С.А. Тюшкевич, один из наиболее известных отечественных военных теоретиков в 1979 г. писал: «В решении главной задачи, стоящей перед Советскими Вооруженными Силами, – быть в постоянной высокой боеспособности и боевой готовности к отражению агрессии, откуда бы она ни исходила, военная история и военная наука выполняют общие функции. Здесь необходимо отметить, что история военного искусства и история Вооруженных Сил, как составные части военной истории, являются также неотъемлемым элементом военной науки, обогащая ее конкретным материалом и опытом. Вместе с тем военная история и военная наука решают и свои специфические проблемы. Военная история исследует преимущественно связи, характеризующие войну и армию в хронологическом развитии, а военная наука – структурные. Поэтому каждая из этих относительно самостоятельных наук представляет собой форму познания с присущими только ей функциями»[1].
«Марксизм-ленинизм исходит из того, что история и современность – этапы, ступени единого всемирно-исторического процесса. Между ними существует диалектическая связь. В прошлом содержались черты настоящего, в настоящем заключены черты будущего, тенденции дальнейшего развития»[2].
«Особо следует подчеркнуть, что военная история является эффективным средством совершенствования мышления, расширения военного кругозора офицеров, помогает правильно объяснять причины побед и поражений в войнах далекого и недавнего прошлого, раскрывает факторы побед в войнах в защиту социализма, дает правильное толкование уроков военной истории, способствует извлечению из нее полезных для современности выводов»[3].
АК: Все объекты военно-научного рассмотрения должны рассматриваться в эволюции, в определенной динамике. Именно так делали все крупнейшие отечественные военные ученые. Как правило, они вели и собственные военно-исторические исследования, и анализировали с использованием военно-исторических знаний и современные для них военные проблемы – стратегии, оперативного искусства, тактики, военной организации и управления, технической оснащенности вооруженных сил и др. Это свойственно А.А. Свечину, Б.М. Шапошникову, Г.С. Иссерсону, В.А. Меликову и др.
Культура такого подхода к военно-научным исследованиям во многом была у нас утрачена. В современных условиях большую, очень ценную работу проделали М.А. Гареев и ряд его соратников, а также В.А. Золотарев, С.Н. Михалев.
Разделение военно-научных и военно-исторических исследований представляется контрпродуктивным.
