме `О бедном гусаре замолвите слово` вы снимались рядом с Евгением Леоновым. Наверное, для вас это был серьезный урок мастерства?
- Есть фигуры основополагающие. Леонов - личность, величайший актер нашего кино. Я просто в театре его меньше видела. Но, думаю, что и как театральный актер он был глубочайшим мастером. Словом, великий русский актер. И таким же мне представляется Олег Басилашвили. А что касается уроков, то, конечно же, они были. Я вообще всю жизнь стараюсь учиться. И даже хожу на спектакли в студенческий театр, чтобы знать, каким видится современный театр нашей молодежи. В общении с Леоновым, Басилашвили было нечто другое, более значимое, чем совет, подсказка, как играть. Просто общение. Ничего особенного они на площадке не делали. Выходили - и работали. А в паузах сидели, отдыхали, не трепались, не рассказывали анекдотов. Если трепаться и тратить на это свои силы, то, наверное, ничего не останется для профессиональной работы, для кадра. А самый яркий актер среди тех, с кем я общалась, кроме Леонова, разумеется, Равикович...
- И ваш муж...
- Те, кто видел его в театре в годы, когда он блистал, меня поймут. Удивительной актрисой считаю Алису Фрейндлих. Они были для меня и учителями, и кумирами. И след, который они оставили в моем профессиональном багаже, невероятно огромен. Сейчас Равикович работает в московском театре Дружкина. И многие театралы ходят именно `на него`, независимо от того, какой спектакль идет на сцене.
- Сегодня много говорят о том, что в кино за последние годы что-то важное утрачено... Вы согласны с этим? Или, может быть, наоборот, мы стали богаче, ярче в кино, в жизни нашей свободной вообще?
- Конечно, и богаче, и ярче не стали. На мой взгляд, раньше было больше глубины. Да, свободы было меньше. Но присутствовала глубина человеческих взаимоотношений. Хотя не следует забывать, что в кино кроме актерской игры огромное значение имеет техника...
- Вы увлечены американским кино?
- Не нравится мне снобистское отношение, когда говорят, что наше кино самое лучшее, а у американцев и учиться нечему. Я восхищаюсь лучшими американскими артистами. До них многим нашим ой как далеко. Другой разговор, что у нас есть отдельные замечательные фильмы. Но сколько же и ширпотреба!..
- А что же у нас не ширпотреб, с вашей точки зрения?
- Быть оценщиком - дело неблагодарное, не всегда даже правильное. Но мне все время нравилось и нравится кино Данелии. Хотя назвать можно было бы и другие имена людей старшего поколения, которые больше о жизни размышляли, умели эти размышления показывать. Может быть, я старею, поэтому все больше моих симпатий - во времени вчерашнем. А вообще одна из проблем - проблема вкуса. Трудно быть хорошим актером, но и трудно быть умным зрителем.
- Недавно белорусский зритель видел вас в Минске на гастролях Театра комедии. Часто ли бываете в Беларуси? В одной из телепередач вы сказали, что у вашего родного Мозыря есть свой особый запах - запах речного песка...
- В Мозырь я уже не езжу. Там сейчас у меня никого из родных не осталось. Но вот на один из минских спектаклей приехала целая команда мозырян. Они дождались, пока я отработаю, и пришли за кулисы. Нас связывало только то, что мы учились в параллельных классах. Кто-то из этих ребят уже живет в Минске, двое - в Барановичах. Кто-то приехал из Мозыря. Три часа мы проболтали, вспомнили все, что только возможно. И я была настолько рада этим простым и дорогим для меня людям. Муж, наблюдавший за этой встречей, сказал, что не поверил бы, если бы кто-то рассказал ему, что такая чувственность, близость давно уже далеких людей возможна. А я, сама не знаю почему, когда приехала из Минска, будто на крыльях прилетела, без всякой усталости, какая-то новая, свежая, одухотворенная.
- Приезжайте в Минск почаще...
- Буду стараться. Но время сегодня какое-то разлаженное. И связи все-таки у нас разлажены. Дело здесь даже не в политике. Сегодня редкий театр может позволить себе выехать на гастроли. Ведь кто больше к вам приезжает? Антреприза. И даже если в ней приехали работать актеры известные, не всегда любую их `солянку` готов проглотить зритель. Театр - это же и режиссер, и декорации. Театр - большой коллектив, труппа.
- Но ваш Театр комедии приехал...
- Нам помогли спонсоры, оплатили дорогу, гостиницу. Кстати, готовимся приехать в Беларусь и осенью. Наверное, привезем новый спектакль.
- Будем ждать.
Александр Карлюкевич, Минск-Санкт-Петербург
http://nvolgatrade.ru/
