Со дня полета Юрия Гагарина, который все человечество отмечает 12 апреля как День космонавтики, прошло не одно десятилетие. 30-40 лет назад подвигом считался сам факт полета в космос. А сегодня мы понимаем, как выразился в интервью обозревателю Страны.Ru Николаю Чеховскому заведующий лабораторией Института космических исследований Леонид Ксанфомалити, что от того, что `Оппортьюнити` и `Спирит` ползают по поверхности Марса, на Земле хлеб не будет стоить дешевле. И все-таки космос никогда не перестанет интриговать человечество.
- Леонид Васильевич, День космонавтики традиционно был в нашей стране большим праздником. Но сегодня люди все больше думают, о том, что нам эти полеты дают - и в плане новых знаний, и в прикладных аспектах. Приборы определения координат с помощью спутника (GРS) уже становятся бытовыми. Как Вы, ученый, оцениваете сегодняшние космические проекты?
- Я думаю, что нам надо либо идти тем путем, каким идет все человечество и вкладывать деньги в развитие науки, рассчитывая, что эти вложения рано или поздно окупятся; либо исходить из прагматических соображений, что это должно дать экономический эффект в проектные сроки. Но мы понимаем, что от того, что `Оппортьюнити` и `Спирит` ползают по поверхности Марса, на Земле хлеб не будет стоить дешевле. Поэтому сегодня все задачи, которые решает фундаментальная наука в космосе, достаточно абстрактны.
- Иными словами, прежде, чем переходить к прикладным наработкам, эти результаты должны прорасти некоторым пониманием...
- Хороший подход. На практике так и получается. Когда у нас появлялись первые данные о других планетах, куда мы посылали первые аппараты, понять полученные данные мы не могли. Для начала мне нужно было, например, год, чтобы понять, что за данные мы получаем с аппарата. В натуральном виде получаем вереницу единиц и нулей. Их можно представить в виде каких-то графиков, таблиц - каких-то зависимостей. Но, главное, понять, что это такое. Ведь мир, в который мы погружаемся, отличен от нашего. И нужно время, чтобы правильно интерпретировать эксперимент с физической точки зрения. Получив с борта аппарата единицы и нули, мне нужно создать какую-то мысленную концепцию, чтобы понять, с чем я столкнулся.
- Таким образом, исследователь видит нечто в данных эксперимента уже после того, как он придумал, а что, собственно, это должно быть. А над какими проектами работает сегодня в космосе наша фундаментальная наука?
- Есть достаточно большое количество проектов, в которых мы участвуем. Есть европейский аппарат `Марс-экспресс`, который находится на орбите Марса. Там участвуют с очень хорошими экспериментами три лаборатории нашего института. На `выданье` следующий проект - `Пеппи Коломбо`, который будет делать Европа. Немножко раньше планируется запустить американский аппарат `Мессенджер`. Мы также готовим ряд экспериментов для этих проектов. Собственно российских исследовательских проектов сегодня нет, как вы понимаете, по причине отсутствия денег. Лично я в основном занимаюсь сейчас планетой Меркурий. Это очень странная планета - она необычна по целому ряду своих свойств. И, в частности, одна из проблем заключается в том, что мы не можем объяснить, как она возникла. Это планета, находящаяся очень близко от Солнца.
В основе всех представлений о происхождении Солнечной системы лежит теория о том, что из космического газа сначала образовались какие-то пылинки, потом эти пылинки объединились в мелкие зернышки, потом эти зерна между собой сталкивались, слетались. И, в конце концов, образовались большие многокилометровые глыбы, из которых начали формироваться планеты. Легко представить себе, как все эти камешки летают по своим орбитам вокруг Солнца. Летают с большой скоростью. Например, наша Земля проходит в секунду 30 км. Представьте себе, что к ней подлетел какой-то другой камешек. Если они столкнутся на скорости 30 км, они разлетятся, конечно. Если они находятся на параллельных орбитах, тогда их скорость относительно друг друга невелика. Есть простые формулы, которые показывают, какая должна быть максимальная скорость на орбите, выше которой происходит разлет вещества, а не его собирание в единое космическое тело.
Так вот Меркурий находится там, где, по всем выкладкам, должен происходить разлет вещества, таким образом, получается, что он не мог на этой орбите сформироваться. Но сама планета там есть. Как она там оказалась? Можно десяток гипотез предложить. И это не последний фокус этой планеты. Например, она единственная из всех планет почти целиком состоит из железа с никелем.
- Готовый рудник...
- Ну, рудник! Доставайте железо, если сумеете. Для исследования этой планеты можно накидать целую кучу исследовательских задач. Они и реализуются в рамках проектов `Мессенджер` и `Пеппи Коломбо`. Самая главная задач состоит в том, как доставить на эту планет космический аппарат. Это очень сложная проблема. Дело в том, что Меркурий идет по своей орбите с большой скоростью - 47 км/сек, а снабженные современными химическими двигателями ракеты имеют предельную скорость 18 км/сек. Этой скорости не хватает, для того чтобы сблизиться с планетой, вы обязательно проскочите мимо.
- Планета его догонит.
- Вот-вот. Как вы думаете, какое самое недостижимое тело в Солнечной системе?
- Солнце.
- Молодец. Почему?
- При подлете сгоришь.
- Нет, не потому что сгоришь. Потому что Земля идет по своей орбите со скоростью 30 км/с. Если вы сможете создать импульс в противоположную сторону 30 км/с, то тело спокойненько упадет прямо на Солнце. Но создать такой импульс нечем. Дальше уже можно думать, сгорит наше тело или не сгорит. Солнце рядом, но Солнце для землян не достижимо. К любой планете мы можем лететь. Любая планета достижима, а Солнце не достижимо. К Солнцу можно лететь только каким-то гравитационным маневром - где-то развернуться. Так вот одна из проблем Меркурия тоже заключается в том, что с ним очень трудно сблизиться. И когда-то идею, как это сделать, предложил Джузеппе Коломбо, итальянец. Он как-то был у нас в институте, интересный человек, но, к сожалению, недавно умер. Вот аппарат `Пеппи Коломбо` (Пеппи - это сокращение американское от Джузеппе) назвали его именем. Сейчас рассматривается возможность участия нашего института в этом проекте с какими-то экспериментами, которые европейцы нам разрешат поставить. Опять же весь вопрос упирается в деньги. Если бы у нас было финансирование, мы могли бы предложить очень хорошие эксперименты. Мозги у нас очень хорошо устроены, другое дело, как ими пользоваться. Американцы получают финансирование на свои аппараты, но на свой `Мессенджер` они никого не взяли - предпочитают ставить только свои эксперименты.
- Что их влечет к Меркурию?
- Меркурий - парадоксальная планета, и чтобы понять, каким образом возникла солнечная система, нужно, в том числе, понять, каким образом Меркурий оказался там. Меркурий - это забавная штука. Например, там нет атмосферы, а Солнце находится совсем рядом. Поэтому интересно изучить влияние солнечных излучений - скверных очень - все эти излучения проектируются непосредственно на поверхность Меркурия, а потому легко изучить влияние, которое Солнце оказывает на планеты.
Понимаете, если бы мы захотели в окрестностях Земли создать какую-то лабораторию, которая бы воспроизводила условия на Меркурии, у нас бы ничего из этого не вышло. Почему? Потому что, во-первых, у Меркурия магнитное поле значительно меньше земного, но, тем не менее, там есть магнитное поле, и есть потоки солнечной радиации, которые прямо бомбардируют поверхность планеты.
- Там же `дикая` температура, наверно, туда послать аппарат невозможно.
- Нет, почему? Там температура не такая `дикая`. Если говорить о поверхности, днем - это порядка 300 градусов, ночью плюс 15. Так что аппаратура без человека смогла бы там работать. Так что через несколько лет, возможно, мы сможем рассказать точную картину рождения нашей Солнечной системы.
Национальная информационная служба Страна.Ru
http://nvolgatrade.ru/
