Конечно, у ближайших соседей АСЕАН - Китая,
Кореи, Японии, а также Индии, - несопоставимо
большие объемы торговли и инвестиций с АСЕАН[1]
А. Улюкаев, министр МЭР
По данным института Гайдара, в 2013-2015 годах
нефтегазовые доходы будут составлять 44-46%
доходной части федерального бюджета[2]
С. Куликов, журналист
Существует огромная дистанция между реальным местом России в АТР и необходимыми масштабами ее присутствия в новом центре силы. Реальное место России сегодня - место средней региональной страны, сопоставимое с Вьетнамом, которое лишь отчасти компенсируется ее политическим весом и военными возможностями (которые также существенно уступают возможностям США, Китая, Японии и ряда других государств).
Осознание этого колоссального разрыва в правящей элите есть, как есть и намерения его ликвидировать. Вице-премьер РФ Дмитрий Рогозин заявил в сентябре 2013 года в Кишиневе, что повестка XXI века для России сейчас находится в Азиатско-Тихоокеанском регионе: "В Европейском союзе об этом тоже хорошо знают. Именно поэтому мы считаем, что нам нужно моментально и немедленно, не теряя времени, вкладывать средства в развитие восточных территорий. Мы будем перемещать туда ракетостроительную и авиационную промышленность. Мы до 2020 года собираемся вложить в перевооружение российских вооруженных сил 500 млрд евро только на закупки, а на техническое переоснащение предприятий - 100 млрд долл.", - сказал Рогозин[3]. Однако до сего дня эти намерения подкрепляются незначительными ресурсами. Так, масштабы дорожного строительства в Московской области в ближайшие годы оцениваются в 1 трлн рублей, что сопоставимо с масштабами транспортных затрат на всей территории ДВФО.
В торгово-экономической области место России в АТР малозаметно, как, впрочем, и место стран АТР в экономике России. Речь идет иногда об 1-2%, если говорить о странах АСЕАН (без КНР), что, конечно, абсолютно не соответствует ни роли этого центра силы в мире - более 50% населения и ВВП, - ни роли России. Причем торговый баланс со странами АСЕАН не только не в пользу России, но и (как и вся внешняя торговля) ориентирован на экспорт энергоносителей[4].
Главная причина слабости позиций в АТР очевидна. Это депопуляция и деиндустриализация восточных регионов, которые не могут стать полноценными экономическими и торговыми партнерами для стран АТР.
Уровень присутствия и влияния России в АТР во втором десятилетии XXI века минимален как в политической, так и особенно - в экономической и военной областях, что объясняется прежде всего слабым уровнем развития ее восточных регионов и сокращением военной мощи на Дальнем Востоке, а также неразвитостью транспортной инфраструктуры. На эти слабые места и была нацелена принятая Правительством РФ в марте 2013 года программа развития восточных регионов, в которую вошли две ФЦП ""Экономическое и социальное развитие Дальнего Востока и Байкальского региона" и "Развитие Курильских островов" - и 12 отраслевых подпрограмм, включающих 23 комплексных инвестпроекта, направленных на модернизацию Транссиба, строительство второй линии БАМа и создание ряда энергообъектов. Из 10,6 трлн 3,8 трлн руб. составит госфинансирование, остальное - заемные средства и частные инвестиции. Как и поручал Игорь Шувалов, 88% расходов бюджета предполагается направить на инфраструктуру: 49% - на транспортную, 19% - на энергетическую, 13% - на социальную и 7% - на коммунальную.
По словам главы Минэкономики Андрея Белоусова, пять основных инфраструктурных проектов, объединенных в новую редакцию ФЦП развития макрорегиона, - это реконструкция и повышение провозной способности БАМа и Транссиба (260 млрд руб. из бюджета), развитие региональной авиации (101 млрд руб.), сети автомобильных дорог (60 млрд руб.), портовой инфраструктуры (25 млрд руб.) и электроэнергетики (за счет инвестпрограмм)[5].
В абсолютных цифрах эти инвестиции очевидно несопоставимы с необходимыми затратами на развитие восточных регионов, а с учетом медленного освоения и формирования эффективной, системы управления - абсолютно недостаточны.
Кроме того, эти инвестиции не отражают характера современного этапа экономического развития, включая уровня развития экономик развития стран АТР. За исключением безусловного приоритета - развития транспортной сети - они ориентированы на прежние экономические уклады и низкое качество НЧК. Это видно из рисунка исследователя МГИМО(У) профессора В. Горбанёва.
Сегодня общую тенденцию развития (точнее - деградации) Сибири и Дальнего Востока хорошо описал С. Лузянин - заместитель директора ИДВ РАН: "Несмотря на гигантские усилия федерального центра в последние годы, как в рамках подготовки к форуму АТЭС, так и в плане реализации федеральных программ развития Сибири и Дальнего Востока, ключевые негативные тенденции в данных регионах полностью сохранились, а отдельные и усилились.
Доля Сибирского и Дальневосточного Федеральных Округов в общероссийском валовом региональном продукте (ВРП) сократилась - с 16,4% (2001) до 16% (2011). Население продолжает убывать (с 19,2% до 17,9%). По данным ВЦИОМ до 40% жителей хотели бы уехать отсюда уже сегодня. По среднедушевым показателям Сибирский федеральный округ занимает последнее место среди 7 российских федеральных округов. Дальневосточный (справедливости ради) - третье.
Часть экспертов считают, что спасение в углеводородных (энергетических) богатствах Сибири. Однако факты говорят об обратном - в 2008 г., когда Иркутская область впервые стала нефтедобывающей, и было введено в строй Верхнечонское месторождение, поставляющее нефть в известный нефтепровод Восточная Сибирь - Тихий Океан (ВСТО), за 2009-2010 гг. реальные доходы населения Иркутской области значительно сократились. И таких примеров по всей Сибири можно привести много.
Получается, что пока углеводородное развитие Сибири никоим образом не связано с подъемом уровня жизни живущих там людей. Наоборот, уровень жизни снижается, а условия (экологические, социально-бытовые) ухудшаются. Варианты монархий Персидского залива, где каждый родившийся житель автоматически и пожизненно обеспечен "нефтяной рентой", пока явно не подходят под "сибирский стандарт""[6].
Это отражается в полной мере на позициях России в АТР "Россия на данный момент практически не представлена в АТР в качестве стратегического фактора, что является одновременно ее слабостью и силой. С одной стороны, отсутствие страны (с системной точки зрения) в наиболее перспективном регионе ослабляет ее глобальные позиции. С другой - обеспечивает свободу маневра и позволяет заключать любые союзы с чистого листа, не опасаясь конфликта интересов.
Позиции России, некогда имевшиеся в регионе, практически утеряны. Например, влияние на КНДР, когда-то доминировавшее, сошло на нет. Членство в "шестерке" номинальное - место Москвы заполнил Пекин, куда и возил своего преемника на смотрины Ким Чен Ир. Военное присутствие (Камрань) также утрачено. Ситуация усугубляется продолжающейся деградацией Тихоокеанского флота, который, в отличие от Северного, финансируется по остаточному принципу.
Теоретически Россия участвует в интеграционных процессах в АТР. В частности, она входит в АТЭС, а также является партнером АСЕАН по диалогу. Однако в целом такое участие чисто формально, а сама инициатива по вступлению в эти интеграционные процессы относится к 1990-м гг. и объясняется скорее не холодным расчетом, а остаточными амбициями великой державы, желающей присутствовать повсеместно"[7].
Очень важно адекватно оценить место России в стремительно изменяющейся геометрии сил, связанной с растущей мощью стран АТР. К сожалению, роль России в АТР следует признать незначительной, а по некоторым направлениям, даже уменьшающейся. Достаточно сравнить, например, торговый оборот двух великих держав мира и АТР - России и КНР, составляющий 80 млрд долл., и оборот 23-и миллионного Тайваня и КНР - более 110 млрд долл. И это при том, что Китай - крупнейший торговый партнер России.
Важно отметить, что Тайвань может стать и другим хорошим примером для России и ее Дальнего Востока. Занимая 134-е место в мире по территории и 50-е по населению (23 млн чел.), Тайвань уверенно входит в мировую двадцатку по ВВП (800 млрд долл.) и первую пятерку по ВВП на душу населения (31 тыс. долл.). Он - признанный лидер восточноазиатских НИС (новых индустриальных стран - Сингапур, Южная Корея и др.), активно осваивающих мировые "ниши" высоких технологий"[8], - отмечает исследователь МГИМО(У) проф. С. Лузгин.
Потенциал Тайваня может сыграть огромную роль в развитии восточных регионов России, в т.ч. по политическим мотивам. Как справедливо считает С. Лузянин, "Во Владивостоке, на площадках АТЭС, Россия просто обязана использовать тайваньскую заинтересованность в кооперации с крупными зарубежными партнерами. Потенциально российские зоны высоких технологий (Сколково и др.) могут получить реальную тайваньскую помощь в виде инвестиций, новых совестных научных и технологических проектов.
Внешнеэкономические факторы подъема Сибири и Дальнего Востока не должны ограничиваться Китаем, Японией, Южной Кореей и др. Тайваньское "лекарство" может и должно применяться для "реанимации" этих российских регионов. Причем географическая специфика острова (отдаленность от Москвы и Петербурга и близость к Дальнему Востоку) позволяет именно эти регионы выдвигать в качестве ключевых и ведущих партнеров российско-тайваньского сотрудничества. К тому же кооперация между регионами (субъектами) РФ и КНР выглядит политически корректно и не задевает чувств официального Пекина"[9].
Другой пример политико-экономических возможностей сотрудничества - Вьетнам, который играет все более важную рол в Юго-Восточной Азии и который пытаются активно использовать США против Китая. Эта 75-и миллионная страна имеет очень скромный товарооборот с Россией в 3 млрд. долл., что, естественно, учитывая историю советско-вьетнамских отношений дает большой резерв в развитии не только торгово-экономических, но и военно-политических связей. В июле 2012 года, кстати, прошли переговоры В. Путина с президентом Вьетнама Чыонг Тан Шангом, который прилетел в Россию с пятидневным визитом. Основными темами встречи стали крупные совместные проекты и развитие торговли, которая сейчас растет внушительными темпами, а также использование базы в Камраль ВМФ России.
Владимир Путин, президент РФ: "Отмечу, что в 2011 году объем товарооборота между нашими странами увеличился более чем на четверть и составил более трех миллиардов долларов. А за первые пять месяцев текущего года, прирост составил и вовсе 54,5%. Сегодня подписан план совместных действий и меморандум об обмене стратегическими данными между национальными таможенными службами. Надеемся, что это тоже внесет свой позитивный вклад в развитие торгово-экономических связей".
По итогам переговоров стороны также подписали совместное заявление, договорившись и дальше сотрудничать в области разведки и добычи нефти и газа на шельфе Вьетнама, а также строить первую на территории страны АЭС. К 2015 году Москва и Ханой намерены довести объем торговли до пяти миллиардов долларов"[10].
"Развитие сотрудничества с АТР на перспективу до 2020 г. является ключевым направлением диверсификации географических связей российской экономики. Это определяется:
- структурными характеристиками развития России: по численности населения, размеру территории, ресурсной базе, уровню развития транспортной, энергетической, социальной инфраструктуры экономика России к западу и к востоку от Урала имеет глубокие качественные отличия;
- структурой транспортных издержек: регионы России к востоку от Урала объективно тяготеют к сотрудничеству с близлежащими территориями АТР;
- сопоставимостью масштабов рынков ЕС и АТР как двух крупнейших в мире интегрирующихся пространств - потенциальных рынков российской продукции (в т. ч. сырьевой).
К сдерживающим моментам для российского экспорта в АТР относятся развернутость экспортной инфраструктуры топливно-энергетического комплекса России в западном направлении, а также усиливающаяся конкуренция с азиатскими странами в базовых отраслях обрабатывающей промышленности. Почти незадействованными оказываются возможности для участия российских компаний в цепочках добавленной стоимости (на этапах разработки и инжиниринга, для сложной немассовой продукции - включая размещение производств), которые могут внести существенный вклад в ослабление сырьевой специализации России"[11]. Можно сделать вывод о том, что не только стратегия ускорения модернизации России не выполнима без использования финансовой, инновационной, инвестиционной мощи АТР как ресурса развития экономики страны, но и сохранение страны как единой державы. Приоритетным партнером России в АТР выступает Китай. Стремительные изменения в экономике Китая (в плане качественных сдвигов в структуре внутреннего спроса и новых инвестиционных возможностей) открывают стратегические перспективы для модернизации России, одновременно оказывая влияние на выбор приоритетов сотрудничества со странами АТР в целом"[12]. В Стратегии-2020, которая фактически реализуется сегодня Правительством Д. Медведева, предусмотрено несколько вероятных сценариев развития, которые вызывают серьезные возражения. Так, по-прежнему, важнейшими "географическими приоритетами" остаются ЕврАзЭс и СНГ (1-е место), Евросоюз (2-е место), а АТР отводится лишь 3-е место. Думается, что стратегически приоритетом первого порядка должны стать страны АТР, отношения с которыми должны рассматриваться через призму развития восточных регионов.
Кроме того, единственно правильный "радикальный сценарий" ориентирован на либеральную экономическую политику, которая для восточных регионов и развития отношений со странами АТР означает только возможность ослабления влияния федерального центра и превращения восточных регионов в полуколонии, зависящие от развитых стран АТР. Представляется, что роль государства в этих регионах должна быть решающей. Прежде всего с точки зрения инвестирования и фискальной политики, в частности, создания особого режима налогообложения и развития обрабатывающих отраслей.
Малоэффективной представляется и надежда на иностранных инвесторов и развитие международного сотрудничества (4 пункт) до тех пор пока восточные регионы России не получат мощный толчок в развитии со стороны государства. Даже сегодня, регионы - экспортеры, являясь лидерами среди регионов по иностранным инвестициям, не влияют на общую ситуацию. Ключевые регионы - Амурская обл., Еврейская АО, Приморский край - по своим показателям существенно отстают от среднероссийских показателей (соответственно 585,32; 582,15; 88,22; 41,41 к 1018,1).
Это непосредственно отражается на всем экономическом положении регионов Сибири и Дальнего Востока[13].
В этой связи необходимо обратить внимание на некоторые общие тенденции. Так, важно, например, отметить, что за 2000-2010 годы существенно выросли мировые цены на сырьё[14], что отнюдь не привело к росту регионального ВВП крупнейших регионов.
В некоторой степени высокие темпы роста внешней торговли азиатских стран, демонстрируемые с начала века, объясняются повышением цен на сырье и снижением курса доллара в наступившем столетии. Так, в 2000-2010 годах средние долларовые цены на сырьевые товары повысились почти в два с половиной раза, однако этот рост цен не повлиял на темпы развития восточных регионов.
Изменение мировых пен на некоторые сырьевые товары
в 2000-2010 гг. [15]
(пены 2005 г. = 100)
Вместе с тем анализ процессов в мировой экономике указывают на неизбежность дальнейшего роста ресурсо- и энергопотребления как минимум всю первую половину XXI века. По прогнозам, в региональном плане рост глобальных потребностей в сырьевых и энергетических ресурсах будет происходить, в первую очередь, за счет Китая, Индии, Индонезии, Вьетнама и других стран АТР. Спрос на нефть, газ, металлы будет увеличиваться там под воздействием экономических, технологических и демографических факторов.
Усиление роли России на энергетических рынках АТР может происходить за счет развития горно-металлургической, нефтяной, газовой, угольной промышленности и электроэнергетики на востоке страны на новейшей технологической основе (в том числе соответствующей современным экологическим стандартам), участия в развитии и эксплуатации объектов перерабатывающей, транспортной и энергетической инфраструктуры в странах региона.
На данном историческом этапе имеются весьма благоприятные условия для движения России на восток, отвечающего стратегическим интересам нашей страны. В целом государства АТР не выдвигают каких-либо неприемлемых для РФ условий или препятствий политического, экономического, идеологического или военного характера для самого широкого участия России во всех региональных делах.
Одним из важных направлений реализации интересов России в АТР является обеспечение социально-экономического развития Восточной Сибири и Дальнего Востока за счет эффективного освоения природно-ресурсного и энергетического потенциала, развития транспортной инфраструктуры и повышения качества жизни населения.
Эффективное освоение российским бизнесом (с выверенным участием иностранного капитала) энергетического потенциала и других природных ресурсов Восточной Сибири и Дальнего Востока и на этой основе развитие высокотехнологичных отраслей перерабатывающей промышленности - важное условие сохранения национального суверенитета России над обширными восточными территориями.
_______________
[1] Кукол Е. Океан не очень Тихий // Российская газета. 2013. 21 августа. С. 2.
[2] Куликов С. Москва ждет нефть по 150 долларов // Независимая газета. 2013. 3 сентября. С. 1.
[3] Россия до 2020 года направит 500 млрд евро на закупки вооружений / Эл. ресурс: "ЦВПИ". 2013. 3 сентября / http://eurasian-defence.ru/
[4] Горбанёв В.А. Общественная география зарубежного мира и России: учебник для студентов вузов, обучающихся по специальностям "Экономика", "Социально-экономическая география" и "Природопользование" / В.А. Горбанёв. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2014. С. 85.
[5] Сапожков О. В Дальний Восток поверили без денег // Коммерсант. 2013. 3 апреля. С. 8.
[6] Лузянин С. Сибирь и Дальний Восток на саммите АТЭС // Российская газета. 2012. 24 июля. С. 3.
[7] Салин П. Россия и Азия или Россия в Азии? // Россия в глобальной политике. 2011. 2 августа / Эл. ресурс: http://globalaffairs.ru/number/Rossiya-i-Aziya-ili-Rossiya-v-Azii-15282
[8] Лузянин С. Тайваньский "дракон" в АТЭС // Эл. ресурс: портал МГИМО(У). 24 июля 2012 г. / http://www.mgimo.ru/system/
[9] Лузянин С. Тайваньский "дракон" в АТЭС // Эл. ресурс: портал МГИМО(У). 24 июля 2012 г. / http://www.mgimo.ru/system/
[10] Президент Вьетнама побывал с визитом у Владимира Путина в Сочи / Эл. ресурс "НТВ.RU". 27 июля 2012 г. / http://www.ntv.ru/novosti/315934/
[11] Стратегия-2020: Новая модель роста - новая социальная политика. Итоговый доклад о результатах экспертной работы по актуальным проблемам социально-экономической стратегии России на период до 2020 г. М.: ВШЭ, 2012. Март. С. 818.
[12] Стратегия-2020: Новая модель роста - новая социальная политика. Итоговый доклад о результатах экспертной работы по актуальным проблемам социально-экономической стратегии России на период до 2020 г. М.: ВШЭ, 2012. Март. С. 818.
[13] Рейтинг социально-экономического положения субъектов РФ. Итоги 2011 / М.: РИА Рейтинг, 2012. С. 27.
[14] Потапов М.А., Салицкий А.И., Шахматов А.В. Экономика современной Азии: Учебник. М.: Международные отношения, 2011. С. 172.
[15] International Trade Statistics-2010. Geneva: WTO. 2010. P. 234.
