Юрий Алексеевич, в последние несколько месяцев советник Президента Андрей Илларионов несколько раз высказывался по проблеме Киотского протокола. Буквально на днях в Центре Карнеги Илларионов презентовал доклад, состоящий из 13 пунктов против ратификации киотских соглашений. По мнению Илларионова протокол плох буквально всем, - и научно он не обоснован, и экономически невыгоден, и по отношению к России дискриминационен, и т.д., и т.д. С чего бы, как Вам кажется, специалист по длиннопериодной макроэкономике озаботился вопросом присоединения России к Киотскому протоколу?
Если бы вопрос касался самого Киотского протокола, то мне пришлось бы отказаться от комментария, поскольку я не считаю себя специалистом в данном вопросе. Но вопрос в другом. И мне непонятно, почему Андрей Николаевич Илларионов вдруг начал заниматься вопросами, в которых он, ну, будем откровенны, тоже не является специалистом. Все-таки Киотский протокол предполагает некие фундаментальные знания в вопросах, по крайней мере, экономики природопользования. Я, например, помню, что нам курс экономики природопользования читал Данилов-Данильян старший, и это был совершенно блестящий курс. И сейчас я читаю OPEC.RU и другие средства массовой информации, и в этих вопросах обращаю внимание именно на мнение Виктора Ивановича Данилова-Данильяна. И я склонен доверять ему. Потому что я знаю, он блестящий специалист в этом вопросе. За академическим университетским курсом стоит глубокое понимание, потому я ему и верю безоглядно. Господин Илларионов, которому я доверяю в других вопросах, здесь выступает, скажем, с противоположных позиций, поэтому я ему, скорее, не верю. Но я здесь рассуждаю не как специалист, а как обыватель.
Вопрос же, почему он вдруг пошел в эту сферу, имеет два варианта ответа. Первый, совсем уж неприятный для Андрея Николаевича, что он начал считать себя специалистом во всех областях и поэтому высказывается по всем вопросам. Этот ответ касается вменяемости Илларионова как специалиста, как экономиста, как политика.
Второй вариант ответа, - возможно за высказываниями Илларионова стоят некие потребности Президента, или Администрации Президента, в некотором сигнале. Впрочем, это только моя версия, естественно, я не владею информацией о кухне Администрации Президента. Возможно, нужен сигнал о готовности к торговле, готовности к переговорам и желании улучшить свои позиции в переговорном процессе по Киотскому протоколу. В этом смысле, возможно, использование Илларионова оправданно в том смысле, что в свое время, он выступил против правительства по вопросу внешнего долга, сыграв, может быть, на руку нашим противникам за столом переговоров по внешнему долгу, и сейчас ему будут больше доверять эти самые противники по переговорным процессам. И, может быть, здесь какой-то наивный расчет на то, что в виде благодарности конкретно этому советнику будут сделаны какие-то уступки. Но даже если это так, то это весьма наивное предположение. Ведь политика - вещь вполне прагматичная.
А имеют ли право на существование предположения об отстаивании советником Президента интересов крупных западных корпораций, которым невыгоден Киотский протокол?
Я почти на 100% верю в версию о том, что интересы западных компаний отстаивают люди с такими фамилиями, как Сечин или Иванов, не путайте с министром. И столь же категорично я не верю в то, что подобными некрасивыми делами будет заниматься Илларионов.
18 декабря 2003
http://www.opec.ru/comment_doc.asp?d_no=44356
