«Независимая газета» писала 27 марта 1997 г., что первый заместитель министра обороны РФ Андрей Кокошин «известен как один из инициаторов формирования максимально продуктивных отношений сотрудничества в «треугольнике» Россия–КНР–Индия (1). «Красная звезда» 30 мая 2012 г. отмечала, что Кокошин, будучи первым заместителем министра обороны, затем секретарем Совета безопасности РФ, «приложил значительные усилия для расширения сотрудничества между Россией и Индией в военной и военно-технической области». И им «была выдвинута идея партнерского «стратегического треугольника» Россия – Индия – Китай. Военно-техническое сотрудничество между Россией и Индией реализуется, в частности, в совместном ракетном проекте «БраМос» – «Брахмапутра-Москва», у истоков которого довелось стоять Кокошину (2). Видный российский общественно-политический деятель и журналист В.Т.Третьяков в 2005 г. отмечал: «Принято считать, что идея построения треугольника Китай-Индия-Россия принадлежит Евгению Примакову и появилась она тогда, когда академик Примаков занимал пост премьер-министра (конец 1998 – начало 1999 года), а оформилась как некоторая практика уже во времена Путина. Между тем я слышал предложение о создании такого треугольника еще в середине 90-х годов из уст Андрея Кокошина, …в тот период первого заместителя министра обороны России. ...Работать в этом направлении г-н Кокошин предлагал непременно» (3).
В январе 1998 г. Государственный военный инспектор – секретарь Совета обороны РФ Кокошин с официальным дружественным визитом посетил КНР. Корреспондент «Независимой газеты» Максим Дмитриев в статье «Формируется «великий азиатский треугольник» писал накануне поездки Кокошина: «По приглашению Центрального военного совета КНР на следующей неделе Китай посетит с официальным дружественным визитом российская делегация во главе с государственным военным инспектором – секретарем Совета обороны Андреем Кокошиным. Как объявлено, данная поездка нацелена на углубление сотрудничества между двумя странами по вопросам безопасности…» (4). Далее Дмитриев отмечал: «Принимающей стороной в данном случае выступает не военное ведомство, а Центральный военный совет КНР (ЦВС), возглавляемый председателем КНР Цзян Цзэминем. ЦВС мало известен в нашей стране, поскольку он не совсем вписывается в традиционную структуру распределения ответственности между партийными и хозяйственно-отраслевыми органами, которая, несмотря на различия в названиях, была в общем-то одинаковой для всех стран социалистического лагеря (ЦК – Совмин). Это институт с давней традицией, имеющей корни в древней китайской государственности. О значимости Центрального военного совета КНР как мощного института власти говорит то, что Дэн Сяопин не уходил с поста в ЦВС, оставив все остальные государственные должности». В «Независимой газете» также говорилось: «В 1992 г. Кокошин был фактически первым высокопоставленным представителем Российской Федерации, посетившим с официальным визитом Китай. Уже тогда вырисовывалась объективная необходимость становления в новых условиях партнерских взаимоотношений между Россией и Китаем в военно-политической сфере. Нельзя не вспомнить о том, что в тот момент российская дипломатия в лице Андрея Козырева ориентировалась прежде всего на США. Вскоре состоялся аналогичный вояж Кокошина в Индию. Результаты этих и последующих контактов по военной линии оказались весьма результативными. Видимо, именно тогда зародилась идея формирования своего рода "великого азиатского треугольника" Россия – КНР – Индия. Идея эта еще далека от своего воплощения, однако некоторые ее контуры, как считают ряд специалистов-ориенталистов, начинают проглядывать вполне явственно».
О самом визите «Независимая газета» писала: «Как отметили в российском посольстве в Пекине, программа визита была весьма насыщенной. Состоялась содержательная беседа с премьером Госсовета КНР Ли Пэном, переговоры с заместителями председателя Центрального военного совета КНР Чжан Ваньнянем, Чи Хаотянем, с главой всего китайского оборонно-промышленного комплекса генералом Цао Ганчуанем. Специалисты также особо отмечают встречи Андрея Кокошина с министром государственной безопасности КНР Цзя Чуньваном и министром общественной безопасности КНР Тао Сыцзюем, которые очень редко встречаются с иностранцами. В развитие решений, достигнутых на последней встрече на высшем уровне в Пекине президентом России Борисом Ельциным и председателем КНР Цзяном Цзэминем, в результате пребывания делегации во главе с Государственным военным инспектором РФ, как отмечают в Пекине, удалось выйти на более детальный и доверительный характер диалога не только по жизненно важным проблемам обеих стран, но и практически по всему основному спектру вопросов обороны и государственной безопасности обеих стран. Андрей Кокошин посетил Цзинаньский военный округ, военно-морскую базу Циндао, ознакомился с рядом новейших образцов китайской военной техники». «Китайская печать, начиная с агентства Синьхуа и газеты "Женьминь Жибао", в подчеркнуто дружеском, приподнятом стиле освещала этот визит», – отмечалось в «Независимой газете»(5).
Использованные материалы
(1) Кокошин за активизацию сотрудничества со странами АТР. – Независимая газета, 27.03.97, с. 2.
(2) Орлова Е. Под знаком «БраМоса» // Красная звезда, 30.05.2012. –www.redstar.ru./index.php./.
(3) Виталий Третьяков. Гипотеза о большом треугольнике. Россия, Китай и Индия как возможные геополитические союзники. 07.11.2005. Журнал Limes #4 2005 (Италия) –nttp://nigru.ru/docs/8/646.html.
(4) Максим Дмитриев. Формируется "великий азиатский треугольник". Независимая газета, 17.01.1998.
(5) Максим Дмитриев. Российско-китайские отношения получили новый импульс. Плодотворный визит Государственного военного инспектора РФ. Независимая газета, 27.01.1998. – http://multiarhiv.ru/41/103.
