Скончался духовный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи. Такую информацию распространяют источники в иранской оппозиции. Сообщается, что 12 октября в 14:15 по местному времени Хаменеи потерял сознание и был экстренно госпитализирован. По некоторым сведениям, аятолла находится в коме и к нему пустили лишь сына и личного врача. Оппозиционеры, однако, утверждают, что Высший лидер страны умер 14 октября. Состояние 70-летнего Али Хаменеи в последнее время резко ухудшилось. Источники, сообщающие о госпитализации аятоллы, утверждают, что, судя по всему, резкое ухудшение самочувствия было вызвано естественными причинами, то есть не было отравлением. Ухудшение здоровья Али Хаменеи могло быть связано с нервным истощением: Высший лидер Ирана переживал из-за того, что не мог справиться с политическим кризисом в стране, возникшим после обнародования результатов выборов. Тогда оппозиция заявила, что результаты голосования были сфальсифицированы, и вывела своих сторонников на улицы Тегерана; в ходе беспорядков погибли не менее 85 человек. Али Хаменеи в этом споре поддержал Махмуда Ахмадинеджада, объявленного победителем выборов. Также сообщалось, что в связи с этими событиями пошатнулся авторитет Хаменеи среди духовных деятелей Ирана. Сведения о смерти Али Хаменеи распространяют сторонники кандидатов, проигравших Ахмадинеджаду - Мир-Хосейна Мусави и Мехди Карруби. На сайте The Daily Telegraph перечисляются признаки, свидетельствующие о смерти Али Хаменени. Здания госучреждений драпируют в черный цвет; ведущие иранского телевидения также все стали носить только черное. Бойцы "Басидж", иранского военизированного ополчения, патрулируют улицы и готовы разгонять массовые собрания. Али Хаменеи стал Высшим руководителем Исламской республики Иран в 1989 году. До этого восемь лет он был президентом страны; в это время Иран вел войну с Ираком. Ситуация, возникшая вокруг ядерной программы Ирана, - не просто одна из многих конфликтных ситуаций, которые существуют в современном мире. В данном случае международное сообщество столкнулось с принципиально важной и трудно разрешимой проблемой общего порядка: имеет ли право крупное и сильное государство, не принадлежащее, однако, к числу мировых лидеров, осуществлять свою программу развития ядерной энергетики, руководствуясь своими национальными интересами и не считаясь с интересами великих держав? Если да, то примеру Ирана могут последовать многие другие страны и процесс распространения ядерных технологий может стать неконтролируемым. Если нет, то нарушается принцип равноправия суверенных государств, закрепляется разделение стран на государства "первого", "второго" и "третьего" сорта - на тех, кому "все дозволено", тех, кому разрешается в отдельных вопросах проявлять самостоятельность, и тех, кто должен подчиняться "старшим" беспрекословно. Такого рода проблема не могла возникнуть в рамках биполярного мира, поскольку в нем "зоны ответственности и влияния" были четко поделены, а превосходство двух сверхдержав над остальными государствами было настолько большим, что позволяло СССР и США осуществлять эффективный контроль над происходившими в разных регионах политическими и военными процессами. Все изменилось после распада СССР, причем нынешняя, во многом тупиковая или по крайней мере трудноразрешимая ситуация обусловлена действиями единственной оставшейся сверхдержавы - США. Очевидно, что Иран как крупное и быстро развивающееся государство имеет право на развитие собственной энергетической программы, включая и получение обогащенного урана. Действительно, если Индия и Пакистан могут иметь ядерную энергетику и атомную бомбу, то почему это запрещено Ирану? Ссылки на какую-то особую "недемократичность" или "агрессивность" Ирана здесь совершенно не уместны: Пакистан или Китай ничем не демократичнее Ирана, однако, эти государства обладают ядерным оружием, и международное сообщество признает их право иметь атомную бомбу. Иран ничем не агрессивнее стран, обладающих ядерным оружием, и его возможное стремление в будущем иметь это оружие определяется, прежде всего, вполне оправданными опасениями вмешательства в его внутренние дела извне. Учитывая опыт недавних "цветных" революций, эти планы отнюдь не выглядят чисто теоретическими упражнениями. Вместе с тем проблема нераспространения ядерного оружия (или его контролируемого распространения) в самом деле существует, что свидетельствует о необходимости выработки международно признанных и, главное, поддающихся эффективному контролю ограничений на распространение технологий, непосредственно используемых для создания ядерного оружия. В настоящее время такого механизма контроля за развитием атомной энергетики (за исключением Договора о нераспространении ядерного оружия и инспекций МАГАТЭ) не существует; при этом и Договор о нераспространении, и контроль со стороны МАГАТЭ, как показывает опыт Индии, Пакистана, Израиля, легко обходятся. Отсюда следует, что вместо нагнетания напряженности вокруг Ирана ведущим державам мира и всем заинтересованным сторонам давно пора заняться выработкой более гибких и более эффективных "правил игры" в сфере развития и распространения ядерных технологий. Очевидно также, что не в интересах России серьезное обострение международного конфликта вокруг иранской ядерной программы. Россия традиционно заинтересована в политической стабильности в Иране и в хороших с ним отношениях. Однако в нынешней чрезвычайно сложной ситуации от России и от ее политического руководства требуется колоссальное терпение, выдержка и, главное, гибкость. Без этого посредническая миссия России не увенчается успехом, и она в итоге окажется в проигрыше. Пока что создается впечатление, что российская политическая элита не вполне отдает себе отчет, что ситуация вокруг Ирана затрагивает жизненно важные интересы России и что для ее разрешения нужна мобилизация всех имеющихся дипломатических, политических и экономических ресурсов. Итак, во-первых, России следует учитывать интересы Ирана и поэтому она предложить приемлемый для него вариант развития ядерной энергетики. Во-вторых, Россия, употребив все свое влияние, должна удержать руководство Ирана от слишком опрометчивых заявлений и непродуманных шагов, которые настраивают против него многие страны и провоцируют "ястребов" в США, в Израиле и в Европе на очередные "подвиги". В-третьих, России придется объяснить свои шаги странам Запада и убедить их в предпочтительности невоенного решения проблем, связанных с ядерной программой Ирана. В противном случае Иран, будучи прав по существу, будет выглядеть неправым по форме, а это может привести к масштабному военному конфликту. Как бы то ни было, российской дипломатии придется нелегко, поскольку ее положение сильно напоминает положение между молотом и наковальней. Россия не может себе позволить слепо идти ни за Западом, ни за исламским миром. Остаться в стороне и спокойно наблюдать за развитием ситуации вокруг Ирана Россия также не может. Задача российских политиков состоит в том, чтобы не только самим проявить ответственность в подходе к решению международных проблем, но и добиваться, чтобы на смену безответственности в мировой политике пришло элементарное понимание возможных последствий.
16.10.2009
Издательский Дом "Коммерсантъ"
Аятолла Али Хаменеи. Фото ©AFP
viperson.ru
