Юлия Рутберг - актриса Театра Вахтангова, спектаклей Владимира Мирзоева и любимая героиня модных журналов - впервые выступает в антрепризе. Она играет главную роль в новой постановке Михаила Козакова "Играем Стриндберг-блюз" по пьесе Фридриха Дюрренматта.
- После главной роли в пьесе "Фрекен Жюли" вы опять со Стриндбергом - в дюрренматтовской вариации на темы "Пляски смерти". Случайное совпадение?
- Книжка Михаила Козакова в серии "Мой ХХ век" начинается с цитаты Александра Блока: "То, что хочет человек, непременно сбудется, а если не сбудется, то и желания не было, а если сбудется не то, разочарование только кажущееся - сбылось именно то". То есть, если человек чего-то жаждет всем своим существом, это непременно исполнится. Мне, например, очень везло с серьезными режиссерами: Гарий Черняховский, Петр Фоменко, Роман Виктюк, Владимир Мирзоев. Спектакли "Хлестаков" и "Пиковая дама" поставили меня на пьедестал характерной актрисы. Критики спели мне "Песню о Гайавате", а мне безумно захотелось говорить человеческим голосом. В ролях последнего периода присутствовал явный элемент глумления. Самоирония стала разрушительной прежде всего для меня. "Фрекен Жюли" Стриндберга с превосходными партнерами - Владимиром Симоновым и Марией Ароновой - вывела меня в совершенно иное пространство.
А когда позвонил Михал Михалыч Козаков и предложил проект "Играем Стриндберга" - я мягко перешла в другое пространство, где тоже - страстные отношения мужчин и женщин, где любовь и психология.
- И как впервые работалось в антрепризе?
- В своей "Русской антрепризе" Козаков заработал право ставить серьезные спектакли. Он начинал с комедий Куарда, а теперь делает то, что хочет. Когда Гафт узнал, что мы работаем с Козаковым, он среагировал: "Как ты можешь с ним репетировать, он же сумасшедший". На что Козаков, которому я рассказала о встрече с Гафтом, немедленно парировал: "Еще бы, этот сумасшедший тебе расскажет". Они обожают друг друга, оба великолепны, только один - это Кларк Гейбл, а другой - Бастер Китон.
Гафт, кстати, тоже начинал репетировать в этом спектакле. Сейчас мои партнеры по "Блюзу" - артисты Владимир Стеклов и Александр Гордон и джазовый квартет Игоря Бутмана. Бутман - замечательный человек и величайший музыкант. На репетиции он и его саксофон - отдушина, а во время спектакля - душа.
- А что у вас в родном Вахтанговском?
- Я очень люблю этот театр. Это мой дом. Но о чем можно договориться с людьми, которые сегодня снимают "Фрекен Жюли", мотивируя это тем, что драматургия Стриндберга зрителя не привлекает, а завтра вывешивают распределение ролей на "Земляничную поляну" Бергмана? Я никогда ничего не просила и не оспаривала в родном театре и не собираюсь изменять этой тактике. Я обязана этим стенам своими профессиональными успехами, благодарна Михаилу Александровичу Ульянову за покровительство, но сейчас, наверное, такой момент, что я не нужна Театру Вахтангова. Тем более, у меня есть выбор.
- В том числе и кино? Ведь за последние месяцы у вас прошло несколько премьер.
- Да, это "Мужской характер", "Чек" и последняя часть сериала про Каменскую "Не мешайте палачу", где мне посчастливилось сыграть вместе с Валерием Приемыховым.
- А сами вы Маринину читаете? И, кстати, как относитесь к безумной популярности романов Акунина?
- Серия о Каменской кажется мне хорошей детективной литературой. В этом смысле сценарии были слабее романов-первоисточников. Маринина и сама интересная женщина, мы пообщались на съемках. Что же касается Акунина, я от него просто в восторге. Сама фигура Фандорина - новый тип романтического, положительного героя. Сама же я мечтаю сыграть Иглу - героиню романа "Статский советник", дворянку-террористку.
- То есть вы не сомневаетесь, что Акунина необходимо экранизировать?
- Безусловно. Не помешало бы заодно вспомнить отечественную историю и освежить в памяти хронологию событий.
- Кто же должен играть Фандорина?
- Думаю, Олег Меньшиков.
Ведомости, 30 октября 2000 года
Наталия Колесова
www.jrutberg.com
