Оксана Генриховна, весь прошлый год правительство неустанно говорило о своих успехах: профиците бюджета, отличных макроэкономических показателях, стабильности рубля и так далее. Но вот начавшийся год сразу принес кучу неприятных сюрпризов. Обострилась долговая проблема, серьезно подросла инфляция, наконец, по итогам февраля бюджет исполнен с дефицитом. Значит, бюджетополучатели лишатся своих денег?
Я не вижу поводов для беспокойства. В принципе, даже если бюджет по итогам года профицитный, то в процессе исполнения может образоваться дефицит. Если мы имеем текущий дефицит, это не означает, что идет недофинансирование расходной части бюджета, просто часть расходов покрывается займами. Кроме того, остатки средств являются источником покрытия дефицита. У нас на конец прошлого года имелся большой остаток средств, которые используются на финансирование расходов, поэтому здесь может даже и не быть заимствований.
А сможет ли правительство в течение этого года, учитывая, что мы платим по долгам, выдержать тот бюджет, принятия которого оно добилось от Думы? Или будут бесконечные корректировки?
Дело в том, что правительство само оценивало дополнительные доходы сначала в 108 млрд. руб., теперь уже оно оценивает их в 195 млрд. Поскольку у него фактически имеется карт-бланш на использование дополнительных доходов, то, конечно, у правительства огромный люфт для исполнения утвержденного бюджета. В принципе, это вообще нарушение всей бюджетной логики, утверждение бюджета с недоучетом такого объема доходов. Но я не вижу здесь проблем, нужно сделать какие-то невероятные вещи, чтобы этот бюджет не исполнить.
А долговые выплаты не нарушат эту логику?
Правительство направит те доходы, которым можно было найти лучшее применение, на выплату долгов. Другой вопрос, я считаю, что это неправильное решение. Во-первых, надо было договариваться с Парижским клубом. Если бы был по иному составлен бюджет, то можно было бы, наверное, договариваться и договориться в итоге. А второе, если уж не договорились, то надо было брать золотовалютные резервы ЦБ и платить. А дополнительные доходы пускать на индексации, зарплаты бюджетникам и так далее, то есть, на непроцентные расходы. Вот разумная политика в данном направлении. Но правительство в итоге выполнит свои внешние обязательства, потратив все доходы, я даже не могу назвать их дополнительными, это неучтенные в бюджете доходы.
Все наши дополнительные доходы зависят от мировой конъюнктуры...
Не совсем так, это в целом неучтенные доходы. Часть таких доходов возникает оттого, что занизили цену на нефть, часть оттого, что не доучли размеры ВВП, часть - недоучли уровень инфляции. Вот это совокупность факторов.
Правительство уже сейчас выбивается за прогнозные рамки. Большинство экспертов считают, что выдержать 12 -14% годовой инфляции не удастся.
Нет, конечно. Она будет около 30%, это предполагают, это, кстати, и говорилось депутатами раньше. Я еще раз подчеркну - говорить о том, что исполнение бюджета связано исключительно с мировой конъюнктурой нельзя, потому что цены на нефть, газ, лес и металлы - это только часть. Из 200 млрд. рублей только 60-70 млрд. - это нефть, а остальное - это другие факторы.
Кстати, при принятии бюджета депутаты много спорили с правительство по поводу обменного курса рубля. Как Вы оцениваете этот фактор?
Я оцениваю нынешнюю ситуацию с курсом, как неравновесную. Потому что у нас искусственно держат рубль, и, насколько я понимаю, ЦБ около $2 млрд. потратил на валютные интервенции с начала года. Эта ситуация нестабильная, эта ситуация очень напоминает ситуацию накануне дефолта 1998 года. Тоже искусственно пытались сдерживать рубль в то время, как инфляция шла. То есть получается серьезный зазор между уровнем инфляции и фактически полным отсутствием девальвации рубля, хотя рубль должен следовать за инфляцией. На его поддержание, естественно, в такой ситуации тратятся валютные резервы Центрального Банка. В такой ситуации спровоцировать рост спроса на валюту может все, что угодно. Как экономические факторы, так и политические. В том числе, безусловно, спад или опосредованное влияние этого спада на мировых рынках.
Опасность обвала курса есть, опасность возникновения ситуации, аналогичной августу 1998 года. Потому что точно также искусственно удерживают курс, но как только изменится конъюнктура на рынке и приток валюты будет несколько меньше, то ЦБ уже не сможет удерживать курс, а поскольку мы наблюдаем одновременный рост инфляции и отсутствие обесценения рубля, то скачок может быть существенным. То есть, в этом плане мы пострадаем из-за собственной глупости, так как в целом действительно очень зависимы от конъюнктуры цен на нефть. Будет обидно, так как благоприятную конъюнктуру можно было использовать с большим умом. Мы могли бы в полной мере использовать эту конъюнктуру, то есть, решить частично и свои социальные вопросы, и вообще бюджета, а с другой стороны, пополнить золовалютные резервы. И держать рубль, девальвировать его в меру, плавно, с тем, чтобы не снизить конкурентные возможности экономики.
15 марта 2001
http://www.opec.ru/point_doc.asp?d_no=11476
