Эксклюзив
Шарков Феликс Изосимович
10 января 2018
742

Медиапространство и информационные технологии в цифровом формате: криптовалюты в блокчейн

Main sharkov

 

Шарков Ф.И. – доктор социологических наук, профессор, Заслуженный деятель науки РФ, проректор по науке АТиСО, заведующий кафедрой общественных связей и медиаполитики отделения журналистики ИГСУ РАНХиГС.

Попов В.Д. – доктор философских наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ, специалист в области социальной информациологии и социально-экономического психоанализа.
Понеделков Александр Васильевич, доктор политических наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ, заведующий лабораторией проблем повышения эффективности государственного и муниципального управления  Южно-Российского института управления – филиала РАНХиГС.

Дроздовский С.В. – аналитик, консультант по инновационному развитию экономики.

 

Аннотация. Средства массовой информации, функционирующие в цифровом формате создали новый тип медиапространства, а коммуникации, построенные на основе цифровых технологий кардинально меняют саму природу информационно-коммуникационных систем. Медиапространство может быть рассмотрено как информационное окружение, в котором отдельные люди или их группы и другие сообщества могут действовать вместе в одно и то же время. Оно представляет собой часть социального пространства, которая охвачена теми или иными средствами массовой коммуникации. В медиапространстве люди создают контент, распространяют его; воспринимают визуальные, аудиовизуальные контенты, текстовые изображения, представляющие интерес и доступные им. Цифровое же медиапространство отличается от медиапространства тем, что социальная среда, в которой оно формируется, охватывается контентом цифровых СМИ.

Для обеспечения безопасности цифровой информации, распространяемой через Интернет, разработана и используется системы блокчейн, функционирующие   как саморегулирующий механизм, хотя они так не назывались.  Самое существенное и реальное значение технология блокчейн, используемая в последние годы для развития цифровой экономики. В частности, технологии блокчейна получили широкое распространение для создания криптовалюты. Именно поэтому сегодня многие теоретики и практики связывают технологии блокчена как исключительную систему, служащую носителем (основой) создания криптовалюты.

Техническая реализация такого проекта еще не означает, что решены все правовые (включая международно-правовые), финансовые и другие основы, требующие для полноценного функционирования криптовалюты. Для развития блокчейна как базовой технологии для функционирования защищенной от спекуляции криптовалюты требуется, прежде всего, теоретическое осмысление функционирования цифровой экономики, а в частности – создание соответствующей электронной инфраструктуры. Слабоконтролируемая разрастающаяся новая платежная система вызывает беспокойство властей многих государств, включая Россию. Вопрос биткоина обсуждается на самом высоком уровне и встречает неоднозначную реакцию. 

 

Ключевые слова: медиапространство, цифровое пространство, конвергенция СМИ, криптовалюта, крипторубль, блокчейн, биткоин

 

Валюта из цифрового пространства

Сегодня в обществе замечается ажиотаж в связи с перспективами введения в оборот криптовалюты.  Многие вполне справедливо отмечают, что криптовалюта это «валюта из воздуха». Уже в 10 странах мира электронная валюта введена в оборот. Должна ли включиться Россия в процесс институциирования нового, фактически виртуального финансового института. Может быт своей нерасторопностью «Россия рискует оказаться на обочине мировой экономики, если будет продолжать не замечать наступления цифровых ноу-хау» [Артемов 2017].

Сегодня «любая попытка постановки и решения масштабных проблем без учета факторов развития информационной сферы и изменений сознания не приведет к позитивному результату» – отмечает Рубанов В.А. научный руководитель ЦИИТ «Интелтек». И предупреждает: «Цифра хаоса не приемлет» [Рубанов].

Цифровой формат оформления (создания, кодирования, распространения информации, декодирования и применения) иноформации по сути создал новый тип медиапространства, оказывающего огромное влияние на экономику, политику и культуру всего глобального мира. Не случайно эти процессы стали предметом особого внимания отечественных зарубежных ученых. Помимо общих, частью уже ставших классическими, работ по коммуникологии и медиалогии [Бернейс 2016; Луман 2005; Маклюэн 2003; Hodkinson 2011] и сетевому обществу [Castells 2010],  ими  рассматриваются различные аспекты взаимодействия Сети и со всеми сферами общества. В многочисленных монографиях и статьях анализируются  проблемы возникновения «Четвертой информационно-коммуникационной волны» [Шарков 2012]; возможности и риски социальных медиа [Тихонова 2016; Кёхлер 2013; Кравченко 2016]; сетевая публичная политика [Мирошниченко 2013; Мирошниченко, Морозова 2017; Batorski, Grzywinska 2017]; визуальная репрезентация политики в медиапространстве [Шарков 2016];   представительство политических сил в Сети [Сморгунов 2014]; манипулятивный инструментарий традиционных и электронных медиа и социальных сетей [Данилова 2009; Дружинин 2017; Соловей 2015; Чугров 2017; Haley 2010]; информациология [Попов 2014]; информационная психофизика и управление экономикой [Попов 2014]; политическая идентичность и протестная активность в цифровую эпоху  [Соловей 2016; Bakardijeva 2015; Coretti, Pica 2015;  Gerbaudo 2015; Gerbaudo, Trere 2015; Kavada 2015; McDonald 2015; Milan 2015; Monterde, Calleja-Lopez, Aguillera, Barandiaran & Postill 2015;  Trere 2015]; культура управления в информационном обществе [Попов 2014]; информационная аналитика [Силкин 2016].

         Одновременно с фундаментальными исследованиями развиваются мифы о цифровой коммуникации, завладевшем не только социальным, но и виртуально-нейронным пространством. Традиционные методы  коммуникации, осуществляемые в экономической, политической и социокультурной сфере начинают терять свое доминирующуее  значение;  что  коммуникации, построенные на основе цифровых технологий кардинально меняют саму природу информационно-коммуникационных систем. Впрочем, эти утверждения уже сегодня не настолько мифологичны, как это казалось совсем недавно. Сегодня цифровое медиапространство  вбирает в себя все другие виды информации путем ее преобразования. Цифровизацией охвачен не только процесс создания современных контентов, но и цифруются практически все контенты, созданные ранее на традиционных носителях.

 

Медиапространство как часть социального пространства

Медиапространство можно рассматривать как некую социальную сферу, охваченную медиа, в котором отдельные люди или их группы и другие сообщества могут совместно или в одиночку пользоваться возможностями создания на медианосителях контент, его распространения; а также воспринимать визуальные, аудиальные, аудиовизуальные контенты, текстовые сообщения, доступные им. Отметим, что «медиапространство представляет собой часть социального пространства, которая охвачена теми или иными средствами массовой коммуникации» [Шарков 2016].  Медиапространство может быть позиционировано как особая реальность, являющаяся частью социального пространства и организующая социальные практики и представления агентов, включенных в систему производства и потребления массовой информации...[Юдина].

 

Роберт Стултс и Стиво Харрисон в середине и в конце-1980, в группе Smalltalk, входившей в Xerox Palo Alto Research Center (PARC) провели исследование медиапространства. Стултс в одном из своих трудов опубликовал следующее определение: «Медиапростра́нство (то есть пространство, создаваемое электронными средствами коммуникации) – это электронное окружение, в котором отдельные люди или их группы и другие сообщества могут действовать вместе в одно и то же время. В этом пространстве они могут создавать визуальную и звуковую среду, воздействующую на реальное пространство. В нём они могут, соответственно, производить и контролировать запись и воспроизведение изображения и звука, а также доступ к ним» [Stults 1986]. 

Отметим некоторую неточность в этом определении. Здесь, скорее всего, дано определение «электронного медиапространства», поскольку кроме электронных медиа, есть и другие, вовсе не представленные в электронном виде, например, бумажные (неоцифрованные) газеты и журналы. Соответственно, понятие медиапространства шире определения «электронное медиапространство»

Разработчик проблем медиапространства Бузин. В.Н. [Бузин 2012] «медиапространство» понимается как продукт двух сред – культурной и социальной, выполняя свою роль как в обеспечении равновесия и внутреннего гомеостазиса системы, так и в её преодолении.

По отношению к социальной среде медиапространство дает возможность адаптироваться к ней, достичь поставленных задач, объединиться с другими субъектами деятельности, воспроизводить существующие социальные структуры или производить новые, снимать нервные и физические нагрузки. По отношению к культурной среде медиапространство выступает как место хранения и производства систем символов и норм. В этом качестве оно выступает важным регулятором жизни общества.

Цифровое же медиапространство отличается от медиапространства тем, что социальная среда, в которой оно формируется, охватывается контентом цифровых СМИ. Здесь подметим еще одну немаловажную деталь. Цифровое медиапространство «располагается» не только в среде людей, взаимодействующих между собой посредством СМИ, но и в виртуальной среде Интернета, где «поселились» не только все виды традиционных СМИ, своим параллельным электронно-цифровым контентом, но и создаются не только медиаконтенты, но и другие информационные массивы, которые начинают обретать свою собственную жизнь. Причем, при активной «оцифровке» ранее созданных текстов на классических носителях, доля «нецифрового медиапространства» очень быстро сокращается. Тем более, что сегодня «оцифрованной» становится подавляющая часть информации и о политике, и о культуре, и о экономике. В цифровом информационном пространстве в последние годы стали использоваться новые технологии, функционирующие на принципиально новой саморегулирующейся основе. Одна из них – технология блокчейн.

 

Блок  (block) несущих информацию цепочек «chain)

Для измерения чего-либо люди начали использовать цифры очень давно, оказавшись в цифровой системе координат. Цифра тогда использовалась как единица (измерения) информации. При электронной  оцифровке любого контента пользуются двоичным кодом, основанном на фиксации наличия или отсутствия сигнала. Комбинирование этих состояний и придание им определенного значения (состояния) и есть процесс перевода любой информации в цифровую форму. С появлением электронных систем, возможности размещения информации в сетевом пространстве стали практически бесконечными. Прежде всего, стала иметь другую форму экономика.

Самое существенное и реальное значение для развития цифровой экономики приобрела технология, появившаяся недавно – блокчейн. Блок цепочек, несущих определенное содержание – это запись, имеющая дату создания и связь с предыдущим и последующим блоками. В блокчейне можно разместить совершенно любую информацию. Это мощная электронная и дорогостоящая инфраструктура цифровых технологий. Эта технология раскрывает новые возможности для систематизации и кодирования блоков информации, доступных тем, кто владеет его ключами.

 Блокчейн и технология (в расширительном понимании) и единица фиксации и измерения. Такая цепочка электронных блоков, позволяющих осуществлять взаимодействие между теми, кто «вхож» в данную цепочку. Например, с помощью этой технологии можно осуществлять прямые трансакции (взаимные расчеты) между фирмами, предприятиями, даже минуя банки. И в этом их достоинство. Вполне возможно, в ближайшее время технологии блокчейна станут применяться в избирательных технологиях для распространения проверенного контента до потенциальных получателей, исключая возможности манипулирования недостоверной информацией.

Сама идея технологизировать процесс выстраиивания и закрытия для свободного доступа цепочек в принципе не нова. Элементы, которые мы сейчас называем блокчейн, разработаны ранее в целях обеспечения безопасности хакерских атак, хранения банками данных о проведении финансовой операции и т.п. Система блокчейн, для чего бы ее не использовали, функционирует   как саморегулирующий механизм. Ее функциональность определяется установкой платформ, исходя из поставленных целей.

Широкое распространение технологии блокчейна получили распространение для создания криптовалюты. Именно поэтому сегодня многие теоретики и практики связывают технологии блокчена как исключительную систему, служащую носителем (основой) создания криптовалюты. Техническая реализация такого проекта еще не означает, что решены все правовые (включая международно-правовые), финансовые и другие основы, требующие для полноценного функционирования криптовалюты.

Для развития блокчейна как базовой технологии для функционирования защищенной от спекуляции криптовалюты требуется, прежде всего, создание соответствующей электронной инфраструктуры. Еще важнее – разработать теоретико-методологическую основу функционирования всех глобальных цифровых систем¸ особенно используемых в цифровой экономике. Без этого по яркому выражению  одного из руководителей Агентства стратегических инициатив  Дмитрия Пескова  можно получить «оцифровку бардака, большие мусорные данные блокчейн – чиновников, венчурные шарашки» [Песков]. Очевидно, что не случайно Песков так резко выражается про блокчейн. В этом вопросе не просто разобраться не осведомленному читателю. Поэтому для понимания содержания дальнейших толкований, проводимых в этой статье, как можно большим количеством читателей попытаемся раскрыть суть пока не очень понятной в обществе как самой проблемы, так и используемой специальной терминологии. Прежде всего, определимся с базовыми понятиями, а то в общественном сознании может получится опять так: «слышим звон, но не знаем откуда он». Слышим звон криптовалюты, биткоина и т.д., а что нам делать с ними, как себя вести?

 

Генезис криптовалюты: биткоин и его копии (форки)

В переводе с греческого «крипто...» раскрывает что-то скрытое от наблюдения (гр. kryptos тайный, скрытый). Крипто…  –  первая составная часть сложных слов, соответствующая по значению слову тайный или обозначающая: относящийся к какому л. скрытому состоянию, напр.: криптофиты, криптография [Словарь иностранных слов русского языка]. Соответственно, понятие «криптовалюта» можно расшифровать как валюту, находящуюся в скрытом состоянии. По определению М. Кириловой «Криптовалюта – это цифровая, виртуальная (в смысле невидимая нам) валюта или деньги, измеряемые цифрой. Цифра – это единица информации, скажем, о товаре, о зарплате. Такой базовой (наиболее распространенной) единицей является биткоин. В идеале биткоин должен выполнять функцию монеты, а любая монета (или ее заменитель), должна быть защищена от подделки и представлять собой зашифрованную информацию. Кто и как будет зашифровывать, например, получаемую в биткоинах или в другой криптовалюте зарплату? Обычно это делают банки. Если криптовалюту привязать к банкам, то это те же электронные деньги и электронные кошельки граждан. Однако криптовалюта в отличие от валюты в классическом пониманию не может хранится ни в банках, и даже не может иметь своё электронное хранилище в виде сайта или бругого типа базы данных. Соответственно, если понимать функции банка в классическом понимании, то криптовалюта никак не может быть связана с ним. Она живет по своим законам. В то же время, ее можно сопоставить исходя из ситуации с любой классической валютой и «обналичивать» в специально созданных «обменниках». 

Сегодня подавляющая часть населения не понимает сути формирования, хранения и использования криптовалюты. А вложить имеющийся капитал под большую выгоду многим хочется – об сверхбольших прибылях, получаемых посредством вложения реальной валюты в «криптовалютную игру» говорят многие. Пассивные вкладчики своей реальной валюты (те, которые прямо не участвуют в майнеринге) в совокупный проект тех или иных майнеров хотят ощутить именно связь криптовалюты с обычной валютой, реально зарабатываемой людьми.

Рассмотрим процессы, протекающие в виртуальном финансовом рынке с позиции информационной теории экономики. Криптовалюта должна представляет как и любая валюта выражение стоимостной сущности товаров в зависимости от спроса и предложения на них по качеству и количеству, только реализуемой в пространственно-временной субстанции. Однако стоимость биткоина формируется по иным правилам, чем в классическом финансовом рынке.

В начале, для понимания массовым читателем основных понятий рассмотрим, термины, которые трактует М.Кирилова в массовой газете «Аргументы недели» (19-25 октября, 2017 г.). Биткоин – это не просто цифровая валюта. Это новый вид денег, инновационная, новая сеть платежей, пиринговая (одноразовая и централизованная) платежная система, основанная на равноправии всех участников экономической системы. И во взаиморасчетах участников рынка используются эти виртуальные электронные деньги. Пока наше государство не признало биткоин официальной валютой. А неофициально структуры ее уже используют. Биткоин в США, на Чикагской товарной бирже используется официально.

 Быстрое развитие криптовалютного обращения привело к созданию ее разновидностей – копии биткоина или форки. Наиболее известные из них: Litecoin, Peercoin,  Namecoin,  Feathercoin,  Freicoin,  Ripple, Nem,  Ethereum, Zcash, Dash.Их количество уже более 700. В любом неустойчивом процессе всегда появляются противоречия. Они имеются и  в определении стоимости криптовалюты и ее функционирования вне государственного регулирования. Так, среди населения возникает ряд вопросов: если сегодня популярная криптовалюта – биткоин, то каково ее материальное (трудовое или золотовалютное) содержание в контексте закона о соотношении спроса и предложения? Насколько она зашифрована и защищена от инициативных игроков на рынке? А сколько уже известно случаев грабежа криптовалюты талантливыми хакерами?.  Получается, что «гражданская цифровая экономика» развивается вне государства. Не случайно Президент РФ Путин В.В. в одном своем публичном выступлении предупредил: «Криптовалюты выпускаются неограниченным кругом анонимных  субъектов, таким образом, покупатели криптовалюты могут быть вовлечены в противоправную деятельность, и по криптовалютам не существует обеспечения». Отметим, по факту обеспечения сегодня нет ни доллару, ни евро.

Сложность развития и применения на пользу государства стихийно возникающие технологии масштабного значения в России связан, прежде всего, отсутствием  эффективного механизма внедрения инноваций. Не создан механизм внедрения в экономику интеллектуального продукта, тем более такого продукта, которое нельзя пощупать, но он реально существует (виртуально-реальный продукт, к которым также относятся цифровые технологии).

С внедрением технологии блокчейн в виртуальный финансовый рынок (именно рынок, если биткоины не только добываются, но и продаются и покупаются) открываются большие перспективы развития инновационного цифрового маркетинга, вбирающего в себя все возможные инновации. Важно найти правильный механизм взаимодействия государственных институтов с виртуально-валютной системой. Нужно своевременно разрабатывать их с привлечением научного сообщества и наиболее «продвинутых» практиков, поскольку в цифровой экономике действительно: время – деньги. Без научных разработок, научной экспертизы управленческих, инновационных проектов невозможно управлять столь масштабным и не поддающимся прямому регулированию процессами в виртуально-финансовой системе. Так же, как и многие рыночные процессы не требуют прямого регулирования, здесь также государство должно найти новые механизмы финансового регулирования криптовалютных операций.

 Денежная система биткоина с капитализацией около 50 миллиардов долларов не имеет единого управляющего центра, нет и единого эмитента. Контроль же и ответственность за правдивость ее функционирования, всех ее транзакций распределена между тысячами людей и компаний. При проведении операций криптовалюты на традиционные валюты прозрачность очевидна и возможность налогообложения – также. Любые крупные транзакции оставляют «следы» в виде последующих движений товарно-материальных ценностей и денежных ресурсов, которые опосредовано связаны с этими транзакциями. Кроме того, как везде и всегда имеет место быть законопослушный участник транзаций, который в зависимости от их масштабов купит за соответствующую стоимость патент на этот вид деятельности, если это потребует закон.  А обнаружить майнера имеется немало вариантов. Хотя бы по построенной конструкции «фермы» (не во всем виртуальной), которая требует специальных компьютерных механизмов, несущих большой расход электроэнергии. Да и само приобретение оборудования можно лицензировать (хотя очень квалифицированный специалист может ее собрать сам). При этом лишь мелкие майнеры, работающие на компьютерах общего пользования на видеокартах могут избежать возможного контроля. При этом и заработки будут совсем небольшими.

Еще один фрагмент терминологического «всеобуча». Термин «майнер» (англ. miner) – переводится с английского как «шахтёр», а процессом «майнинга» (mining) обычно называют разработку месторождений. Майнинг криптовалюты – это способ выпуска криптовалют. Простыми словами, майнинг – это добыча криптовалюты, процесс, использующий мощности компьютера для решения неких математических и иных задач, в результате чего генерируется цифровая валюта, а майнер получает определенную ее часть в виде прибыли. Компьютер в процессе майнинга  производит вычислительные операции, на которых и основана система. Для увеличения заработка люди объединяются в команды.

 

Защита криптовалюты, сформированной в системе блокчейна

Размещать информацию и редактировать сведения, размещенные в блокчейне, могут пользователи, имеющие код доступа (или ключ) к этому звену цепочки. Обладатель ключа является хозяином блока. Сразу возникает вопрос: кто владелец кода – ключа к пользователю блокчейна? Правительство, банки, фирмы? Банки хотели бы возглавить процесс управления криптовалютой. Но технология блокчейна лишает их этой функции. За ними при определенных условиях может быть закреплена функция сейфа для хранения денег. Вся цепочка блокчейна – это распределенная база данных. Важно то, что она не имеет централизованного процессора, управляющего отдельными блоками. Данными располагают только владельцы ключей и те, кому они их предоставят. Эта система  работает  точно как цепочка ДНК: в каждой молекуле (блоке) содержатся сведения, которые нельзя изменить, если они не соответствуют  действительности – общая система не примет их.  Технологически такая система безопасности обеспечивается особыми криптографическими программами, использующими сложные математические формулы и огромное количество мощных компьютеров, которые несут основную нагрузку, храня данные о системе.

Криптовалюта может и должна вписываться в реальный сектор экономики. Естественно здесь не идет речь о производстве материальных ценностей, а в трансационном обслуживании этого процесса. Биткоин есть ничто иное,  как защищенная от свободного доступа конкурентов  информация в цифровом исполнении. Чем больше информации, вложенной в указанные цепочки, тем богаче ее владелец. Это богатство подтверждается и тем, что с помощью блокчейн-технологий  осуществляются  платежи. Если один пользователь предоставит другому сгенерированный код на отправку определенного количества биткойнов, автоматически произойдет транзакция. В данных трансакциях исключается участие классических банков.

 

Биткоин: особенности, преимущества, недостатки

Главное  преимущество – анонимность, защищенность владельца биткоина. Все могут видеть, сколько биткоинов есть у владельца, но никто не знает, какие ячейки кому принадлежать. Невозможно в них попасть без кода доступа. Помимо анонимности и децентрализованности, обеспеченной технологией блокчейн, у биткоина есть и другие преимущества: это отсутствие налогов (их некому платить из-за того же отсутствия единого центра), неподконтрольность банкам и спецслужбам. Но имеются и минусы. Это нестабильность ввиду небольшого количества биткоинов в мире по сравнению, например, с долларом. Это и риск, связанный с использованием биткоина в мошеннических схемах, и невозможность получить компенсацию этой по сути непризнанной валюты в случае потери или кражи. Осуществленные ошибочно транзакции также невозможно вернуть обратно.

Практически нековнтролируемая разрастающаяся новая платежная система не может не вызывать беспокойства властей многих государств, включая Россию. Вопросы использования  биткоина обсуждаются на самых высоких уровнях и встречает неоднозначную реакцию.  Беспокоия и возможности этой новой технологии, которые в перспективе можно будет использовать по отношению к организму самого человека. Ведь нейроновая сеть – эта та же сложная, взаимозависимая, самоуправляемая система, в которой можно закрывать и кодировать цепочки информационных единиц. Раскрывая понятие «цифровой» экономики, М.Кирилова делает весьма важное замечание. Действительно не может ли блокчейн как одна из технологий искусственного интеллекта использована для разработки генно-модифицированнного вируса как живого вида оружия на основе достижений геноинформатики, генной инженерии. Зачем же американцы собирают биологический материал русских, о чем с тревогой заявил Президент РФ? Об этом предупреждают и ученые.

Финансовая сфера – только одна из множества граней использования блокчейн-технологии, во многом еще  неиспользуемых и ждущих своего применения сфер и участков жизнедеятельности.  Следует продолжать ее изучение, как рядовым пользователям, так и специалистам высокого класса. Ведь речь идет, прежде всего, о будущем России.

 

Методологические основы развития блокчен-технолологии

При инновационном развитии посредством вовлечения информации в реальный сектор экономики будет резко возрастать производство товаров потребления лучшего качества, а цена товара из года в год при определенном повышении рентабельности производства будет снижаться. При внедрении системы блокчейн, установки определенных платформ и введении национальной криптовалюты отпадает необходимость в использовании сторонних организаций (посредников) при продвижении товара до конечного потребителя. А это дополнительно снижает стоимость товара. Всё это приведёт в дефляции и укреплению национальной валюты.

Если блокчейн – фундамент саморазвивающейся и саморегулирующейся электронной системы, то от установки в ней определенных платформ, обеспечивающих прямое взаимодействие хозяйствующих субъектов, исходя из условий юрисдикции: права – обязанность – ответственность будет зависеть эффективность социально-экономического развития общества. При этом система блокчейн должна отвечать следующим методологическим основам.

  1. Познание субъектом управления окружающего мира в соответствии с открытой фундаментальной наукой законами природы и общества, где человек – часть природы.
  2. Возможность взаимодействия субъекта с любым другим субъектом с помощью обмена информацией без каких-либо посредников и ограничений, но в рамках юрисдикции государства.
  3. Динамическое инновационное развитие любого субъекта и объекта в экономике, системы управления интеллектуальной собственностью.
  4. Функционирование и развитие любого субъекта при взаимодействии с окружающей средой при примате внутренних закономерностей субъекта (его саморазвития) над внешними. Или по синергетике – примат внутренней флуктуации, саморазвития, самоорганизации над флуктуацией внешней.
  5. Детерминация деятельности субъекта управления механизмами саморазвивающейся и саморегулирующейся системы в целях достижения идентичности между  субъективными и объективными составляющими этого процесса.

Любое современное суверенное государство имеет шесть признаков государственности: народ, власть (законодательная, исполнительная, судебная), территория, граница, армия, валюта. Лишившись одного из признаков суверенности, оно становится либо сателлитом другого государства, либо колонией, либо территория отходит к другому государству. Представим себе такую ситуацию. Какое-то государство «накрыло» мировую экономику примерно на 80% своей валютой, то есть порядка 80% транзакций в мире совершается в валюте этого государства, и вся мировая статистика выражается в этой валюте. В этой стране будет самый высокий уровень ВВП на душу населения. Происходят эпохальные изменения в социально-экономическом укладе (правильно было бы говорить «в экономико-социальном», так как экономика первична). Что будет предпринимать это государство? Естественно, будет создавать условия для вовлечения в свою экономику информации в любых её формах: природных ресурсах, «мозгах», интеллектуальной собственности, инновационных технологиях, квалифицированной рабочей силе – для того, чтобы увеличить вложение инновационной информации в производимую национальной экономикой продукцию, сделать её более конкурентоспособной на мировом рынке и от реализации своей продукции получить дополнительную информацию в виде денег. Таким образом, благосостояние народа такой страны будет расти.

В реальном секторе экономики цена на продукцию определяются спросом и предложением в зависимости от качества и количества. Исходя из этого, можно сделать заключение: деньги – это сущность информации, вложенной в товар потребления. А вложение информации в товар потребления осуществляется хозяйствующими субъектами. Власть создает хозяйствующему субъекту условия для творческого процесса по созданию дополнительной инновационной информации, повышающей качество и количество продукции, потребляемой на рынке, и тиражирования этой информации (интеллектуальной собственности). Поэтому возникла криптовалюта и система блокчейн как саморазвивающийся и саморегулирующийся процесс, который должен быть встроен в реальный сектор экономики.

Что же касается криптовалют, которые «майнят» сегодня спекулянты разного рода, все они лопнут как мыльные пузыри, так как ни одна из них не подкреплена информацией реального сектора экономики, то есть реальными деньгами. Буратинки зарывают деньги «на поле чудес в стране дураков», а коты Базилио и лисы Алисы их выкапывают. Полная попандополовщина со стороны майнеров, которым не жалко расставаться с намайненной криптовалютой, так как они практически, кроме своего бесполезного труда, никаких природных ресурсов не использовали. Поэтому их логика такова: бери-бери, я себе ещё нарисую.

 Развитие цифровой экономики потребует реформирования налоговой системы. Согласно ст.128 ГК РФ, информация по техническим и технологическим решениям организации производства в реальном секторе экономики, надлежаще оформленная как интеллектуальная собственность, определена как вещь. Ст.129 ГК РФ даёт право собственнику, субъекту, владельцу этой собственности использовать вещь в гражданском обороте согласно Конституции РФ и ГК РФ.

Исполнительная власть России за четверть века, к сожалению, не смогла в полной мере создать систему вовлечения интеллектуальной собственности в экономический оборот. Этому процессу, как бы это странно не звучало, во многом  мешала крепко укоренившаяся в умах и в реальных экономических процессах сырьевая экономика. На заре становления электронной вычислительной техники, давая задание программисту, говорили: «отцифруй вот этот процесс». Экономический процесс, как действие в реальной виртуальности существовал, но его нужно было записать на языке программирования в цифрах, что не изменяло сущности процесса, то есть отцифровывание результатов процесса не отменяет самого процесса. В этом суть цифровизации экономики.

Не произойдет ли ложная, спекулятивная трансформация информации и знания в бурно развивающихся и не всегда апробированных информационных технологиях? В данном процессе требуется распространение объективированного знания о явлении, предмете в информационном пространстве. На языке социальной информациологии – это выражение в информации атрибутивных свойств материи, изучаемого явления, предмета. В нашем случае денег и товара. Но на этом процесс тиражирования идеальной (читай – объективной) информации не заканчивается, далее наступает важный процесс. Пока носителем «идеальной, объективной информации» не становится человеческий мозг – их тиражирование (например, в виде книги) есть непосредственное тиражирование содержательного знания… это знание может быть считано…, когда переписывается в мозг человека [Дубровский]. А это уже процесс субъективизации «идеальной информации», где возможна её трансформация в истину или ложь. Или иначе – это образование «субъективной реальности», но реальности, описанной Д. И. Дубровским в работе {Проблема «сознание и мозг»}. Речь идет о субъективной, но реальной, объективно  сформированной в сознании человека информации.

При этом встаёт проблема идентичности объективной, атрибутивной информации об объекте – субъективной, осознанной мозгом человека. Вот где возможный «камень преткновения» или помутнения при соблазнах введения функционирования криптовалюты в обществе. Уже известны случаи крупного мошенничества на виртуальном рынке криптовалюты.

Поэтому для рынка криптовалюты важно иметь определенное качество информации, необходимой для субъекта и объекта управления. Но и на этом понимание информационной теории стоимости в электронном общественном производстве не заканчивается. Важно также понять механизмы образования в единстве идеального и материального общественного производства. Его объективность – залог успеха в развитии экономики. Общественное производство «включает две основные сферы: идеальное производство, материальное производство. Идеальное производство образует исходную сферу: производство начинается с познания свойств реального мира, фиксации, хранения и тиражирования этого знания в символах».

Криптовалюта как и любые денежные знаки, цифры – это символы. Встает вопрос: насколько информация о криптовалюте будет идеальной – в смысле реальной, а не виртуальной? И еще: насколько информационные технологии блокчейн способны поддержать реальное материальное общественное производство? То есть опять встает вопрос поиска эффективных механизмов управления интеллектуальной собственностью.

Применительно к любой экономике идеальное производство – это процесс экономического образования, формирования экономический идей, теорий ценностей, стимулов, словом развития интеллектуального экономического сознания, необходимых для «информационного обогащения» сознательной управленческой деятельности. И все эти компоненты экономического сознания имеют в цифровом выражении затраты, стоимость, прибыль. Дело в том, что «идеальное производство» само по себе в себе не может обрести реального стоимостного измерения. Или, по крайней мере, это измерение даст неустойчивый результат.

Накопленные человеком экономические знания, идеальная информация должны как творческий его потенциал реализоваться в материальном производстве. Важно понять, что «идеальное производство не обходится без материального, данного непосредственно природой или в конечном счете происходящего из неё».

Но ведь опять есть соблазн совершить обход без материализации, создав виртуальную фирму, что уже и наблюдается. Информационная теория стоимости открывает путь к необходимому пониманию расширенного, постоянно обновляющемуся общественному производству на основе разработки новых теорий, идей, парадигм в экономике. Скажем, опора на развитие таких новых парадигм как: когнитивная экономика, информационная экономика, креативная экономика. На наш взгляд, «цифровая экономика» должна строиться на фундаменте этих парадигм. Получается, что развитие идеального производства требует адекватного идеального управления общественным производством, в особенности креативного управления.

Получается, что процесс материализации идеальной информации с целью получения результатов есть ни что иное, как процесс управления. А поскольку имеется в виду идеальное производство, то этот процесс обязан быть творческим, креативным. Для этого нужна разработка стратегии управления, которая пока не просматривается. В этой связи полезно вспомнить теоретический и практический постулат В.И. Ленина. Он гласит: «Кто борется за частные вопросы без предварительного решения общих, тот неминуемо будет на каждом шагу бессознательно на себя натыкаться на эти общие вопросы. А натыкаться на них в каждом частном случае – значит обрекать свою политику на худшие шатания и беспринципность». Отсюда правомерен тезис: ручное (тактическое) управление без стратегии, будет натыкаться на худшие шатания в развитии цифровой экономики.

Для стратегического и тактического управления цифровой экономики, для создания соответствующего проекта необходимо, на наш взгляд, осуществить следующие действия:

- создать рабочую группу по разработке концепции проекта из ученых, представляющих единство естественных и гуманитарных наук, особенно из состава философов, психологов, социологов, лингвистов, генетиков, психоаналитиков и т.д., разработчиков в области коммуникологии (Шарков Ф.И.), коммуникативистики (Зотов В.В.), социальной информациологии (Попов В.Д.),  информационной психофизики (Попов В.Д.), информационной аналитики (Силкин В.В.). Словом создать коллектив по осуществлению системного подхода к решению проблемы;

- на основе концепции, разработать программу как систему прикладных, практических направлений по достижению поставленных в концепции целей;

- создать приоритет за действием механизмов по вовлечению интеллектуальной собственности в экономический оборот национальной экономики. Какая страна быстрее это сделает – та и получит наибольший приток к себе криптовалюты;

- параллельно осуществить систему мер по повышению интеллекта правящей элиты и нации в области познания законов информационного общества, информационной экономики, информационной теории стоимости;

- ввести в университетах страны преподавание научной дисциплины Data Sciense (науки о данных).

 

Источники

Артемов С. Деньги из воздуха. Как заработать на криптовалюте. МК, 17 октября 2017.

Бузин В. Н. Уровни управления российским медиапространством // Общество. Среда. Развитие (Terra Humana) . 2012. № 1. С.121-125.

Рубанов В.А. Цифра хаоса не приемлет. Почему экономика должна быть цифровой, либо вообще не быть. НГ - Сценарии, 28 ноября, 2017 г.

 Дубровский Д.И. Проблема «сознание и мозг» Теоретическое решение. М.2015, с.3

Шарков Ф. И. Визуализация политического медиапространства . – Полис. Политические исследования. 2016. № 5. С. 97-107.
DOI: 10.17976/jpps/2016.05.08

Данилова А.А. 2009. Манипулирование словом в средствах массовой информации. М.: Добросвет, Изд-во КДУ. 234 с.

Дружинин А.М. 2017. От диалога к манипуляции: критический анализ современных медиапрактик. – Философская мысль. № 1. С.1-16. DOI: https://doi.org/10.7256/2409-8728.2017.1.18534.

Кёхлер Г. 2013. Новые социальные медиа: шанс или препятствие для диалога? – Полис. Политические исследования. № 4. С.75-87.

Кирилова М. «Аргументы недели» (19-25 октября, 2017 г.)//  http://www.yourpress.ru/catalogue/argumenty_nedeli/34367/

Луман Н. 2005. Реальность массмедиа. М.: Праксис. 256 с.

Макаренко Г., Ратников А. 2016. Триумф Трампа: почему американцы выбрали неожиданного президента.  - РБК. Официальный сайт. 10 ноября. URL: http://www.rbc.ru/politics/10/11/2016/58248aed9a7947829a862787 (проверено 26.06.2017).

Маклюэн  М. 2003. Понимание Медиа: Внешние расширения человека. М.; Жуковский: «КАНОН-пресс-Ц», «Кучково поле». 464 с.

Мирошниченко И.В. 2013. Сетевой ландшафт российской публичной политики. Краснодар: Просвещение-Юг. 295 с.

Мирошниченко И.В., Морозова Е.В. 2017.Сетевая публичная политика: контуры предметно поля. - Полис. Политические исследования. № 2. С.82-102. DOI: https://doi.org/10.17976/jpps/2017.02.06.

Попов В.Д. 2007. Социальная информациология и журналистика. М.

Попов В.Д. 2014. Информационная психофизика и управление экономикой. Тверь. Изд-во «Волга».

Попов В.Д.  2015.Управление информационными  процессами. М.

Словарь иностранных слов русского языка//https://dic.academic.ru/dic.nsf/natural_science/6175/КРИПТО

Сморгунов Л.В. 2014. Сетевые политические партии. – Полис. Политические исследования. № 4. С.21-37. DOI: https://doi.org/10/17976/jpps/2014.04.03.

Соловей В.Д. 2015. Абсолютное оружие. Основы психологической войны и медиампанипулирования. М.: Изд-во «Э». 320 с.

Соловей В.Д. 2016. Революtion! Основы революционной борьбы в современную эпоху. М.: Эксмо. 320 с.

Стоун Энн Е.В. 2002. Тайное оружие кампаний. – Справочник по политическому консультированию. М.: Консалтинговая группа «ИМИДЖ-Контакт»; ИНФРА-М. С.142-146.

Тихонова С.В. 2016. Социальные сети: проблемы социализации Интернета. - Полис. Политические исследования. № 3. С. 138-152. DOI: https:// doi.org/10.17976/jpps/2016.03.11.

Чугров С.В. 2017. Post-truth: трансформация политической реальности или саморазрушение либеральной демократии?  Полис. Политические исследования. № 2. С. 42-59. DOI: https:// doi.org/10.17976/jpps/2017.02.04.

Шарков Ф.И.2016. Визуализация политического медиапространства.  Полис. Политические исследования. № 5. С.97-107. DOI: https://doi.org/10.17976/jpps/2016.05.08.

ЮдинаЕлена НиколаевнаМедиапространство как культурная и социальная система : монография / ЕНЮдина. М.: Прометей, 2005.

Bakardijeva M. 2015. Do Clouds Have Politics? Collective Actors in Social Media Land. - Information, Communication & Society. Vol.18. No.8. P.983-990. URL: http://dx.doi.org/10.1080/1369118X.2015.1043320 (accessed 08.05.2017).

Batorski D., Grzywinska I. 2017.  Three Dimensions of the Public Sphere on Facebook. – Information, Communications & Society. No.1. P.1-19. DOI: https:// doi.org/10.1080/13691118X.2017.1281329.

Castells M. 2010. The Information Age: Economy, Society and Culture. Vol.I: The Rise of the Network Society. 2nd ed. Oxford: Wiley-Blackwell. 597 p.

Coretti L., Pica D. 2015. The Rise and Fall of Collective Identity in Networked Movements: communication Protocols, Facebook,  and Anti-Berluskoni Protest. – Information, Communication & Society. Vol.18. No.8. P.951-967. URL: http://dx.doi.org/10.1080/1369118X.2015.1043317 (accessed 08.05.2017).

Gerbaudo P. 2015. Protest Avatars as Memetic Signifiers: Political Profile Pictures and the Construction of Collective Identity on Social Media in the 2011 Protest Wave. - Information, Communication & Society. Vol.18. No.8. P.916-929. URL: http://dx.doi.org/10.1080/1369118X.2015.1043316 (accessed 08.05.2017).

Gerbaudo P., Trere E. 2015. In Search of the ‘We’ of Social Media Activism: Introduction to the Special Issue on Social Media and Protest Identities. - Information, Communication & Society. Vol.18. No.8. P.865-871. URL:  http://dx.doi.org/10.1080/1369118X.2015.1043319 (accessed 08.05.2017).

Haley U. 2010. China’s Fifty Cent Party for Internet Propaganda. – The Huffington Post. URL: http://www.huffingtonpost.com/usha-haley/chinas-fifty-cent-party-f_l_b_749989.html (accessed 09.05.2017).

Halpern S. 2017. How He Used Facebook to Win. - The New York Review of Books. Official site.  June 8. URL: http://www.nybooks.com/contributors/sue-m-halpern/ (accessed  18.06. 2017).

Hodkinson P. 2011.Media, Culture and Society. An Introduction. L: Sage. 320 p.

Information, Communication & Society. Vol.18. No.8. P.905-915. URL: http://dx.doi.org/10.1080/1369118X.2015.1043744 (accessed 09.05.2017).

Kavada A. 2015. Creating the Collective: Social Media, the Occupy Movement and Its Constitution as a Collective Actor. - Information, Communication & Society. Vol.18. No.8. P.872-887. URL: http://dx.doi.org/10.1080/1369118X.2015.1043318 (accessed 08.05.2017).

Luhman N.  Real’nost’ massmedia [The Reality of the Mass Media]. M.: Praxis. 2005. 256 p.

McDonald K. 2015. From Indymedia to Anonymous: Rethinking Action and  Identity in Digital Cultures. - Information, Communication & Society. Vol.18. No.8. P.968-982. URL: http://dx.doi.org/10.1080/1369118X.2015.1039561 (accessed 08.05.2017).

Milan S. 2015. From Social Movements to Cloud Protesting: the Evolution of Collective Identity. - Information, Communication & Society. Vol.18. No.8. P.887-900. URL: http://dx.doi.org/10.1080/1369118X.2015.1043135 (accessed 08.05.2017).

Monterde A., Calleja-Lopez A., Aguillera M., Barandiaran X. & Postill J. 2015. Multitudinous Identities: a Qualitative and Network Analysis of the 15M Collective Identity. - Information, Communication & Society. Vol.18. No.8. P.930-950. URL: http://dx.doi.org/10.1080/1369118X.2015.1043315 (accessed 08.05.2017).

Stults Robert. Media Space. Xerox PARC, 1986.

Trere E. 2015. Reclaiming, Proclaiming, and Maintaining collective Identity in the #YouSoy132 Movement in Mexico: an Examination of Digital Frontstage and Backstage Activism  Through Social Media and Instant Messaging Platforms.

 

[1] Статья написана по материалам Первого всемирного слета майнеров в России, прошедшего в Государственной  Думе Федерального собрания (Комитет по образованию и науке), на котором член Рабочей группы по межнациональным, межконфессиональным отношениям и по профилактике экстремизма при Экспертном совете по развитию гражданского образования и социализации обучающихся Комитета по науке и образованию ГД ФС РФ Феликс Изосимович Шарков, консолидируя научные выкладки соавторов, выступил с пленарным докладом «Блокчейн. Трансформация современного российского медиапространства на основе конвергенции СМИ».

Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован