Стране.Ru стали известны новые подробности о деле смерти Александра Бочанова, погибшего 5 сентября во время военных сборов в Ханты-Мансийском округе. В распоряжении редакции имеются материалы дела, включая постановление об отказе в его возбуждении, а также выступления сторон на суде и оправдательный приговор в отношении подполковника Завадского (см. гиперссылки в тексте). Страна.Ru связалась с журналистом, во многом благодаря которому прокуратура была вынуждена все-таки заняться рассмотрением этого случая. До его приезда к месту гибели школьника в возбуждении уголовного дела по факту смерти Бочанова А.В., родителям Саши уже было отказано. Как рассказывает журналист Сергей Лебедев нашему обозревателю Розе Цветковой, в этом деле много странного и неясного.
- Сергей, расскажи, пожалуйста, как ты узнал о смерти Саши Бочанова?
- 9 или10 сентября 2003 года, точно сейчас не помню, поздно вечером в редакции (газеты `Первое сентября` - ред.) раздался телефонный звонок. Человек, который не захотел представляться, 30-40 минут рассказывал, что в Ханты-Мансийском автономном округе случилась такая беда. Что были военные сборы, был кросс, погиб школьник, об этом никто не хочет писать, трагедию всячески стараются замолчать. И у родителей погибшего школьника есть только одна надежда, что вмешаются журналисты из Москвы. Не местные, потому что на местные газеты просто нет выхода, здесь все всего боятся..
Сначала, честно говоря, мы просто не поверили, что такое возможно. Аноним этот оставил телефоны, по которым можно было связаться с родителями. Мы перезвонили родителям, с их слов на тот момент оказалось, что все так и было. Буквально через три дня я уже летел в Советский. Всему этому предшествовали долгие переговоры по поводу того, кто меня будет встречать в аэропорту: было несколько кандидатов на оказание такой услуги, и все они старались ее уступить другому, объясняя это тем, что аэропорт слишком маленький, все у всех на виду и сразу будет известно, кто встретил журналиста из Москвы. Тогда мне это казалось наигранным. Но потом, по приезде на место мне многое стало понятным. По лицам, по жестам, по речи людей, которые меня встретили - не стану называть имен, им еще жить тех местах - было уже видно, что дело пахнет керосином. Что они действительно рискуют - спокойной жизнью, работой - просто встречая меня в аэропорту.
Мы поехали к Сашиным родителям, Людмиле и Владимиру Бочановым, сразу же. Они встретили меня очень настороженно. Первый вопрос, который мне задал Владимир Григорьевич, отец Саши: кто вы, какое расследование вы собираетесь проводить и в чьих интересах?
- А чем, по-твоему, эта их настороженность объяснялась?
- К тому моменту, когда я приехал, местная прокуратура уже успела отказать в возбуждении уголовного дела. Собственно, родители уже не верили, что кто-то захочет им помочь и, главное, сможет.
Сразу же, после того, как их привезли со сборов, одноклассники Саши, другие ребята из этого поселка, из Пионерского, пришли к родителям домой. И среди прочего рассказали о своеобразном инструктаже, который с ними проводился после этой трагедии: о чем говорить, о чем не говорить.
А из официальных лиц, из администрации района, никто с родителями встречаться не захотел, никого и на похоронах не было. Кроме того, пожалуй, что к ним поздно ночью того дня, когда умер Саша, приехали люди из милиции и сказали, поезжайте в морг .
- Это прямо 5 сентября было?
- Да. Приехали и сказали, там, в морге, лежит ваш сын. И все. И больше ничего не сказали, почему погиб, какая помощь нужна?
- И все, и не было даже никакого расследования факта смерти? А как же медицинская экспертиза, которая показала сердечную недостаточность у Саши, которая и стала причиной смерти? Это мнение озвучивал впоследствии и представитель администрации района на последующих сборах старшеклассников, это даже на видеопленке присутствует. Он говорит о каком-то `синдроме спортсмена` .
- На самом деле не было никакой медицинской экспертизы поначалу, как я понимаю. Была версия, которую придумали для успокоения общественности, и которая благополучно исчезла после проведения первой серьезной медицинской экспертизы. И прокуратура первой инстанции, которая отказала в возбуждении дела, тоже ссылалась на сердечную недостаточность. На этот же `синдром спортсмена` ссылался и глава района Расковалов: он мне прямо сказал: недавно один спортсмен, футболист, на футбольном поле умер, по телевизору это показывали, теперь вот Саша, тоже сердечная недостаточность. Что ж, мол, теперь, из-за этого сборы не проводить, лагерь военно-спортивный закрывать?
А что касается родителей, то, насколько я знаю, им тогда так и заявили, что вы можете писать жалобы на это постановление, но делу ходу все равно не дадут. Тут нужно учитывать еще одно обстоятельство. В районе на тот момент была напряженная обстановка - намечался торжественный гранд-прием в честь юбилея района, с присутствием губернатора и всяких высокопоставленных персон, и, естественно, лишний скандал был вообще никому не с руки. А тут учебные сборы, за которые должны были отвечать все первые лица местной администрации - распоряжения о сборах подписывал, как мы знаем теперь, глава района, общий контроль за сборами осуществлял его первый зам по социальным вопросам, плюс районный военком, то есть, получается, так или иначе, все руководство администрации причастно к этому происшествию.
- А зачем тогда глава района интервью тебе стал давать? Чем это объяснялось?
- Был там человек такой, как бы посредник между мной и окружающей реальностью, условно говоря, он эту встречу и устроил. Администрация очень хотела объяснить свои действия. Они очень хотели попутно свозить меня еще в лагерь, показать, объяснить, успокоить. И глава района прямо в беседе со мной заявил: я вижу, что ты парень разумный, нам лишняя шумиха не нужна, давай дружить в этом направлении. Давай не будем выпускать материал, пока не будет результатов медэкспертизы, пока то, пока се. И еще обещал памятник установить, для, как сам говорил, воспитания молодежи на примере мальчика, который героически погиб, пробегая эту дистанцию.
- А тебе во время твоего первого приезда удалось восстановить картину того, что все-таки было на сборах, со слов школьников, родителей?
- Абсолютно точную картину восстановить не удалось. Но были некоторые ключевые моменты, на которых, собственно, строился материал, который я тогда писал.
Беседа была очень скупой. Собственно все, что мне рассказывали: это было совершенно неожиданно для всех - ребят вдруг после ужина построили, объявили о кроссе .
- То есть ребят не предупреждали заранее об этом?
- Нет. Но действительно предлагали выйти из строя тем, кто не хочет бежать. Потом был бег, было очень тяжело. Тогда ребята говорили, что тошнота была не у одного Саши, кого-то тоже тогда рвало, и сильно. Отстающих подгоняли окриками. Машина с фельдшером ехала позади колонны. Говорили про то, что когда Саша упал, и когда подъехала фельдшер, она пыталась привести его в чувство нашатырем под нос. Тогда же Саше пытались сделать искусственное дыхание, но особой ясности, кто его делал, тогда не было. По показаниям его одноклассника, не помню, к сожалению, сейчас его имени, в определенный момент Саша сбавил темп, было очевидно, что ему плохо, его товарищ подставил ему плечо, и некоторое время они шли рядом, а потом Саша упал. Это случилось во время второй газовой атаки во время кросса. Ребята говорили, что он просил разрешения снять противогаз, но ему не разрешили.
- Кто не разрешил? Завадский?
- Кто-то из сержантов, который сослался на приказ Завадского. Мол, команда `газы` была дана для всех. Значит, нужно надеть противогаз и бежать в нем до тех пор, пока команда не будет отменена. С самим Завадским тоже интересная история выходит. Поначалу он бежал во главе колонны. Но в какой-то определенный момент, как уже сейчас понятно из материалов дела, он сошел с дистанции - по причине того, что натер себе мозоль на ноге. Куда он потом делся, история, в том числе и материалы дела, умалчивают.
- Я так понимаю, что до того момента, как ты приехал, никто об этом не написал?
- Нет.
- Были ли какие-то угрозы со стороны местных чиновников? И вообще твое присутствие их не тяготило?
- Было очевидно, что мое присутствие их смущало. Я, как и любой посторонний человек, журналист к тому же, фигура для них непонятная. Они не очень понимали, как со мной быть. Я думаю, что если бы я пробыл там не 3 дня, а 5 дней, скажем, то они что-то в отношении меня решили бы. А так я приехал, в тот же день уехал к родителям, на второй день у меня были встречи с разными людьми, и на третий меня пригласили для встречи с главой администрации.
И, честно говоря, я впервые так легко и непринужденно попал на прием к главе района. Много было в моей журналистской работе глав местных администраций, и это как правило полуторачасовые ожидания в предбаннике, а потом `у нас полчаса, задавайте свои вопросы`. А тут прислали машину, лично его помощник за мной приехал. Улыбчивость, и полная демонстрация того, что они здесь контролируют ситуацию. Им очень важно было, чтобы у меня осталось совершенно определенное представление о том, что здесь происходило, а точнее, чтобы оно совпадало с их версией произошедшего. Но в целом вся та атмосфера, речи, слова, обмолвки, сам тон разговора всех людей, с которыми я общался, - фон был очень напряженным. Я ожидал всяких разных подвохов. Эта, как вначале казалось, рядовая командировка превратилась вдруг в такую, достаточно небезопасную для меня поездку, как мне тогда показалось.
К тому же люди, которые меня окружали, с которыми я общался в городе Советском, в определенный момент все словно сговорились и начали меня обрабатывать: `мальчика уже не вернуть, ты молодой еще, жизни не знаешь. тут деньги предлагают. Бери деньги и уезжай. И называли конкретную сумму. Большую.
- Когда мы разговаривали с адвокатом родителей Саша, Андреем Филатовым, он говорил о том, что были трудности в сборе свидетельств, проясняющих картину случившегося. Что многих старшеклассников, которые тоже присутствовали на тех сборах, практически допрашивали десятки раз и всякий раз давали понять, что лучше в это дело не вовлекаться глубоко. И в итоге очень многим ребятам родители потом не разрешили ехать на суд и давать показания. У тебя было ощущение, что люди действительно запуганы и не хотят во всю эту историю ввязываться?
- У меня было ощущение, что люди боятся поднять голову, вообще встречаться и разговаривать. С одной стороны это, конечно, можно было объяснить тем, что все потрясены тем, что произошло. Но с другой стороны, . это ведь очень обособленное место, где все всех знают. И тогда уже были разговоры о том, что кто-то посещает школьников, которые были на сборах, и аккуратно им напоминает, что им тоже скоро всем служить, и еще непонятно, где вы будете служить, горячие точки еще не перевелись. Эта атмосфера, конечно, не добавляла доверия к той версии, которую тогда официальные лица выдвигали - о несчастном случае.
А потом я узнал, что пострадала женщина, у которой я останавливался на ночь. Потом, когда я уже вернулся в Москву, мы несколько раз созванивались. И вот однажды она мне звонит и рассказывает, что ей позвонил какой-то неизвестный и предупредил, что если в будущем еще раз у нее будут останавливаться журналисты, которые приехали из Москвы, то с ее сыном может что-нибудь случится.
- Что же послужило поводом для повторного рассмотрения дела о смерти Саши Бочанова? Почему прокуратура все-таки потом возбудила уголовное дело?
- История следующая. У нас в газете `Первое сентября` вышел материал. Но было абсолютно понятно, что можно написать еще хоть 20 материалов и никакого внимания следственных органов это не привлечет. Мы вышли на Ирину Хакамаду, не конкретно на нее, мы вообще искали какого-либо депутата, который согласился бы написать депутатские запросы по этому поводу в Генпрокуратуру, в министерство образования. На тот момент это был единственный способ вообще сдвинуть дело с мертвой точки. В итоге это удалось Хакамаде. Она написала 4 запроса - в Генпрокуратуру, полномочное представительство президента в Уральском Федеральном округе, министерство образования и губернатору округа. И после этого, после депутатских запросов, которые, помимо Хакамады, подписало еще несколько депутатов, то есть когда уже обозначилась некоторая сила в этом деле, окружная прокуратура возбудила уголовное дело.
- Возбудила дело в отношении скольких людей?
- Насколько я помню, в отношении девяти. Точнее, не возбудила уголовное дело, а инициировало расследование всей этой истории. Тогда еще не возбуждались уголовные дела в отношении конкретных людей, хотя в этом расследовании фигурировали очень многие.
- Как, например, кто?
- Например, глава Советского района Расковалов, его заместитель по социальным вопросам Шишмаков, глава департамента образования физической культуры и спорта Легков, военком района Коломиец, начальник второго отделения военкомата Владимир Завадский, преподаватели ОБЖ, фельдшер, которая пыталась оказывать медицинскую помощь. Их допрашивали, но в декабре, после выборов, когда было уже очевидно, что Хакамада в Думу не прошла, отношение прокурорских работников к родителям резко изменилось, родители даже писали жалобы в Генпрокуратуру на хамское отношение следователей. И тогда же сразу были написаны постановления об отказе в возбуждении уголовных дел в отношении всех, кто, кроме Владимира Завадского, фигурировал в деле.
- А что означает, что изменилась тональность общения с родителями? Им, что, стали угрожать?
- До конкретных угроз дело не доходило, но вот, например, когда родители Саши стали знакомиться с материалами уголовного дела, им не предоставляли достаточного количества времени. А ведь это 10 томов, это надо прочитать все внимательно. А им швыряли тома на стол - читайте все это быстро. А когда они, например, сомневались в каких-то медэкспертизах, еще в чем-то, им говорили, в этом не компетентны, это не ваше дело. Но обо всем этом, видимо, лучше у них самих спросить.
- Представители вашей редакции, насколько я знаю, присутствовали на суде в момент вынесения приговора ?
- Мы были на прениях, которые предшествовали вынесению приговора. Там выступали и потерпевшие, то есть мать и отец Саши, их адвокат и обвиняемый - Завадский, и его адвокат.
- Как держался в суде тот же Завадский?
- Абсолютно спокойно, уверенно. Когда мы зашли в помещение, где происходило судебное заседание, мы даже сначала не поняли, что это человек, которого будут сейчас судить. Они вместе с военкомом района стояли у окна и обсуждали шансы Путина на президентских выборах. И все, что их интересовало за 15 минут до начала судебного заседания, будет ли явка избирателей или нет. Понимаете, в течение дня, пока шли прения, у меня не возникло впечатления, что Завадский вообще что-либо переживает. Он, скорее, переживал по поводу неудобств, которые ему доставило это дело. А его адвокат прямо назвал случившееся казусом. А потом стал говорить о том, что медицинские эксперты свидетельствуют, что с тем заболеванием, которое было у Саши Бочанова, редко кто доживает до 25 лет.
- А какое имелось в виду заболевание?
- Хроническая надпочечная недостаточность.
- А откуда она вдруг возникла?
- Одни из экспертов давал показания, что это заболевание не диагностируется при жизни, а обнаруживается только посмертно. Вот, вроде бы, при какой-то одной из экспертиз это обнаружилось. И соответственно общая версия возникла о том, что вследствие этой хронической надпочечной недостаточности, в условиях физической нагрузки, у Саши возникла рвота.
- Получается, рефрен мысли адвоката в том, что он все равно и так бы умер?! А судья на это не реагировал?
- Судья не отреагировал на это, судья вообще не реагировал на все эти ситуации, которые для любого нормального человека являются очень странными.
- Можно предположить, что Завадскому было заведомо известно о том, что ему ничего не грозит?
- Во всяком случае, вел он себя так, как человек, которому ничего не грозит
- Он хоть как-то пытался извиниться перед родителями?
- Они старались друг на друга не смотреть.
- Но он хоть как-нибудь пытался объяснить свои действия? Мотивировку того, что еще практически детей заставил бежать десятикилометровый кросс, после ужина, да еще с двумя газовыми маневрами в противогазах?
- Это вообще странная история Его обвиняли в превышении должностных полномочий, но в то же время выяснилось, что на эту должность - руководителя сборов он легитимным образом не был назначен. В то же время когда он или его адвокат говорили о кроссе, присутствовали слова: `Я же начальник. Я имею право`. Плюс они ссылались на то, что есть некоторая методичка, насколько я помню, изготовленная военкоматом Ханты-Мансийского автономного округа, где, собственно, написано о том, что в последний день сборов должен присутствовать 10-километровый кросс, и что, собственно, он исполнял эту методичку.
- А методичка присутствовала в материалах дела на суде?
- Насколько я помню, ее не было, а заслушивались показания самого военкома. Собственно вообще достаточно мало в суде заслушивалось показаний со стороны обвинения. Фактически все свидетели, которые выступали в суде, были свидетелями со стороны защиты, то есть стороны Завадского. Со стороны обвинения был всего лишь один свидетель, один из школьников, который на этих сборах бежал рядом с Сашей.
- А кто был со стороны защиты?
-Все те же 8 человек, в отношении которых было отказано в возбуждении уголовного дела плюс медицинские эксперты.
- А что, частности, говорил глава района в этих показаниях, почему Завадский был вроде бы и руководителем сборов, но не официально назначенным?
- Глава района не вызывался в суд, насколько я помню, по каким-то благовидным причинам. И мы располагаем только копией допроса главы района. Он говорит, что да, дал я такое распоряжение. Ну, дал и дал. Лейтмотивом его выступления было одно: я ничего не знаю, и я доверяю своим ответственным исполнителям. Они подготовили распоряжение, я подписал. Параллельно же, еще в рамках расследования, когда изымались разные документы в администрации, тогда же выяснилось, что учебно-тематический план сборов, еще какие-то документы, касающиеся сборов, вообще были изготовлены задним числом - 7 или 8 сентября. То есть уже после гибели Саши. А ведь проведение сборов в отсутствие этих документов, которые и должны определять, что на этих сборах должно происходить, - это серьезное нарушение.
- Получается, именно поэтому не было ясности с назначением Завадского?
-Нет, это другая история. Официально руководителем сборов был назначен Владимир Завадский, но это было незаконным назначением. Он был назначен на эту должность руководителем департамента образования, который, по сути, на это не имел права. Как показал в суде военком района - непосредственный начальник Завадского, он издал приказ об откомандировании Владимира Завадского на учебные сборы без указания конкретной должности, которую он должен занимать. Просто как бы поезжай. Он и поехал.
- Какая-то черная дыра получается с этими сборами. Все там исполняли свои обязанности, но формально на это прав не имели. То есть заставлять отжиматься и песни петь бегом в противогазах имели право, а отвечать за это - обязанностей уже нет?!.
- Насколько я знаю, это стало поводом для нескольких дисциплинарных взысканий и выговоров. Кому-то в департаменте образования.
- А как же суд отреагировал на то, что документы о сборах были оформлены задним числом?..
-Это было упомянуто.
- Просто упомянуто?! Обвинение на этом не акцентировало внимание?
- Дело в том, что в рамках уголовного дела по статье 286 - превышение должностных полномочий - в отношении Завадского, эти факты к делу не относились. Это должно было стать отдельным поводом для рассмотрения, но во всяком случае гособвинитель словосочетание `фальсификация документов` произнес .
- Были ли вынесены определения в отношении тех лиц, которые первоначально отказывали в возбуждении дела?
- Санкции были приняты только в отношении человека по фамилии Яремаченко, помощника прокурора, в конце декабря. За формализм, проявленный при расследовании, уволен из органов прокуратуры.
- На твой взгляд, обвинение в суде было убедительно представлено? Какой срок они просили?
- Они просили условный срок в 5 лет, с отсрочкой приговора на 5 лет, плюс 3 года лишения права занимать командные должности. Обвинение, на мой взгляд, было не убедительным.
- В чем это выражалось?
- Обвинитель слишком часто повторялся. Вся его речь была построена на показаниях, которые свидетели давали в ходе предварительного следствия. Он был вынужден постоянно делать реверансы. `В ходе предварительного следствия этот человек показывал одно, а суде он нам показал другое, но я считаю правильными его показания на предварительном следствии, потому что.`, и все в таком ключе. То есть в рамках предварительного следствия, видимо, действительно была проделана большая работа, много запросов, экспертиз, но потом все эти материалы уже получили другую направленность. Это мое субъективное ощущение, но мне кажется, когда все эти люди давали показания, они отводили опасность от себя, и, естественно, они давали показания, по которым можно было привлечь Завадского. Когда же в отношении их расследование было прекращено, они уже свидетельствовали как бы в пользу Завадского. Например, в отношении военкома Советского района Коломийца обвинитель прямо заявил, что он давал 2 раза под присягой разные показания, и какие-то из них точно должны быть ложными. Это касалось того, был ли или не был приказ о назначении на должность руководителя сборов. В последний раз он сказал, что приказов не было, а до того, под присягой свидетельствовал, что приказ о назначении Завадского был. Получается замечательная схема, где, если ты хочешь обезопасить от всяких негативных последствий, ты просто не издаешь приказ, не подписываешь инструкцию и дальше живешь себе спокойно. И неважно, что есть погибший ребенок: из-за отсутствия некоторого количества бумажек, фактически никто не несет за это ответственности.
- Фактически это может стать основой очередной методички для военкома Советского района.
Ну да, эдакий формуляр оптимизации негативных последствий на тот случай, если что-нибудь случится.
- И за дачу ложных показаний никого к уголовной ответственности не привлекли?
- Нет. Обвинитель предложил вынести частное постановление в отношении Коломийца. Таким образом он хотел дать, что это могло бы стать предметом рассмотрения отдельного уголовного дела. Но суд предпочел вынести частное определение в адрес фельдшера и сержанта, который был, насколько я помню, одним из командиров взводов.
- Я сейчас такое дикое предположение сделаю. Но из всего того, что ты рассказал, складывается странная картина. Сначала из процесса вычленили всех тех, кто так или иначе на руководящем и исполнительном уровне был причастен к смерти Саши Бочанова. Потом в деле остался Завадский, про которого еще до процесса было известно, что обвинение, ему предъявленное, несостоятельно, поскольку он не превышал служебных полномочий по причине не обладания ими. Затем обвинитель просит для обвиняемого заведомо мягкий, условный срок, с отсрочкой приговора на 5 лет, к тому же. Судья, тем не менее, выносит оправдательный приговор. Складывается ощущение, что это такая четко продуманная игра со всеми участниками процесса заранее. Я ошибаюсь?
- Игра там, конечно, просматривается, в том смысле, что сначала, когда расследование проводилось в отношении девяти человек, этим делом занималась гражданская прокуратура. Когда остался один Завадский, автоматически дело перешло в военную прокуратуру. Хотя военные суды славятся своей большей непредвзятостью, по сравнению с гражданскими, но, например, юрист, к которому мы обращались за консультациями, военный прокурор в прошлом, еще только когда было назначено первое судебное заседание, высказал предположение, что приговор будет условным и с отсрочкой. Но даже он не ожидал, что приговор будет оправдательным.
И вот такая вот грустная история получается: десяток взрослых мужчин боятся одного погибшего мальчика, который, как им кажется, может попортить им жизнь, карьеру. Они меняют показания, одно на другое на предварительном следствии и в суде. Они только говорят: только не я, я не писал, я не приводил, я не видел, я не был, я случайно принял на себя обязанности .
- Да, но, тем не менее, они все продолжают оставаться на своих местах и при своих должностях .
- Да, и, тем не менее, Ханты-Мансийский округ признан первым в России по военно-патриотическому воспитанию. И, тем не менее, директор департамента образования Ханты-Мансийского округа по итогам 2003 года признана `Человеком года в образовании` - в частности, с организацию системы военно-патриотического воспитания.
Национальная информационная служба Страна.Ru
http://nvolgatrade.ru/
