Заместитель министра иностранных дел РФ, глава российской делегации на шестисторонних переговорах по ядерной проблеме на Корейском полуострове дал интервью корреспонденту `Интерфакса` Владимиру Куликову в преддверии возобновляющегося 13 сентября в Пекине четвертого раунда переговоров
Александр Юрьевич, перед приостановкой четвертого раунда переговоров в Пекине Вы заявили, что проект совместного заявления встречи согласован на 95%. Не могли бы Вы пояснить, чего не удалось согласовать и не появились ли во время паузы в переговорах новые моменты, которые могут усложнить принятие итогового документа?
- Мы исходим из того, что проект совместного документа действительно согласован по большинству аспектов, определяющих общие цели и принципы шестисторонних переговоров. Это говорит о том, что никогда еще с момента начала переговоров позиции сторон не были так близки. Разумеется, целый ряд положений совместного документа является результатом компромиссов и взаимных уступок, и поэтому может появиться стремление `подправить` текст в ту или иную сторону. Нам этого не хотелось бы. Мы предпочли бы, чтобы в принципе согласованный текст не `вскрывался`.
При этом остается один весьма существенный момент, не позволивший нам в августе поставить точку в нашей работе. Это вопрос, касающийся определения масштабов и сферы охвата демонтажа ядерных программ КНДР, а также признания права КНДР на мирную ядерную деятельность. По этому вопросу между КНДР и США сохраняются разногласия.
Рассчитываем, что в ходе второго этапа четвертого раунда нам все же удастся сообща выйти на взаимоприемлемые развязки.
Какой результат четвертого раунда Вы посчитали бы успехом и как расцениваете шансы на это?
- Безусловно, успехом четвертого раунда стало бы принятие совместного документа, который наметил бы участникам переговоров четкие ориентиры для дальнейшего движения вперед. Мы считаем, что в настоящий момент имеется реальный шанс достижения таких договоренностей, реализация которых открывала бы путь к обеспечению свободного от ядерного оружия статуса Корейского полуострова. Не воспользоваться подобным шансом было бы по крайней мере недальновидно с политической точки зрения.
Памятуя предыдущий - в середине 90-х годов - переговорный марафон по ситуации вокруг КНДР, можно предположить, что и нынешний продлится еще долго и для его продолжения потребуется ряд промежуточных результатов.
На Ваш взгляд, на каком отрезке этого пути участники переговоров находятся сейчас, когда и при каких условиях возможен выход на решения, которые бы реально сняли с мировой повестки дня ядерную проблему Корейского полуострова?
- Вы правы - сама сложность и многогранность ядерной проблемы предполагает, что потребуется довольно продолжительный период времени для ее окончательного решения. Как нам представляется, участники переговоров находятся сейчас в самом начале этого пути. Движение это будет поэтапным на базе принципа `заверения - в ответ на заверения, конкретные шаги - в ответ на конкретные шаги`. `Дорожную карту` предстоящих конкретных комплексных мер по денуклеаризации Корейского полуострова предстоит еще разработать.
Москва заявила, что КНДР в случае возвращения в ДНЯО и присоединения к Дополнительному протоколу о гарантиях с МАГАТЭ может рассчитывать на сотрудничество с другими странами в сфере развития ее мирной атомной энергетики.
По Вашим наблюдениям, какова хотя бы предварительная реакция на это Пхеньяна? Каким бы мог быть вклад России в реализацию такого варианта и не идет ли речь о своего рода новой КЕДО?
- Следует заметить, что подобную позицию разделяют не только Россия, но и КНР и Республика Корея. Право на развитие мирной атомной энергетики и сотрудничество с другими странами в этой области имеет любой полноправный участник упомянутых Вами международных договоров и соглашений.
КНДР, как это было заявлено ее высшим руководством, объявила о своем намерении со временем вернуться в режимы ДНЯО и МАГАТЭ. Поэтому после присоединения к ДНЯО и Дополнительному протоколу КНДР как суверенное государство может с полным основанием рассчитывать на получение содействия со стороны третьих стран в развитии ее мирной ядерной деятельности.
Это, как нам представляется, вопрос будущего, требующий тщательной проработки и учета многих обстоятельств, в том числе финансовых.
В США и Японии раздаются голоса, что в случае неудачи второй фазы пекинского раунда следует инициировать смену переговорного формата или перенести решение этой проблемы в рамки СБ ООН.
Какова позиция России по этому вопросу?
- Что касается позиции России, то мы все-таки настроены на достижение позитивного результата в ходе предстоящего раунда. Мы рассматриваем сложившийся переговорный формат наиболее оптимальным и считаем, что имеющиеся возможности для выхода на совместные договоренности далеко не исчерпаны. На наш взгляд, подобные пессимистические разговоры и предложения контрпродуктивны.
Полпред президента РФ в Дальневосточном федеральном округе К.Пуликовский после недавнего посещения КНДР сказал, что лидер этой страны Ким Чен Ир в личной беседе с ним изъявил желание приехать в Россию.
Не могли бы Вы сообщить, может ли такой визит состояться в обозримой перспективе, каким в целом обещает быть ближайший график российско-северокорейских политических контактов?
- Действительно, руководитель КНДР Ким Чен Ир имеет приглашение посетить Россию и не скрывает своего намерения реализовать это приглашение в удобные для обеих сторон сроки. Со своей стороны в случае осуществления такой поездки мы были бы готовы оказать лидеру КНДР радушный прием.
9 сентября 2005 года
1991-2005 Interfax
