Ровно год назад мы начали выпускать `Родную газету`. Старались и стараемся писать так, чтобы суть происходящих в стране реформ, их идеи и последствия становились ясны каждому конкретному человеку.
Люди устали ждать реальных перемен к лучшему, и новые обещания о светлом будущем их уже не удовлетворяют. Может, поэтому сегодня то и дело слышишь: ах, я теперь живу одним днем! И произносится это с каким-то гордым отчаянием. А под безнадежный жест добавляется: ничего теперь нельзя загадывать наперед!.. Так скажет и пожилая соседка, замороченная бесконечными пенсионными ребусами власти, и мать новобранца-солдата, и выпускник школы, который экзамены будет сдавать то ли нормально, то ли по системе ЕГЭ, да и шахтер, который лезет в угольную преисподнюю, опасаясь не столько встречи с метаном, сколько пришествия очередного хозяина-преобразователя, который его лишит работы, а семью хлеба. Живут одним днем, далеко не заглядывая, и те, кто побогаче, и те, кто примеривает на себя одежки среднего класса, да натянуть не может - сегодня есть у него пекарня, завтра нет. Хорошо, если из-за все более совершенных, как уверяет Греф, налогов. А то ведь придут некие субъекты с ножом к горлу: подписывай бумаги, дари, пока жив! О настоящих олигархах и говорить не приходится: каждый их спуск с альпийского склона может оказаться последним. Кому решетка, кому мина на крышу `БМВ`. У нас ведь и воруют по-своему - совершенно бесстыдно: сразу и помногу. И тоже потому, что живут сегодняшним днем.
Всеобщая неуверенность в завтрашнем дне сегодня стала одной из главных угроз национальной безопасности. Сомневающиеся во всем и вся люди мало того что из-за расшатанной психики часто болеют и короче живут, но плохо работают! И нельзя не заметить, что из всех наших экономических деклараций, из докладов министров президенту, из речей политиков самого разного толка как-то незаметно ушло да полностью забылось такое понятие, как производительность труда. Но ведь значимость ее никуда не делась, видимо, спохватимся, когда упадет цена на нефть.
У человека, который не знает, что с ним будет завтра, опускаются руки.
Нам пудрили мозги коммунизмом к 1980 году, квартирами каждой семье к 2000-му. Убеждали в том, что мы - самая читающая нация, что секса у нас нет, позора этого. Что когда страна прикажет быть героем, то у нас героем, в том числе и социалистического труда, становится любой. Об этом столько говорено, что и повторять скучно. А вспоминается только потому, что традиция вранья не прервалась. Куда исчезли `Волги` на ваучеры, за которыми толпы гонялись по Москве и весям, дабы повернее вложить? Где наши накопления на черный день, будь он неладен? А вот двумя батальонами - на Грозный, и 33 снайпера в засаде, и лучший военный министр всех времен и народов, и не менее хороший премьер-министр - любитель крылатых фраз, кроме, видимо, одной: что охраняешь, то имеешь, и загогулины, и пляски - все было. Иллюзион исчерпал свои возможности. Станиславское `не верю` давно вышло из мхатовских стен и стало всенародным. От приморских рыбных квот до белорусских `зайчиков`, от чукотских футбольных полей до мирных будней на северных отрогах Кавказа.
Нокаут от Гайдара, нокаут от дефолта... И вот мы до сих пор стоим, держась за канаты, слушая как рефери ведет счет... Закордонный этот рефери внимательно смотрит нам в глаза: встанем или не встанем, примем нужную стойку или уже нет?
В средствах массовой информации любят поговорить о судебной реформе, считается, что она `идет`. Но, положа руку на сердце, разве мы верим нашим судьям? Потолкайтесь по коридорам, пооткровенничайте с людьми да наконец рискните сами обратиться к судье за помощью - и суммы узнаете, и все своими глазами увидите. Да что говорить! Спорящие стороны адвокатов перекупают друг у друга. Ты его нанимаешь, а он, оказывается, против тебя и старается. И со своего же проигрыша имеет приличный навар.
Взяточничество без конца и без края - от провинциального поселка до самых высоких административных сфер - безжалостно разъедает общественный организм. Организм этот ломает и корежит, его безжалостно знобит, температура не самая высокая, но постоянно повышенная, как у легочника. Угрозы сквозняков - со всех сторон.
В Ульяновске вдруг отключают газ до осени, во Владивостоке, оказывается, нет воды: куда подевалась - ведь раньше была? В голове простого человека все это плохо укладывается.
Идут победные репортажи по телевизору: людей стали выселять из их квартир. Что такое реформа ЖКХ, вроде бы еще и в правительстве не поняли, но как понять это тем, чей старый шифоньер уже спускают по лестнице? Как понять старухе, почему упаковка жизненно необходимого лекарства стала стоить четверть, а то и половину ее пенсии? Как избавить ее от страха, что пенсию задержат? А хватит ли у нее сил отсидеть очередную очередь в районной поликлинике? Хорошо, если в доме есть дети и внуки, а если нет? Нетрудно представить, какую патриотическую генетику внедряет в сознание детей созерцание тех `вызовов судьбы`, от которых страдает бабушка. И дедушка, если еще жив.
Пенсии индексируются, зарплаты прибавляются - а все дорожает!
А так хочется быть уверенным в своем завтрашнем дне... А молодым еще хочется получить и образование - тут уже не один завтрашний день под вопросом, а целая жизнь, судьба. `Мама, ну где же мы возьмем деньги на третий семестр?!`
Заканчивается день, в телевизоре вечерние новости: опять что-то рухнуло, потому что плохо построили, опять затопило, потому что не ожидали весну. Говорить о терактах, о пожарах то в метро, то в очередном Манеже, то в детском доме или школе, о `сложившейся` секции дома, которая превратилась в руины то ли из-за головотяпства, то ли из-за злого умысла, и все с человеческими жертвами, - значит очертить еще один круг психологической, эмоциональной напряженности, объясняющей людской страх не только за завтрашний день, но и за сегодняшний.
Люди перестанут жить одним днем, когда смогут сказать `верю` завтрашнему.
Сегодня такой необычный момент.
Не будет большим преувеличением заметить, что среди всех российских правителей новейшего времени именно Путину, похоже, выпала самая тяжелая доля - вконец разуверившийся народ. Высокий личный рейтинг президента - последний знак того, что люди надеются на достойное великой нации завтра. Положение президента не просто не потому, что исчерпан ресурс государственных ошибок. Ошибки люди всегда готовы простить, если с ними поговорить по-человечески. Самое главное в том, что полностью исчерпан ресурс вранья. Здесь достигнут предел: еще парочка непросчитанных действий - и о вдохновляющем рейтинге можно будет рассуждать ретроспективно, как о факте удачно начавшейся биографии.
Александр Колодный
`РОДНАЯ ГАЗЕТА` Nо 18(53), 14 мая 2004 г., полоса 1
httр://www.rоdgаz.ru/indех.рhр?асtiоn=Аrtiсlеs&dirid=22&tеk=10017&issuе=125
http://nvolgatrade.ru/
