Cегодня в течение 4 часов мы будем в вашем полном распоряжении. Вы сможете познакомиться со всеми руководителями компании, начиная с Председателя Совета Директоров, включая вновь сформированное правление компании. В пятницу завершилось формирование нового правления. Вы получите возможность из первых рук узнать о его составе, а главное - послушать людей, отвечающих за то, чтобы в каждом из регионов, которые вы представляете, и сегодня, и в будущем горел свет и было тепло, чтобы надежно и устойчиво работала энергетика.
Прежде всего я хотел бы сказать о том, что такое компания РАО "ЕЭС России" сегодня. Наша компания - это 70% генерации всей электроэнергии в стране. Это 72% всей установленной электрической мощности в стране. А если составить список крупнейших в мире энергокомпаний по их установленной мощности, то РАО "ЕЭС России" является самой крупной в мире компанией. Ни в Европе, ни в США, ни в Китае нет компаний с большей установленной мощностью, чем у РАО "ЕЭС России".
Еще один параметр, который нас характеризует, -- это численность работающих. Cовсем недавно, называя цифры нашей среднесписочной численности, мы приводили цифру 670 000. Через некоторое время она сократилась до 630 000 работающих. Свежая цифра, по последним данным - 577 600 человек. По-прежнему РАО "ЕЭС России" по численности остается одной из крупнейших компаний в стране (если быть точным - второй после железнодорожников). Но для меня очень важна не абсолютная величина, а тенденция к последовательному снижению численности. Это наш стратегический путь. Он связан с началом реформы, с тем, что мы избавляемся от непрофильных бизнесов. Сокращая численность работающих, мы одновременно наращиваем объем производимой продукции. Вот уже пятый год подряд компания наращивает объем производства. Так, в 2003 году объем производства электроэнергии нашей компании вырос на 3%.
Мы достойно выглядим на российском рынке ценных бумаг. Хотя именно на этом рынке еще не так давно у нас были острейшие, тяжелейшие проблемы. Те из вас, кто внимательно следит за развитием событий вокруг РАО "ЕЭС России", наверное, знают, что у нас был довольно тяжелый кризис летом-осенью 2002 года. Кризис этот был связан, с одной стороны, с неверием акционеров в то, что реформа РАО "ЕЭС России" развернется, а с другой стороны - с реальными и жесткими претензиями акционеров, прежде всего миноритарных, к менеджерам компаний. Наша капитализация к октябрю 2002 года упала до цифры, для нас почти катастрофической - 3 миллиарда долларов. Нам пришлось пойти на очень жесткие и беспрецедентные ответные меры, в том числе и по изменению нашей политики по отношению к акционерам. И именно тогда нам удалось переломить негативную тенденцию на рынке. С этого момента капитализация пошла вверх. По состоянию на апрель 2003 года она достигла 6 миллиардов долларов. По состоянию на 26 апреля 2004 года - последние свежие данные - капитализация РАО "ЕЭС России" составляет 12,5 миллиардов долларов.
Для нас важны эти цифры, хотя мы считаем, что потенциал роста не исчерпан. Мы считаем, что РАО "ЕЭС России" -- по прежнему недооцененная компания с точки зрения капитализации. И именно поэтому одна из наших стратегических задач - добиться такой реформы, при которой наши акционеры (и прежде всего то есть государство) в результате ее осуществления увеличат стоимость активов, находящихся под управлением. Это одна из ключевых задач менеджмента, записанная в нашей стратегической программе "5+5".
Теперь - о прошедшей зиме. Так как особенных скандальных ситуаций в отрасли не было, то вроде как и нас особенно слышно не было. Тем не менее, мы работали, и работали устойчиво. Прошедшая зима для нас стала третьей зимой, проведенной устойчиво, без единого регионального кризиса. Последний подобный кризис случился в Приморье зимой 2000-2001 гг. С того времени три зимы были проведены предельно устойчиво, и это дает нам право говорить: одна зима без авралов - это случайность, две зимы - это совпадение, ну, а три - уже закономерность. Тут уж никуда не денешься. Хотя должен признать, что зима эта была беспрецедентно теплой. Среднемесячная температура была на 2-6 градусов выше нормы: это очень большое отклонение от обычных параметров. В этом смысле мы были в более легких условиях.
Я помню, как в 1998-2000 годах, входя в зиму, мы мечтали: дай Бог, чтобы она оказалась теплой, чтобы мы прошли ее на пределе запасов топлива, не сорвавшись нигде. Но практически уже полтора-два года наша логика, логика всех генеральных директоров наших компаний развернулась практически на 180 градусов. Нам не нужна теплая зима. Теплая зима сокращает объем нашей выработки, объем спроса. Мы стали нормальной бизнес-компанией, которая заинтересована не в сокращении спроса, а наоборот - в его росте. Тем более, что ситуация с запасами топлива у нас предельно устойчива. Мы вошли в зиму на 1 октября 2003 года с запасами топлива по углю, превышающими норму на 4%, а вышли из зимы в конце марта с запасами на 38% выше нормы - под 013 млн. тонн при плановой цифре 10,1 млн. тонн. Это лишнее свидетельство абсолютной надежности по топливной составляющей практически для всех компаний.
У нас еще, тем не менее, остаются кризисные точки, хотя их количество сокращается. В эту зиму мы вывели из числа кризисных регионов Хабаровский край. Там завершен антикризисный менеджмент. У нас, кстати, изначально под управлением Антикризисного штаба было 9 кризисных регионов, а на сегодня осталось лишь 2 - на Дальнем Востоке. Но я был бы, конечно, не прав, если бы сказал, что у нас во всех регионах абсолютно устойчивая ситуация. Есть по-прежнему ряд очень тяжелых регионов. И надо сказать, что во всех этих регионах есть одна-единственная проблема. Эта проблема называется "расчеты с бюджетниками". Имеются в виду прежде всего муниципальные бюджетники, ЖКХ, перепродавцы. Фактически у нас нет проблем сбыта с другими видами потребителей - ни с промышленностью, ни с сельским хозяйством, которое, кстати, рассчитывается хорошо, и последовательно сокращает объем долгов. Ни, естественно. с вновь возникающими бизнесами. Все наши проблемы на сегодня сконцентрировались только в сфере муниципальных бюджетных потребителей. Там, где эти проблемы сконцентрированы, ситуация продолжает оставаться очень непростой. Она остается таковой на Камчатке, на Сахалине. Она остается очень тяжелой в Ульяновске. Может быть, вы знаете, что по Ульяновску президентом Путиным было принято беспрецедентное решение об отсрочке погашения всех долгов нам на 15 лет. В итоге мы получили гигантские потери в нашей дебиторской задолженности, в долгах нам. Все это решение давалось под условие стопроцентной текущей оплаты. Но теперь я должен вам сказать, что и текущие платежи в Ульяновской области сорваны полностью, абсолютно! Ситуация в этом смысле крайне тяжелая, и она остается за пределами наших возможностей, за пределами нашего управления.
Остается она очень тяжелой и в некоторых кавказских республиках, а именно - в Ингушетии, Кабардино-Балкарии, Северной Осетии и в Карачаево-Черкессии. Вот четыре республики, которые по-прежнему не дотягивают до 100%-ных текущих платежей. Причем во многом опять же "благодаря" муниципальным бюджетникам. Говорят, вообще Кавказ - тяжелый, проблемный регион. Да нет, это не так! Пожалуйста, другой пример - Дагестан. Устойчивые 100%-ные платежи. Хотя там не легче ситуация, с бюджетной обеспеченностью, чем, скажем, в Северной Осетии или в Кабардино-Балкарии. По этим четырем республикам мы будем ужесточать наши подходы, причем очень серьезно. Считаю, что применительно к энергетике это последние регионы, которые, если называть вещи своими именами, живут за счет других. Конечно, это абсолютно неправильно.
Но поскольку таких регионов все-таки меньшинство, то общая финансовая ситуация в компании последовательно улучшается. У нас продолжает сокращаться объем нашей кредиторской задолженности. Только по головной компании РАО "ЕЭС России" за год наши долги сократились с 44 млрд. до 16 млрд рублей. У нас практически полностью исчезла проблема неурегулированной задолженности перед бюджетом, у нас ее нет. За год мы сократили объемы задолженности в бюджеты, списали пени и штрафы более чем на 3 млрд. рублей. Мы стали вообще одним из самых крупных доноров бюджета в стране. Объемы наших платежей в консолидированный бюджет России сегодня приближаются к цифре 100 млрд. рублей. Это гигантская цифра, сопоставимая с расходами страны на оборону в целом. Она лишний раз подтверждает, что наведение порядка необходимо не только самой энергетике, но и стране в целом. А в основе этого - та самая сбытовая работа, та самая жесткая позиция по отношению к неплательщикам, которую мы шесть лет проводили для того, чтобы добиться этого результата. Мы полностью избавились от абсолютно позорного явления под названием "задолженность по заработной плате". В 1998 году ее средняя величина по компании составляла 4-5 месяцев. Сегодня она равна нулю. Директора, допускающие задолженность более 2 месяцев, у нас увольняются с занимаемой должности. К счастью таковых уже давно нет, с того момента, как это правило было объявлено. Производственная ситуация также в этом смысле устойчива. Для нас важнейшим параметром является частота электрического тока. Мы ввели для себя внутрикорпоративный стандарт, более жесткий, чем государственный стандарт. По ГОСТу допускаемое отклонение от частоты 50 Гц - плюс-минус 0,2, а мы ввели для себя европейский стандарт: 50 Гц, плюс-минус 0,05 Гц. И вот в этом более жестком европейском стандарте мы работали 100% времени в прошлом году, не нарушая его вообще.
Таковы наши текущие итоги. Боюсь, что они могут показаться слишком радужными, поэтому далее я хотел бы рассказать о проблемах и наших очередных задачах.
Первая из них - тарифная политика. Осенью прошлого года мы выдвинули инициативу под названием "переход тарифной политики государства с годового горизонта на трехлетний". Одновременно это означало изменение самого подхода к тарифообразованию. У нас до настоящего времени тарифы формируются от затрат, по принципу "затраты плюс". Это, как хорошо известно, самый неэффективный и самый антистимулирующий способ формирования тарифа: нарастил затраты - получил увеличенный тариф. Мы предложили правительству обратную логику: "зафиксируйте нам тарифы на 3 года, отталкиваясь от инфляции, причем не просто отталкиваясь от инфляции, а с задачей в течение трех лет снизить темпы роста энерготарифов до уровня инфляции". Была серьезная работа с правительством. В результате нас принципиально поддержали, выпустив соответствующее распоряжение. А на 27 мая этого года запланировано заседание Правительства, которое должно поставить точку в этой теме. Что это значит? Это значит, что не только в целом для компании, но и для каждого региона страны Правительство установит на следующие три года динамику роста среднеотпускных тарифов плюс динамику тарифов для населения. Причем, в максимальном и минимальном размере, так, чтобы коридор оставался. Это ровно то, что мы предлагали. Это важно не только для нас, для нашего планирования и для нашей заинтересованности в снижении затрат. Это не менее важно для наших потребителей - и для населения, и для крупных промышленников, которые тоже должны формировать свою бизнес-стратегию, понимая объемы затрат на электроэнергию. Могу поделиться с вами цифрами, в том виде, как они на сегодня прорисовываются (хотя итоговые цифры определяем не мы, а правительство). Картина получается примерно такой. По 2004 году предельная цифра роста энерготарифов, установленная ФЭКом, составляла 13,5% . Мы уже сейчас видим, что реальная цифра роста тарифов в 2004 году составит не более 12,1 %. Плановый показатель инфляции в этом году составляет 10%, то есть превышение наших тарифов над инфляцией составит всего 2,1%. Таких цифр у нас не бывало никогда ранее. По 2005 году мы ориентируемся на цифру прироста тарифов в 9,5%, что означает уже всего лишь 1% роста к инфляции. И наконец, в 2006 году мы просто намерены выйти на уровень инфляции 7,5%. В экономических терминах это означает остановку роста тарифов в реальном измерении. Вот ровно то, к чему мы призывали правительство. Для обеспечения этой масштабной работы нам необходимы мощная программа снижения издержек (только в прошлом году объем снижения издержек составил 18,7 млрд. рублей), и ряд наших внутренних решений.
Базовые решения были приняты год назад. Шесть законов об электроэнергетике после бурной дискуссии с участием всех партий и политических сил - губернаторов, сенаторов, министров, советников - приняты. Точки расставлены. Мы находимся в стадии реализации реформы. По нашей оценке, реализация идет несколько медленнее, чем надо бы. Но это не та проблема, в которой надо действовать в режиме "кто первый". Здесь, безусловно, взвешенность должна превалировать над динамикой. Поэтому в целом мы удовлетворены процессом.
На сегодня приняты десятки принципиальнейших решений, которые полностью изменяют всю структуру отечественной энергетики. Принято решение о создании 10 оптовых генерирующих компаний (ОГК). В будущем это крупнейшие компании в стране с установленными мощностями по 8-10 тысяч мегаватт. ОГК - основа будущего конурентного рынка электроэнергии в стране. Их состав ясен. Ждем соответствующих кадровых решений и решений по порядку их продажи.
Принято решение по конфигурации территориальных генерирующих компаний (ТГК). Будет создано 14 ТГК на пространстве от Калининграда до Дальнего Востока. Это второй уровень конкурентных агентов энергетического рынка в будущем. Одновременно принято решение о порядке создания территориальных генерирующих компаний - это также очень важная вещь.
Создан рынок электроэнергии, которого никогда не существовало в стране. 1 ноября 2003 года впервые в нашей истории был запущен либерализованный, свободный оптовый рынок "5-15". На нем нет государственной установленной цены, а есть конкуренция участников. Эта конкуренция привела к тому, что цена на этом рынке ниже, чем цена, установленная государством (правда, разрыв сокращается, но, тем не менее, он остается, что для нас очень важно). По данным на апрель 2004 года, рынок "5-15", созданный на торговой площадке некоммерческого партнерства "Администратор Торговой Системы" (НП "АТС") по объему торгов уже вошел в "топ-10" крупнейших в мире рыночных площадок электроэнергии! И он будет расширяться.
Есть и вторая группа решений, которая связана с консолидацией активов монопольной части сектора. Собственно, вся логика реформы в этом и состояла: в конкурентной части - рынок, дерегулирование, частная собственность; в монопольной - жесткое государственное правление, усиление государственных позиций и увеличение доли государства. Я рассказал про первую часть, теперь -про вторую часть.
О Федеральной Сетевой Компании. Как вам известно, по нашей инициативе осенью 2003 года правительство приняло решение о формировании Единой национальной электрической сети (ЕНЭС). В соответствии с этим решением мы развернули массовый процесс консолидации магистральных сетевых активов в рамках Федеральной сетевой компании (ФСК). Создано 7 межрегиональных магистральных сетевых компаний (ММСК), назначены их генеральные директора. На полном ходу завершается процесс передачи этих активов в единую компанию, в которой в результате реформы в собственности у государства будет 75%.
Сетевая вертикаль дополняется диспетчерской вертикалью. Все диспетчирование в стране должно быть централизовано. Исходя из этого, Системный оператор (СО), созданный нами, по вертикали консолидировал не только московское Центральное диспетчерское управление", не только объединенные диспетчерские управления на межрегиональном уровне, но и РДУ - региональные диспетчерские управления из энергосистем, которые сейчас также включаются в единую диспетчерскую вертикаль, объединенную на самой мощной основе из всех возможных - на основе собственности.
Причем все эти маштабные изменения происходят так, чтобы потребитель их не замечал. (ВОПРОС К АУДИТОРИИ): Вы заметили что-нибудь? Не слышу ответа... Значит, не заметили. Если бы вы заметили, то это было бы у вас главным вопросом. Если бы у нас пошли сбои по этому поводу, они были бы описаны во всех средствах массовой информации регионального и федерального уровня. Поэтому я стучу по дереву, но фиксирую это как факт на сегодня. Гигантская производственная система - по сути крупнейшая в стране, причем система с непрерывным производственным циклом, система, ежесуточно и ежечасно обеспечивающая своей продукцией каждого гражданина и каждое юридическое лицо в стране - преобразовывается на полном ходу так, что ни один из потребителей этого даже и не заметил. Это ровно то, что нужно. Один из наших главных лозунгов звучит так: "Реформа должна проходить при свете, а не темноте!" Пока нам удается его реализовать.
Преобразуя наши энергосистемы, магистральные и распределительные сети, мы, конечно же, не можем оставить в стороне и наш московский офис. Именно поэтому сейчас мы завершаем беспрецедентные изменения в организационной структуре управления Холдинга в целом. Мы пришли к выводу о необходимости преобразования нашей компании и создания бизнес-единиц. Собственно, сам головной офис компании будет состоять из двух структур, одна из которых - это Корпоративный центр (КЦ). Он отвечает за стратегию, курирует наиболее масштабные проблемы, обеспечивает связь с государством и государственной политикой. Корпоративный центр компании возглавляет Яков Моисеевич Уринсон. Вторая наша структура на московском федеральном уровне - это Центр управления реформой (ЦУР). Он отвечает за развитие и преобразование, как в части их идеологии, так и в сфере технологии. ЦУР возглавил Юрий Аркадьевич Удальцов. Это две структуры стратегического свойства. Ну, а весь наш гигантский набор активов переходит в несколько бизнес-единиц. Бизнес единицы будут ориентированы на максимальную самостоятельность. Мы делегируем им беспрецедентный объем полномочий из корпоративного центра - по всем вопросам , от топлива до тарифов и кадров. Бизнес-единицы, собственно говоря, и должны стать ключевыми ячейками РАО "ЕЭС России".
Несколько слов о нашей инвестиционной политике. У нас здесь есть серьезные результаты, которыми, безусловно, мы можем гордиться. Если говорить о последних событиях - это в ноябре прошлого года ввод второго блока Бурейской ГЭС, важнейшей стройки страны без всякого преувеличения. Уникальным был ввод второго блока мощностью 800 мегаватт на Нижневартовской ГРЭС - это крупнейший энергоблок, введенный в стране за последние 15 лет. Еще один важнейший ввод - на Тюменской ТЭЦ-1, где мы использовали самую современную технологию парогазового цикла, позволяющую резко повысить КПД станции. На открытии станции в Тюмени был премьер-министр, на открытие Буреи , как вы помните, к нам приезжал президент России. Это очень важные события государственного масштаба. В этом году у нас есть задачи не менее значимые. Это ввод третьего блока на Бурее, пуск новых мощностей Сочинской ТЭЦ.
Здесь остается задача, о которой я был вынужден достаточно резко сказать своим коллегам. Проблема такова. Мы решили проблему строительства, научились строить заново. Мы научились контролировать расходы на стройке. И то и другое - важный результат. Но мы категорически не научились сделать это по-настоящему эффективно и современно. Цена вводимого мегаватта слишком велика. Это наш изъян, наш недостаток. Мы по-настоящему не освоили современные методы финансирования строительства -
не из тарифа, а за счет финансового рычага, за счет привлечения внешнего финансирования, инвестиционных кредитов. Сейчас эта задача уже реальна, хотя еще два-три года назад было бессмысленно говорить об этом. Три года назад словосочетание "кредит энергосистеме" было каким-то марсианским выражением, лишенным смысла в силу финансового состояния. Полтора-два года постоянной практикой стало кредитование под закупку топлива, "под зиму". Эти кредиты берут все энергосистемы - даже те, которые находятся в непростом финансовом положении.
Следующая задача - это не текущие кредиты, а кредиты инвистиционные, на 3 года, на 5-7 лет. И очень приятно, что первые примеры такого рода у нас появились. Это проекты финансирования на Дзержинской ТЭЦ в Нижегородской области, в Санкт-Петербурге (ТЭЦ-5, где первый блок строится именно таким образом), в "Мосэнерго", на Березовской ГРЭС... И это лишь начало. Я считаю, что для нас преобладающей финансовой технологией нового строительства и модернизации должна стать технология привлечения внетарифных средств.
В прошлом году мы впервые заявили о том, что намерены не только преобразовывать компанию, не только заниматься ее реформированием и текущим функционированием. Как бы реформа ни разворачивалась, мы являемся нормальным бизнесом, и не намерены замыкаться в своих рамках. Наоборот, мы намерены двигаться вперед, вширь, -- иными словами переходить к экспансионистской политике. Это было сказано впервые весной прошлого года. Именно тогда мы предложили в нашей стратегии, "5+5" два новых направления бизнеса. Одно из них - это коммунальное хозяйство, второе - профильный бизнес за рубежом. И то, и другое на начальной стадии было воспринято странновато, как нечто не очень реальное и скорее пиаровское, чем содержательное. Каковы результаты? Первое из двух названных приоритетов - коммунальное хозяйство. Как многие из вас знают, РАО "ЕЭС России" стало соучредителем компании "РКС" (Российские Коммунальные Системы). Компания была создана летом прошлого года. Коммунальные системы - это, наверное не самый сладкий и не самый простой вид бизнеса, включая полный список - от электрических распределительных сетей до канализации. Это, конечно, не газ качать, и не нефть, а часто совсем другую субстанцию. Но тем не менее именно в этот бизнес мы пошли, столкнувшись с целым рядом очень тяжелых проблем. Здесь пока гордиться еще рано. Тем не менее, мы понимаем, что по этому году мы выйдем на цифру объема продаж в коммунальной сфере около 500 млн. долларов. Это беспрецедентная цифра. Никто другой в стране ничего сопоставимого в этой сфере не имеет, тем более что мы вообще первыми пошли туда. Задача будущего, 2005 года для компании "РКС" -- оборот 2 млрд. долларов.
Что касается профильных зарубежных активов, то мы пошли в СНГ, причем достаточно агрессивно, встречая почти везде такое же агрессивное сопротивление. Практически везде это сопротивление резко политизировалось. Практически везде мы столкнулись с одним оппонентом и конкурентом (а именно с Соединёнными Штатами Америки), у которого были самые сильные позиции в энергетике почти всех стран СНГ. Практически везде, куда мы заходили, мы получали немедленное очень активное действие по дипломатической линии, с немедленным выходом на правительства соответствующих государств, с немедленной мобилизацией депутатских ресурсов местных парламентов, с немедленным масштабным подключением средств массовой информации, а в ряде случаев и с массовыми уличными событиями. Например, так было в Грузии. Там накануне моих переговоров с президентом этой страны толпа демонстрантов принесла к дверям президентской резиденции большой черный гроб с надписью "Независимость Грузии". Таким было начало. А что сегодня? В той же самой Грузии те же самые оппозиционные лидеры, которые были нашими оппонентами, так уж случилось, провели революцию. При этом революцию провели при свете, а не в темноте. Ну, а самое главное состоит в том, что вот сейчас, уже в ходе весенних визитов и президента Грузии Саакашвили, и председателя парламента Нино Буржанадзе, они благодарят компанию за то, что Тбилиси впервые за долгие годы зиму прожил со светом и теплом. Это очевидный факт, который признают даже наши бывшие оппоненты, которые, надо отдать им должное, сегодня занимают совершенно конструктивную позицию. Таким образом, грузинская энергетика в значительной части нами приобретена, армянская энергетика в подавляющей части нами приобретена, и у нас есть очень конструктивное взаимодействие с властями Армении. У нас идут сложнейшие переговоры с Украиной - на всех уровнях, и государственном, и бизнес-уровне. Мы не отказываемся не от одного из наших замыслов там и обязательно доведем их до конца. У нас не менее масштабные замыслы по Прибалтике. Я не назвал ещё Таджикистан, Киргизию и Казахстан, где тоже есть серьёзные подготовленные и реализуемые проекты.
Однако на сегодня мы поняли, что ограничиваться только нашими соседями было бы неправильно. Дальше мы намереваемся идти за пределы СНГ. У нас есть серьёзные замыслы, и, надеюсь, к следующей нашей встрече я смогу вам рассказать и об этих результатах тоже.
Продвигаясь достаточно успешно в этих направлениях, мы вместе с тем видим одну чрезвычайно острую проблему, которая настолько сегодня остра для всех практически наших энергосистем, что вообще ставит под угрозу стратегию реформирования и развития всей компании. Эта проблема называется "перекрестное субсидирование" и еще одно связанное с ним явление - так называемый "масштабный выход" на ФОРЭМ - федеральный оптовый рынок электроэнергии и мощности.
Суть проблемы вкратце такова. По целому ряду причин наша энергетика унаследовала ситуацию, при которой тарифы для населения существенно занижены по сравнению с их объективным, обусловленным уровнем. А тарифы для промышленности, наоборот, существенно завышены. Это собственно и есть то самое перекрестное субсидирование, когда промышленность берет основную цену на себя. Это явление существует несмотря на неоднократные постановления правительства, в которых говорится о необходимости ликвидации перекрестного субсидирования за счет тарифной политики. Все эти планы благополучно сорваны, проблема не решена. Масштабы ее усугубляются нынешней конфигурацией нашей электроэнергетики. Если ты промышленный потребитель и несешь вот эту самую нагрузку перекрестного субсидирования в любой энергосистеме, будь то "Свердловэнерго" или "Мосэнерго", у тебя почти всегда есть простой соблазн: уйти из энергосистемы, перейдя на оптовый рынок. На нем, как правило, тарифы меньше, потому что вся схема перекрестного субсидирования сосредоточена на сегодня в энергосистемах, а на федеральном рынке ее нет. Ты уходишь туда, и все это благородно называется "развитием рынка", "увеличением количества участников рынка". Но федеральный оптовый рынок ФОРЭМ рынком не является! Нельзя называть рынком то место, где потребителя прикрепляют к поставщику, да еще и устанавливают ему извне принесенную цену. Масштаб проблемы стал в некоторых регионах настолько тяжелым, что просто поставил под вопрос функционирование энергосистем. В Нижнем Новгороде, в Тамбове, в ряде других регионов масштаба "бегства" крупных потребителей от перекрестного субсидирования приводит к тому, что нужно либо в одночасье, повысить тарифы населению в два раза, либо энергосистема окажется банкротом.
Ситуация настолько остра, что требует масштабного острого решения, как действовать. На сегодня мы выработали для себя целостную стратегию, которую активно обсуждаем с правительством.
В чем ее суть? Мы считаем, что проблему из скрытой, спрятанной и полутеневой надо перевести в открытое, ясное, транспарентное состояние. А именно: следует определить на государственном уровне, круг субсидируемых потребителей (в нашем понимании население таковым должно остаться). Мы понимаем, что сегодня просто нереально по объективным проблемам ставить задачу о повышении тарифов для населения, она нереализуема в сегодняшней России, с сегодняшним уровнем дохода, для абсолютного большинства граждан она неподъемна.
Это означает, что нужно обозначить эту категорию как субсидируемую и, одновременно, так же открыто обозначить субсидирующих. И тем и другим установить соответствующие тарифы. Причем для субсидируемых в нашем понимании эти льготные тарифы должны быть ограничены официальной нормой потребления на одного человека. По простой такой схеме, в киловатт-часах. Имеющиеся средства учета позволяют это контролировать и фиксировать. Одновременно с этим, как я сказал, нужно вводить прямую надбавку для субсидирующих, установленную на федеральном уровне. По сути дела, тем самым выводя всю проблему перекрестного субсидирования с регионального уровня на федеральный . С ясным источником, с ясными направлениями расходования и с ясной стратегией поэтапного ее решения. Ну не за два-три года, но за пять-семь. И тогда, наконец, исчезает эта разрушающая схема выхода на ФОРЭМ, которая сегодня грозит поставить на колени чуть ли не всю энергетику страны. Мы с этими предложениями вышли в правительство. На сегодня активнейшим образом прорабатываем их с Минэкономразвития, с Федеральной службой тарифов (ФСТ) и видим понимание. Хотя масштаб задачи гигантский. Потребуется как минимум целый закон, а помимо этого, видимо, несколько постановлений Правительства, в том числе корректировка существующих. И не менее полутора десятков нормативных решений на следующем уровне. А до этого мы вынуждены принять абсолютно однозначную позицию по поводу выхода на ФОРЭМ. А именно: с этого момента мы будем делать все, что разрешено законом, для того, чтобы больше никто и ни при каких условиях не попал на ФОРЭМ. Мы можем вопрос ставить так потому, что на сегодня есть реальный рынок, вот тот самый "5-15", который, как я сказал, вошел в "топ-10". Мы говорим нашим крупным промышленным потребителям: "Выход на ФОРЭМ сегодня - это безответственное, с социальной точки зрения действие, а как правило просто жульничество. Мы против! Если вы хотите реального рынка - пожалуйста, мы для вас создавали этот рынок. Выходите на рынок "5-15". Там есть конкуренция. Там нет основной государственной цены. Выходите туда и там работайте". Этот рынок будет последовательно расширяться. ФОРЭМ с этого момента для нас запрещен. Мы будем делать все от нас зависящее, чтобы туда никто не попал.
Я постарался вам рассказать о том, что у нас получается и о существующих проблемах. Как я уже сказал, мы готовы будем не только выступить, но и ответить на все Ваши вопросы. А свою основную часть я на этом завершаю.
Спасибо за внимание.
26.04.2004
http://www.chubais.ru/cgi-bin/cms/personal.cgi?news=00000000002
