Генпрокуратуры Николай Волков пересчитывает горы стодолларовых бумажек. Два с половиной миллиона долларов, изъятые у одного из обвиняемых, стали главной уликой в т.н. `деле статистиков` - первом коррупционном деле новейшей российской истории.
Сейчас, когда `дело статистиков` принято к рассмотрению в Верховном суде РФ, в нем не осталось основных составляющих, без чего не бывает ни одного `экономического дела`, - потерпевших и суммы причиненного ущерба. Вместе с ними таинственным образом исчезла и главная улика - изъятые миллионы долларов.
Впервые о `деле статистиков` заговорили в мае 1998 года. К этому времени 1-е управление ФСБ, занимающееся экономической контрразведкой, `слушало` руководство Госкомстата почти год. Собственно, распечатки `прослушек`, составившие семь томов, и легли потом в основу уголовного дела.
А началось все с банального доноса. Директор ГВЦ Госкомстата Борис Саакян уволил еще в 1997 году за многочисленные финансовые нарушения одного из сотрудников - Тетивкина. Тот пожаловался своему другу - капитану ФСБ Новикову. Контрразведчик попытался уладить дело миром, пообещав в противном случае Саакяну большие неприятности.
Слово свое он сдержал - через год грянул громкий скандал.
Чиновников Госкомстата обвинили в торговле конфиденциальной информацией, получении черного нала при заключении хозяйственных договоров и сдаче помещений в аренду, занижении отчетной прибыли и получении взяток от строительных и торговых фирм. По версии следствия, деньги обналичивались через подставные фирмы.
Обвинения предъявили сразу девяти высокопоставленным сотрудникам различных ведомств: практически всей верхушке Госкомстата (в том числе тогдашнему председателю Юрию Юркову и директору Главного вычислительного центра Борису Саакяну и их замам), начальнику управления Минтруда Михаилу Малышеву и двум офицерам ФАПСИ.
Ущерб - пять миллиардов `старых` и два миллиона `новых` рублей. Плюс взятки - еще на миллион `новых`. И, собственно, главное доказательство вины - изъятые 2,5 миллиона долларов и более 100 тысяч немецких марок. Тогдашний Генпрокурор РФ Юрий Скуратов пообещал отправить дело в суд через три месяца.
Маdе in Лубянка
В Мосгорсуде `дело статистиков` оказалось лишь в 2003-м - только через пять лет после возбуждения - и слушалось почти год. Дело разваливалось прямо на глазах, и это отметили все присутствовавшие на процессе.
`Торговля конфиденциальной информацией`.
Именно на нее делали упор в самом начале. Однако, если учесть, что у ФСБ к этому времени уже были многотомные материалы прослушки, возникает вопрос: если статистики направо и налево торговали `секретными материалами`, то куда делись доказательства их преступной деятельности? Одно из двух - либо контрразведчики сознательно пошли на подлог (отрабатывая, к примеру, чей-то `высокий` заказ), либо им с самого начала подсунули `липу`. Возможно, поэтому пять `важняков` Генпрокуратуры отказались от `дела статистиков`, посчитав, что для его возбуждения недостаточно оснований.
Согласился лишь Николай Волков.
- До сих пор не знаю, почему эфэсбэшники не взялись за это дело, может быть, у них просто не хватило специалистов и умения? - рассуждает теперь экс-`важняк` Николай Волков. - Я пришел на прием к Катышеву (тогдашний зам. генерального прокурора по следствию), мы обсудили все `за` и `против` и решили рискнуть.
- Для меня с самого начала ясно: `дело статистиков` сфабриковано ФСБ, - утверждает адвокат Саакяна Владимир Подберезный. - А у Генпрокуратуры не было в зачете ни одного громкого дела - ни одно из заказных убийств (Листьев, Старовойтова, Маневич и т.д.) не раскрыто и не отправлено в суд. Следователю Волкову снились генеральские погоны и новая квартира. Отсюда и вся шумиха.
Евгений Гуров, экс-сотрудник ФАПСИ и фигурант `дела статистиков`, готовил информацию для высшего руководства СССР - РФ.
- Мы разрабатывали многие базы данных, в которых больше 30 лет накапливалась реальная экономическая информация по всем регионам страны. Четыре-пять тысяч показателей - чтобы картина была полной, не упускали даже мелочей. Я этим занимался всю жизнь, - рассказывает Евгений Гуров. - С Госкомстатом приходилось работать вплотную - ведь большинство данных мы брали из их отчетов. Ни один из `секретов Родины` ни статистики, ни мы не разгласили - этих обвинений нам потом даже не предъявляли.
Если кто-то кое-где у нас порой...
`Искажение статистических данных о крупных фирмах и компаниях, что позволяло этим фирмам уходить от налогообложения. Арестованные занижали реальные данные, что увеличивало долю `серого` сектора экономики. Различным фирмам они также продавали информацию о конкурентах`.
До дефолта-98 оставалось месяца два. Пока правительство рапортовало об успехах, знающие люди лихорадочно спасали `все, нажитое непосильным трудом`. В январе правительство отчиталось: задолженностей по зарплатам нет. В Госкомстате же оперировали другими цифрами, о чем его глава Юрий Юрков говорил вслух, в том числе и на заседаниях Госдумы.
- Юрков не носил `розовых очков`. Он всегда реально оценивал экономические показатели и не приукрашивал действительность, - говорят его коллеги. - Коммерческие структуры со всей страны предоставляли нам свои данные. И те же бумаги параллельно шли в налоговые органы. Эта информация не являлась закрытой - на этот счет даже было специальное постановление правительства. Так что если крупные фирмы и уходили от налогов, то это вопрос скорее не к нам, а к фискальным органам.
Информацию в Госкомстате действительно продавали. Правда, не с черного хода, а официально. Еще с 1994 года.
- Бухгалтерские отчеты фирм не подлежат распространению - а ведь изначально дело раздули, исходя именно из этого. Когда мы показали Волкову документы, он был просто в шоке, - утверждает адвокат Подберезный. - Все купли-продажи оформлялись юридически. И на каждую сделку был отдельный договор.
Как следовало из материалов обвинения, статистики заключали фиктивные договоры с несуществующими фирмами, и далеко не всегда деньги доходили до кассы. Проще говоря, их клали в карман. Как написано в приговоре, они обналичивались `в неизвестном месте неизвестными людьми в неизвестное время в интересах обвиняемых`.
Чтобы решить уравнение со столькими неизвестными, нужно быть Лобачевским или Ковалевской. Или гением сыска. Хотя даже старушка мисс Марпл вместе с Шерлоком Холмсом и те бы сбились с ног, разыскивая загадочных `мистеров Икс`. В Генпрокуратуре, видно, гениев не нашлось, поэтому на суде один за другим десятки обвинений в крупных хищениях отпали.
В итоге - юридический нонсенс.
Деньги, говорят, украли. И украли, говорят, много. Сколько - неизвестно. У кого - тоже. К статистикам нет финансовых претензий ни у государства, ни у физических лиц.
Нет трупа - нет дела об убийстве, закон жанра. Ущерба нет, а виновные есть - в `деле статистиков` обычная логика почему-то не сработала. Всех участников процесса признали виновными, заменив `тяжелые` статьи на `легкие`. Реальные сроки получили лишь два главных статистика - Юрий Юрков (4,5 года) и Борис Саакян (4 года). Остальных тут же амнистировали.
- Эта история нас всех выбила из колеи, - говорит Евгений Гуров. - Полковник ФАПСИ Игорь Сторчевой умер в 42 года, так и не дождавшись суда. После громких обвинений ему пришлось расстаться с погонами, потом с работой. Так было у всех. Игорь еле-еле устроился на зарплату 700 рублей... Для него это было большим ударом, он так и не смог пережить позора.
Миллионер из деревни Дровнино
`И взятки в особо крупных размерах`.
На языке статистиков они назывались `страховыми взносами`. Юрков написал явку с повинной сразу же после ареста. Из нее следовало, что ежемесячные `страховые взносы` он получал от Саакяна еще с 1994 года. Начинали с полутора тысяч долларов. Саакян дорожил своим местом и поэтому платил исправно. Потом он помог Юркову с ремонтом квартиры, одолжив ему 50 тысяч долларов.
`На это гнусное деяние меня толкнуло неблагоприятное положение в семье с жильем`, - в конце покаянного письма Юрков обещал вернуть полученные 100 тысяч долларов.
- Я бы что угодно написал - лишь бы не в тюрьму, - говорил он позже на суде. Но Юркова все равно посадили - в `Лефортово`, эфэсбэшний изолятор.
Бывалые (в том числе и из Генпрокуратуры), правда, снова засомневались. Представьте, Юркова и Саакяна спецслужбы `слушали` год (хотя санкция была выдана лишь на три месяца - но это уже так, мелочь, интересная разве что для Европейского суда по правам человека. - Е.М.), а значит, узнать, когда принесут следующую взятку, было несложно. Так почему же никого из них не взяли с поличным?
Впрочем, как показали обыски, проведенные у Юркова, `статистик номер один` ну никак не тянул на главаря мафии. У главного на тот момент коррупционера страны не было даже коттеджа на Рублевке (о золотых туалетах тогда еще даже не мечтали). Двухкомнатная квартира, 300 долларов наличными и домик в деревне Дровнино - больше у Юркова ничего не нашли. Остальные статистики, как выяснилось, тоже `не едали на золоте`.
Долгожданные `страховые взносы` обнаружились лишь у Бориса Саакяна - два с половиной миллиона долларов и сто тысяч немецких марок. Саакян к тому моменту 20 лет проработал в Госкомитете России по статистике, из них 12 - директором Главного вычислительного центра. Именно его следователи назвали `мозгом`, придумавшим все хитроумные схемы.
Деньги, естественно, изъяли, Саакяна отправили к подельнику на нары.
Тут-то и начинается самое интересное - миллионы на поверку оказались `чистыми`!
Эти деньги, уезжая в США, оставил Саакяну на хранение один из родственников. У них вообще была богатая семья. Дядя Саакяна владел когда-то в Иране несколькими `питейными` фабриками. После войны он перевез их в Армению. Благословил его на это сам товарищ Сталин. Дядя как бы `подарил` их Стране Советов, а взамен стал главным инженером этих предприятий и получал часть прибыли.
Генпрокуратура проверяла эту информацию по линии Интерпола. Армянские и американские спецслужбы ее подтвердили.
Но этот факт уже никого не смущал. Дело-то скандальное, фигуранты сидят, а главное - миллионы работают!
`Отец, ты сколько ментов завалил?`
Вопреки закону деньги, изъятые по уголовному делу, разместили в коммерческом Соцкомбанке. Это был обычный маленький банчок - `вклад` Саакяна составил более 60 % его активов. К тому же Соцкомбанк никогда не входил в число уполномоченных банков, с которыми работает Генпрокуратура.
- Мы с самого начала пытались получить объяснения, при чем тут, собственно, этот банк, - говорит адвокат Владимир Подберезный. - Наши бумаги `терялись` или их просто не замечали. А в августе 2002-го у Соцкомбанка отозвали лицензию и признали банкротом.
Средняя ставка по валютным вкладам все эти годы составляла около 10%. Несложно прикинуть, сколько за эти пять лет на деньгах Саакяна можно было `наварить`. Полтора миллиона долларов - как минимум.
В общей сложности, на `деле статистиков` кто-то заработал четыре миллиона долларов. По нынешним меркам - с нашей-то коррупцией и количеством `оборотней`, которые размножаются уже как кролики, - может, эта сумма и выглядит скромненько. Но надо же было с чего-то начинать.
- Когда Соцкомбанк лопнул, мы ничему не удивились, - продолжает адвокат Подберезный. - С тех пор мы пытаемся выяснить, что же стало с деньгами и где теперь искать их концы. Но Генпрокуратура хранит упорное молчание. А ее представитель вообще развел на суде руками: раз банк лопнул, то и денег нет.
Пока деньги Саакяна работали на очередных `мистеров Икс`, президент Путин - видимо, в качестве моральной компенсации - пожаловал Борису Хачатуровичу дополнительную пенсию в размере трех тысяч рублей. `За особые заслуги перед Российской Федерацией в области государственного управления народным хозяйством страны`, как следует из указа N995 от 28.08.2003 г.
Воистину - правая рука не знает, что левая творит...
- За столько лет в Генпрокуратуре сменилось много народа, - говорит Николай Волков, начинавший `дело статистиков`. - И все же мне трудно поверить, что эти деньги могли куда-то исчезнуть. А так как в нашей стране отменили конфискацию, значит, деньги Саакяну в любом случае вернут.
За действия - или бездействие - своих должностных лиц всегда отвечает государство. И деньги Саакяну рано или поздно выплатят. За чей счет тоже понятно - налогоплательщиков.
Но вопрос тут в другом: куда на самом деле они делись? Кто все эти годы ими пользовался и получал проценты? И не потому ли `дело статистиков` длится уже столько времени, что это просто-напросто кому-то очень выгодно?
- Отец, ты сколько ментов завалил? - спросили у 69-летнего Бориса Саакяна, когда он переступил порог своей новой камеры.
Обычная такая камера в `Матросской Тишине` - 75 `сидельцев` на 28 `шконок`. Старше его там только прожженный рецидивист, обвиняемый в убийстве трех человек.
Московский Комсомолец
от 31.05.2004
Елизавета МАЕТНАЯ.
http://nvolgatrade.ru/
