Иван Иванович, в Казахстане в результате амнистии теневых капиталов удалось вернуть в оборот почти полмиллиарда долларов ($480 млн.) Для Казахстана это цифра впечатляющая. Вдохновит ли российское руководство пример Казахстана?
Мне кажется, что в России это тоже получится, но для страны получение такого объема денег может быть и ненужным сейчас. Это будет по моим оценкам до $20 млрд.
И в связи с этим надо одновременно с решением об амнистии принимать решение о либерализации валютного законодательства, включая то, что деньги, которые амнистированы, могут пребывать не обязательно в России. Легализовывать деньги надо не только с точки зрения прибытия в страну, но и сточки зрения их размещения там, где экономически это более целесообразно. В этом случае это разумно.
Если же сделать половинчато, то есть амнистировать только лишь те деньги, которые поступили в страну, как это сделано в Казахстане, и не решить вопрос о том, что потом с этими деньгами будет происходить, то, мне кажется, денег, во-первых, будет меньше, а, во-вторых, амнистия не будет так эффективна, как в Казахстане.
А большой объем средств, который может поступить в страну, вызывает опасения, так как не известно, сможет ли экономика его переварить. Это чревато неоправданным укреплением рубля, усилением импорта, ослаблением позиций российского производителя. И не имеет значения, в какой валюте эти деньги придут. В любом случае это будет какая-то из ведущих валют: доллары, марки, и т.д.
На самом деле, я здесь с г-м Илларионовым согласен, что большая долларовая масса в стране сейчас не нужна. Снижение курса рубля не привязано к высокой инфляции, которая у нас имеет место и в результате рубль опять укрепляется, соответственно конкурентоспособность промышленности снижается, потому что усиливается роль импорта. И поэтому разумно было бы, если бы эти деньги были не просто амнистированы, а были амнистированы по месту нахождения. То есть можно, скажем, будет привезти их сюда просто для того, чтобы учесть, а следующим шагом должно быть разрешение на то, чтобы их можно было отсюда вывезти в те места, где они и раньше пребывали.
Деньги, которые возвращаются сюда в виде инвестиций в конкретные проекты, понятны: никто не будет вкладывать деньги в проект, который неразумен, который сам по себе эти деньги не использует для увеличения стоимости компании. А если же деньги просто придут, то это приведет только к неоправданному укреплению рубля.
Я думаю, что непосредственно казахстанский пример на нас не повлияет, потому что, на мой взгляд, готовности правительства легализовать валютное законодательство до той степени, как это было бы целесообразно, нет.
А это вопрос тоже непростой. Если ты либерализуешь валютное законодательство, это может означать, что кроме тех денег, которые вернутся, другие уйдут. А их может быть и не надо разрешать выводить. В этом я думаю, будет основная проблема при принятии решения о либерализации законодательства.
Поэтому-то я не думаю, что удастся это сделать в России, все-таки в Казахстане другой масштаб. Скажем, структура промышленности проще. Я думаю, это все равно, что на примере Московской области реформировать всю страну. Там это легче охватить одним взглядом, а здесь страна больше.
19 июля 2001
http://www.opec.ru/comment_doc.asp?d_no=14376
