Развитие фундаментальной науки и развитие технологий - две стороны одного и того же процесса. Понятно, что развитая в технологическом отношении страна должна иметь фундаментальную науку мирового уровня. И наоборот, если происходит стагнация фундаментальной науки, то дело быстро закончится тем, что вместо создания новых технологий придется закупать устаревшие технологии у развитых стран. Это хорошо понимают и развитые страны, и страны, стремящиеся быть технологически развитыми.
В нашей стране ситуация иная - фундаментальная наука по историческим причинам была и до сих пор по ряду направлений остается высокоразвитой. И вопрос состоит в том, чтобы это преимущество не растерять, дать новый импульс развития фундаментальной науки в России.
Я хотел бы сказать об одном важном, очень остром аспекте этой проблемы. Речь идет о крупных научных проектах. По-моему, с крупными научными проектами национального масштаба у нас беда. Речь идет о том, что мне близко - об ускорителях заряженных частиц и соответствующих исследовательских комплексах на их основе. Я говорю о нейтронных источниках, об источниках протонового излучения, лазерах на свободных электронах, подземных глубоководных детекторах нейтрино и частиц темной материи. Я думаю, что если бы на моем месте был человек с другим опытом, то он бы назвал другие установки. Но понятно, что речь идет о мегапроектах национального масштаба.
Не думаю, что ситуация намного лучше и в международных проектах с нашим участием. В этих случаях задача состоит в том, чтобы наши исследователи на равноправной основе имели возможность проводить работу в составе международных исследовательских коллективов. Эта задача сегодня находит свое решение лишь отчасти. Например, российские астрономы лишены возможности работать на лучших мировых телескопах, которые имеют международный статус, в силу ряда причин наша астрономия отодвинута от этих машин.
Более серьезная проблема, на мой взгляд, заключается в работе с установками национального уровня. Конечно, фундаментальные науки национальными не бывают. Конечно, такого рода установки часто создаются в сотрудничестве с другими странами, но всегда в таких установках имеется серьезный и доминирующий национальный вклад. За последние 15 лет созданные в нашей стране установки высокого класса можно пересчитать по пальцам одной руки. Спроектированы они были в 1980-х годах. Потеряно много времени, для науки это большой срок. Но все, на мой взгляд, восстановимо. В России имеется научный и инженерно-технический потенциал, который необходим для создания крупных установок. Они имеют не только значение для фундаментальной науки, они крайне необходимы и для быстрого осуществления технологических продвижений, для создания новых технологий, совершенно до сих пор неизвестных.
Пример простой - нанотехнология. Ее развитие невозможно без нейтронных источников и источников синхротронного излучения, а это большие серьезные машины. Если говорить о науке фундаментальной вообще, то у нас есть разнообразные структуры, которые ответственны за ее развитие - Российская академия наук, Росатом, это исследовательские университеты, Российский фонд фундаментальных исследований и т.д. Но особенности столь крупных проектов, о которых я веду речь, не позволяют какой-либо из этих организаций сегодня взять на себя такую миссию. Я в этом совершенно убежден, потому что задачи у организации, которая бы взялась за осуществление программы создания крупных установок, должны быть очень четкие, нужен жесткий отбор проектов, должна осуществляться жесткая экспертиза, в том числе и международная. В области фундаментальной науки это совершенно необходимо. Стоимости таких проектов - миллиарды рублей, как минимум.
Конечно, существующие организации, которые так важны и необходимы для регулярной научной деятельности, играют очень большую роль. Но эти организации не приспособлены для такого рода задач. Я напомню, что многие из таких задач в Советском Союзе решало Министерство среднего машиностроения. Сейчас всем понятно, что у Росатома совершенно другие функции, и на него тут полагаться, по-видимому, не приходится.
Считаю, что сегодня нам необходимо иметь государственный орган, который был бы ответственен за разработку, экспертизу, расстановку приоритетов, подготовку правительственных решений и реализацию этих научных проектов. Здесь уровень затрат таков, что необходимы правительственные решения. Этот орган должен иметь четко очерченные задачи и полномочия. Конечно, экспертиза и разработка научных проектов этого масштаба невозможны без опоры на Российскую академию наук, на Росатом, на университеты, на все научное сообщество, которое есть в России. Экспертиза таких проектов должна осуществляться в тесном взаимодействии этих организаций, поэтому я уверен, что должен быть совершенно независимый от них орган государственного уровня.
Валерий РУБАКОВ
Главный научный сотрудник теоретического отдела
Института ядерных исследований, академик РАН
http://www.fondedin.ru/
