Министр топлива и энергетики Виктор Христенко провел всю прошедшую неделю в США, где с коллегами и представителями крупнейших добывающих и машиностроительных компаний обсуждал перспективы совместных инвестиционных проектов. Старт визита был отмечен встречей российского министра и группы крупнейших российских бизнесменов с президентом США Джорджем Бушем. Подробности диалога, состоявшегося в Белом доме, - в интервью `Газете`.
- Неделю назад вы и 13 российских бизнесменов встретились с Бушем в Белом доме, чтобы поговорить об условиях работы на американском рынке. Ваши спутники остались очень довольны встречей с американским президентом. По их впечатлению, не они просили о смягчении условий для наших инвестиций в США, а Буш уговаривал всех эти инвестиции увеличивать...
- Коллеги говорят правильно. Каждый из них попытался рассказать о тех перспективах, которые он видит, - либо для своего бизнеса в Соединенных Штатах, либо для некоего совместного бизнеса в России, либо в третьих странах. Президента интересовала позиция каждого собеседника. Разговор переключился на характеристики инвестиционного климата в Соединенных Штатах. Достаточно неожиданный был поворот в разговоре.
Кто из бизнесменов попал на встречу с Джорджем Бушем
Президент ЛУКОЙЛа Вагит Алекперов, руководитель `Авиастроительного консорциума` и первый вице-президент корпорации `Иркут` Валерий Безверхний, президент `Роснефти` Сергей Богданчиков, исполнительный директор ТНК-ВР Виктор Вексельберг, гендиректор `Пермских моторов` Александр Иноземцев, глава группы компаний `Волга-Днепр` Алексей Исайкин, президент IBS Анатолий Карачинский, гендиректор `КамАЗа` Сергей Когогин, зампред правления `Газпрома` Александр Медведев, председатель совета директоров `Северстали` Алексей Мордашов, генеральный директор `Сухого` Михаил Погосян, гендиректор `Норильского никеля` Михаил Прохоров и гендиректор `ВСМПО-Ависма` Владислав Тетюхин
- Кто поворачивал?
- Президент. За последнее время несколько компаний инвестировали более миллиарда долларов в Соединенные Штаты, в промышленный капитал. И неудивительно, что президент США достаточно много внимания уделил этому разговору.
- Но ведь это не слишком большая цифра, тем более для США...
- Для американской экономики это очень мало. Российская экономика за все годы накопила объем иностранных инвестиций около 90 миллиардов долларов. На фоне этих цифр миллиард выглядит, может быть, не столь весомо. Хотя у нас вечная дилемма с оттоком капитала - плохо это или хорошо. С моей точки зрения, такой отток капитала, который учитывает инвестиции в Соединенных Штатах, должен только приветствоваться. Потому что это реальное продолжение того бизнеса, которым занимаются инвесторы в России. И это по сути означает выход на другие рынки продукции. Как правило, этот выход связан с неким расширением сферы деятельности: мы получаем рынки, которые в России пока не сформированы, нет соответствующего спроса, причем это касается и черной, и цветной металлургии. Допустим, в Соединенных Штатах наш бизнес начинает отрабатывать всю технологию, например по черной металлургии, чтобы сделать качественный лист для автомобилестроения в Штатах. У нас этого пока еще нет. Но совершенно очевидно, что это вернется в Россию - уже как технологические инвестиции. Иностранные инвесторы приходят в Россию, чтобы создавать автомобильное производство, а наши уходят туда, чтобы делать качественный прокат, а потом вернуться. Мы обсуждали это с `Фордом`, с `Дженерал Моторс`: растущий объем производства в России будет способствовать созданию не только базы для комплектующих, но и выходу на более низкие переделы - на лист, на штамповку. Собственно, это одна из идей промышленной сборки.
Согласитесь, этот уровень несоизмерим с вывозом капитала на Кипр, в Люксембург или в Голландию, которые для нас являются первыми инвесторами, просто для того, чтобы перепрописать капитал. Поэтому российским инвестициям в США было уделено столько внимания на встрече с Бушем.
- Вы изначально понимали, что встреча не протокольная?
- Для меня это было достаточно неожиданно. Но это абсолютно правильный поворот. Было бы банально, если бы была попытка очередного мини-урока для второгодников по поводу того, что мы что-то делаем не так. Этого не было вообще, даже намека на эту тему. Я первый раз сталкиваюсь с таким подходом за последние годы и считаю, что это очень хороший знак.
- Что еще было значимым в беседе?
- Сюжет следующего года - о председательстве России в `восьмерке` и вступлении России в ВТО. Мы говорили о российско-американской политике в энергетике, оценивая ее вклад в решение глобальных проблем энергетической безопасности.
- Энергетическая безопасность заявлена одной из главных тем для работы `большой восьмерки` в 2006 году. Тема звучит слишком общо - можно ее переформулировать в конкретные решаемые задачи?
- Я могу назвать три ключевых элемента, которые мне кажутся достаточно важными. Первый - энергетическая безопасность в плане традиционных источников энергии. По большому счету, это означает попытку оценить факторы, влияющие на волатильность рынка. И выработать меры, которые бы эти риски покрывали, которые бы делали ситуацию более стабильной. Какие это риски? Конечно, политические. Трудно назвать все способы покрытия этих рисков. Но использование многосторонних режимов консультаций, ооновских инструментов и других мер должно придать прозрачность стратегии стран в этой сфере - прозрачность информации по запасам, по перспективам добычи. Важно, чтобы ситуация не выглядела как некая попытка спекулятивного сокрытия информации. В общем, нужно попытаться ответить на вопрос: а что мы можем все вместе сделать для того, чтобы ситуация по резервам была понятной всем на рынке.
Второй элемент - возобновляемые источники энергии. И здесь не избежать разговоров ни об атомной энергетике, ни о водородной экономике, ни о целом ряде других направлений, связанных с гидроэнергетикой, с созданием инструментов по стимулированию возобновляемых источников энергии в разных странах. Чтобы не получилось в результате, что несбалансированность в этих сферах - за счет отсутствия ресурсов у отдельных стран - приведет к тому, что традиционные углеводородные источники реализуются в большей степени, создавая угрозу для сохранения стабильности на рынке.
Третий момент - энергоэффективность. Есть фантастические возможности по снижению потребления углеводородов и, соответственно, по увеличению и расширению предложения на рынке. И это крайне важно, если учесть, что сегодняшняя российская энергоемкость ВВП примерно в два с половиной раза выше, чем в среднем в развитых странах.
Как минимум эти три сюжета, составляют основные фокусы темы глобальной энергетической безопасности. А дальше - вопрос в том, какие же инструменты должны соответствовать глобальному характеру управления такого рода рисками.
- Очевидно, новых обсуждений Киотского протокола не избежать?
- Позиция России здесь достаточно прагматична. Мы на себя в рамках этого протокола взяли обязательства по снижению выбросов углекислого газа в атмосферу к 2012 году до уровня 1990-го, и мы их выполняем. Но в следующем году начинаются переговоры на второй плановый период действия протокола - с 2012 года. И мы вряд ли возьмем на себя новые обязательства, если то же не сделают такие страны, как Китай, Индия, Бразилия. Когда подписывался первый этап действия протокола, они относились к разряду развивающихся, но на втором этапе без их участия в протоколе просто не приходится говорить о справедливости, о том, что все должны одинаково отвечать за свое воздействие на окружающую среду.
- По рассказам приглашенных в Белый дом, было очень живое обсуждение водородной энергетики...
- Да, я даже не ожидал столь бурной реакции со стороны президента Буша на этот проект. Оказалось, что для него это одна из самых интересных тем - водородная энергетика.
- Как вы на эту тему вышли?
- Михаил Прохоров, представляя `Норильский никель`, сказал: мы крупнейшие в России участники водородной экономики. Мы имеем свою производственную компанию по палладиевой группе в Соединенных Штатах и сейчас ищем себе новых партнеров. А Буш сказал, что не видит более интересной задачи, чем водородная экономика, что задача эта по всем условиям, начиная с цены на нефть и заканчивая другими обстоятельствами, самая-самая-самая. И если надо, заявил президент, я всем готов помочь в этом направлении. Мы на следующий день были в Детройте, и `Дженерал моторс` продемонстрировал нам водородную энергетику в действии. Экспериментальные автомобили, которые уже достаточно долго эксплуатируются, - их 14 штук. Есть экспериментальные заправки, которые сделал `Шелл` под водород.
- Насколько были увязаны первые поставки `Газпрома` сжиженного газа в США с переговорами по выбору участников для разработки Штокмановского месторождения?
- Появление `Газпрома` в качестве игрока на американской газовой площадке - момент стратегический. Известно, что есть Штокман, известны первые пять компаний-`полуфиналистов` - и две из них американские. Известен срок, когда должно быть принято решение по поводу выбора участников консорциума - апрель следующего года. До конца следующего года - подготовка инвестиционного решения и его реализация. Считаю, что решение и сам проект - очень значимы и для нас, и для Соединенных Штатов. Во-первых, все-таки заканчивается история Штокмана, который очень много лет обсуждался как один из самых важных. Во-вторых, совершенно очевидно для всех участников, что никто не в состоянии поднимать такие проекты без разделения рисков. Сейчас все компании готовят свои предложения для `Газпрома`. И все полны... я не знаю, как это помягче назвать... оптимизма. Хотя кто-то на иногда обижается.
- Ваш американский коллега, министр энергетики Самуэль Бодмен, после оптимистических заявлений о перспективах сотрудничества заметил, что оно будет куда более определенным после принятия закона `О недрах`. Означает ли это, что конструкция законопроекта ему кажется некомфортной?
- Общая позиция инвесторов связана с тем, что нужна просто формальная определенность, поскольку дискуссия по этому поводу идет уже слишком долго и мучительно.
- Но, возможно, иностранных инвесторов беспокоят поправки, предлагаемые к первому чтению закона, которое состоится в Госдуме 2 ноября, - о наделении регионов правами на распоряжение мелкими месторождениями нефти, газа, платины, золота и даже алмазов, или о создании гибрида аукциона с конкурсом?
- Попытка выстроить гражданско-правовую форму взаимоотношений инвесторов с недродержателями - это серьезный революционный шаг вперед (договор с инвестором может быть расторгнут только по суду. - `Газета`). И уж если принята такая конструкция взаимоотношений, то, безусловно, должна быть самая простая и прозрачная конструкция выбора инвестора - а это аукцион. Все остальное так или иначе можно свести к принципу `от лукавого`. А споры по поводу принципа `двух ключей`, мне кажется, не актуальны уже несколько лет.
Виктор Христенко - `Газете`
30.10.2005 . GZT.ru
Материал опубликован в `Газете` No206 от 2005-10-31г.
АНО Редакция ежедневной ГАЗЕТЫ 2001-2005
