Александр Николаевич, "Ведомости" пишут, что государству может не хватить одной Роснефти, чтобы получить контрольный пакет Газпрома, поскольку рыночная оценка компании - 6% - 7,5% акций Газпрома, а нужно 10,7%. Что предпримет государство - будет использовать собственных оценщиков и пытаться продать дороже рыночной цены, или же предложит Газпрому какие-то другие активы?
Надо сказать, что капитализация Газпрома начала расти после объявления сделки и, конечно, лучше было бы фиксировать цены сделки, не дав взлететь акциям Газпрома на информации о слиянии. Но это, действительно, с рыночной точки зрения, было довольно трудно сделать. Можно, конечно, считать среднюю цену не на дату продажи, а на какой-то более длительный период этого года, например. Но все равно, при этих подходах, которые может использовать и независимый оценщик, действительно, может не хватить акций Роснефти для того, чтобы обменять их на 11% пакет Газпрома.
Уже раздавались голоса о дополнительных государственных активах, Зарубежнефти, в частности. Но может так получиться, что и Зарубежнефти может не хватить. Поэтому нельзя исключать, что понадобятся дополнительные активы. Но сама эта конструкция, которая предполагает либерализацию рынка акций Газпрома в обмен на установление контроля, чтобы не допустить, в том числе, возможного перехода пакета иностранцам, эта задача была поставлена изначально. Хотя, по существу, казначейскими акциями Газпрома распоряжается правительство, и здесь опасности нет, хотя формальный контроль позволяет правительству напрямую, а не через совет директоров Газпрома контролировать контрольный пакет. Я думаю, что было бы неправильно искать различного рода активы в отраслях, не совпадающих с нефтегазовым бизнесом. Это превращало бы Газпром в многоотраслевую монополию. И передавать активы, которые, например, подлежат приватизации, в отраслях, не связанных с нефтегазовой, означает отказ от конкурсной приватизации целевым назначением, чтобы передать эти активы, что нарушает базовые принципы приватизационного законодательства. Кстати, и передача Роснефти предполагает достаточно сложную юридическую конструкцию, которая позволяет обойти приватизационную технологию, которая предполагает объявление конкурса. Поэтому, я думаю, не исключено, что государству, что называется, придется покупать на рынке, что является достаточно дорогим удовольствием. Правда, сверхплановые поступления налогов в бюджет, в том числе, и за счет ЮКОСа, позволяют реализовать эту сделку. На мой взгляд, очень важно, чтобы государство, поставив задачу установления контроля над Газпромом, действовало в рамках рыночного пространства и рыночной идеологии. В частности, либо передавало активы, либо, продавая активы, покупало акции.
Самой рыночной схемой здесь была бы продажа некоторых государственных активов и покупка этих акций у дочерних компаний Газпрома. Это была бы самая рыночная конструкция. Кстати, дополнительные поступления в бюджет и возможности приватизации, в частности, сокращение списка стратегических объектов, позволяли это делать. Вплоть до того, что можно было бы, за счет продажи Роснефти, приватизации Роснефти решить, частично, по крайней мере, финансовые вопросы, связанные с установлением контроля над Газпромом. Но, речь, видимо, идет о том, чтобы создавать многоотраслевую государственную компанию, нефтегазовую, как минимум, или как максимум - топливно-энергетическую. В этом контексте такая конструкция, видимо, не рассматривалась в качестве возможного направления.
Поэтому сейчас, имея в виду, что все основные нефтяные активы уже пристроены, речь может идти о временной передаче Газпрому активов в других отраслях. Но здесь потребуется схема, которая не нарушит приватизационное законодательство.
Второй вариант - закупка акций, с изменением законодательства, которое запретит голосование казначейскими акциями. В этом случае, имея 45% Газпрома, и при запрете на голосование оставшимися казначейскими акциями, мы уже имеем большинство. Один из вариантов - законодательные поправки, о необходимости которых уже давно говорят многие инвесторы, вычеркивание казначейских акций из процедуры голосования и контроля. Тогда, учитывая, что у Газпрома останется порядка 10% акций, но они не будут голосовать, то фактические 45% у государства будут означать более 50% голосующих акций. Тогда проблема решается таким образом, формальный контроль по законодательству России будет установлен.
То есть, мы получаем несколько вариантов. Первое - это передача дополнительных активов транзитом с тем, чтобы Газпром потом их продал и фактически, эти активы будут использоваться как технический механизм установления контроля. Второе - это докупка на рынке, чисто рыночная схема. Третье - докупка на рынке, если это потребуется, при том, что будет введен законодательный запрет на голосование казначейскими акциями, может быть, тогда и не потребуется докупать на рынке ничего.
Есть и четвертый вариант - манипулирование оценкой. Поскольку капитализацию Роснефти можно накинуть на пару миллиардов. Это непубличная компания, и оценки будут строиться на основе сопоставимых сделок, сопоставимых компаний и так далее. Здесь всегда существуют вилки, и можно пойти на максимальную оценку капитализации Роснефти. Но здесь проблема решается лишь частично, все равно придется при этом подходе докупать. А нанимать собственного оценщика и занижать капитализацию Газпрома - государство вряд ли на это пойдет, потому что Газпром котируется, это публичная компания, и тут можно лишь удлинить период оценки, попытавшись нивелировать позитивную динамику Газпрома последних месяцев. А уже потом смотреть, что остается. То есть, повысить капитализацию Роснефти как закрытой компании и удлинить период, за который оценивается стоимость Газпрома, и смотреть, какой зазор надо покрыть другими технологиями - передачей ли активов, закрытым голосованием, либо докупкой акций на рынке. Я думаю, что все варианты рассматриваются, ну и передача Зарубежнефти "до кучи" в эту схему может входить.
7 декабря 2004
http://www.shohin.ru/index.htm
