Ровно 20 лет назад экс-президент России вызвал к себе главу ФСБ, секретаря Совбеза Владимира Путина и предложил занять должность премьер-министра и задуматься о самом высоком посте страны. «360» рассказывает, как это назначение запомнили люди, которые находились в эпицентре тех событий.
[20 лет назад Путин узнал, что станет премьером. Как это запомнили российские политики?]
«Я верю в вас»
Утром 5 августа 1999 года Борис Ельцин вызвал к себе Владимира Путина. Экс-глава государства напомнил директору ФСБ проблемные для страны вопросы: грядущие выборы, тяжелая ситуация на Северном Кавказе, инфляция и другие.
«Это вызвало положительные ассоциации. Я знал биографию Владимира Путина, к тому времени он уже достаточно долго возглавлял ФСБ, а это очень крупная и серьезная организация, в которой он мог получить максимум информации о том, что происходит», — рассказал Жириновский.
Позитивные эмоции вызывали у политика и действия по наведению порядка на Кавказе, борьба с терроризмом, отдаление олигархов от власти, укрупнение регионов, повышение зарплат и пенсий, успехи во внешней политике — вхождение в состав двух-трех, управляющих миром государств.
Успехи эти особенно заметны, считает политик, если сравнивать их с тем, что было 20 лет назад. Все выплаты производятся регулярно, появился материнский капитал, ведется борьба с мошенниками, которые обманывают дольщиков жилья. Полным ходом идет борьба с коррупцией — аресты каждый день.
«В целом режим можно охарактеризовать как консервативно-реформистский, Россия сосредотачивается. Сталин сказал бы об этих временах: „Жить стало лучше, жить стало веселее“», — подчеркнул Жириновский.
«Это многих в правящей элите устраивало — они могли заниматься своими делами. После отставки Евгения Примакова власть сконцентрировалась в бесконечно меняющихся правительственных коридорах. Последний премьер Сергей Степашин пытался что-то путное сделать, но просто не выгребал против течения», — сообщил профессор.
Поначалу, рассказал он, никто в Путина как в политика не верил. Бытовало мнение, что он «такой же временщик», как и те, кто последние год-полтора сменяли друг друга в администрации. На фоне всеобщего развала правящая элита явно недооценила нового премьера. Оппозиция в то время была достаточно «ленива», вспоминает Подберезкин. После 1998 года ситуация развернулась в ее пользу, она фактически могла управлять страной, но ей не было нужно ничего, кроме как «осесть, желательно в своих же кабинетах».
«Утверждение решения Ельцина о назначении Путина премьером в Госдуме прошло достаточно формально и быстро: людей отозвали из отпусков, задали Путину пять-шесть дежурных вопросов», — добавил Подберезкин.
«Жить стало лучше»
В августе 1999 года, вспоминает лидер ЛДПР Владимир Жириновский, он был на рыбалке на Чукотке, куда его пригласил экс-губернатор региона Александр Назаров. Поэтому о назначении Путина премьером узнал только 9 августа из новостного радиовыпуска.
«Я принял решение, Владимир Владимирович, и предлагаю вам пост премьер-министра. Вы примерно представляете, почему я вынужден отставить вашего предшественника. Я знаю, что Степашин ваш друг, тоже петербуржец, но сейчас нужно думать о другом. Ваша позиция должна быть предельно корректной, выдержанной, но твердой. Только так вы достигнете и авторитета в обществе, и успешного итога парламентских выборов», — писал Ельцин в своих мемуарах.
Путин сказал, что будет работать на той должности, на которую его назначат. Затем экс-президент поинтересовался, готов ли тот стать президентом.
«Не знаю, Борис Николаевич. Не думаю, что я к этому готов», — признался Путин.
«Подумайте. Я верю в вас», — сказал Ельцин.
Не воспринимали серьезно
Зарегистрированный кандидат на должность президента в 2000 году — профессор МГИМО Алексей Подберезкин — напомнил, что 1999-й был тяжелым и тревожным для России. Из-за действий террористов едва не потеряли Северный Кавказ и Дагестан, администрация президента, правительство, да и сам глава государства работали неэффективно.
