4 декабря в газете `Известия` вышла статья ректора МГИМО `Хитрая "перезагрузка"`, где А.В. Торкунов анализирует прошлое и настоящее российско-американских отношений.
Курс на `перезагрузку` отношений с Россией для США означает не принципиальную перестройку внешней политики, а лишь изменение риторики и отказ от публичной критики российской власти. С американской стороны она имеет тактический и избирательный характер. Ей явно не хватает стратегического видения долгосрочной перспективы. И все же неразумно не воспользоваться представившимся шансом для нормализации отношений. В противном случае шанс на перестройку наших контактов с США будет упущен. Администрация Барака Обамы, похоже, ещё не определилась с генеральной линией поведения в отношении России. Демонстрация готовности к диалогу с Москвой — хороший знак на фоне огромного багажа негатива прошлого.
В последние двадцать лет в отношениях нашей страны с США присутствует определенная цикличность, проявляющаяся в схожести тенденций развития российско-американского сотрудничества при таких непохожих президентах, как Борис Ельцин и Владимир Путин. Оба они в начале первого срока президентства стремились сформировать `привилегированное партнерство` России и США или даже установить союзнические связи. В ответ Москва ожидала, что Вашингтон проявит уважение к её интересам на пространстве бывшего СССР и пойдет на `равноправное партнерство`.
Надежды на это быстро сменялись разочарованиями. США практически не допускали `разменов`. Россия воспринималась как страна, потерпевшая тяжелое поражение и не имеющая по сути прав участвовать в большой политической игре. Односторонние уступки и безуспешные попытки России изменить ситуацию в двустороннем сотрудничестве заканчивались тем, что российские президенты меняли тон разговора с Белым домом. На уровне риторики и внешних проявлений Москва принимала на себя роль противовеса Вашингтону, хотя и не отказывалась действовать в качестве партнера Америки там, где это отвечало её интересам. Со временем декларации трансформировались в реальные изменения политического курса, сопровождаемые все более жесткими заявлениями (например, многократно растиражированная мюнхенская речь Путина) и открытой демонстрацией неудовлетворенности поведением США.
Вполне можно было ожидать, что и в президентство Дмитрия Медведева повторится модель развития отношений: российские ожидания `потепления`, новые уступки в обмен на туманные обещания и не находящие отклика инициативы сменятся новыми разочарованиями. В августе 2008 года привычный ход вещей оказался нарушен из-за событий на Кавказе, и стало ясно, что российско-американская повестка дня уже не будет прежней.
Твердое поведение России в ходе и после кавказского кризиса произвело впечатление на Запад. Новая американская администрация подала открытый сигнал: она готова обсуждать с Москвой актуальные проблемы мировой политики. Первые лица США заговорили о `перезагрузке` российско-американских отношений, прошли `установочные` переговоры между главами государств в Лондоне в рамках саммита `двадцатки`. В июле состоялся визит Обамы в Москву, во время которого президенты договорились о контурах начального рамочного соглашения. Однако позитивные признаки, появившиеся в российско-американских отношениях в 2009-м, показали `глубину падения`, на которой оказался диалог России и США в середине — второй половине 2008 года.
Кризис в Закавказье стал своеобразным водоразделом в современных российско-американских отношениях. Влиятельные сторонники `жесткой линии` — республиканцы вроде Джона Маккейна, Чарльза Краутхаммера и демократы Збигнев Бжезинский, Ричард Холбрук и другие — заговорили о необходимости `сдерживания` России, характеризуя нашу страну как потенциального противника с антизападным вектором внешней политики. Мол, если Москве не ответить `должным образом`, то она станет источником гораздо более серьезных вызовов. А `разделаться` с Россией, учитывая её слабость по сравнению с СССР времен `холодной войны`, по мнению сторонников `сдерживания`, США вполне по силам.
Впрочем, и в России события на Кавказе не прибавили доверия к США. Их действия напомнили события Шестидневной войны (1967 года) на Ближнем Востоке, когда официальный Вашингтон, призывая к сдержанности и сохранению мира, фактически поддержал Израиль в курсе на эскалацию. Создавалось ощущение, что Москву в очередной раз хотят поставить перед свершившимся фактом. На фоне глубокого взаимного недоверия стороны окончательно зашли в тупик: Вашингтон не может принудить Россию изменить политику на постсоветском пространстве — нет инструментов быстрого и эффективного воздействия на элиту и общую ситуацию в стране, но и та не способна заставить принять свои правила игры.
Не было бы счастья, да несчастье помогло — мировой финансово-экономический кризис поумерил амбиции и США, и России. Он не только подтвердил высокую степень взаимозависимости мира, но и показал, что Соединенные Штаты объективно не становятся сильнее в изменяющихся условиях. Президентство Барака Обамы началось в разгар глобального кризиса, и пока именно эти вопросы находятся в центре внимания американской администрации. В сфере внешней политики она занята реагированием на проблемы, доставшиеся в наследство от Буша-младшего (Ирак, Афганистан, угроза ядерного распространения).
На фоне трудностей внутри и вовне США изменились тон и содержание послания `граду и миру`. Администрация Обамы подчеркивает готовность к диалогу, желание слушать и слышать. Поумерен мессианский пыл. Да, Соединенные Штаты стремятся сохранить лидерство в мире, но во все большей степени готовятся к тому, чтобы добиваться этой цели иначе — посредством взаимодействия с партнерами и союзниками. Основанная на огромном военно-технологическом превосходстве уверенность, толкавшая к односторонности в международных делах, похоже, уступает место более реалистичному курсу. США вынужденно вступают в эпоху smart power, `умного` сочетания `мягкой` и `жесткой` силы, опоры на изощренную дипломатию (требует учета интересов союзников Вашингтона) и на восстановление морального и идейного (а не идеологизированного) влияния в мире.
У `перезагрузки` отношений с Россией есть и противники. Они предрекают финансово-экономический крах вследствие низких цен на нефть, скорое возвращение ситуации 1990-х годов, что делает излишними уступки Москве, которая, дескать, через год-другой ослабнет настолько, что сделки с ней по большим политическим вопросам можно будет заключать на американских условиях.
Прагматичной администрации Обамы Россия необходима для решения ряда проблем, которые США сейчас считают приоритетными. К ним относятся сокращение ядерных арсеналов и нераспространение оружия массового уничтожения, а также ситуация в Афганистане. Вашингтон демонстрирует уверенность, что сам справится, но полагает: поддержка или хотя бы отсутствие помех со стороны России не повредят.
В марте 2009-го был опубликован доклад `Правильное направление политики США в отношении России`, который подготовили члены негосударственной комиссии по политике США в отношении России, бывшие сенаторы Чак Хейгел и Гэри Харт. Не скупясь на жесткие выражения (`США должны противостоять любым попыткам России установить сферы влияния в Европе или где-либо в Евразии, включая попытки отказать другим странам в их праве вступления в НАТО или другие организации`), авторы представили прагматичный подход к отношениям с Россией.
По всей видимости, для США сейчас наиболее важным является сам факт ведения переговорного процесса с Россией по вопросу стратегических вооружений. Налицо желание администрации Обамы использовать диалог для улучшения подорванной репутации. Но даже с учетом этого Вашингтон стремится сохранить определенную свободу маневра в будущем. К тому же наиболее важные решения отложены американцами до того, как в декабре 2009 года будут приняты основополагающие доктринальные документы — `Четырехгодичный военный обзор` и `Обзор ядерной политики`.
Очевидно, что по-настоящему спорные моменты в отношениях двух стран пока не выносились на повестку дня. В тени, по крайней мере для широкой общественности, остались такие жизненно важные для России темы, как расширение НАТО, позиция США по новой архитектуре европейской безопасности, связанная с ней проблема контроля над обычными вооружениями в Европе и дальнейшая судьба адаптированного ДОВСЕ.
Постоянный адрес материала: http://www.mgimo.ru/news/university/document128759.phtml
