Александр Николаевич, численность населения, имеющего среднедушевые доходы ниже прожиточного минимума, сократилась с 31 млн. человек в третьем квартале 2003 года до 23 млн. человек в четвертом, то есть, на 8 миллионов, это данные Госкомстата. Можно ли этим данным доверять? Возможно ли столь существенное сокращение за столь короткий период?
Во-первых, надо принимать во внимание, что прожиточный минимум - категория счетная, и многое зависит от той корзины, которая входит в расчет, и от индекса цен, которые считаются тем же Госкомстатом, чтобы оценивать динамику. Кроме того, надо иметь в виду, что есть еще, кроме официальных источников доходов населения, неучтенные доходы, не случайно одно из направлений налоговой реформы - попытка легализовать так называемые серые зарплатные схемы, которые по признанию официальных лиц и экспертов продолжают действовать. И в частности, идея нового снижения единого социального налога заключается как раз в том, чтобы легализовать заработную плату. Стало быть, многое зависит от того, как досчитываются эти неучтенные доходы, которые есть у населения, живущего ниже прожиточного минимума. И резкие изменения в соответствующем контингенте могут быть, прежде всего, при изменении методик счета. Ну, например, если вдруг научились точно досчитывать неучтенные доходы. В этом случае, естественно, резко может быть снижен процент людей, живущих ниже прожиточного минимума. Можно скорректировать потребительскую корзину, но я думаю, что, прежде всего, надо обращать внимание на счетные вещи. Потому что в течение года у нас довольно длительное время численность населения, живущего ниже прожиточного минимума, стояла приблизительно на одном и том же месте, постепенно снижаясь. А тут складывается впечатление, что к 14 марта Госкомстат решил порадовать своими замечательными результатами, знаменующими успехи социальной и экономической политики. Если, условно говоря, на миллион, другой, третий снижение было бы, это можно было бы объяснить реальными процессами. Но в данном случае естественным способом такие цифры получить было бы трудно. Если действительно методики менялись, то нужно и старую цифру скорректировать, чтобы в единой методологии считать.
Тем не менее, надо отметить, что процесс, безусловно, идет, снижение видно, хотя надо иметь в виду, что и ценовые тенденции улавливаются. В частности в последний год был характерен переходом "у.е." с доллара на евро. И я не уверен, что это процесс, который привел реально к повышению цен примерно на 20% на часть импортных товаров, уловлен статистикой. Поэтому эти обстоятельства нужно принимать во внимание. Идет процесс перевода жилищно-коммунального хозяйства на оплату в полном объеме - эти тенденции мы еще не научились считать. Поскольку исходных данных, может быть, еще нет. Поэтому здесь я вижу большой комплекс и счетно-методологических задач и содержательных.
Президент Путин обозначил борьбу с бедностью как приоритет в экономической и социальной политике, но делалось ли что-то для того, чтобы это реализовать?
Ну, на самом деле, я не уверен, что специальные программы борьбы с бедностью дают основной результат, хотя таковые имеют право на существование. Безусловно, главным здесь является снижение нагрузки на бюджет за счет тех, кто сам может обеспечить достойную жизнь и оплачивать социальные услуги из своего кармана, семейного бюджета. И ориентация системы социальной поддержки и помощи должна быть направлена на действительно нуждающихся. То есть, если у нас будет реализована окончательно эта задача - помогать тем, кто сам себе помочь не может, безусловно, это высвободит часть ресурсов. Хотя в этом направлении на протяжении уже нескольких лет предпринимаются серьезные усилия, но, тем не менее, до конца эта задача не решена. У нас происходит перераспределение ответственности с самостоятельно-ответственных за собственное благополучие на тех, кто может вести экономически активную деятельность. Это означает, что надо сосредоточить концентрацию социальной помощи на тех группах населения, которые не в состоянии себе помочь. И это позволяет говорить о возможности решения задач по борьбе с бедностью.
Кроме того, безусловно, возрождение экономики, рост валового внутреннего продукта, рост экономики в целом расширяет возможности улучшения положения граждан. Поэтому, скажем, задача удвоения ВВП включает и этот аспект, безусловно.
Но говорить о неких специальных механизмах в борьбе с бедностью и обращаться к олигархам, чтобы они финансировали детские дома, содержали сирых и убогих, беспризорных, - это неправильно. Надо делать все, чтобы организации сполна платили налоги, а значит, государство должно эффективно отстраивать налоговую систему, и перераспределять централизовано через бюджет средства. А возлагать на бизнес задачи, которые по Конституции, по всем нормам цивилизованной рыночной экономики должно брать на себя государство, было бы, наверное, просто неэффективно.
18 февраля 2004
http://www.shohin.ru/index.htm
