Успех референдума по объединению Красноярского края, Эвенкийского и Таймырского автономных округов в единый субъект федерации заставил некоторых российских политиков выступить с заявлениями, касающихся проектов будущего административно-территориального устройства. Министр регионального развития Владимир Яковлев заявил о возможности сокращения числа субъектов федерации до 50-60. Первый вице-спикер Госдумы Любовь Слиска пошла еще дальше и назвала цифру в 35-40 регионов.
Глава ЦИК Александр Вешняков даже назвал так называемые "матрешечные" регионы, в которых в ближайшие 1-2 года должны пройти референдумы по объединению. То есть те субъекты федерации, которые имеют автономные округа: Краснодарский край и Республику Адыгею, Иркутскую область и Усть-Ордынский Бурятский автономный округ, Хабаровский край и Еврейскую автономную область, Камчатскую область и Корякский автономный округ.
К идее создания укрупненного региона вновь вернулся кемеровский губернатор Аман Тулеев, который предложил объединить Кемеровскую область, Алтайскую республику и Алтайский край. Центром нового субъекта федерации, по мнению Амана Тулеева, разумеется, должно стать Кемерово.
В дружном хоре сторонников форсированной реформы административно-территориального устройства диссонансом прозвучали заявления спикера Совета Федерации Сергея Миронова, полпреда президента в Приволжском федеральном округе Сергея Кириенко и наконец, председателя Государственной думы Бориса Грызлова.
В частности, Сергей Миронов высказался против объединения в единый субъект национальных республик и в качестве примера привел Алтайский край и республику Горный Алтай, которые когда-то находились в едином субъекте. "Опыт совместного проживания у этих регионов был, но коренные народы республики Горный Алтай от этого ничего не выиграли". "В отношении национальных республик надо действовать по принципу - не буди лихо, пока оно тихо. И это в первую очередь относится к регионам Северного Кавказа", - подчеркнул Сергей Миронов.
Да и по поводу темпов объединения позиция председателя Совета Федерации была весьма осторожной: "Здесь не надо гнать: сколько будет субъектов, пусть столько и будет. И пусть это решают сами люди на референдуме. Если это им выгодно, пусть объединяются".
Полпред президента Сергей Кириенко напомнил, что на данный момент в стране не урегулированы около 2000 территориальных споров между субъектами Федерации. В стране существует национально-территориальное деление, и это делает нереализуемой идею административного объединения самостоятельных субъектов. Наконец председатель Госдумы Борис Грызлов подвел черту под развернувшейся публичной дискуссией вокруг тактики и стратегии объединения регионов. Он, в частности, заявил, что "Результаты голосования в Красноярском крае, в Эвенкии и на Таймыре не должны порождать эйфорию у сторонников объединения регионов". По его мнению "от федеральных властей в этом вопросе требуется большая осторожность. И максимальная взвешенность любых решений".
Наиболее острая реакция на заявления об объединении с Краснодарским краем возникли на Северном Кавказе и, в частности, в Адыгейской автономной республике. В ответ на прозвучавшие выступления главы Краснодарского края Александра Ткачева и председателя ЦИК РФ Александра Вешнякова о возможном вхождении Адыгеи в состав Краснодарского края официальные власти республики выступили с заявлением, что никаких переговоров с руководством Краснодарского края по вопросу объединения не ведется.
В республике начал работу Комитет по защите статуса Адыгеи. А в конце минувшей недели в Майкопе прошла массовая акция с лозунгами "Республике - быть!", "Не разрушайте наш дом", "Живи, моя Адыгея", собравшая около 10 тысяч человек.
Масла в огонь подлил федеральный инспектор по Краснодарскому краю и Адыгее Анатолий Одельчук, давший интервью газете "Известия-ЮГ", в котором он не только высказался за объединение регионов, но и дал критическую оценку социально-экономической ситуации в республике. После этого правительство республики обратилось с просьбой к полпреду Южного федерального округа Дмитрию Козаку с просьбой отозвать с поста главного федерального инспектора.
Объединение Адыгеи являющейся эксклавным и одним из самых бедных регионов России с богатым Краснодарским краем выглядит вполне логичным.
Большинство населения республики - русские (более 68 %), однако адыги, доля которых в населении региона составляет менее 24 %, являются титульной нацией. Причем этническим адыгам фактически принадлежит власть в регионе.
В период так называемого "парада суверенитетов" осенью 1991 года на первом съезде адыгейского народа было заявлено о необходимости самоопределения адыгейцев "через обретение политического и экономического суверенитета в составе России". При формировании Верховного Совета Адыгеи был претворен в жизнь принцип этнического паритета, согласно которому адыгейцы получили 50 % мест в республиканском парламенте. Для этого избирательные округа были нарезаны таким образом, чтобы в парламент прошло больше представителей адыгейцев.
В дальнейшем суверенизация Адыгеи была закреплена в ее Конституции, принятой 17 марта 1995 года, которая, кстати, шла вразрез с основным федеральным законом. В ней был закреплен ценз оседлости и обязательное знание языка для участия в выборах высшего должностного лица республики и замещения государственных должностей.
Таким образом, национально-клановый характер власти в Адыгее укрепившийся в 90-х годах стал существенным препятствием на пути объединения ее с Краснодарским краем. Учитывая, что большая часть республики Северного Кавказа является относится к взрывоопасными регионами, к вопросу об изменении административно-территориального устройства Федеральному Центру приходится подходить с особой осторожностью.
Аналогичная ситуация сложилась в республике Алтай. После прозвучавшего на днях заявления кемеровского губернатора Амана Тулеева об объединении трех регионов национальная организация алтайцев "Эне Тил" ("Мать-земля") выступила против этой инициативы. В заявлении, распространенном организацией "Эне Тил" в Горно-Алтайске и адресованном руководителям соседних регионов, в частности, говорится: "Алтайский народ категорически против Вашей инициативы, и мы убедительно просим Вас оставить нашу территорию и наш народ в покое. По нашему мнению, высшим властным органам и политическим деятелям страны пора понять: причины замедленного экономического роста нашей Родины не связаны с количеством составляющих ее субъектов". Организация "Эне Тил" выступила также с инициативой обратиться к общественным движениям коренных народов других сибирских республик с предложением проведения Всесибирского курултая (съезда) по противодействию планам объединения регионов.
Не поддержал идею объединения и спикер парламента республики Алтай Игорь Яимов. Он, в частности, заявил, что "инициатива об упразднении республики в канун предстоящего празднования 250-летия вхождения алтайского народа в состав России "является актом неуважения к коренному народу".
Стоит напомнить, что и бывший глава республики Алтай Семен Зубакин и нынешний Михаил Лапшин выступали категорически против инициатив объединения Алтайского края с республикой Алтай. В частности, экс-глава Алтая Семен Зубакин ссылался на Конституцию, в которой закреплен статус республики. Новый губернатор Михаил Лапшин после победы на выборах главы республики также подчеркивал независимость Алтая. Когда осенью 2003 года у Михаила Лапшина возник конфликт с полпредством Сибирского федерального округа, которое обратило внимание главы региона на недобросовестное исполнение обязанностей по ликвидации последствий землетрясения, то глава Алтая увидел в этом стремление представителей федеральной власти насильственно лишить республику суверенитета.
Только после того, как у главы республики Алтай возникли проблемы в отношениях с законодательным собранием республики, которое едва не выразило ему недоверие. Михаил Лапшин ухватился за идею объединения с Кемеровской областью и Алтайским краем, как за спасительную соломинку.
Таким образом, на пути реформы административно-территориального устройства России встают весьма серьезные объективные препятствия в виде национального фактора. Не учитывать эти проблемы, постараться их игнорировать федеральный Центр не может. К тому же и экономическая целесообразность объединения, регионов рецепиентов с регионами-донорами, как показывают экономисты, может оказаться весьма сомнительной без кардинального изменения всей экономической политики в стране. Поэтому объединительный проект в России вряд ли можно будет реализовать в течение 2-3 лет. Для этого, по-видимому, потребуется более продолжительный исторический период.
Сергей Мигалин
Новая политика
25.04.2005
http://www.governors.ru/?regmode=fio®ion=23&okrug=0&razdel=smi&statja=2286
viperson.ru
