Природа памяти такова, что мы не можем слишком долго концентрироваться на одной проблеме. Если пять лет назад все говорили о международном терроризме, и это считалось главной угрозой, главным вызовом для человечества в XXI веке, то теперь можно легко обнаружить концепции внешней политики, будь то политика России или США, где эта проблема либо вообще не присутствует, либо упоминается мимоходом.
За все прошедшие пять лет объявленной в глобальном масштабе борьбы с международным терроризмом никто большими успехами на этом поприще похвастаться не смог. Более того, если посмотреть статистику, то обнаружится, что 2005 год как раз дал наивысшие мировые показатели и по количеству терактов, и по количеству их жертв по сравнению с любым другим годом в истории человечества. И я почти уверен, что когда подведут итоги 2006 года, мы услышим еще более значимые цифры.
На самом деле ситуация в мире не улучшается, а ухудшается. Улучшается она только локально. США действительно обеспечили безопасность своей территории. За весь 2005 год на территории Америки от терактов погибло всего три человека. Очевидно, что улучшается положение и в Российской Федерации. Во всяком случае, мы более не ведем такую войну, которая уносила десятки жизней ежедневно.
Но появился целый регион, где терроризм стал огромной проблемой. Это Большой Ближний Восток. Ирак превратился в рекордсмена мира по количеству терактов, осуществляемых практически ежедневно. И, к сожалению, это не сугубо локальная ситуация. Выбросы терроризма из этого региона могут быть весьма и весьма существенными.
Более того, в последние годы эксперты все чаще говорят об институционализации исламистского экстремизма, о возникновении своего рода субкультуры терроризма, в том числе молодежной субкультуры, которая представляется наиболее опасной, поскольку является долговременным вызовом.
Казалось бы, в России ситуация лучше. Но вот я открываю газету "Московский комсомолец" и вижу на первой полосе статью "Война идет как волк. Неделя в мирной республике - 8 убитых, 7 раненых". Статья начинается со слов "Чечня возвращается".
Риски для России, связанные с ситуацией в Чечне, безусловно, остаются. Что именно может сделать для противодействия терроризму наше общество, в том числе, Общественная палата как его организованная часть, обладающая по закону целым рядом функций, включая контрольную и законосовещательную?
Очевидно, что войну с террором может выиграть только собранное государство, обладающее целым рядом качеств, необходимых для того, чтобы бороться с терроризмом. Ясно, что в том состоянии, в котором Россия как государство находилась еще 10 лет назад, ни о каком противодействии терроризму просто не могло быть и речи.
Для противодействия терроризму нужно некоррумпированное государство, в котором деньги, предназначенные для восстановления той же Чечни, доходили бы по назначению, а не разворовывались по дороге. В котором ассигнования на безопасность страны не распиливались бы на разных стадиях бюджетного и постбюджетного процесса. Не выиграв войну с коррупцией, мы не выиграем и войну с террором, да и не решим очень многих других проблем своей страны. И не случайно секретарь Общественной палаты академик Евгений Велихов назвал коррупцию главным врагом Общественной палаты, как и всего нашего общества.
Очевидно, что победить террор могут только собранные спецслужбы, которые должны не только нормально финансироваться, но и быть чистыми. Можно затратить миллиарды на обеспечение безопасности, но все пойдет прахом, если один милиционер пропустит за тысячу рублей машину со взрывчаткой или с боевиками, или сотрудник службы безопасности аэропорта проведет шахидку на борт самолета.
Террор может победить только собранная элита. И главное, она не должна быть настроена пораженчески в отношении террористов. К сожалению, помимо традиционного пораженчества (которое всегда было бичом российской интеллигенции) в сегодняшней нашей элите есть масса сочувствия террористам как несчастным людям, которых толкнули на этот путь плохие социальные условия, неправильная политика государства и т.д. Во всем этом есть, конечно, разумное зерно. Но в терроре виноваты в первую очередь сами террористы, вне зависимости от того, что их на этот путь подвигло.
Террору может противостоять только общество, которое достигло определенного уровня благосостояния. Но неверно думать, будто террор порождает нищета. Идеологи и руководители террористических организаций - люди далеко не бедные. Те террористы, которые взорвали Всемирный торговый центр в Нью-Йорке, тоже были отнюдь не нищими.
Но нищета порождает массовку терроризма. И пока на планете есть целые депрессивные регионы с массовой безработицей, пока даже многие бюджетники в Российской Федерации остаются за чертой бедности - ресурс для пополнения рядов террористов сохраняется.
Мы не устаем заявлять об этом на всех уровнях: при огромных золотовалютных резервах, которые есть сегодня у страны, при огромном профиците бюджета и растущем Стабилизационном фонде нельзя не воспользоваться возможностью для создания новых рабочих мест. Причем рабочих мест и в тех регионах, которые наиболее взрывоопасны с точки зрения пополнения массовки террора. Прежде всего на Северном Кавказе, да и в других частях страны, чтобы оттянуть взрывоопасное население оттуда, где существует достаточно высокая экстремистская угроза.
С террором в состоянии бороться только хорошо информированное общество, которое знает, с каким врагом имеет дело. Здесь недоработка колоссальная. Разруха в головах по части противодействия терроризму запредельная. И это упрек, конечно, нашему гражданскому обществу, не только нашей власти. Американцы постоянно объявляют цвет угрозы: то понизят степень угрозы с "красной" до "оранжевой", то, наоборот, повысят. Можно сколько угодно над ними насмехаться, но на самом деле это рациональная политика информирования общества о том, какая угроза существует. А наше телевидение, все наши СМИ, да и наша власть совершенно не выполняют своей функции информирования населения о характере угрозы и о том, как именно ей противостоять.
Терроризму может противостоять только сплоченное общество, которое сознательно реагирует на любые проявления террора, по единому порыву приходит выразить свой протест и т.д. Для этого общество должно состоять из граждан, которые ценят свои права и готовы их защищать. Меня в свое время поразило, что после Беслана во многих странах мира прошли демонстрации протеста, демонстрации памяти. Но только не в Москве...
Что касается более конкретных мер по борьбе с международным терроризмом, то, конечно, они в большей степени связаны с деятельностью правоохранительных органов. Это перекрывание внутренних и внешних каналов финансирования и снабжения террористов, пресечение наркотрафика. Это усиление охраны объектов повышенной опасности, будь то атомные реакторы, химические производства и т.д., которые всегда являются главными лакомыми целями для террористов. Вообще нужно возобновлять государственную политику в области гражданской обороны.
Существует большое поле и для деятельности гражданского общества. И многое здесь уже делается. Первое содержательное заседание Общественной палаты как раз было посвящено борьбе с проявлениями политического экстремизма, предотвращению разжигания национальной и религиозной розни, которая очень часто служит питательной средой для терроризма. Необходимо налаживание и развитие диалога с разного рода общественными организациями, в том числе мусульманскими, чему Общественная палата также старается способствовать.
Общественная палата поддерживает и увеличение бюджетного финансирования любых мер, направленных на укрепление возможностей нашей страны по противодействию международному экстремизму. В то же время, поддерживая такие усилия, мы выступаем и должны дальше выступать за то, чтобы меры по усилению безопасности и борьбе с терроризмом не угрожали реализации основных демократических прав и свобод граждан. Иначе ответ на угрозу может оказаться страшнее самой угрозы.
Не думаю, что стоит повторять опыт США, где после Патриотического акта вся страна была поставлена на прослушку без всяких судебных решений. Это далеко не лучший способ борьбы с терроризмом.
Я далеко не уверен, что лучшим ответом на Беслан стала отмена выборности российских губернаторов. Не говорю сейчас о том, что лучше: назначать губернаторов или выбирать. И, кстати, считаю, что выбирать их совершенно необязательно. Но когда таким видят ответ на террористический акт, - перед нами свидетельство некой чрезмерной и, главное, не слишком адекватной реакции на вполне реальный вызов.
Терроризм давно уже приобрел глобальный характер, что продемонстрировало недостаточность сугубо страновых или региональных усилий по его преодолению и невозможность защиты только собственной территории. Очевидна необходимость широких международных усилий. Антитеррористическая кампания - это долгосрочный приоритет не только для России, но и для всего мирового сообщества, которому давно пора договориться хотя бы о понятиях и определить, с кем мы имеем дело.
Для этого нужны разного рода двусторонние и многосторонние соглашения о борьбе с терроризмом. С их помощью необходимо решить вопиющую, на мой взгляд, проблему унификации национальных законодательств по борьбе с терроризмом, установить единые правила экстрадиции преступников и т.д.
В свое время "Аль-Каида" была создана именно для противодействия Советскому Союзу на территории Афганистана спецслужбами США, Франции, Пакистана и Саудовской Аравии. К счастью, великие державы больше не натравливают террористов друг против друга. Уже это - немалый исторический прогресс. Но до сих пор мы нередко сталкиваемся с ситуациями, когда те, в ком одни видят террористов, для других оказываются борцами за права человека и за свободу.
Это двойные стандарты, которые, конечно, неискоренимы в мире политики. Но они должны быть исключены из антитеррористической борьбы. Здесь двойные стандарты слишком опасны. Терроризм приобретает действительно глобальный размах, когда за ним стоят крупные державы. Если это удастся искоренить, тогда у человечества есть шанс на хорошее будущее.
Самое же главное - не расслабляться, что имело место в последние годы, и не думать, будто мы уже выиграли войну с международным терроризмом. К сожалению, нам предстоит еще не раз убедиться, насколько опасен этот вызов XXI века.
Никонов Вячеслав Алексеевич,
президент Фонда "Единство во имя России",
президент Фонда "Политика",
председатель Комиссии по международному сотрудничеству
и общественной дипломатии Общественной палаты РФ,
главный редактор журнала "Стратегия России"
http://www.fondedin.ru/
