"Россия - страна с непредсказуемым прошлым", - горько шутили русские в советские времена, когда история переписывалась каждые 20-30 лет, и вчерашние герои вычеркивались из памяти.
Теперь традиция споров о прошлом распространилась и на постсоветскую эпоху. Как оценивать события в России в 1990-е? Знаменовало ли это бурное десятилетие освобождение советских людей и начало долгого - но уже необратимого - пути России к демократии и рыночной экономике, как утверждает президент Борис Ельцин и его сторонники? Или верить следует президенту Владимиру Путину, назвавшему распад СССР величайшей катастрофой 20 века, результатом которой стали нищета, нестабильность и расцвет коррупции? Сегодня, когда американское руководство переосмысливает свою политику в отношении России в ответ на сползание путинской России к авторитаризму, стремление Москвы вновь утвердить свои позиции в "ближнем зарубежье" и жесткую тактику "Газпрома" - гигантского газового холдинга, вокруг этих вопросов продолжаются жаркие дебаты.
Лидерам западных стран, собирающимся на июльский саммит "большой восьмерки" в Санкт-Петербурге, было бы небесполезно прочесть весьма интересную книгу Падмы Десаи. В основе "Бесед о России" лежат интервью с 17 российскими и американскими политиками, экономистами, дипломатами и учеными, взятые автором в 2000-2005 гг. Десаи - профессор экономики из Гарвардского университета - много лет занимается российской проблематикой, и ее мнение о будущем России отличается осторожным оптимизмом. Она высоко оценивает деятельность ельцинской команды за то, что ей удалось внедрить идеи демократии и рынка на весьма неплодородную почву, но и представления о путинском режиме как "смягченном варианте сталинизма" она считает нелепыми.
В интервью, впервые опубликованном в "Московских новостях" в 2003 г., Ельцин и "идеологи рыночных реформ" Егор Гайдар и Анатолий Чубайс, беседуя с Десаи, представляют хорошо продуманные доводы в свою защиту: Россия унаследовала от СССР экономику, лежащую в руинах; трудности и коррупция были неизбежны; программа приватизации, несмотря на все ее неприглядные стороны, была необходима, чтобы "подкупом" заставить прежнюю номенклатуру поддержать рыночные реформы, и тем самым нейтрализовать угрозу реванша со стороны консерваторов-коммунистов.
С другой стороны, лидер социал-демократической партии "Яблоко" Григорий Явлинский, финансист венгерского происхождения Джордж Сорос (George Soros) и некоторые другие критики высказывают немало обоснованных нареканий в адрес российских реформаторов - да и западных институтов, в частности, Международного валютного фонда, за неудачную организацию помощи России. Так, Сергей Рогов, директор московского Института США и Канады, отмечает: "После распада СССР бюрократия захватила государство, а олигархи - экономические активы".
Однако Строуб Тэлботт (Strobe Talbott), главный эксперт по России в администрации президента Билла Клинтона (Bill Clinton), красноречиво убеждает США проявлять терпение в отношении России, учитывая масштабы происходящих там перемен и потрясений. "У нас, американцев, сложилось нечто вроде маниакально-депрессивного синдрома в отношении внешней политики, - утверждает он. - Мы постоянно переходим от эйфории к унынию, колеблемся как индекс Доу-Джонса: "Вы сегодня берете "российские фьючерсы"? Но на все это надо смотреть по иному. Нельзя забывать, что речь идет о стране, пережившей тысячу лет тоталитаризма и авторитаризма". В 1991 г., замечает он, "прежний режим просто сменил риторику, названия, методы работы, и в некоторых отношениях превратился в новый режим. Но только когда уйдет то, старое поколение, а возможно - и следующее, можно ожидать, что в России наступит реальная стабилизация".
Однако ведущий российский демограф Анатолий Вишневский (интервью с ним - пожалуй, самое информативное из всех, что включены в книгу), полагает, что в долгосрочном плане беспокойство за судьбу его родины должно вызывать не ее усиление, а ослабление. Вишневский приводит ужасающие статистические данные о средней продолжительности жизни у российских мужчин и других признаках того, что в стране постепенно разворачивается демографическая катастрофа.
В 1913 г. по численности населения Россия занимала третье место в мире - после Китая и Индии. Сегодня она находится на восьмом месте, а в 2050 г., если оправдаются прогнозы ООН, скатится на 18-ю позицию, уступив нескольким развивающимся странам, в том числе Мексике, Вьетнаму и Ирану. При этом негативное отношение России к массовому притоку мигрантов означает, что скомпенсировать падение численности населения ей не удастся.
Ричард Пайпс (Richard Pipes), историк из Гарвардского университета дает на страницах книги довольно нелестную характеристику Путина: по его мнению, нынешний президент - фигура не того масштаба, чтобы справиться с проблемами, стоящими перед страной. "Путин, несомненно, умелый политик, но России нужен подлинный государственный муж, а он таковым не является, - утверждает Пайпс. - Если у России будет 50 лет мира и благополучия, она станет европейской страной, но 50 лет - это долгий срок. Надеяться на это не приходится, ведь недаром кто-то сказал: "Время - это то, чего история никогда нам не дает".
Джон Торнхилл - редактор версии Financial Times, распространяемой в континентальной Европе.
26.06.2006
http://www.inosmi.ru/translation/228397.html
Джон Торнхилл (John Thornhill)
Рецензия на книгу: Падма Десаи (Padma Desai), "Беседы о России: реформы от Ельцина до Путина" ("Conversations on Russia: Reform from Yeltsin to Putin")
