Политология рассматривает государство как вид политической системы. Едва ли не главной характеристикой государства как вида политической системы является то, что оно обладает суверенитетом - как внутренним, так и внешним. Суверенитет - принадлежность того, кто «наделен правом принимать окончательные политические решения»[1]. Суверенное право государства - право войны и мира. Это право принадлежит определенным институтам государства: правительствам, парламентам, главам государств. Макс Вебер видел в монополии на легитимное насилие отличительную черту современного государства: «Для нашей эпохи характерно, что право на физическое насилие приписывается всем другим союзам или отдельным лицам настолько, насколько государство со своей стороны допускает это насилие: единственным источником "права" на насилие считается государство»[2]. В современных условиях это особое право государства закреплено как в международно-правовых документах, начиная с Хартии ООН, так и в конституциях практически всех государств, в законах, развивающих и дополняющих конституции.
При этом в современной политологии имеются различные точки зрения на степень «абсолютности» суверенитета государства. Задачей политологии и социологии, призванных описывать реальное состояние объекта, является, в частности, определение степени суверенности различных групп государств и отдельных государств - субъектов мировой политики. Этот вопрос, по глубокому убеждению автора, имеет самое непосредственное отношение к России, к обеспечению наших национальных интересов, достойного места для нашего общества и государства в мире.
В соответствии с определенными международно-правовыми нормами подавляющая часть государств - субъектов мировой политики добровольно приняла на себя обязательства, ограничивающие суверенитет. Но даже при равновеликости обязательств по ограничению суверенитета с правовой точки зрения степень суверенности у разных государств является различной. Она зависит уже преимущественно от тех параметров, которые находятся «в ведении» политологии и социологии. Суверенность государства тесно связана с его субъектностъю — способностью осуществлять самостоятельную политико-дипломатическую деятельность, экономическую (в т. ч. внешнеэкономическую), научно-техническую и военно-техническую политику и т.п. При прогнозировании в мирополитической сфере вопрос о степени субъектности государства в среднесрочной или долгосрочной перспективе - один из важнейших параметров.
Важным представляется использование понятия реального суверенитета, которым во все периоды мировой истории обладало сравнительно небольшое число государств. К ним относились те государства, которые были способны иметь независимые вооруженные силы (в том числе с ядерным компонентом), собственную оборонную промышленность, невысокий уровень зависимости финансовой системы от внешних заимствований и др.
Исключительно важную роль в способности государства обладать реальным суверенитетом играет общественное сознание общества в целом и политической элиты в частности, наличие или отсутствие «критической массы» политиков, работников госаппарата, деятелей средств массовой информации, деятелей культуры, политологов, социологов и историков, готовых бороться за интересы своей страны, за обеспечение ей достойного места в жесткой конкурентной среде мировой политики и мировой экономики. Это же относится и к способности национального политического класса мыслить стратегически - способности трезво и творчески проанализировать прошлое, ориентируясь на будущее, в том числе на долгосрочную перспективу.
Формула реального суверенитета (при этом он не является абсолютным) имеет существенное прикладное значение; она играет весьма важную роль для нашей самоидентификации, определения места России в системе мировой политики, выработки российской политики национальной безопасности.
Из книги: Кокошин А.А. Методологические проблемы прогнозирования в интересах национальной безопасности России. М.: ИВ РАН, 2014, с. 29-30.
[1] Алмонд Г., Пауэлл Дж., Стром К., Далтон Р. Сравнительная политология сегодня / Пер. с англ. М.: Аспект Пресс, 2002. С. 3
[2] Вебер М. Избранные произведения / Пер. с нем. М.: Прогресс, 1990. С. 645.
